Том 1 · Глава 63. За приставания к леди

Я уже собирался подняться — всё-таки перебор, — но по лицу Алисы было видно: без моей помощи этот десятник сейчас сам найдёт себе неприятности.

Я даже успел подумать, не сломает ли она ему челюсть одним ударом.

Но быстрее Алисы оказался другой человек.

Текил уже застегнул плащ и подошёл к солдату, который только что слишком много себе позволил. Он схватил его за подбородок.

Щёлк.

Ни слова.

Если бы Текил отрубил ему руку или просто врезал по лицу, я бы удивился, но понял. А здесь прозвучал лишь тихий щелчок: одним коротким движением он вывихнул пьяному десятнику челюсть.

Зал застыл.

—Чтобы больше не распускал этот рот.

Только услышав его низкий голос, люди начали приходить в себя.

Я посмотрел на Текила.

Вообще-то такие слова лучше говорить до того, как вывихнул человеку челюсть.

А в голове тем временем одна мысль сменяла другую.

«Говорил же — любимая дочь, глаз за неё отдаст. Милая. Ласковая. Очаровательная».

Может, память всё-таки врёт?

Текил тем временем полез за пазуху.

—Стойте!

Я крикнул одновременно с Алисой.

—Гость, не лезьте. В «Перекрёстке» свои проблемы мы решаем сами.

Но Текил и не думал останавливаться. В прошлой жизни он тоже не умел отказываться от того, что решил сделать.

Упрямый старый хрен.

Вот только позволить ему зарезать солдата прямо в трактире я не мог. Военные законы здесь строгие. Частное убийство, особенно совершённое посторонним, каралось отсечением головы.

Как только рука Текила двинулась к груди, я уже сорвался с места. К тому моменту, когда он вытащил оружие, я оказался за спиной полубезумного десятника.

—У-у…

Тот не мог закрыть рот, слюна стекала по подбородку. Двое его приятелей вскочили так резко, что стулья рухнули на пол.

—Ты вообще знаешь, кто мы такие?!

—Совсем охренел?!

Пока они орали, я схватил пострадавшего за ворот и рванул назад.

Слюна прочертила в воздухе дугу, а там, где секунду назад была его шея, блеснул металл.

Еле успел.

В руке Текила оказался острый кинжал. Он спокойно перевёл взгляд на меня.

—Будешь мешать?

—Эй, гость!

За спиной рявкнула Алиса.

А я наконец сложил всё воедино.

«Так Алиса — его дочь».

Теперь уже точно.

Иначе Текил не смотрел бы так, словно готов зарезать человека прямо посреди чужого трактира. С виду холодный, но я слишком хорошо знал, как выглядит этот человек, когда по-настоящему зол.

Нужно было быстро разрядить ситуацию.

—Если в этом трактире кого-нибудь убьют, отвечать придётся Алисе и хозяину.

Я не просто оценил обстановку — сразу разыграл единственную карту, способную остановить Текила.

«Хочешь, чтобы твоя дочь отвечала за твоё убийство? Если это правда твоя дочь — успокойся».

—Хм.

Он фыркнул, но остановился.

—Да вы хоть понимаете, с кем связались?! Всем конец!

Один из пьяных всё ещё не понял, что происходит. То ли света в зале не хватало, то ли алкоголя в крови было слишком много.

—Дего.

Дего уже подошёл.

—Закрой ему рот.

Он встал сзади, одной рукой сжал солдату шею и надавил вниз.

—Кх!

Колени с грохотом ударились о пол.

—Да вы…

Мы все были в обычной одежде: первый выходной у Линда, Дего и Топора, да и я вышел без формы. Поэтому эти идиоты нас и не узнали.

Топор подошёл к последнему солдату и легонько постучал обухом ручного топора по его лбу.

Тот тут же захлопнул рот и начал нервно оглядываться.

Я дождался, пока всё стихнет.

—На колени, ублюдки.

Первый этап закончен.

Алиса нахмурилась. Она сама не раз дралась с распоясавшимися посетителями, но сегодня дело зашло дальше обычного. Кулаком по морде — одно. Вывихнутая челюсть и нож у горла — совсем другое.

Я для начала ударил того, кому Текил вывихнул челюсть.

Хрясь.

Что-то встало на место — крайне неудачно и очень болезненно.

—Кх-х…

Он даже закричать толком не смог, только схватился за лицо и покатился по полу.

Похмелье завтра будет последней его проблемой.

—Линд.

Линд тут же понял, чего я хочу.

—Город Дейбед во владениях графа Людвига живёт по военному закону. За оскорбление и домогательства к леди виновному отрезают язык либо лишают одного глаза.

Вот почему здесь был такой порядок. За проступок полагалось настоящее наказание.

—Что за бред?! — выкрикнул солдат, которого Дего держал на коленях.

—Если уже протрезвел, начинай думать, — сказал я.

Он всмотрелся в меня и вдруг побледнел.

—Вы… это…

Кажется, узнал.

—Оруженосец Крис. А тот, кто стоит у тебя за спиной, — сотник Дего.

—Я Линд, — добавил Линд.

Топор представляться не стал. Просто поправил оружие и встал за третьим пленником.

Три сотника и один оруженосец.

Компания, известная и в гарнизоне, и в городе.

—Крис! — вырвалось у одного.

Он заметил мой взгляд.

—Господин Крис.

—Выбирай. Глаз или язык.

У того, кто валялся на полу, глаза забегали ещё быстрее. Трое солдат переглядывались, а Алиса смотрела на нас с явным недоумением.

—Не можешь выбрать — убрать и то и другое? Или сразу голову? Если попросишь, тоже устроим.

—Пощадите!

Все трое уже стояли на коленях.

—Мы ошиблись!

—Если каждый, кто нажрался и «ошибся», автоматически получает прощение, зачем вообще нужны наказания? Выбирай.

Военный закон был строг, и я вполне собирался его соблюдать.

Текил отступил на шаг и скрестил руки. Алиса выглядела так, будто не понимала, как обычная трактирная перепалка превратилась в разбирательство с увечьем.

Я достал метательный кинжал и поднёс лезвие к губам ближайшего солдата.

Текил сразу посмотрел на оружие, но я не обратил внимания.

—Высовывай язык. Честно, язык лучше глаза. Поверь мне.

—Пожалуйста!

—Господин рыцарь!

—Простите! Больше никогда!

Они ударились лбами о пол.

—Эй.

Алиса окликнула меня.

На нас смотрел весь зал. Драки в трактире случались постоянно, но обычно люди работали кулаками, а не резали друг друга ножами.

Я проигнорировал её и спросил солдат:

—А перед кем вы должны просить прощения? Передо мной?

Их взгляды метнулись в сторону Алисы.

—Простите нас!

Вот теперь правильно.

Я мог назначить наказание, но прощать за неё не имел права.

—М-м…

Алиса посмотрела на меня с явным неудобством. Я стоял к Текилу спиной и едва заметно кивнул ей.

—В следующий раз думайте, прежде чем рот открывать.

Мы с Алисой были знакомы достаточно близко. Даже без Текила я бы не оставил такое без внимания, хотя, конечно, не стал бы устраивать настолько жёсткий спектакль.

—Больше такого не будет. Алиса.

Трое уставились на меня, ожидая, что дальше.

—Леди вас простила. Поцелуйте ей туфлю и убирайтесь, идиоты.

—Что? Да! Конечно!

Тот, кому только что вправили челюсть, первым приложился губами к носку её ботинка. Остальные быстро повторили, собрали вещи и почти бегом выскочили наружу, всё время оглядываясь на меня.

—Лица запомнил? — спросил я Линда.

Он кивнул.

—С завтрашнего дня эти трое перестанут понимать, где заканчивается реальность и начинается ад.

Линд с детства получил хорошее воспитание. Даже после месяцев в армии подобное хамство всё ещё задевало его сильнее, чем остальных. Значит, завтра троих ждёт ускоренный курс приличий — на практике.

Когда мои товарищи снова расселись за столом, я повернулся к Текилу.

Он заговорил первым:

—И ради таких ещё представление устраивать? Своих прикрываешь только потому, что свои?

—Я сделал то, что обязан был сделать на своём месте.

Он был на взводе. Лучше лишний раз не цеплять — характер Текила я знал слишком хорошо.

—Хм.

Текил фыркнул и отвернулся. Кинжал вернулся под плащ. Похоже, резать кого-то сегодня он всё-таки передумал.

—Мерзкие ублюдки.

Я пропустил это мимо ушей, но Дего — нет.

—Следите за языком.

Он сжал кружку. Взгляд стал тяжёлым.

Текил уже повернулся было к нему, когда между ними выросла Алиса.

—Гость.

С её спиной действительно можно было строить крепостную стену.

—Уходите.

Она выгнала его без долгих разговоров. Я только что вмешался ради неё, и Алиса это прекрасно понимала.

—Я…

Текил хотел что-то сказать, но несколько секунд просто смотрел на неё, затем вернулся к своему столу и собрал вещи.

—Приду в другой раз.

В Дейбеде трактиров хватало. Сейчас за ним идти не стоило.

Я посмотрел на Алису. Пока она здесь, Текил из города никуда не денется.

Дего сердито выдохнул и покосился на меня. Его тоже можно понять — он не знает того, что знаю я.

—Он ругал всех троих вместе, а не тебя, — пояснил я.

—Я понял.

Ругать Дего не за что.

Алиса тем временем поставила опрокинутые стулья, прибрала пол и рявкнула на зал:

—Всё, хватит глазеть! Ешьте и пейте дальше!

Вот это я с удовольствием.

Я тут же подцепил кусок мяса.

Как ни крути, готовили здесь великолепно.

—И ещё три порции вынесите Эмберу.

—Ладно! — донеслось из кухни.

Линд задумчиво посмотрел на дверь.

—Этот мужик явно не обычный.

Глаз у тебя хороший.

Иногда рыцарям давали прозвища, которые становились почти титулами. Особенно отличившимся их мог пожаловать сам король.

У Текила рыцарского титула не было. Он вообще не прославился как рыцарь. Но прозвище получил — и оно, пожалуй, настолько заслонило человека, что настоящее имя почти никто не знал.

Мастер.

Так его называли.

Я вспомнил истории из прошлой жизни и ещё раз посмотрел на пустое место, где он сидел.

«Начали мы, конечно, не лучшим образом».

В прошлой жизни мы сошлись легко. Нас объединяло ощущение, что оба где-то свернули не туда: я потерял руку, он — место, где мог бы применить свой талант.

Кому нужен рыцарь без громких подвигов? Текил был клинком, которым пользовались из тени и однажды собирались выбросить. В конце концов он устал от дворянских игр, которые вызывали у него одно отвращение, и ушёл.

Бам.

Пока я задумался, Алиса поставила на стол сразу четыре огромные кружки.

—Еду готовит мама, а пиво сегодня моё. За мой счёт. И за то, что помогли, спасибо.

А-а.

Вот и разгадка сегодняшнего вкуса.

—Слушай, а ты не думала бросить работу в трактире?

—Чего?

Не то. Вырвалось прямо из сердца. Если человек варит такое пиво, действительно хочется спросить, зачем он вообще работает в заведении. Кулинарного таланта у Алисы, похоже, не было ни капли.

—Если ещё раз кто-нибудь позволит себе такое, я не спущу, — мрачно произнёс Дего.

Он всё ещё думал о Текиле?

Не надо. Не зря человека зовут Мастером. Он изучал человеческое тело как оружие и умеет разбирать противника буквально по суставам. Попадёшься ему — будешь потом кости по одной пересчитывать.

За Текилом я не пошёл. Незачем.

То, ради чего он приехал, осталось здесь — высокая женщина, которая носила кружки и тарелки между столами.

—Ты его знал? — спросил Линд.

Видимо, удивился, что я так быстро влез в ситуацию.

—Нет. Просто понравилось, что человек сразу вступился за оскорблённую женщину.

Если точнее — собирался прирезать тех, кто оскорбил его дочь, но это уже детали.

«Говорил: дочь такая, что глаз за неё отдаст».

Господи. Алису в глаз засунуть — у неё плечи шире моих. Да она и самого Текила крупнее.

Тут не глаз заболит — глазница лопнет.

—Какая ещё леди… — пробормотал Линд и поморщился.

Наверное, опять вспомнил, как его разыграли старшие солдаты. Не представляю, какую сказку ему рассказали, но обвести вокруг пальца наивного молодого сотника для опытных служивых — плёвое дело.

—Вернёмся — я им устрою.

Я рассмеялся, а Алиса, проходя мимо, бросила:

—Если вам именно за этим — идите в квартал красных фонарей.

—Да не за этим!

Линд возмутился от души.

Конечно не за этим. Этот идиот — романтик, наверняка представлял себе красивую встречу, как в песне.

Например, такую:

—Ой, господин Крис! Вы тоже здесь?

Очередная девушка сумела приблизиться, пока Эмбер отвлёкся. Чья-то дочь, явно присланная охотиться на будущего рыцаря.