Том 1. Глава 286

Поезд-Осьминог с Чон Да Вуном на борту стремительно бороздил просторы Древа Мира, разыскивая разрозненных участников.

Ни чудовищ, перегораживающих путь, ни естественных препятствий — знай себе жми на всю катушку. Скорее уж беда заключалась в том, что вокруг не было вообще ничего, и мчаться по прямой становилось попросту скучно.

Поэтому Да Вун принялся закладывать лихие виражи, чередуя головокружительные подъемы с резкими спусками и отрабатывая разные стили вождения.

В итоге его навыки машиниста подскочили до небес.

Больше всех ликовал Кролик:

—Еще разок?

—Если вы готовы, кричите: «Э-о»!

—Н-нет… у-у-у-э-э-э…

—Бу-э-э-э…

В отличие от привычного к полетам Кролика, двуногим обитателям тверди приходилось несладко. Джи Со Ён и До Мин Джун сидели рядышком, мертвенно-бледные, и судорожно давились рвотными позывами.

Зато Да Вун чувствовал себя превосходно. Известное дело: того, кто сидит за рулем, никогда не укачивает.

—О, одного нашел!

Наконец-то показался первый участник.

Маршрут поезда прокладывали сообща Лугал и До Мин Джун. Волколак брал след живых по запаху, а До Мин Джун улавливал направление к тем, кто погиб и превратился в «травы».

На этот раз добычей стало мертвое тело, павшее от лап элементалей, прямо как Джи Со Ён.

—Неизвестно, когда он очнется, так что грузим на борт. Если примотать паутиной, не свалится.

Да Вун прицепил к Поезду-Осьминогу еще одну шахтную вагонетку, соорудив грузовой вагон. Надежно зафиксировав тело, он вновь дернул рычаг:

—Отлично! Полный вперед!

—Уэ-э-э…

—Бу-э-э…

С каждым часом в грузовой вагонетке прибавлялось усопших.

А затем начали попадаться и живые.

И первым оказался старый знакомый.

—О? Хо Ёль-хён?!

—А-а-а-а! Сдохните, твари! А?..

Гу Хо Ёль, как раз в этот момент голыми руками разрывавший пасть очередному духу, задрал голову и ошалело уставился на летящий по небесам «Галактический экспресс», вернее — Осьминожий экспресс.

На передней платформе одной рукой штамповал парящие камни, а другой радостно салютовал до боли знакомый парень:

—Хён-ним!

—Д-Да Вун?!

Боже правый! Это не мираж и не предсмертный бред!

—Да Вун-а-а-а! Ы-ы-ы-х! Наконец-то спасен!

Захлебываясь слезами, Гу Хо Ёль распахнул объятия навстречу спасителю. Вид у него был краше в гроб кладут. Раны он мог регенерировать сколько угодно, но изодранная в клочья одежда и изувеченные латы свидетельствовали о том, сколько ударов ему пришлось принять на свою шкуру. Каким бы титаном ни был Гу Хо Ёль, биться в одиночку против бесконечных волн оказалось чересчур тяжело даже для него.

—Я помогу!

Прыжок!

Измученная качкой Джи Со Ён, едва завидела соратника, ласточкой сиганула вниз с платформы. И к ее собственному изумлению, ее движения стали несравнимо легче и стремительнее, чем прежде.

«Что?.. Почему тело такое невесомое?..»

Лугал лениво бросил:

«…!»

Приземление!

Совершив в воздухе плавное пируэты, Джи Со Ён коснулась земли мягко, словно пушинка. Да Вун с Кроликом тут же вскинули таблички с оценкой «10 баллов» и восторженно взревели:

—Вот что значит вовремя отказаться от мяса!

Ппу-у-ут!

Вдвое снизившийся вес сделал ее молниеносной, хотя ударам теперь слегка недоставало прежней сокрушительной тяжести. Но главным оружием Джи Со Ён всегда было копье, где ценилась не масса, а скорость и точность.

—Ха-а-ат!

Порхая между духами, терзавшими Гу Хо Ёля, девушка пустила в ход Имперское копейное искусство.

Ш-ш-шух!

С наконечника ее копья сорвался чарующий аромат цветущей сакуры, мгновенно разжегший пожар в сердце закоренелого холостяка Гу Хо Ёля.

«О боги… Она не виделась со мной всего пару дней, а стала еще прекраснее!..»

Вжих! Хрясь!

Словно исполняя сложнейший номер художественной гимнастики, Джи Со Ён грациозно и непринужденно кружила среди духов. Господи помилуй! Бывает ли на свете зрелище прекраснее, чем эта женщина в бою?!

«Ах… как же великолепно! Как божественно!..»

Гу Хо Ёль пропал окончательно. А когда под ее легкими шагами принялись распускаться яркие полевые цветы, она и вовсе превратилась в сошедшую со страниц романтической манхвы героиню…

—Бл-е-е-е-ургх.

—…

Прекрасная героиня манхвы внезапно покачнулась, рухнула на четвереньки и принялась остервенело выворачивать желудок прямо на землю.

Морская болезнь не щадила никого.

Но какая, к черту, разница?! Несмотря на чудовищное самочувствие, она ринулась спасать его! Она была настолько возвышенной и прекрасной душой, что даже от ее рвоты благоухало свежими цветами!

—Госпожа Джи Со Ё-ё-он!

Задыхаясь от переполнявших чувств, Гу Хо Ёль взмолился ее именем. Но тут с поезда посыпались остальные.

Овеянные цветочным ароматом.

—Мы поможем!

—И я с вами!

—…!

Оказалось, покоившиеся в вагонетке тела — мужчины, женщины, старики и юноши — дружно очнулись, переродившись в Племя Леса. Все как один двигались с невероятным изяществом и легкостью.

А затем…

—Бв-у-у-эээ!

Все так же грациозно рухнули в рядок на карачки и дружно принялись блевать.

Разумеется, с ароматом цветов.

И это… ни капельки не выглядело омерзительно. Честно.

—Хм. Может, я слегка переборщил с виражами?

Да Вун мысленно дал зарок умерить воздушную акробатику. Хотя благодаря этим страданиям его водительское мастерство заметно выросло, позволив заложить несколько шаблонов прямого хода и поворотов, чтобы переложить управление на Гримбелей.

Так или иначе, общими усилиями духи, осаждавшие Гу Хо Ёля, были перебиты в мгновение ока. Число пассажиров росло, и Да Вун прицепил к поезду еще несколько вагонеток, переоборудовав их под пассажирские места.

—По коням! Трогаем!

Все невольно вздрогнули и синхронно попятились. Наверняка просто показалось. Но возражать никто не рискнул.

Грохот рельсов!

Поезд-Осьминог вновь победоносно рассек белые небеса. Пассажиры с самыми неописуемыми выражениями лиц напряженно ждали, когда же состав подлетит к очередной жертве.

И стоило колесам затормозить, как вся накопившаяся злость и стресс обрушивались на головы ошалевших духов:

—Сдохни!

—Кья-а-ак?!

—Куда бежишь, зараза?! Бу-эээ…

Ничего не понимающие элементали служили прекрасной мишенью для сброса пара. А с ростом толпы расправляться с ними становилось все легче.

Так Чон Да Вун подобрал абсолютно всех своих соратников.

Всех, кроме Рю Сын У.

Если подводить итоги, из Апостолов Дракона Жизни лесными жителями стали лишь Джи Со Ён и Юн Джин Су.

Горше всех судьбу Юн Джин Су оплакивал его ровесник О Дон Мин:

—Джин Су-у-у! Как же ты теперь без мяса-то жить будешь?! Ы-ы-ы-х! Никогда больше не поесть мясца-а-а!..

Глядя на пухляша, искренне убивающегося по его беде, Джин Су с кривой улыбкой заметил:

—Дон Мин-хён, я, конечно, тронут твоей заботой… но когда ты со слезами на глазах хрустишь монстром, твои соболезнования звучат как-то неубедительно…

Хрусть! Чавк!

О Дон Мин с яростью вгрызался в поверженного духа:

—Это… ради тебя, Джин Су! Я отомщу за тебя! Сожру их целиком, до последнего клыка!

—Эм, спасибо, конечно… Но клыки ты, смотрю, все-таки выплевываешь? Я думал, вообще все перемалываешь.

—Да подавился один раз, еле откачали.

—Значит, попытка все-таки была…

Так между жующим траву эльфом и пожирающим монстров «человеком» крепла настоящая мужская дружба.

Солиа не могла сдержать изумления.

Власть «Садовницы».

Будучи хозяйкой Рая, Солиа могла наблюдать за всем, что происходило в Древе Мира, из любой точки пространства. Лежа на роскошной громадной кровати, подаренной Чон Да Вуном, она созерцала, как парень методично объезжает закоулки исполинского ствола, собирая людей, словно спелые яблоки.

Хранительница лишь цокала языком от восторга. За долгие века службы Помощником на Этапе-6 она повидала немало исключительных смельчаков, но с подобным столкнулась впервые.

Этот белый мир только казался открытым и пустым. На самом деле он был запутанным, извилистым и коварным, словно переплетение корней древнего древа. Чтобы отыскать здесь другого человека, требовалось потратить сил не меньше, чем на переход через Сахару.

К тому же, даже зная дорогу, смертный неизбежно упирался в предел физической выносливости. И никакие ускоряющие навыки тут не спасали.

Кому вообще в здравом уме придет в голову взять ржавые шахтные вагонетки, рельсы и устроить из священного древа собственный парк аттракционов?

С губ Солиа сорвался смешок, а во взгляде промелькнуло невольное восхищение. Ее помыслы в корне отличались от стремлений тех Помощников, которых совратил Дракон Конца.

Прожив в заточении столь долгий срок, она привыкла говорить сама с собой — просто в надежде, что древо или кто-то невидимый услышит ее слова.

Солиа с облегчением перевела взор на участников, до которых поезд Да Вуна еще не добрался.

Хьюи Бернштайн и Рю Сын У.

Избранные, познавшие Сон Ведьмы.

Хрусь!

Рю Сын У наконец размозжил череп последнему элементалю.

—Фу-у-ух…

Шлеп.

Тяжело выдохнув, парень рухнул на спину, раскинув руки в стороны. Силы оставили его окончательно.

«Жесть… Ни капли не осталось».

От бессилия пробивало на нервный смех. Будь это игрой, балансировщику можно было бы аплодировать стоя. Духи выжали из него все без остатка, будто специально проверяя, где пролегает абсолютный предел его возможностей. Сейчас он не смог бы пошевелить и пальцем.

«И все же… я справился».

Лежа пластом, Рю Сын У победоносно оскалился.

Треск!

На кончиках его пальцев промелькнула слабая статическая искра и тут же погасла.

В этот миг…

Вспышка!

«А?»

Останки поверженных духов, устилавшие землю вокруг него, засияли чистым светом.

Разноцветные искры закружились в воздухе, вновь обращаясь в сияющие сферы — точно такие же, какими они вылетали из магических кругов. И эти сферы света устремились прямо к Рю Сын У, сливаясь воедино.

«Это еще что?..»

Дрожащей от чудовищной слабости рукой он потянулся вперед и сжал сияние в ладони.

Глядя на Рю Сын У, Солиа с легкой усмешкой прошептала:

[Кто бы ни погиб здесь, кто бы ни переродился — это место существует лишь для того, чтобы отобрать достойных].

Она перевела задумчивый взгляд на Чон Да Вуна: