Глава 62. Проект «Единорог» (2)
Кан Чан подошёл к Дэвиду.
Эй.
Тот, видимо, всё ещё цеплялся за остатки гордости: головы не поднял и не ответил.
Кан Чан усмехнулся.
Таких он видел до тошноты много. Они всегда думают одинаково: сейчас главное выбраться отсюда целым, а потом можно будет отомстить. Перетерпеть несколько минут — и уж тогда-то показать, какой ты на самом деле страшный человек.
Кан Чан сгреб Дэвида за волосы и резко потянул вверх.
А! Ай!
Больно?
А-а-ай!
Дэвид вытянулся на носках, пытаясь хоть немного ослабить натяжение, и только чаще застонал.
Пощёчина оборвала стоны.
Эй.
Кан Чан снова усмехнулся и тут же ударил ещё раз.
Я к тебе обращаюсь.
Да!
Увидев улыбку Кан Чана, Дэвид вздрогнул.
Есть люди, которые из последних сил пытаются нормально жить. Так вот, не надо отнимать у них последнее
Следующая пощёчина вздула левую щёку Дэвида. Из носа и разбитой губы потекла кровь.
Быть стажёром
Нет.
Тело Дэвида начало мелко дрожать.
Тогда какого хуя ты творишь?
Да!
Пощёчина.
Кх... уф...
От испуга он сбился с дыхания.
Хотеть нормально работать, сниматься, выходить в эфир и добиваться места своим талантом
Нет!
Ещё удар.
Кх... кх...
Обязательно давить тех, кому и так тяжело? Зачем вызывал этих девчонок в бар? Что собирался с ними делать? А?
Я не это имел в виду...
Кан Чан ударил четыре раза подряд.
Ух... у-у...
Тихо.
Дэвида затрясло, как в лихорадке.
«Что с ним вообще делать?»
Злость в Кан Чане только крепла. Перед ним был человек, который получил чуть больше денег и чуть выше забрался по служебной лестнице — и решил, что теперь может без всякого стыда навязывать другим унижение, которое они будут помнить до конца жизни.
Кан Чан отвесил ему ещё пять пощёчин.
После последней тело Дэвида обмякло.
Не отпуская волос, Кан Чан волоком потащил его туда, где лежали бандиты, и бросил рядом.
Правая ладонь была перепачкана чужой кровью.
Половина стажёрок плакала. Ын Со Ён тоже не сдерживалась; рядом всхлипывала бухгалтер.
Кан Чан повернулся к Ли Ха Ён.
Та шевельнулась, когда он направился к ней, но тут же снова замерла, будто надеялась притвориться без сознания.
Если сейчас не встанешь, я тебе оба колена раздроблю.
Ли Ха Ён поднялась раньше, чем он договорил. Её трясло.
Ли Ха Ён.
Д-да.
Предупреждаю один раз. Ещё раз попадёшься мне на глаза с такой хуйнёй...
Она невольно посмотрела на его окровавленную правую руку и съёжилась.
Иди вон туда.
Ли Ха Ён, дрожа всем телом, перебралась к бандитам.
А гонору-то было. До Хо Ын Силь ей далеко.
Мишель, влажные салфетки есть?
Мишель даже не смогла ответить словами. Просто схватила пачку и принесла ему.
Приберите тут хотя бы немного.
Пока Кан Чан вытирал руки, Им Су Сон, Ким Джэ Тхэ и сотрудники дорожной группы поставили на место опрокинутые стулья и столы.
Едва они закончили, снаружи постучали.
Работники тревожно переглянулись: посмотрели на Кан Чана, потом на искалеченных людей у входа. Но прятать уже было нечего.
Тц. Откройте.
Ким Джэ Тхэ пошёл к двери.
На пороге оказался Мун Бон Гын.
Он увидел Дэвида, Ли Ха Ён и груду избитых громил — и застыл с таким лицом, будто на несколько секунд забыл, как дышать.
Директор Мун.
Д-да! Да!
Присаживайтесь сюда.
Кан Чан нарочно указал на стул у стены, на виду у всего офиса.
Мун Бон Гын осторожно сел. Кан Чан достал ещё одну салфетку, тщательно вытер ладонь и устроился рядом. Впереди стоял рабочий стол; Мишель, стажёры и сотрудники могли слышать весь разговор.
Мне сказали, вы хотели кое-что обсудить.
Кан Чан посмотрел на гостя холодно.
Тот был из той же породы. Пока перед ним слабый — дави. Как только встречается кто-то сильнее, хвост тут же поджимается.
Н-наша телекомпания решила взять сериал DI в эфир. Понедельник-вторник, среда-четверг, мини-сериал
Ын Со Ён и стажёрки в изумлении закрыли рты ладонями.
Минуточку, — Я в производственной кухне не разбираюсь. Дальше лучше обсудите всё с директором Мишель. Вас это устроит?
Конечно! Именно так и сделаем.
Мун Бон Гын выглядел так, будто ему только что простили огромный долг.
Мишель, поговорите в переговорной. Если какие-то условия нас не устроят
Окей, босс.
Мишель тоже всё ещё была бледной, но держалась куда лучше стажёрок.
Они с Мун Бон Гыном ушли в переговорную.
Наверху ведь есть комната отдыха для стажёров?
Да.
Старый офис как раз собирались переделать под неё.
Тогда поднимайтесь и немного придите в себя.
Хорошо.
Девушки, сбившись тесной группой, покинули офис — точь-в-точь стадо овец, только что вырвавшееся от волка.
Ын Со Ён.
Да!
Ты тоже иди наверх с сотрудницами.
Хорошо.
Со Ён ушла вместе с координатором и бухгалтером.
Кофе здесь можно добыть?
Я сделаю.
Один из работников дорожной группы мгновенно бросился к кулеру.
Через несколько минут Кан Чан сделал первый глоток и почувствовал, что напряжение понемногу отпускает.
Сигарету дать?
Если сами будете курить
У Су Сона, похоже, был характер. Впрочем, человек без характера вряд ли вырубил бы громилу ударом по затылку.
Им Су Сон достал из внутреннего кармана пачку, протянул сигарету Кан Чану, сел напротив и закурил сам.
Ярость понемногу выветривалась.
Ли Ха Ён. Приведи Дэвида в чувство и убирайтесь отсюда.
После этих слов Дэвид кое-как поднялся.
Тупые ублюдки.
С раздробленным коленом даже на одной ноге толком не попрыгаешь: каждый толчок отдаёт болью в кость. Поддерживать пострадавшего за плечо тоже не выйдет — ключицы им Кан Чан переломал.
В итоге бандиты буквально выползали из офиса по полу.
Из-за этих сволочей теперь ещё и чистое ковровое покрытие менять.
Кан Чан докурил и немного посидел молча. Вскоре из переговорной вышли Мишель и Мун Бон Гын.
Тогда я поеду.
Кан Чан поднялся и посмотрел на Мишель. Та едва заметно кивнула: результатом переговоров она была довольна.
Спасибо за работу.
Что вы, что вы. Это мы рады получить возможность поставить в эфир хороший сериал.
Мун Бон Гын почти сбежал из офиса.
Садись.
Кан Чан вернулся на место, а Мишель словно рухнула на соседний стул. Пальцы у неё мелко дрожали.
Мишель.
Она вскинула на него испуганные глаза.
В подробностях бизнеса я не разбираюсь.
Кан Чан хотел, чтобы хотя бы одну вещь она поняла совершенно ясно.
Но людей, которые доверились тебе и пошли за тобой, защищай любым способом. Если не уверена, что сможешь за них отвечать, лучше вообще не держи таких людей рядом. А если рядом не останется ни одного человека, за которого ты готова встать,
Мишель прямо посмотрела ему в глаза и кивнула.
Тогда хорошо. С эфиром теперь всё решено?
Йес, босс. Можно мне поговорить с тобой наедине?
Конечно.
Она поднялась.
Только вдвоём.
Кан Чан уже согласился, поэтому просто пошёл за ней в самый дальний кабинет.
Комната была обставлена со вкусом: современный стол, подходящий к нему диван.
Мишель закрыла дверь и сразу обняла Кан Чана за талию.
Он коротко рассмеялся и погладил её по спине.
В офисе она изо всех сил делала вид, что держится, а теперь дрожала, как маленькая собака после ледяного душа.
Минут через пять дрожь стала слабее. Зато Кан Чан почувствовал, как разгорячилось её тело.
Полегче стало?
Спасибо. Правда, спасибо тебе.
Тогда давай сядем.
Угу.
Мишель отстранилась и наконец улыбнулась без прежнего напряжения.
Они сели на диван.
Это твой кабинет, Чани. Нравится?
Хорошо сделали. Не жалеешь, что ввязалась?
Лицо Мишель стало спокойнее.
Я давно хотела этим заниматься. Всё оказалось намного тяжелее, чем я представляла, и проект разросся гораздо сильнее, чем я ожидала, но для меня это всё равно удача. То, что ты сказал в офисе, я запомню. И больше не допущу, чтобы из-за сериала тебе приходилось разбираться с такой грязью. Спасибо, Чани.
В её больших глазах не было ни капли игры.
Поднимись к девочкам. Они сильно перепугались, им сейчас кто-то нужен.
Йес, Чани.
Мишель вышла.
Кан Чан остался на диване.
Настроение всё равно было мерзким. Подраться пришлось с людьми, которые даже толком не умели драться. Теперь, когда тело окончательно пришло в форму, подобная расправа над дешёвыми громилами оставляла ощущение, будто злодей здесь он сам.
Телефон завибрировал. Незнакомый номер.
Алло?
Господин Кан Чан? Это Ким Хён Джон.
А, да.
Вы случайно не договорились встретиться завтра с послом Ланоком?
Договорились. Он сказал, что после прилёта сообщит место и время.
Господин Кан... после встречи с послом вы могли бы уделить немного времени и нам?
Кан Чан нахмурился.
Но раз уж согласился участвовать, ломаться из-за одного вечера было глупо. Тем более все вокруг твердили, что для страны это действительно важно.
Хорошо. Как закончу, позвонить на этот номер?
Спасибо, господин Кан.
По голосу Ким Хён Джона можно было подумать, что ему исполнили давнюю мечту.
И ещё: благодаря вам меня повысили.
Кан Чан не удержался от смешка. Что за разведка такая, где человека повышают только за то, что он вручил старшекласснику банковскую карту?
Теперь я руководитель группы. Если вам что-нибудь понадобится или возникнут неудобства, звоните сразу.
Руководитель Ким.
Я слушаю, господин Кан.
Голос Кан Чана стал серьёзнее, и Хён Джон сразу насторожился.
Я работаю с вами потому, что Ким Тэ Джин доверяет вам без оговорок. Для меня вы прежде всего тот человек, которому доверяет он. Раз уж мы за это взялись, давайте работать нормально, по-мужски. И не надо каждый раз так церемониться со мной.
В трубке несколько секунд было слышно только тяжёлое дыхание.
Один мой друг сказал мне: если хочешь работать с Кан Чаном, не пытайся привязать его мелкими условиями; сперва позаботься о тех, кем он дорожит. Я вас понял. Ради Республики Корея и ради человека, который мне доверяет, я сделаю всё, чтобы никого не подвести. Спасибо, господин Кан.
Разговор закончился, и почти сразу в дверь постучали.
Да!
В кабинет вошла Мишель.
Все уже спустились, даже стажёры. Хотят кое-что сказать боссу.
В этот кабинет вся компания всё равно бы не поместилась.
Кан Чан кивнул и вышел вслед за Мишель.
Господин директор! Спасибо вам!
Едва он появился в общем зале, сотрудники и стажёры хором поприветствовали его.
Кан Чан не сдержал смешка.
По-детски и чертовски неловко. Но это был их способ выразить благодарность, и смеяться над ним всерьёз не хотелось.
Пусть бы у этих девчонок и у сотрудников всё получилось.
Это всё, что они хотели сказать?
Мишель теперь уже улыбалась спокойно.
Если честно, после сегодняшнего эфир окончательно утверждён. Все страшно рады, но всё ещё боятся. Сказали, что рядом с боссом им будет спокойнее, вот и пришли вместе.
В основном здесь были совсем молодые девушки. Возможно, настоящую драку они сегодня увидели впервые.
Тогда садитесь. На полноценный ужин после такого дня, наверное, не потянем. Может, хотя бы закажем всяких закусок?
Мишель довольно кивнула. Двое дорожных работников тут же выскочили наружу.
Из переговорной и из-за столов собрали все стулья, какие нашлись, и расселись большим кругом.
Наши стажёры все получат роли?
Конечно, босс! У кого-то роль больше, у кого-то меньше, но каждая появится как минимум в трёх сериях, и у всех будут реплики.
На лицах девушек вспыхнул восторг. Кан Чан снова улыбнулся.
Теперь, когда эфир утверждён, с главным актёром проблем тоже не будет. Режиссёр Пхё говорил, что у него есть кандидат, которого он хочет предложить.
Кан Чан проследил за взглядом Мишель и увидел Ын Со Ён. Она тоже была взволнована.
И впервые смотрела ему прямо в глаза.
Не вызывающе. Скорее заставляя себя не отводить взгляд, несмотря на страх.
Дверь распахнулась. Вернувшиеся работники держали по огромному пакету в каждой руке — словно не купили закуски, а обчистили целый магазин.
Стажёрки тут же бросились им помогать и начали выкладывать еду.
Когда всё оказалось на столах, шутка про разграбленный магазин перестала казаться шуткой: еды было столько, будто они вынесли подчистую и закусочную, и кондитерскую.
Расставили кофе, соки и ещё несколько напитков. Сначала девушки ели по чуть-чуть, стесняясь, но постепенно проснулся тот самый аппетит, который Кан Чан уже видел в японском ресторане.
Он в основном разговаривал с Мишель.
Когда стало ясно, что все наелись, было уже половина пятого.
Перед тем как уйти, хочу попросить вас об одном.
Все головы разом повернулись к нему. Похоже, они и ждали, что он скажет что-нибудь напоследок.
Я плохо понимаю, как делаются сериалы, как устроено телевидение и что такое актёрская работа изнутри. Но одну вещь понимаю. Если в этой отрасли принято вести себя по-свински, это не значит, что и мы обязаны становиться свиньями. Когда кто-нибудь из вас станет звездой и окажется на виду у тысяч людей, я хочу, чтобы вам могли искренне завидовать и от души вас поздравлять. Я обещал не держать вас кабальными контрактами не только поэтому, но смысл примерно такой. Если кому-то мои правила не подходят
Несколько стажёрок сразу замотали головами.
Но пока вы работаете здесь, никакой подлости. Если тяжело, если случилось что-то неприятное
«Что с ней такое?»
Ын Со Ён снова смотрела на Кан Чана прямо и очень ясно.
Он перевёл взгляд на Мишель.
Может, перед началом съёмок устроим всем ужин?
Господин директор! Нам теперь худеть надо! — Давайте ужин уже после окончания сериала!
Остальные тут же захлопали.
Да! Так и сделайте!
Кан Чан и Мишель рассмеялись и поднялись со своих мест.
Домой Кан Чан поехал на такси.
Да уж, на одни поездки скоро будет уходить состояние.
Деньги на счету и бессмысленно огромные расходы на такси — всё-таки разные вещи. Но альтернативы пока не было.
Стоило показаться дому, и на душе становилось спокойнее.
С Ким Ми Ён они договорились увидеться вечером, поэтому Кан Чан сначала отправился прямо домой.
Он приложил ключ-карту и открыл дверь. Ю Хе Сук встретила его в прихожей.
Я дома.
Заходи. Устал?
Нет. Сегодня почти ничего тяжёлого не было.
Пять никчёмных гангстеров не в счёт. Вслух такое, разумеется, говорить нельзя.
Фруктов дать?
Я недавно перекусил, пока сыт.
Вот и хорошо.
По лицу Ю Хе Сук было видно: она всё ещё пытается уложить в голове историю с четырьмя миллиардами вон.
Папа звонил, да?
Да, сынок.
Улыбка вышла немного натянутой.
Говорит, лучше всего создать фонд и уже через него помогать людям. Но когда выяснилось, что акции действительно существуют, он тоже очень растерялся.
Может, чаю? Я поставлю.
Давай.
Кан Чан поставил чайник на плиту, достал зелёный чай и две чашки.
Вот. Это вам.
Ю Хе Сук подвинула чашку поудобнее.
Вас всё-таки тревожат эти деньги?
Да, сынок.
Даже отвечала она иногда совсем как Ким Ми Ён.
Кан Чан с трудом удержался от улыбки.
Сейчас Ю Хе Сук казалась ему особенно милой.
Вы боитесь, что из-за них у меня будут неприятности?
Точно ничего плохого не случится?
Точно,
Господин Смиден тоже получил акции. Сказал, что решение выбрать «Канъю Моторс» вместо «Соджон Моторс» было отличным. Для нас сумма огромная, но для компании масштаба «Конт Автомобайл» она, по его словам, почти ничего не значит.
Мы с папой вроде всё поняли. Но потом подтвердились акции, начались разговоры о фонде
Да ладно вам.
Кан Чан улыбкой постарался её успокоить.
Считайте, что вы захотели сделать доброе дело, а небо просто помогло. Я сам именно так это воспринимаю. Хотел вас порадовать, а получилось, что только заставил волноваться. Простите.
Что ты, сынок.
Ю Хе Сук поспешно перебила его.
Я боялась только одного: вдруг из-за этих денег пострадаешь ты. Всё вспоминаю, как ты тогда вернулся раненый.
Кан Чан улыбнулся, и она наконец улыбнулась в ответ.
Вот так и надо.
Такие тревоги не исчезают после одного разговора. К ним привыкают постепенно.
Побыв ещё немного с Ю Хе Сук, Кан Чан ушёл к себе.
Телефон снова завибрировал.
Он был уверен, что звонит Ким Ми Ён, но номер снова оказался незнакомым.
Алло?
Кан Чан?
С первых слов что-то не понравилось.
Да. Кто это?
Ян Чонмук, начальник следственной группы уголовного отдела полицейского участка Каннам. На тебя поступило заявление о нападении. Догадываешься, по какому поводу?
Собеседник явно решил, что раз Кан Чан молод, церемониться с ним незачем, и сразу перешёл на фамильярный тон.
Завтра к десяти утра явись в уголовный отдел участка Каннам. Не придёшь
Понял. Завтра буду.
В голосе полицейского неприязнь даже не скрывалась.
«Вот же геморрой. А я и так устал».
Кан Чан тяжело опустился на кровать.