Глава 266. И в чём проблема? (1)

Твою мать.

Именно это первым пришло Кан Чану в голову, когда красное зарево поднялось над ночным небом.

На легенды ему было плевать. Куда важнее были два простых вопроса: «Почему эта дрянь молчала, когда он приезжал днём, а ночью вдруг решила устроить представление? И что теперь делать, если свет видит весь лагерь?»

—Командир, — тихо позвал Жерар, не отрывая глаз от зарева.

—Смотри вперёд и не вертись.

Надо же. Этот тоже научился хитрить.

Хотя чего удивляться. В мире, где даже Дайе начал сначала думать, а потом действовать, возможно уже всё.

Жерар, не поворачивая головы, заговорил ещё тише:

—Перед тем как мы выбежали, старик сказал: этот свет зовёт вас. Робер успел шепнуть мне у двери. Я велел ему молчать — Андрей услышит, будут проблемы.

Будто специально подслушал: Андрей тут же оказался рядом с Кан Чаном.

—Вы знаете, что это?

—Слышал то же, что и все. Какая-то чушь про Сурдкарда, хозяина горы, и про то, что с его приходом гора краснеет.

—Правда?

«Вот же сука. Долго он ещё будет проверять терпение?»

Андрей поймал взгляд Кан Чана и благоразумно отвернулся к свету.

Кан Чан направился к скамейке.

—Не поедем проверить? — Андрей снова посмотрел на зарево, потом на русский барак.

Хотелось ехать, но оставлять старика и ребёнка без присмотра ему явно не нравилось.

—Жерар! Возьми несколько человек и съезди посмотри.

—Есть!

—Дайе! Выбери людей и иди с ним.

—Понял.

Андрей понимал французский и видел, что Сок Кан Хо уже собирается.

—Я тоже еду.

Ну конечно. Простая ты душа.

—Хочешь — езжай.

Жерар отобрал бойцов. Кан Хо позвал переводчика и своих.

Андрей всё ещё косился внутрь барака. И тут, к удивлению Кан Чана, из британского блока вышел Тайлер с двумя бойцами SBS.

—Мы тоже посмотрим.

—Делайте что хотите. Робер! Приведи старика и мальчика сюда.

Кан Чан сказал это намеренно вслух, прямо при Андрее.

—Я хотел сначала сам с ними поговорить после возвращения...

Андрей осёкся, увидев лицо Кан Чана.

—Мы вернёмся, — сказал Жерар.

—Увидимся, — бросил Кан Хо.

Они сразу двинулись к воротам, Тайлер следом.

Андрей ещё секунду постоял с выражением трагического героя на картине, потом резко сорвался с места и побежал за ними.

Похоже, решил, что собственным глазам доверять надёжнее, чем переводу, который может оказаться удобным для Кан Чана.

Из командиров остался только Роберт. Его красный свет, судя по всему, не занимал.

Робер, видимо, предупредил старика заранее: тот больше не называл Кан Чана Сурдкардом.

—Спроси, ели они или нет.

Робер заговорил по-сомалийски. Старик быстро ответил и повернул к Кан Чану морщинистое лицо.

—Мальчику нужны лекарства.

—Тогда сначала в медпункт. Иди с ними, переведи всё врачам.

—Есть.

Робер повёл обоих к штабному бараку, где располагалась медицинская служба.

Никакого сложного плана у Кан Чана не было, но получилось удачно: тем, кто остался наблюдать, стало совершенно не за чем следить.

—Закурите? — подошёл Роберт и протянул пачку.

Кан Чан взял сигарету, не ломаясь.

—У вас при этой командировке не было ещё одной задачи? — спросил Роберт.

Кан Чан выпустил дым и усмехнулся.

—Ты и в прошлый раз спрашивал. Если так любопытно, мог поехать в горы с остальными. Или останься и послушай разговор со стариком от начала до конца. Меня сейчас куда больше интересуют две вещи: зачем ООН вообще устроила эту ебаную командировку и кто приказал вчера нас атаковать.

Роберт бросил окурок прямо перед скамейкой и раздавил подошвой. Удивительно: будто ни один из этих людей не умел пользоваться пепельницей.

—Бог Блэкфилда, — заговорил он после паузы. — Я до сих пор вижу лица своих людей. Раненых, обезглавленных. Иногда кажется, что я уже стою в аду. Если вы когда-нибудь найдёте тех, кому можно за это отомстить, сообщите мне. Если понадобится, я уйду со службы и приду как частное лицо.

Он смотрел серьёзно, без малейшей бравады.

—У нас семьи друг друга знают. Я вернусь домой и всё равно не смогу жить как раньше. Прошу вас.

Кан Чан прекрасно понимал эту злость. Бессилие, от которого хочется рвать стены руками.

—Если появится возможность.

—Спасибо.

Обещание было весьма условным, но Роберту хватило и этого.

—Когда старик и ребёнок вернутся, посидишь с нами?

—Мне этот свет нахер не нужен. Мне нужен тот, кто отправил на нас людей.

Несмотря на попытку Кан Чана остановить его, Роберт сразу ушёл к своему бараку.

«Как его не понять?»

Слишком свежа была ярость человека, который не может простить ни врага, ни самого себя.

Минут через десять вернулся Робер. Рядом шёл старик, а мальчик нёс в руках целую охапку пузырьков и упаковок.

—Что сказали?

—Похоже на тяжёлое недоедание. Ему сделали укол и дали питательные смеси и витамины.

Кан Чан покосился на лекарства. Ребёнок тут же опустил голову, будто застеснялся того, что на него смотрят.

—Как его зовут?

Робер спросил. Мальчик тихо ответил:

—Акрион.

—Хорошее имя.

Кан Чан улыбнулся. Акрион смущённо улыбнулся в ответ и опять опустил лицо.

—Командир, — Робер встал так, чтобы наблюдавшие издалека не видели его губ. — Старик говорит, что есть пещера, откуда идёт красный свет. Войти туда может только Сурдкард. Он хочет отвести вас. Я предупредил: при других ни слова. Сказал, что иначе вам может грозить опасность.

Кан Чан покачал головой.

—А с чего он взял, что я Сурдкард? Доказательств никаких.

—Красное небо для него и есть доказательство. Когда приходит Сурдкард, который спасёт племя, гора становится красной.

—Да чтоб его. Племя уже вырезали, остались вы двое. Скажи ему прямо: я не Сурдкард. В пещеру, может, и пойду, но эту сказку пусть из головы выбросит.

Робер перевёл. Старик зашепелявил, отчаянно двигая беззубым ртом.

—Он говорит, что долг племени — проводить Сурдкарда в ту пещеру. Если долг исполнен, все погибшие жители попадут в рай.

Да ну нахер.

«Если упасть всей деревней в одну яму вместе с „Кудс“ — билет в рай, то где, интересно, окажутся люди, которые умерли своей смертью и были нормально похоронены?»

Старик снова заговорил, увидев выражение Кан Чана.

—Свою часть они считают выполненной ещё тогда, когда помогли вам и привели к горе. Старик выжил случайно: сначала решил, что пришедший человек охотится за его внуком, и спрятался. И ещё у него просьба.

Кан Чан кивнул.

Старик заговорил быстрее.

—Просит защитить мальчика. Устроить его там, где его не убьют из-за альбинизма.

Кан Чан посмотрел на Акриона. Тот смотрел на деда и отрицательно качал головой.

—Передай: если захотят, я постараюсь вывезти из Африки обоих.

Услышав перевод, старик несколько раз поднёс к лицу скрюченные пальцы — то ли благодарил, то ли молился.

Во времена, когда Кан Чан командовал отделением легионеров, он такого обещать не мог. Шестьсот человек тоже не вывезешь по одному. Но двоим, пожалуй, можно найти путь.

В крайнем случае придётся потянуть за должность заместителя директора французской разведки. Или за должность заместителя директора корейской Нацразведслужбы.

«Какой смысл в этих званиях, если они не могут помочь ребёнку, который сейчас держит несколько бутылочек витаминов, стесняется улыбаться и плачет, слушая собственного деда?»

Акрион вытер слёзы, услышал перевод и вдруг широко, по-детски улыбнулся старику.

Кан Чан вспомнил о другом.

—Если наши люди уже поехали к свету, они не найдут пещеру?

Старик сразу оживился и ответил.

Робер переспросил дважды.

—Говорит, свет идёт от деревьев. Пещеру они не найдут.

—От деревьев?

—Точно от деревьев.

Кан Чан кивнул.

—Тогда ради вашей же безопасности держите всё это в секрете. Даже если сегодня в пещеру не попадём, уедете отсюда вместе с нами. А пока пусть ночуют в вашем бараке — там есть кому говорить с ними.

—Понял.

Робер увёл старика и Акриона во французский блок.

Один из русских бойцов заметно дёрнулся, когда они прошли мимо, потом поймал взгляд Кан Чана и вместо того, чтобы двинуться за ними, сел на ближайшую скамейку.

Мыслей становилось слишком много.

Красный свет — почти наверняка Блэкхед.

«Но почему днём ничего? Почему ночью? И почему камень, который, по словам старика, никогда прежде не светился, вдруг решил превратить гору в вывеску мясной лавки?»

«Энергия?»

Возможно.

Свет действительно напоминал красные лучи, которые рвались тогда из подземного бетонного комплекса в Британии.

Вот же жизнь.

И без того хлопот хватает, теперь ещё камень по ночам собирает вокруг себя спецназ и дразнит всех подряд.

Был и другой вопрос.

Андрей явно что-то учуял. «Как уберечь от него старика и мальчика? И как сделать это, не наврав так, что завтра всё развалится?»

Пока Кан Чан перебирал варианты, из барака вышел У Хи Сын.

—Ты разве не поехал?

—В группу не попал. Кофе сделать?

—Не надо. Оставишь кружку на минуту — получишь суп из мошкары.

У Хи Сын улыбнулся.

—А наши ребята...

Кан Чан посмотрел на него.

—Теперь мы действительно стали группой мирового уровня, да?

Он-то думал, тот скажет что-нибудь важное.

Кан Чан усмехнулся и перевёл взгляд на ворота.

—Это уже не похоже на наши тренировки. Чхве Джон Иль вчера сказал: для него честь участвовать в операции рядом с такими людьми.

—Меньше пафоса. Главное — выжить. Вот это честь.

Они ещё какое-то время перебрасывались фразами. Затем у ворот стало шумно: возвращалась разведывательная группа.

Кан Хо, Жерар и Андрей подошли к Кан Чану вместе.

—Свет действительно идёт от деревьев, — доложил Жерар. — Мы ради проверки снесли несколько стволов целиком. Земля под ними обычная, а срубленные деревья сразу перестают светиться.

Кан Хо выслушал перевод и кивнул.

Андрей воспользовался паузой:

—Где старик и ребёнок?

—Во французском бараке. Мальчик истощён, перепуган. Поговоришь завтра.

—То, что вы командир, не даёт права нарушать собственные обещания.

—Андрей. Я уже говорил: если назвал меня командиром, то когда велят жрать — жрёшь, когда велят...

—Такие правила действуют только в корейской группе.

Кан Чан медленно повернул шею, будто разминая её, и поднялся.

Лица оказались почти вплотную.

—После того как я потерял людей, я ещё ни разу никого так долго не терпел.

У Андрея дёрнулась щека.

—Мне плевать на этот ебаный красный свет. Я хочу знать, почему здесь должны были умереть шестьсот жителей и бойцы, которые мне поверили. Хочу знать, какая мразь отдала приказ атаковать. И предупреждаю в последний раз: не лезь поперёк, когда я говорю.

Андрей выдерживал взгляд из последних сил.

—И ещё. Я терплю только потому, что уверен: командиры и бойцы, потерявшие своих, чувствуют то же самое. Не вынуждай меня действовать сейчас. Иначе я тебя действительно убью. Понял?

Андрей сглотнул.

—Андрей?

—Понял.

Жерар заметил, как у того дрогнули глаза.

Кан Чан медленно выровнял дыхание.

Ещё одно слово, ещё одна гримаса или движение — и он уже не отвечал бы за себя.

«Один раз уступил — и этот сукин сын решил, что можно продолжать?»

Если не хочешь признавать командира, не называй его командиром. А то язык говорит одно, а ведёшь себя так, будто перед тобой удобный старший брат со двора.

Злость снова ударила в голову, уголок губ у Кан Чана приподнялся.

Андрей тут же опустил глаза.

—Иди. Завтра спросишь всё, что хочешь.

—Понял.

Он тихо ответил и ушёл.

Сок Кан Хо посмотрел вслед.

—А ведь умеет вовремя понять, что сейчас получит.

Жерар прикурил сразу три сигареты и раздал две.

Кан Чан затянулся.

—У вас терпения всё больше, — сказал Кан Хо. — Я уж думал, странно: столько людей потеряли, а вы будто держитесь. Значит, просто молчали.

—О чём ты?

—О Цыплёнке. О французах. О наших. Я же видел, как вы всё это проглатываете.

—Хватит.

Кан Хо вместо ответа выпустил дым.

Жерар заговорил:

—Андрей и в горах вёл себя так же. Будто за ним кто-то гонится.

—Похоже, российская разведка что-то знает об энергии Блэкхеда. Поэтому он и бесится. Старик, кстати, говорит, что есть отдельная пещера. Позже хочет сводить меня туда. Только сейчас это будет непросто.

Жерар кивнул.

—Сегодня ночью или завтра я сам свяжусь с разведуправлением. А пока старик и мальчик на тебе. Если кто-нибудь полезет — ссылайся на меня, на мою должность и на прямой приказ.

—Понял.

Жерар ответил уже совсем другим тоном — без шуток.

После этого Кан Чан вернулся в барак вместе с Кан Хо. В комнате он пересказал ему весь разговор со стариком и Робером.

—Значит, старик заранее знал, что свет будет идти именно от деревьев?

Кан Чан уставился на него.

Надо же. Дайе сам до этого дошёл.

—Не смотри так. Тогда выходит, раньше такое уже случалось?

Кан Чан продолжал молча смотреть.

Вот это уже действительно мысль.

Кан Хо нахмурился, вытянул губы.

—Тогда надо быстрее попасть в пещеру.

—С чего вдруг?

—Ну как с чего? Проверим, есть ли там Блэкхед. Если есть — заберём, и вопрос закрыт.

—И это всё?

—А как вы собираетесь его забрать, не зайдя внутрь?

Ну да. Чудес на сегодня достаточно.

—Андрей, похоже, уже что-то понял. Лучше выждать. Если придётся, пойдём после того, как все группы разъедутся.

—А если кто-то другой догадается раньше?

—Тогда уже догадался. С таким количеством людей мы всё равно не потянем открытый конфликт.

—Понял.

—Своим передай: не расслабляться. И ещё: Блэкхед Блэкхедом, а старик с мальчиком сейчас важнее. Не забывай.

—Если камень не связан с вами, мне он и даром не нужен.

На этом разговор закончился.

Они вышли в общую комнату. Кан Чан взял спутниковый телефон и позвонил в Корею.

—Ким Хён Джон слушает.

—Штаб ООН вернулся.

—Официальное сообщение уже опубликовано. Наше правительство получило списки погибших и раненых, сейчас готовится эвакуация.

Значит, основная бумажная часть уже закрутилась.

Обменявшись ещё несколькими формальными фразами, Кан Чан отключился и набрал номер Ланока.