Глава 46

Его губы скривились в едва заметной усмешке.

—Да, пожалуй, это правда. Не могу же я врать своей девушке в её день рождения.

Я с тоской вздыхаю, отстраняясь от него. Понимаю, что если не создам дистанцию, то перелезу через центральную консоль, чтобы повторить наше выступление.

Он отстёгивает ремень и, прежде чем выйти из пикапа, указывает на меня пальцем.

—Сиди здесь. Не лишай меня последнего шанса прикоснуться к тебе, прежде чем мы войдём.

Затем он хлопает дверью, а я жду, потому что никогда бы не захотела портить ему этот момент.

Мы входим в пугающе тихий дом, скидываем обувь, и я внезапно радуюсь, что Бэш всё-таки рассказал мне о сюрпризе, потому что теперь я могу изо всех сил контролировать выражение своего лица.

Я бесшумно прохожу на кухню, а его тепло следует за мной по пятам, подталкивая вперёд. Когда я заворачиваю за угол, раздаётся хор криков.

—Сюрприз! — ревут все, выскакивая из-за кухонного острова, кроме Клайда, который сидит на своём обычном табурете у стойки и закатывает глаза.

—Идиоты, все припарковались у дома. Она знала, что вы здесь.

Уэст игриво толкает его в плечо.

—Не будь таким занудой. — Затем, подходя ко мне, чтобы по-дружески обнять, добавляет: — С днём рождения, Гвен!

За ним стоят Скайлар, Форд и Рози, а также Рис и Табита. Чуть в стороне от них — угрюмый Трипп. На кухонном столе лежит брошенный букет роз и коробка с браслетом, цену которого я предпочла бы не знать.

Он улыбается, но это его фальшивая улыбка. Не знаю, свидетелем каких выходок он стал за то время, что ждал нас, но что-то подсказывает мне, что ему было неловко, и не потому, что кто-то знает о последних событиях между мной и Бэшем, а потому, что они знают историю нашего знакомства.

Напряжение сдавливает грудь, и я гадаю, всплывала ли тема нашей встречи. Трипп не знает. Не то чтобы он спрашивал. Мы не особо общались с тех пор, как я узнала, что Бэш его отец. Но я отчаянно надеюсь, что эта тема не станет предметом обсуждения на вечеринке.

Это сделало бы всё гораздо неловчее, чем уже есть.

Мои тревоги улетучиваются, когда остальные друзья бросаются ко мне с объятиями, целуют в щёку, похлопывают по спине и поздравляют с днём рождения. Трудно не сиять от такого внимания. Большинство своих дней рождения я проводила в одиночестве, в путешествиях или занимаясь чем-то, что меня наполняло, но обычно я их не праздновала.

Сегодня, однако, всё иначе, и мне это вроде как нравится. Я даже не думаю подходить к Триппу. Не после того, как он обошёлся со мной сегодня утром.

По правде говоря, я не знаю, почему он всё ещё торчит здесь. Я думала, он уехал, и, судя по напряжённым плечам Бэша и дёргающейся челюсти, когда он стискивает зубы, тот тоже не ожидал его возвращения.

Интересно, понял ли он, стоя и наблюдая за всеобщими приветствиями, чем всё это может обернуться.

Кажется, уловив напряжение, Табита громко хлопает в ладоши, привлекая всеобщее внимание и полностью входя в образ шеф-повара.

—Так, детишки, хватит слоняться без дела. Давайте начинать вечеринку.

Я благодарно ей улыбаюсь, ценя её проницательность.

После этого она быстро всех организует. Форд берёт на себя музыкальное сопровождение. Уэст открывает двери на веранду, позволяя тёплому воздуху смешаться внутри и снаружи, а затем идёт готовить всем напитки. Рози и Скайлар удаляются на кухню, чтобы составить компанию Табите.

Бэш выводит Триппа на крыльцо, и я смотрю им вслед, борясь с желанием пойти за ними и подслушать. Я так отчаянно хочу знать, о чём они говорят, что чуть не подпрыгиваю на месте, когда Клайд подходит и толкает меня своим костлявым плечом, вырывая из шпионских мыслей.

—Он вернулся где-то через час после твоего ухода. Сказал, что хочет поговорить с отцом. Я велел этому мелкому засранцу убираться, но он не послушал.

Меня охватывает тревога. Я кусаю губу и киваю, мысленно прокручивая то, чем мы с Бэшем занимались, пока Трипп ждал здесь.

Я не знаю, чего ожидать, когда они возвращаются на кухню, но вид как следует отчитанного Триппа определённо не был на первом месте в моём списке.

Он направляется прямо ко мне, почти робко поднимая глаза из-под ресниц. И затем, прямо здесь, в комнате, полной людей, он говорит:

—Гвен, я хочу извиниться за то, как говорил с тобой сегодня утром. Я перешёл черту, и мне жаль. Этого больше не повторится. Я больше не буду лезть.

В его тоне есть резкость, а в позе — напряжение, и я гадаю, что же такого сказал ему Бэш. Я заставляю себя не смотреть на его отца в поисках хоть какого-то ободрения. Это было бы слишком очевидно.

А всё это слишком, чёрт возьми, хрупко, чтобы так рисковать.

Вместо этого я опускаю подбородок и тихо отвечаю:

—Что было, то прошло. — Потому что, по правде говоря, так и должно быть.

Если у нас с Бэшем есть хоть какая-то надежда на будущее, так и должно быть.

Трипп натянуто улыбается.

—Хорошо. Я сказал Бэшу, что хочу остаться и потусоваться, немного познакомиться с его друзьями. Но он ответил, что я должен обсудить это с тобой.

Я едва не морщусь. Неловко. Что я скажу? Нет? Когда мужчина, в которого я влюбляюсь, так сильно хочет наладить отношения с сыном? Какой женщиной я после этого буду?

Поэтому я собираю в кулак всю свою зрелость и небрежно пожимаю плечами.

—Конечно.

Странно, но Трипп выглядит почти благодарным.

—Спасибо, — тихо говорит он и отворачивается, чтобы присоединиться к отцу и остальным парням на веранде.

Его реакция только усиливает моё замешательство, но я отмахиваюсь от этого и иду к друзьям.

Дальше день протекает своим чередом. Клайд не сходит со своего места, и все по очереди подходят с ним поболтать. Они нежно треплют его по голове или обнимают за плечи, приносят ему напитки и закуски, носятся с ним, как с королём. Раздражённое выражение на его лице постепенно сменяется довольным.

Табита откупоривает бутылку вина, и я, конечно, не из тех, кто откажется. В жаркий солнечный день нет ничего лучше бокала холодного пино гриджио. Мы вчетвером: Табита, Скайлар, Рози и я, погружаемся в беседу, смеёмся и болтаем.

Трипп остаётся. Если бы он не был так хорошо натренирован для подобных сборищ, то чувствовал бы себя совершенно не в своей тарелке. Вместо этого он довольно изящно вклинивается в разговоры, ведёт вежливые светские беседы и задаёт интересные вопросы.

И всё же я время от времени ловлю его взгляд, направленный то на Бэша, то на меня, и гадаю, замечает ли он что-нибудь.

Когда я подхожу к Клайду, чтобы убедиться, что у него всё есть, на кухню заскакивает Трипп в поисках выпивки.

—А как прошёл полёт? — любезно спрашивает он, поднимая бутылку пива в знак тоста.

Клайд хмурится, а Трипп лишь улыбается в ответ. Я не могу понять, то ли он не замечает, то ли намеренно подкалывает Клайда своим присутствием, как настоящий засранец. В любом случае, самое странное в этом общении то, что он ведёт себя так, будто у нас сегодня утром и не было никакой стычки.

Я достаточно подвыпила, чтобы подыграть.

—Потрясающе. — Я пожимаю плечами. — Никогда раньше такого не делала. Точно запомнится надолго.

—Тебе понравилось? — спрашивает Клайд, поворачиваясь ко мне с довольным видом.

Я ухмыляюсь ему в ответ.

—Очень.

—А, ну, хорошо. Может, Бэш будет почаще брать тебя с собой.

Я делаю глоток вина, мыча в знак согласия, потому что да, я бы с удовольствием летала с Бэшем почаще. Но я чувствую, как взгляд Триппа прожигает мне щеку.

Он фыркает.

—В смысле, она же здесь работает с тобой. С чего бы моему папе просто так катать её на своём самолёте?

Я замираю с поднятым бокалом, мой взгляд скользит к Триппу. «Папе»? Он никогда не называет Бэша папой. Не знаю, что он задумал, но стараюсь вести себя непринуждённо.

—У меня всё равно на это нет времени. Между Клайдом и студией йоги мои дни полностью расписаны.

—А, да, но вы вдвоём отлично подружились, — говорит Клайд. — Тебе полезно немного развеяться.

Чёртов Клайд прицепился как репей. Я мрачно ему улыбаюсь и наклоняю голову в его сторону, как бы говоря: «Ага, а теперь замолчи».

Но Клайд не был бы Клайдом, если бы действительно замолчал.

Вместо этого он кивает в сторону открытых раздвижных дверей балкона. Уэст и Бэш стоят, оперевшись бедром о перила, те самые, где Бэш поцеловал меня в первый раз. С пивом в руках они беззаботно болтают.

Я стараюсь не задерживать на них взгляд слишком долго, но в том, как стоит Бэш, есть что-то очень лёгкое. Его обычно нахмуренные брови расслаблены, а привычно опущенные уголки губ приняли более естественное положение. Время от времени Уэст что-то говорит, и я вижу, как Бэш посмеивается.