Том 1 · Глава 73. Отъявленный мерзавец
Вот.
Фокс машинально поймал то, что протянул Крис, и несколько раз перевёл взгляд с предмета на мальчишку.
Это…
Он на мгновение потерял дар речи.
Рецепт. Рецепт «Чистого сна».
Шестнадцатилетний оруженосец. Если отбросить всю шелуху слухов, именно это и оставалось от Криса в реальности. Фокс как бывший глава Белого Кинжала прекрасно знал, сколько вокруг мальчишки было выдумок. Со временем разговоры о Святом и незаконном сыне графа почти сошли на нет, и теперь его так называли разве что самые упорные сплетники.
Зачем вы отдаёте это мне?
Собственный голос показался Фоксу резким. Если честно, этот спокойный Крис был ему ещё непонятнее, чем тот, кто несколько минут назад держал Джаранса в животном страхе.
Для аптекаря рецепт может стоить жизни. По крайней мере, так учил его собственный опыт. Отдать такую вещь человеку, который ещё вчера относился к тебе враждебно?
Если бы Фокс не видел, как Крис только что распорядился отрезать человеку палец, он решил бы, что перед ним самый большой простак на свете.
«Не похоже».
После увиденного поверить в это было невозможно.
Ты же спрашивал, как увеличить производство «Чистого сна». У меня нет времени делать всё самому. Пусть производством занимается кто-нибудь другой.
Всего-то?
Из-за подобных рецептов людей убивали, а он отдаёт его потому, что занят?
И это достаточная причина?
Недоверия в вопросе было столько, что скрывать его не имело смысла. Крис лишь слегка улыбнулся. Рецепт уже лежал в руках Фокса; вместо того чтобы спорить, зачем тот ему доверился, Крис заговорил о другом.
Пока не научишься, многое всё равно не поймёшь.
Я не настолько туп, чтобы провалить средство, имея рецепт перед глазами.
Сначала прочитай.
Аптекари часто записывали рецепты условными обозначениями и собственными сокращениями, чтобы посторонний не смог повторить формулу. Здесь было примерно то же самое. Одного листа без пояснений явно не хватит; придётся разбираться.
Крис продолжил:
И сразу предупреждаю: учитель из меня не особо добрый. Если уж я что-то показываю, не хочу потом видеть халтуру. Всё-таки это будут наносить на человеческую кожу, значит, делать нужно осторожно и точно.
Фокс глубоко вдохнул. Сердце почему-то забилось быстрее.
Вы собираетесь меня учить?
Говорю же, добрым наставником не буду. Сегодня уже поздно. Начнём в другой раз.
С этими словами Крис неторопливо пошёл прочь.
Фокс смотрел ему вслед и вдруг понял, что окончательно протрезвел. Теперь он почти физически ощущал: этого человека его собственная мера просто не охватывает.
«И пленного обработал так, будто всю жизнь этим занимался…»
А теперь без малейшей жадности передал рецепт, за который можно назначать любую цену.
«Хотя господин Хвилькен и не стал бы держать рядом с собой кого попало».
Визит занял совсем немного времени. Но за этот вечер Фокс понял одну вещь: новый глава Белого Кинжала по крайней мере знает, как использовать людей.
Рецепт в его руке был лучшим доказательством.
Какое имя тебе нельзя помнить?
Крис.
Послушайте, у вас осталось всего девять пальцев.
Какое имя вам нельзя помнить?
Не понимаю, о чём вы спрашиваете.
Только тогда человек перед ним перестал задавать вопросы.
Джаранс открыл глаза, весь в холодном поту.
Сон.
Он почувствовал под собой толстое одеяло, увидел белый потолок спальни и только после этого смог нормально выдохнуть. Прошла уже неделя.
Он схватил воду с прикроватного столика и выпил почти залпом. Никогда больше. Он ни за что не хотел ещё раз пережить тот день.
Лучше не забывайте.
Джаранс моргнул.
Только не забудьте, какое именно имя вам велели забыть.
Шея напряглась сама собой. Он медленно повернул голову, чувствуя себя ржавой дверной петлёй.
В общем, просто не забывай.
На подоконнике сидел человек.
Спрашивать, кто он, было бессмысленно. Белый Кинжал.
Вся прежняя паника вернулась мгновенно.
Я не понимаю, о чём вы говорите.
Отлично. Не забывайте. Мы за вами наблюдаем.
Даже под взглядом хозяина незваный гость спокойно выскользнул из окна. Снаружи раздался лишь лёгкий стук приземления.
Охрана! Охрана!
Джаранс выбежал из комнаты. На шум показалась его третья дочь.
Отец!
Что произошло?
Несколько нанятых телохранителей бросились к нему. Увидев их, Джаранс сглотнул и уже собрался рассказать, что случилось, но в последний момент удержался.
Ничего.
Один охранник недовольно нахмурился и ушёл. Дочь осталась рядом.
Вы точно в порядке?
Да. Просто кошмар приснился.
Джаранс почти убедил себя, что и недавний человек у окна мог быть частью сна. Так было спокойнее.
Он хотел вернуться в спальню, но ноги не слушались. Пожалуй, сначала стоило успокоиться.
Жена уехала на аукцион в Хайгард, и сегодня в особняке из семьи были только он и третья дочь.
Раз уж проснулась, выпьешь со мной чаю?
Хорошо.
Через некоторое время они сидели друг напротив друга с горячими чашками. Когда разговор перешёл на обычные домашние дела, дочь осторожно сказала:
Отец.
Да?
Я много думала… и всё равно не могу перестать вспоминать того человека.
Какого человека?
Сначала я ходила за ним только потому, что вы попросили. Но когда увидела его как следует, сразу поняла, чего хочу.
Дочь искренне не понимала реакции отца. Ведь именно он когда-то велел ей попытаться сблизиться с молодым оруженосцем.
Вначале Крис ей не понравился. Она даже бросилась на него слишком прямолинейно и в итоге сломала руку. Но позже, увидев его лицо и узнав поближе, решила: этот человек должен стать её мужчиной. От одной мысли о красивом оруженосце сердце начинало биться быстрее, а щёки теплели.
О ком ты?
О ком же ещё? Об оруженосце Кри…
А-а-а! Не говори! Не произноси это имя!
Что?
Не надо! Это имя нельзя говорить. Никогда!
Дочь захлопала глазами. Для неё происходящее не имело никакого смысла. Для Джаранса же имя уже стало настоящей травмой. Даже сустав на левом указательном пальце, который дорогой жрец сумел пришить обратно, всё ещё плохо сгибался.
Отец, Кри…
Не смей!
Так среди ночи особняк Джаранса снова наполнился криками.
Оруженосец Крис?
Я.
Вас вызывают. Идите за мной.
Если бы звал Стрик, прислали бы знакомого солдата. Хвилькен передал бы письмо или использовал людей Белого Кинжала. А этот человек явился лично и, судя по одежде, был не обычным пехотинцем. Похоже, такой же оруженосец.
Кто вызывает?
Простолюдин смеет говорить со мной на равных?
Он посмотрел на меня так, будто я был грязью под сапогом.
Я пожал плечами.
Мы вроде оба оруженосцы. Не слишком ли много церемоний?
Если бы не строгий приказ господина, я бы собственноручно перерезал тебе горло.
Да неужели?
В землях Людвига знатность этого типа вряд ли поднималась выше семьи какого-нибудь безземельного барона. А раз его используют гонцом, то он, скорее всего, третий сын какого-нибудь безвестного рода. Зато нос задран так, будто принадлежит королю.
А я жить люблю.
…
Ладно, веди.
Я нарочно ответил небрежно и пошёл следом.
Было уже далеко за полночь. Если бы я не привык читать перед сном, наверняка уже спал бы. Хотя этот человек, судя по всему, поднял бы меня и из постели.
Сюда.
Впервые после прибытия в Дейбед я направился во внутренний замок. В бледном лунном свете стража насторожилась при нашем появлении, но, узнав сопровождающего, сразу потеряла интерес. Нас даже не остановили.
И всё-таки куда мы идём?
Мне и правда становилось любопытно.
Оруженосец бросил на меня взгляд, полный отвращения.
Придём
Оставалось молча идти за ним.
Нас провели далеко внутрь, туда, где должны были находиться покои семьи графа и ближайшей прислуги. Там меня принял аккуратно одетый слуга со свечой.
Прошу за мной.
Что за спектакль?
Мой проводник развернулся и ушёл. Новый слуга довёл меня до двери, украшенной явно дороже, чем всё вокруг, осторожно постучал, и дверь открылась.
Прошу.
Если бы меня звал сам граф Людвиг, прятать встречу было бы незачем.
Я вошёл и увидел человека, которого совсем не ожидал.
Заходи.
Неожиданным был не только он, но и обстановка. На столе стояло множество блюд, рядом — бутылка красного вина.
Бихайн Людвиг уже успел выпить: щёки заметно порозовели.
Садись.
Оруженосец Крис приветствует господина.
Я всё-таки поклонился. Бихайн улыбнулся глазами. Почему-то от этой улыбки хотелось ударить его по лицу.
Особенно учитывая полупрозрачную рубаху, через которую прекрасно просвечивало тело.
Я сказал, садись.
Так меня правда позвали выпить?
Это «Хайтен», вино из Хайгарда. Сладкое, почти тает на языке.
Значит, правда выпить.
Простите, но могу я узнать причину приглашения?
Вопрос звучал дерзко, но формально я не состоял под началом Бихайна. Мой статус дал лично граф Людвиг. И доброй воли в этом приглашении я тоже не чувствовал.
Хотел познакомиться ближе.
Бихайн говорил мягко.
В другой ситуации приглашение от наследника графского дома считалось бы невероятной удачей. Но я знал вкусы Бихайна Людвига.
И теперь думал лишь о том, под каким предлогом уйти, не усугубив ситуацию.
Он снова заговорил:
Герой войны. Владелец медали «Дозорная башня». Простолюдин, которого возвели в оруженосцы.
Он перечислял мои достижения, не сводя с меня глаз.
Поначалу я не мог смириться с тем, что такой человек вообще существует.
Вот как.
А мне-то что. Я не ради твоего одобрения жил.
Но теперь понимаю: собственная гордыня застила мне глаза.
Лучше бы продолжала застилать.
Стань моим человеком. Я обещаю тебе богатство и славу. Хочешь стать рыцарем? Сделаю. Хочешь титул? Когда этот дом перейдёт ко мне, я лично приму тебя в свои объятия.
Последнюю часть он произнёс особенно выразительно.
По спине поползли мурашки.
Вы хотите без всякой платы сделать меня рыцарем и дать титул?
Долг ты сможешь возвращать мне постепенно. А начать можно уже сегодня.
Может, прибить его?
Нет. Если я сейчас убью Бихайна, сломается слишком многое.
Слабая отговорка только породит ещё больше недоразумений, поэтому я расправил плечи и ответил прямо:
Благодарю за предложение, но и титул, и положение я хочу получить собственными силами. Спасибо за приглашение. Еда и вино были великолепны.
Я не притронулся ни к еде, ни к вину и даже не сел. Тем самым ясно дал понять: буду считать это обычным приглашением на ужин и ничем больше.
Хр-р-русть.
Деревянный кубок в руке Бихайна перекосился под пальцами.
Не пожалеешь?
После любого выбора можно о чём-нибудь пожалеть. Но о сегодняшнем, думаю, не придётся.
…Уходи.
Фу. Какой взгляд. Будто отвергнутый любовник уже прикидывает, как отомстить.
Но становиться человеком Бихайна я не собирался ни при каких обстоятельствах. Ему не хватало ни рассудительности, ни характера, чтобы унаследовать графский дом. В силе он и близко не стоял рядом с Хвилькеном.
И уж точно я не собирался подстраиваться под его вкусы.
Всё случилось глубокой ночью. Я вернулся, лёг спать и нормально выспался.
А утром меня вызвал Стрик.
Господин Крис, командир зовёт.
Это был один из солдат, с которыми я давно общался без церемоний.
С утра пораньше?
Да. Вид у него очень серьёзный.
Лекарственный склад я уже почти привёл в порядок, деньги Стрика тоже вернул, и, как слышал, дома у него снова наступил мир. Если он так напряжён сейчас, причина могла быть только одна.
«Бихайн».
Быстро же он действует.
Я вошёл в кабинет. Стрик встретил меня тяжёлым вздохом.
Крис, во что ты опять ввязался?
А что?
Придётся взять одно поручение.
Если Стрик вздыхает уже при одном упоминании, хорошего ждать не стоит. Похоже, Бихайн решил отыграться.
Из столицы едет важная особа
Ну да. Слишком спокойной такая должность быть не могла.
Кто приезжает?
Стрик снова вздохнул.
Скрывать смысла нет. Третий принц.
У короля Серкадо было трое сыновей. В будущем королевство ждало немало бед, и одна из них серьёзно ударила по государственной мощи.
Третий принц — знаменитый безумный негодяй.
Тех, кто ему нравился, он осыпал должностями и титулами. Не нравился человек — принц мог изгнать его или просто убить. Жил исключительно так, как хотел.
И стоило ему куда-нибудь выехать, вокруг регулярно появлялись трупы. Особенно опасно было назначаться в его охрану.
Два года назад принца ужалила пчела. Всего лишь ужалила. Он отрубил руку рыцарю герцогского дома, который встречал его и не сумел предотвратить это великое несчастье. Герцог пришёл в ярость, и ходили слухи, что принц потом ещё долго держал на него злобу за жалобу.
Не знаю, зачем я это говорю…
Стрик посмотрел на меня и помолчал.
Тебе крупно не повезло.
Он был прав.
Третий принц Серкадо, Эдик Габш, был ходячей неприятностью.
Но хуже всего другое: как только я услышал его имя, всплыло старое воспоминание.
В восточных землях Серкадо, прямо на территории графа Людвига, Эдика однажды похитят. Целый месяц его будут держать в условиях, в которых скот содержат лучше.
Позже тех, кто его найдёт, заставят молчать, но слух всё равно разлетится по стране. Говорили даже, что после этого характер третьего принца испортился окончательно.
«Кажется, поговаривали, что за похищением стоял рыцарь герцогского дома».
И нашёл его, насколько я помнил, единственный герцог Серкадо.
Вот и приехали.
Неприятность была не просто большой. Она уже готовилась свалиться прямо мне на голову.