Глава 57. С бизнесом одна морока (2)

Пятница.

Кан Чан переодевался в комнате секции, а снаружи один за другим собирались ребята.

За это время они успели привыкнуть друг к другу. Теперь никто из спортсменов не мялся при виде Кан Чана и не отводил глаза.

Казалось, все уже пришли.

Дверь открылась.

Вошли Хо Ын Силь, Ли Хо Джун и Чо Се Хо.

Кан Чан невольно усмехнулся.

«Он вчера запретил им показываться. Что дальше? Принесли пистолет, чтобы сейчас выстрелить в него и решить проблему разом?»

Пока он молча смотрел, дверь снова распахнулась. На этот раз в комнату вошли Чха Со Ён, Мун Ги Джин и почти вся спортивная секция.

Первым заговорил Чо Се Хо.

—Я виноват.

Кан Чан ничего не ответил.

—Я извинился перед Ги Джином и перед всеми из секции. Они простили. Поэтому пришёл попросить вас: разрешите мне снова тренироваться.

Как только он закончил, слово взяла Ын Силь:

—Се Хо признал, что поступил неправильно. Больше такого не будет. Дай ему один шанс.

Есть какая-то проклятая слабость: стоит увидеть детей в школьной форме — и злиться становится труднее.

Кан Чан молчал. Тогда выступила Чха Со Ён.

—Мы правда хотим заниматься вместе. Я сказала, что если он честно извинится, сонбэ, скорее всего, выслушает. Поэтому и привела всех сюда.

Последнюю фразу она произнесла уже дрожащим голосом и опустила голову.

«Прощать или нет?»

Кан Чан ещё решал, когда Чо Се Хо шагнул вперёд.

—Если надо, ударьте меня. Я виноват, что после конца спарринга полез на Ги Джина.

Кан Чан вдруг вспомнил: этот оболтус учится в одном классе с Чха Со Ён.

—Вчера взрослые хёны позвали меня поесть и долго разговаривали, — продолжил Се Хо. — Они правы.

Наверняка речь о сотрудниках Ким Тэ Джина.

—Сказали тренироваться серьёзно и попробовать стать телохранителем. Я теперь и правда хочу.

Кан Чану тоже хотелось хотя бы один раз поверить человеку второй раз.

—Вы серьёзно?

—Да. Простите в последний раз.

Он посмотрел на Хо Ын Силь. В её лице обычного вызова не было.

—Чо Се Хо.

—Да.

И у него ни наглости, ни скрытого сопротивления.

Ладно. Этот бой Кан Чан проиграл чисто.

—Один последний шанс.

Се Хо и Со Ён вскинули головы. На лицах — будто строгий отец только что дал разрешение на свадьбу.

—Спасибо!

«Она что, в него втрескалась?»

После целой волны благодарностей дети наконец вышли.

Снаружи сразу поднялся шум. Судя по всему, всё действительно уладилось.

Если присмотреться, в бывшей банде главной явно была Хо Ын Силь, а в секции всех незаметно вела Чха Со Ён.

Кан Чан решил не вмешиваться и занялся тренажёрами.

После хорошей нагрузки он выпил воды и из любопытства вышел посмотреть, что происходит на поле. Полотенце оставил на шее: если надоест, сразу пойдёт в душ.

На площадке царила почти военная серьёзность.

Перед комнатой секции разложили маты. Сотрудники Ким Тэ Джина расставили школьников по двое и учили базовым движениям.

Все работали очень сосредоточенно.

И выглядело это до смерти смешно.

Кан Чан прикусил губу, чтобы не заржать.

У некоторых действительно мелькал талант. Другие махали руками так, будто исполняли пьяный танец.

Он покачал головой и ушёл мыться. ∗ ∗ ∗ После обеда Кан Чан проследил, чтобы школьники немного позанимались учебой в комнате секции. Затем около часа отрабатывал рукопашный бой сразу с пятерыми взрослыми.

Потом снова душ — и домой.

В квартире никого не было.

Кан Чан спокойно сел за компьютер, почитал материалы о производстве сериалов и заодно попробовал понять, можно ли вообще отыскать людей из его старого подразделения, если кто-нибудь из них тоже каким-то образом вернулся к жизни.

В прихожей щёлкнул электронный замок.

Кан Чан вышел в гостиную.

—Сын, ты уже дома?

—Да.

Он забрал у Ю Хе Сук бумажный пакет.

—Купила папе рубашку на воскресенье. Его вещи совсем старые. И тебе одну хлопковую футболку.

—А себе опять ничего?

—Да у меня одежды полно. Зачем ещё?

Кан Чан только улыбнулся. Когда-нибудь надо самому купить ей что-нибудь хорошее.

Он вернулся в комнату, снова сел за стол, немного поговорил с Ким Ми Ён. До вечера ничего больше не произошло.

Перед сном Сок Кан Хо позвонил усталым голосом — вот и все события дня.

День получился настолько спокойным, что даже непривычно. ∗ ∗ ∗ Суббота.

Как обычно, Кан Чан рано пробежался и позавтракал.

Потом сел у себя и задумался, чем занять день. И неожиданно понял: так дальше нельзя.

С Шахраном покончено. К новой жизни он уже более-менее привык. Значит, пора наконец жить её всерьёз.

Первая мысль — вернуться к учёбе.

Но бессмысленно убиваться над предметами, которых он пока толком не понимает. Хотелось чего-то системного и практичного.

Кан Чан полез в интернет.

Английский. Китайский. Японский.

Потом попытался вспомнить, что ещё его когда-нибудь интересовало.

Ничего.

«Ещё школьных хулиганов осуждаю».

Стало так стыдно, что даже лицо нагрелось.

«Тогда, может, раньше начать работать?»

Заработать нормальные деньги. Помогать таким детям, каким сейчас помогают Кан Дэ Гён и Ю Хе Сук. Не худший способ прожить жизнь.

В этот момент завибрировал телефон.

Сок Кан Хо.

—Чего делаешь?

—Поел и бездельничаю. Ты лучше отдохни, после переезда наверняка еле живой.

—Переехали в квартиру — и жена внезапно превратилась в бодхисаттву. Сказала, сама всё разберёт, а меня выгнала на день из дома. Давай махнём в Янпхён.

—В Янпхён?

Предложение было настолько кстати, что Кан Чан чуть не обрадовался вслух.

Он сослался дома на Сок Кан Хо и вышел.

Теперь они жили в соседних домах, поэтому встретились меньше чем за десять минут.

Кан Чан сел в машину у въезда в жилой комплекс.

—Удобно всё-таки рядом жить.

—И не говори. Даже спокойнее как-то. Держи.

Сок Кан Хо протянул холодный кофе.

Машина тронулась. Они открыли окна, пили кофе и курили.

Кан Чан первым делом рассказал, чем закончилась вчерашняя история с детьми.

—Нам тоже надо куда-нибудь выехать всем вместе, — сказал Сок Кан Хо. — Корпоратив, сборы — как хочешь называй.

—Мишель ровно то же самое предложила. Может, вообще объединить? Два раза отдельно ездить — одна морока.

—Если тебе удобно, почему нет? Такие поездки чем больше людей, тем веселее. Только раз уж каникулы, давай не в выходные. А то жильё дороже, везде толпы.

—Обсудим и скажу.

—Договорились.

Субботний трафик местами вставал.

—На следующей неделе хочу немного заняться сериалом, — сказал Кан Чан. — Мне тоже нужно какое-то своё дело.

—Может, тебе всё-таки охранная компания больше подходит?

—Думал. Потом представил, как целый день хожу за чьей-то задницей. Нет, лучше сдохнуть.

—Это правда. Ещё можно весь день в машине просидеть.

За городом дорога стала свободнее.

Доехали до ресторана, который специализировался на жареной утке.

Они устроились на деревянной площадке, заказали утку, потом кальгуксу и макколи.

—Не ломай голову так сильно. Ты за что ни возьмёшься — нормально получится.

—Кроме войны я ничего толком не умею. Вот и хочу хотя бы попробовать. Не хочу выглядеть трусом в собственных глазах.

Сок Кан Хо выпустил длинную струю дыма и усмехнулся.

—Чувствую, сейчас ты устроишь шум в сериальном бизнесе.

—С чего?

—А ты умеешь делать что-нибудь «слегка»?

—Да говорю же: здесь буду спокойно. Я просто хочу разобраться, как всё работает.

Телефон зазвонил в тот же момент.

Мишель.

Сок Кан Хо увидел имя на экране и рассмеялся:

—Ну вот, накаркал.

Кан Чан ответил:

—Да, Мишель.

—Босс, завтра внезапно хотят встретиться представители «Аллиона», это вторая по величине продюсерская компания, и глава драматического производства телеканала. Сможешь? В час дня, отель на Намсане.

Кан Чан тяжело выдохнул.

—Что? У тебя планы?

—Да нет. Просто кто там этот отель мёдом намазал? Почему любая встреча обязательно на Намсане? Другого места в Сеуле нет?

—Уже договорились. Нам сейчас неудобно переносить.

—Ладно. В час быть там?

—Да. Давай мы с тобой встретимся минут за тридцать.

—Хорошо. Буду в лобби-лаунже.

—Увидимся завтра.

Кан Чан завершил звонок и шумно выдохнул.

—Опять Намсан? — спросил Сок Кан Хо.

—Ага. Как будто в Сеуле один отель.

—Ты же учишься бизнесу. Вот и учись как следует.

—Щас я тебе...

Кан Чан изобразил злую рожу, но через секунду оба заржали.

На обратной дороге зазвонил уже телефон Сок Кан Хо.

—Алло? А, господин Ким. Что случилось?

Кан Чан смотрел в окно и не прислушивался.

—Да. Да.

Сок Кан Хо коротко глянул на него.

—Что?

От резкого возгласа Кан Чан повернулся.

—А... да. Просто неожиданно. Понял. Я поговорю с командиром и сегодня или завтра заеду в больницу. Да.

Он отключился и уставился на Кан Чана.

—Ким Тэ Джин сказал дать номер счёта. Собирается перевести мне семьсот миллионов вон.

—А. Значит, об этом.

Сок Кан Хо выглядел оглушённым.

—В последнее время вокруг постоянно называют такие суммы, что я уже вообще перестал понимать, много это или мало.

—Та же хуйня.

Некоторое время Кан Хо молча вёл машину, потом сказал:

—Я эти деньги тебе отправлю. Сразу знай.

—У меня есть акции, и денег уже выше крыши. Не выдумывай. Получишь — спокойно отдашь жене.

—Вот зачем он вообще такое придумал? Человека только с толку сбивает. Давай лучше закурим.

—Давай.

Они открыли окна настежь и поехали по шоссе в потоке тёплого воздуха. ∗ ∗ ∗ Вернувшись домой, Кан Чан снова полез в материалы по производству сериалов.

Он не просто читал — заучивал термины. Особенно внимательно прошёлся по статье «Как устроена корейская телеиндустрия»; её перечитал раз десять.

По субботам у семьи почему-то почти вошло в ритуал заказывать жареную курицу и смотреть телевизор. Развлекательные передачи шли одна за другой, потом начинался поздний фильм.

Не хватало только глотка пива. Но и кола уже перестала казаться такой жалкой заменой.

В воскресенье утром Ю Хе Сук подняла вокруг себя такую суету, что завтрак снова готовили Кан Дэ Гён и Кан Чан.

Кан Дэ Гён даже надел фартук и объявил, что покажет секретное мастерство. В какой-то момент зачерпнул ложкой суп из соевой пасты и поднёс прямо ко рту сына.

—Ну как?

Дело было не в его ожидающем лице: суп действительно получился великолепный.

Кан Чан удивлённо поднял большой палец. Кан Дэ Гён удовлетворённо кивнул.

Позавтракали быстро. Посуду вымыл Кан Чан.

Он ненадолго вернулся к себе, потом снова вышел в гостиную. Ю Хе Сук всё ещё крутилась перед зеркалом.

—Вы так опоздаете.

—Думаешь? Сын, ну как мама?

Кан Чан рассмеялся и снова показал большой палец.

—Очень красивая. Сегодня будете главной героиней.

—Спасибо. Милый! Ты что там делаешь? Нам пора!

Кан Дэ Гён поспешно вышел из комнаты.

На нём была светло-голубая рубашка — похоже, та самая, которую вчера купила Ю Хе Сук.

После обязательного обсуждения рубашки родители наконец обулись.

—Я тоже сегодня буду там, — сказал Кан Чан. — Возможно, после половины первого окажусь в лобби-лаунже. Если станет любопытно, загляните.

—Правда? Вот здорово! Тогда потом вместе купим хлеба. В этом отеле потрясающая выпечка.

Кан Дэ Гён и Ю Хе Сук ушли.

Примерно через час Кан Чан тоже переоделся. ∗ ∗ ∗ Воскресный холл отеля был оживлённым.

Кан Чан пришёл минут на десять раньше, но Мишель уже сидела в лаунже. Увидев его, она замахала рукой.

—Чани!

Похоже, приступ вернулся. Некоторое время Мишель вела себя прилично, а теперь опять повисла на нём и шумно поцеловала в обе щёки.

К ним тут же подошёл менеджер отеля, поприветствовал Кан Чана. Тот заказал кофе.

Мишель сразу перешла к делу.

—«Аллион» будет давить. Ли Ха Ён ушла к ним. Они наверняка скажут, что у нас нет опыта производства, и вместе с каналом предложат совместный проект. Скорее всего, «Аллион» потребует семьдесят процентов прибыли против наших тридцати и право выбрать одного из главных актёров.

В чёрном костюме, белой блузке и с деловым выражением лица она выглядела особенно хорошо.

—Мы должны стоять на пятидесяти на пятидесяти. Мужскую главную роль пусть кастуют они, если хотят. Зарубежные права и все остальные доходы тоже делим пополам.

—Каналов несколько. Нам обязательно решать всё сегодня?

Мишель поморщила нос и покачала головой.

—«Аллион» достаточно влиятелен на всех эфирных каналах. И руководители программных отделов между собой очень тесно общаются. Если хотя бы один поставит на нас крест, дальше будет тяжело.

—Понял.

Кан Чан воспринимал объяснение как часть учёбы.

—Кстати, Мишель. Корпоратив. Можно взять с собой школьников из нашей секции?

Она задумалась.

—В принципе, можно. Но тебе самому не будет неловко перед сотрудниками? Стажёры увидят, как другие старшеклассники обращаются с тобой совсем не как с генеральным директором.

—А. Точно.

Об этом Кан Чан вообще не подумал.

Совет был разумный.

Выходит, до конца каникул ему предстоят два отдельных выезда с коллективами и ещё семейная поездка. ∗ ∗ ∗ Представители «Аллиона» приехали вместе с руководителем программного отдела.

По лицу Мишель Кан Чан понял, что есть ещё сюрприз. Обернулся — к их столику шла Ли Ха Ён вместе с двумя мужчинами.

Кан Чан и Мишель поднялись.

—Здравствуйте, господин Кан, госпожа Мишель. Вы друг друга знаете. Представлю остальных: это глава «Аллиона» Дэвид Чхве, а это господин Мун Бон Гын, руководитель программного отдела телеканала.

После приветствий все сели и заказали напитки.

Чай ещё не принесли, когда Дэвид, крупный мужчина лет сорока с толстыми губами и острым взглядом, заговорил без предисловий:

—Вы условия уже слышали, поэтому не будем тянуть. Если главную женскую роль получает Ли Ха Ён — делим пятьдесят на пятьдесят. Если ещё и мужчину ищем мы — семьдесят нам, тридцать вам. Выбирайте.

Мишель посмотрела на Кан Чана. Значит, отвечать ему.

—Почему так?

—Если в главной роли Ын Со Ён, нам придётся отдельно уговаривать звёздного партнёра. Кто больше работает, тот больше и получает. Всё просто.

Как ни смотри на этого «Дэвида», человеком, жившим за границей, он не казался. Самый обычный кореец, только английское имя себе прицепил.

Мун Бон Гын добавил:

—Для канала Ын Со Ён в качестве главной актрисы тоже риск. Мы готовы обсуждать проект только потому, что у «Аллиона» большой опыт. Если и мужская роль будет слабой, отдел программирования проект не утвердит.

Понгын говорил прямо, но по лицу было видно: переубеждать такого бесполезно.

Наконец принесли чай.

Кан Чан опустил глаза к чашке и заметил, как Ли Ха Ён улыбается с откровенным злорадством.

Их взгляды встретились. Она улыбку не убрала.

Кан Чан коротко усмехнулся.

На её лице на секунду появилось сомнение: «Он что задумал?»

«Бизнес?»

В конечном счёте все здесь собрались ради денег.

Но унижаться ради сделки Кан Чан не собирался. Если человек наверху кланяется, те, кто ниже него, в итоге стоят на коленях. И особенно смешно делать это, когда весь бюджет даёт DI.

Он сначала обратился к Мишель:

—Я правильно понимаю, эти условия появились потому, что «Юкс» инвестирует в нас?

—Да.

Вот что значит хороший нюх. Мишель тут же заговорила подчеркнуто официальным тоном.

Кан Чан повернулся к Дэвиду.

—Условия «Аллиона» принимаю. Тогда производственный бюджет тоже делим пополам.

Дэвид резко поставил чашку.

—Господин Кан, вы, похоже, не понимаете рынок. Если бы речь шла о равном финансировании, в очередь стояли бы компании намного привлекательнее DI. Сначала разберитесь, о чём говорите.

Кан Чан спокойно кивнул и посмотрел на Мун Бон Гына.

—Если мы не работаем с «Аллионом», получить эфир будет трудно. Верно?

—Можно сказать и так.

—Тогда договорённости нет.

За столом мгновенно похолодало.

Мишель не дрогнула. Ни тени паники — лицо спокойное, будто именно этого и ожидала.

Дэвид прищурился.

—С таким отношением вы в Корее долго не протянете.

Кан Чан встретил взгляд прямо.

—Если у компании достаточно возможностей получить десять миллиардов инвестиций на одну Ын Со Ён, думаю, как-нибудь проживём.

—Инвестиции-то получите. А кому сериал продавать будете?

Кан Чан улыбнулся своей короткой, неприятной улыбкой.

—Сделаем совместный проект с Китаем. «Юкс» обещал ещё десять миллиардов при необходимости. При таких условиях даже прямой убыток мы переживём. Если Ын Со Ён хорошо зайдёт в Китае — задача выполнена. А если ещё кто-нибудь из наших второстепенных актёров там выстрелит, вообще выйдем в плюс.

Всё это он вытащил из той самой статьи о корейской телеиндустрии.

—Если захотим, Китай вам тоже перекроем, — резко бросил Дэвид. Самолюбие явно задело.

Они по-прежнему не отводили глаз.

Кто первым отвернётся — тот и уступил.

—Если полезете туда, я тоже поиграю, — спокойно сказал Кан Чан. — С этого дня любой сериал, где есть хотя бы один актёр «Аллиона» или хотя бы сто вон ваших инвестиций, я постараюсь закрыть для экспорта в Китай и Японию. Звучит даже весело.

Дэвид шумно выпустил воздух через нос.

«Вот бы по этому носу сейчас врезать».

Мун Бон Гын выставил руки между ними.

—Так, так. Мы же встретились не для драки. Давайте нормально поговорим.

Поздно. Драка уже началась — просто пока словами.

—Узнал пару бандитов, научился притягивать деньги и решил, что новичку всё позволено? Этот рынок не так прост, — процедил Дэвид.

—А я и не прошу разрешения. Буду работать так, как считаю правильным. Не нравится — не работаем. Чего ещё болтать?

—Эй! Хватит, — уже жёстко вмешался Мун Бон Гын. — Господин Чхве, вы меня совсем игнорируете?

Дэвид стиснул зубы и повернулся к нему.

—Пойдёмте.

Он встал. Мун Бон Гын тоже поднялся почти сразу.

Ли Ха Ён пошла за ними.

На прощание Дэвид бросил:

—Посмотрим, кто кого.

—Вот и посмотрим.

Троица ушла из гостиницы.

Суки.

Раз уж собрались хлопать дверью, могли бы хотя бы заплатить за свой кофе.

—Фу-у-ух!

Как только они скрылись, Мишель с огромным облегчением выдохнула. Всё время держалась идеально, а теперь будто сдулась.

—Ты чего?

—И испугалась, и одновременно... У меня от тебя так внутри всё загорелось, что я изо всех сил старалась не подать виду.

У этой женщины точно была какая-то болезнь. В самые неподходящие моменты у неё то грудь «разрывается», то всё тело «горит».

Пожалуй, надо познакомить её с доктором Ю Хон У.