Глава 63. Проект «Единорог» (3)
Вечером Кан Чан около получаса гулял с Ким Ми Ён по территории жилого комплекса, а потом лёг спать пораньше.
Во вторник утром он пробежался вокруг дома и вышел позже обычного. Первым делом позвонил Сок Кан Хо.
Справишься там один?
А что со мной случится? Они сами притащили пятерых мужиков, да ещё с оружием. В худшем случае договоримся о разумной компенсации.
Да неужели сами бандиты подали заявление? Скорее уж этот Дэвид и Ли Ха Ён. Ты пока спокойно дай показания, а я свяжусь с Ким Тэ Джином.
Надоела эта мелочная возня. Ладно. Съезжу, посмотрю, что там за херня, и позвоню.
Договорились.
Кан Чан взял такси до полицейского участка Каннам.
Он цокнул языком.
Возня была неприятной, но сожаления не было. Если вчерашняя драка позволила защитить сотрудников и актёров DI, значит, всё было не зря.
В участке он уточнил у стойки информации, где находится уголовный отдел, и поднялся на второй этаж.
За дверью с соответствующей табличкой тянулся длинный ряд металлических столов. В глубине поднял голову хмурый мужчина средних лет с откровенно неприятной физиономией.
Чего хотел?
Мужик за ближайшим ко входу столом сразу обратился к нему на «ты».
«Это ещё что за тон?»
Пока Кан Чан молча смотрел на него, мужчина в глубине спросил:
Кан Чан?
Наверное, начальник группы.
Подойдя ближе, Кан Чан увидел на перегородке табличку: «Начальник группы Ян Чонмук».
Ты Кан Чан?
Да.
Ян Чонмук уставился на него исподлобья, так что белки глаз выступили особенно резко.
Садись.
Кан Чан занял стул напротив его стола.
Ты, говорят, школьник?
И что?
Ты охренел, пацан? Школьник, мать твою, бейсбольной битой превратил пятерых людей в инвалидов! Одной бабе пощёчинами нос сломал, другой человеку барабанную перепонку порвал!
Чонмук с первых же слов перешёл на крик.
Кан Чан усмехнулся.
Смешно тебе? Ну смейся. Смейся пока.
Полицейский перелистнул бумаги и ядовито пробормотал себе под нос что-то ещё.
До протокола сначала расскажи своими словами, что вчера произошло.
Кан Чан коротко выдохнул и по порядку изложил основные события.
То есть ты пришёл в офис, увидел пятерых сотрудников «Аллиона», которые размахивали битами и запугивали людей DI, после чего началась драка?
Да.
В одиночку уложил всех пятерых, а Ли Ха Ён и Чхве Бон Пхаля только бил по лицу?
Кто такой Чхве Бон Пхаль?
Президент «Аллиона»! Чхве Бон Пхаль.
Ну и имечко.
Кан Чан хмыкнул. Ян Чонмук от этого только сильнее скривился.
Эй, щенок!
Следи за языком.
В отделе стало тихо, словно кто-то разом залил помещение свинцом. Значит, все вокруг давно прислушивались.
Ах ты, сука, совсем...
Соседний детектив схватил папку и замахнулся Кан Чану в голову.
Хлопок.
Кан Чан перехватил удар рукой и встал.
Сдохнуть захотел?
Чего?
С грохотом поднялся ещё один полицейский. Вместо того чтобы вмешаться, он достал телефон и начал снимать происходящее.
Хотите проводить допрос
Ничего. Мы с тобой ещё поговорим.
Детектив, видимо, заметил направленную на него камеру: стиснул зубы и отступил.
Кан Чан неторопливо оглядел отдел.
Кроме Ян Чонмука, того, кто замахивался папкой, и человека с телефоном, остальные выглядели крайне неловко. Они прекрасно понимали, что происходит, но открыто спорить с начальником группы никто не хотел.
Значит, решил характер показать? Ладно. Кан Чан, садись.
Запал у Чонмука тоже заметно поубавился.
Он сухо зачитал стандартное предупреждение: показания могут быть использованы против допрашиваемого, тот вправе пригласить адвоката и так далее. Потом поднял глаза.
Вы признаёте, что вчера в офисе DI бейсбольной битой сломали плечевые кости и колени пятерым сотрудникам «Аллиона»?
Да.
Чонмук мерзко улыбнулся и снова уставился в монитор.
Вы признаёте, что трижды ударили Ли Ха Ён по лицу, сломали ей нос, а когда она потеряла сознание, угрожали раздробить ей колени, если она не встанет?
Да.
На лице полицейского появилось удовлетворение.
Признаёте, что многократно били президента «Аллиона» Чхве Бон Пхаля по лицу и причинили ему тяжёлую травму
Признаю.
Хм-м. А также признаёте, что избивали потерпевших совместно с Им Су Соном?
Нет. Этого не было.
Ян Чонмук выпрямился за монитором и резко посмотрел на него.
У нас есть показания. Не усложняй. Признай всё сразу.
Им Су Сон здесь ни при чём. Запишите именно так.
Ха! Решил хотя бы его прикрыть по-мужски? Отлично. Посмотрим, как далеко зайдёшь.
Чонмук быстро застучал по клавиатуре, затем протянул руку к принтеру.
Для начала поставь отпечаток под тем, что уже признал. Остальное разберём позже, не торопясь.
Он положил перед Кан Чаном распечатку. Там уже были указаны имя, адрес и даже отметка «вероисповедание отсутствует».
Кан Чан поставил отпечаток пальца.
Ян Чонмук едва заметно кивнул стоявшему рядом детективу.
Чужая рука резко метнулась к Кан Чану. Он отбил её.
Снял?
Да!
Отлично. Этому ещё отдельно вменить сопротивление сотруднику при исполнении. Чего встали? Надевайте наручники и в камеру его!
Полицейский перед Кан Чаном снова шагнул вперёд.
Кан Чан, вы имеете право хранить молчание и...
Не неси чушь. Ты сейчас меня арестовываешь
Кан Чан стиснул зубы.
В этот момент дверь распахнулась.
В отдел вошёл Ким Хён Джон, а следом сразу несколько мужчин в костюмах.
Это ещё кто?
Ян Чонмук повернулся к вошедшим — и мгновенно вскочил.
Честь имею!
Последним вошёл коренастый мужчина с явно крашенными чёрными волосами и тяжёлым, очень острым взглядом.
Хватит орать. Начальник Ян, у вас есть заявления от этих бандитов?
Что, простите?
По делу Кан Чана. Фамилии в заявлении вам ни о чём не сказали? Они стоят на оперативном учёте у четвёртой группы. Вы знали об этом или нет?
Не знал.
Мужчина дёрнул щекой, смерил Чонмука взглядом и подошёл к Кан Чану.
Я Ли Ын Хо, начальник полицейского участка Каннам. Приношу извинения за ненадлежащее проведение проверки. Начальник Ян будет передан отделу внутренней инспекции; по итогам служебного расследования я отдельно сообщу о дисциплинарных мерах. Ещё раз искренне прошу прощения за доставленные сегодня неудобства.
Кан Чан мельком посмотрел на Ким Хён Джона. Тот коротко кивнул.
Ладно. Но у вас здесь явно есть что приводить в порядок.
Обязательно примем меры и доложим о результате.
Ян Чонмук стоял совершенно оглушённый.
Начальник Ли, мы тогда поедем, — Рассчитываю, что меры будут не формальными. И ещё: группировкой «Уаксан» и «Аллионом» отдельно займётся прокуратура. Проследите, чтобы из-за них не возникло неприятностей ни у участка Каннам, ни лично у вас.
Можете не беспокоиться.
Ли Ын Хо почтительно пожал Хён Джону руку и поклонился.
Пойдёмте, господин Кан.
Кан Чан понятия не имел, что именно сейчас произошло на ведомственном уровне, но внутри стало приятно и легко.
Когда он выходил из уголовного отдела, за спиной рявкнул Ли Ын Хо:
Я сколько раз говорил: не брать дела за взятки?!
У главного входа в участок выстроились три легковых автомобиля.
Садитесь.
Один из агентов открыл дверь машины, на которую указал Ким Хён Джон. Кан Чан сел первым, Хён Джон обошёл автомобиль и устроился с другой стороны.
Когда они выезжали за ворота, дежурный полицейский в форме громко отдал честь.
Господин Кан, ну зачем вы вообще сюда сами приехали?
Тут Кан Чану и самому стало немного неловко.
В школу вас отвезти? Или лучше выпьем по чашке кофе? Мне и покурить хочется.
Давайте кофе.
Хён Джон широко улыбнулся и велел водителю:
В отделение.
Если ещё раз возникнет что-то подобное, сначала звоните мне. Уголовно-правовой иммунитет по сути шире помилования. Помилование возможно только после вступления приговора в силу, а при иммунитете сама уголовная ответственность в предусмотренных случаях не возникает.
Удобная штука.
В нашей стране людей с такими полномочиями меньше десяти. Раз уж они у вас есть, пользуйтесь без стеснения.
Этой своей простой манерой Хён Джон напоминал Ким Тэ Джина.
Минут через пять машина остановилась у офисного здания за станцией метро.
Приехали.
Кан Чан вышел. Автомобиль сразу отъехал, а они с Хён Джоном вошли в здание и поднялись в лифте.
Формально здесь зарегистрирована фирма «Намён Трейдинг». На самом деле это каннамское отделение Национальной разведывательной службы.
Лифт был тесным: пятеро взрослых мужчин заполнили бы его целиком.
На пятом этаже Хён Джон достал из нагрудного кармана рубашки карту. Щёлкнул замок тяжёлой металлической двери.
Торговые агенты замучили,
Дальше коридор перекрывала полупрозрачная стеклянная перегородка. Хён Джон повернул направо и открыл ещё одну дверь — снова картой.
За ней оказался просторный кабинет.
В глубине стояли большой письменный стол, книжные шкафы и дорогой диванный гарнитур.
Садитесь.
Хён Джон нажал кнопку интеркома на столе.
Принесите кофе.
Через минуту снова щёлкнула дверь. Сотрудница поставила перед ними чашки и вышла.
Они закурили и сделали по глотку кофе.
В системе Национальной разведывательной службы вы проходите как специальный агент высшей категории, — Независимо от того, работаете вы за границей или внутри страны, все государственные органы обязаны содействовать вашим заданиям.
Он мельком посмотрел на Кан Чана и продолжил:
Даже в случае убийства этот иммунитет сохраняется. Обычно об этом заранее не говорят. Но после сегодняшней истории лучше, чтобы вы знали. Какой бы конфликт ни возник, первым делом звоните мне. Для нас так гораздо проще правильно оформить ситуацию.
Хорошо.
Дым от сигарет быстро уходил в потолочную вентиляцию.
И дело не только в ваших отношениях с Ланоком. Это итог всего, что происходило раньше: Шахран, так называемый Призрак с перерезанными шеями, и ещё Ким Тэ Джин, который встал стеной и выбил для вас этот статус. Я, между прочим, тоже поставил на это вот что.
Хён Джон вытянул шею и похлопал себя по ней.
Кан Чан рассмеялся. Ким Хён Джон тоже.
Если железнодорожный проект состоится, это достижение будут помнить столько, сколько существует Республика Корея. О колоссальной экономической выгоде я даже не говорю. Я не боюсь потерять работу, если всё сорвётся. Но я не хочу, чтобы страна и дальше жила, постоянно оглядываясь на Северную Корею и Японию. Поэтому поставил на проект собственную голову.
Руководитель Ким.
Кан Чан достал ещё одну сигарету и закурил.
Вы ведь в глубине души ждёте, что Ланок откажет или выставит дополнительные условия?
Да.
Хён Джон, видимо, решил больше ничего не скрывать: ответ прозвучал сразу.
Поэтому вы и оформили Сок Кан Хо и пятерых сотрудников «Юбикопа» по специальному набору? Я же говорил, что мне нужны люди, с которыми удобно работать.
Именно.
Тц.
События разогнались слишком сильно. Но разворачивать всё назад было поздно, да Кан Чан и не стремился выйти из игры.
Если проект удастся, Республика Корея станет одним из ключевых узлов, связывающих континент. До официального объявления осталось шесть месяцев. За это время мы должны добиться включения страны в маршрут.
А если подключиться позже?
Тогда потребуется согласие всех государств, через которые проходит линия. Практически это нереально: интересы у всех разные.
А если Северная Корея однажды просто перекроет железную дорогу?
Страна, которая в одностороннем порядке перережет действующий международный маршрут, мгновенно окажется в изоляции. И Пхеньян ни за что не откажется от огромных транзитных сборов. Одна из главных причин, по которой Китай пытался сдерживать Северную Корею,
Даже слушать было тяжеловато: слишком много факторов сходилось в одной точке.
После ареста Шахрана силы, выступавшие против Ланока, временно сбавили активность. В Россию съезжаются разведчики разных стран; в Европе уже трижды доходило до перестрелок. Все крупные игроки относятся к этому проекту как к вопросу национальных интересов. И на таком фоне...
Хён Джон прямо посмотрел на Кан Чана.
Ключевой человек проекта «Единорог» прилетает в Корею и первой встречей ставит именно вас.
Звучит бодряще.
Они оба рассмеялись.
Пообедаем?
Ким Хён Джон поднялся, подошёл к столу и принёс меню с длинным перечнем блюд.
У нас здесь фирменный чамппон
Кан Чан усмехнулся и попросил заказать его. Хён Джон через интерком заказал две порции.
Чем дольше они разговаривали, тем больше этот человек ему нравился.
Во время обеда по очереди позвонили Сок Кан Хо и Ким Тэ Джин. Оба волновались. Кан Чан извинился за беспокойство и сообщил, что всё в порядке и сейчас он с Ким Хён Джоном.
После обеда Хён Джон хотел подвезти его, но Кан Чан отказался и доехал до школы на такси. Чамппон действительно оказался отличным — настолько, что захотелось как-нибудь ещё раз прийти сюда вместе.
На школьном стадионе компания бывших задир как раз отрабатывала приёмы единоборств. Сок Кан Хо сидел на трибуне и, заметив Кан Чана, окликнул его.
Ну? Чем закончилось?
Кан Хо предварительно огляделся, и Кан Чан подробно рассказал ему всё, что произошло в участке.
Вот ведь. Неужели такое до сих пор бывает?
Похоже, дело заранее подготовили. Если бы на моём месте был обычный человек, его бы там просто размазали. От одной мысли бесит.
А обычный человек откуда знает, как ему себя вести? Для большинства один вход в полицейский участок уже стресс. Ладно, хорошо хоть так закончилось.
Кан Чан слушал его и наблюдал за Чо Се Хо. У парня и правда были задатки.
Ким Тэ Джин деньги перевёл, — Утром из банка дважды звонили. Командир, это точно можно брать?
Ким Хён Джон сам сказал: всё, что положено, надо получать. Оставь. Неужели не найдёшь, куда потратить?
Найти-то найду. Просто вокруг в последнее время куда ни плюнь
Всё, тему закрыли.
Понял.
Они снова посмотрели на тренирующихся ребят.
Телефон Кан Чана завибрировал. Звонил О Гван Тэк.
Алло?
Кан Чан, ты ещё и ребят из «Уаксана» отделал?
Не знаю, откуда они были. В офис пришли пятеро, их и уложил. Сегодня в участке всё закрыли.
Ха! А я-то думаю, чего старики с утра на говно исходят. Ладно, понял. Раз всё так завертелось, я тоже упрусь и посмотрю, кто кого. Ты там береги себя. И хоть иногда тормози, а?
Последнее замечание могло бы раздражать, но Гван Тэк сказал это по-дружески, и Кан Чан только рассмеялся.
Телефон завибрировал снова.
На этот раз номер принадлежал Ланоку.
Да, господин посол.
Месье Кан, это Ланок. Сможете встретиться в три часа в отеле «Намсан»?
Вы уже прилетели?
Так сложилось расписание. Вам удобно?
Да. В три буду в отеле.
Тогда до встречи.
Кан Чан сразу перезвонил Ким Хён Джону и передал время и место.
По нашим данным, он въезжает в страну из Китая,
После короткого разговора с Ким Тэ Джином Кан Чан вдруг почувствовал, что до трёх у него даже появилось свободное время.
Похоже, теперь начинается всерьёз,
Похоже.
Вот бы Ланок вечером просто сказал: «Господин Кан, сделаем, как вы хотите». Красота же.
Ха-ха. Ещё бы.
Они одинаково усмехнулись.
Тем временем ребята закончили очередной подход и поднялись к трибуне.
Я их ещё немного погоняю,
А мне пора выезжать.
Давай.
Сок Кан Хо спустился на поле и начал разминаться. В этот момент Кан Чан встретился глазами с Хо Ын Силь. После нескольких встреч без косметики её лицо уже перестало казаться непривычным.
«Да что с ними такое?»
Вчера Ын Со Ён, сегодня Хо Ын Силь. Обе вдруг начали смотреть ему прямо в глаза. Когда это уже стало раздражать своей странностью, Сок Кан Хо крикнул:
Все сюда.
Ын Силь наконец отвернулась.
Два дня подряд — почти один и тот же взгляд.
Страшно, но отступать не собирается.
Если уж говорить о характере и умении держать удар, у Хо Ын Силь этого было с избытком.
Кан Чан ещё немного посмотрел на тренировку, затем поймал такси и приехал в отель. До встречи оставалось примерно полчаса, поэтому он устроился в лобби-баре и заказал холодный напиток.
Место выбрал у окна и сел лицом к стеклу.
Не хотелось, чтобы какой-нибудь Чу Чхоль Бом или кто-то ещё из знакомых заметил его и полез здороваться.
Кан Чан положил телефон на стол и только поднял принесённый стакан, когда краем глаза заметил отражение входа в блестящих колоннах между окнами.
Он специально не высматривал никого.
Просто взгляд случайно зацепился.
В холл вошли двое мужчин. Манера держаться сразу насторожила.
«Что за люди? Охрана Ланока?»
«Или Ким Хён Джон всё-таки прислал своих?»
Мужчины оглядели холл, увидели направление, где сидел Кан Чан, и быстро пошли в его сторону.
Он взял телефон.
Слушаю, господин Кан,
Вы людей в отель отправляли?
Только выставили внешнее наблюдение. Внутрь не заходили, чтобы не пересечься с охраной Ланока. Что-то случилось?
Пока не знаю. Разберусь и перезвоню.
Мы на связи. Если понадобится любая помощь, звоните сразу.
Пока шёл разговор, оба незнакомца свернули вправо и скрылись из поля зрения.