Том 1 · Глава 1626. Радостная встреча

Были здесь мужчины и женщины, старики и дети. Кто-то плакал, кто-то смеялся. Немало было и небесных воинов с полководцами. Грохотали боевые барабаны, и все они рвались вперёд. Лысая голова Хуахуа едва не была пробита градом магических орудий.

—Чёрт побери, вы что, и вправду дерётесь?! Амитабха! Ах ты ж, моя голова! — Хуахуа в ярости выпучил глаза.

Вэн!

На него снова обрушилась куча магических орудий, словно мусор из перевёрнутого ведра: вроде бы и много, а ценности — ни на грош. Одно из них с лязгом ударило его по голове, да так, что раздался звон, будто по железу. Хуахуа тут же пошатнулся, и в голове у него загудело. Вне себя от злости, он понял: это либо Чёрный император, либо два императора Серебряной Крови нанесли ему подлый удар. Уж точно без них не обошлось.

—Е Фань... это и вправду ты! Мой добрый брат, ты жив! — закричал Ли Хэйшуй, первым бросившись вперёд, потому что его гора для уединённой культивации находилась ближе всех.

А самым быстрым оказался Сын святого императора. Одним кувырком слетев с небес, он издал протяжный крик и ухватил Е Фаня за плечо. В безмерных горе и радости он смотрел на Е Фаня и невольно вспоминал Цзи Цзы. Из трёх выдающихся героев уровня сынов императора, что когда-то сражались плечом к плечу, теперь не хватало одного. В его глазах блестели слёзы.

—Я знал, что ты обязательно выживешь и вернёшься к нам! — прорычал Дунфан Е. С обнажённым могучим торсом, словно великан, он шёл вперёд огромными шагами, и земля дрожала под его ногами. С размаху он хлопнул Е Фаня по плечу.

Взлёты и падения, триста лет разлуки... Сейчас они и смеялись, но в глазах у всех блестели слёзы. Живыми встретиться вновь — это было поистине нелегко.

—Хорошо, что живой... Хорошо, что живой! — дрожащим голосом повторял старый убийца Ци Ло.

Из глаз Е Фаня текли горячие слёзы. Столько людей тревожились, горевали и радовались за него. Их голоса дрожали от страха, что всё это лишь сон. Разве могло это его не тронуть?!

Внезапно он почувствовал острую боль в правом плече. Обернувшись, он увидел, что Чёрный император скалит свои большие белые клыки, посылая ему приветствие особым способом — кусая его исподтишка. Впрочем, как ни посмотри, это было больше похоже на попытку воспользоваться случаем и украсть святой крови.

—Чего ты так напряг мышцы? Ни капельки крови не проступило! — как и следовало ожидать, этот пёс с отвратительным характером тут же раскрыл свою истинную цель. Затем, с горящим взором, он придвинулся ближе и с жаром заговорил: — Ты пропадал столько лет, уж не провалился ли в пещерную обитель бессмертных? Сражающийся с богами святой император верно говорил: «Сокровище в руках — весь мир под ногами». Братья встретились — делим пополам, без скидок!

Услышав это, Обезьяна вмиг помрачнела. Когда это его отец говорил такие слова?!

Наглость Чёрного императора достигла определённых высот. Совершенно не смущаясь, он протолкался вперёд и своей огромной чёрной лапой так отпихнул мешавшегося под ногами лысого Хуахуа, что тот едва не оказался втоптанным в землю.

—Да чтоб тебя!.. — Хуахуа с трудом убрал огромную чёрную лапу со своей лысой головы, в душе проклиная всё на свете. Однако вслух ему оставалось лишь взывать к Будде, ибо этот собачий дядя и вправду был ему не по зубам.

—Божественный сын, я знала, что ты обязательно выживешь. Небеса справедливы, — в глазах Сяо Цюээр были и радость, и слёзы. Она говорила тихо.

Из Деревни Небес пришли все. Всё это были старые друзья.

А вот многочисленные небесные воины и полководцы, что были набраны за последние триста лет, давно уже стояли с отвисшими челюстями. Кто этот человек? Может, им всё это снится? Разве владыка Небесного Двора Е Фань не погиб в бою? Весь мир знал об этом!

—Это и вправду он? Тот самый, кто когда-то погиб за наш Небесный Двор?

Все зашумели. Небесные воины и полководцы не могли поверить своим глазам. Ничто не могло удивить их сильнее. Но человек перед ними был точь-в-точь как то каменное изваяние.

—Е Фань... — лицо Цзи Цзыюэ было залито слезами. Босыми белоснежными ступнями она, спотыкаясь, бежала вперёд.

Слёзы застилали ей глаза. Она всё ещё помнила тот день, когда Е Фань через силу улыбнулся, попрощался с ней и решительно устремился в звёздное небо.

Он ушёл так решительно. Он знал, что идёт на верную смерть, но всё равно шёл. Его спина была прямой, и он не оборачивался. Но она видела, сколько сожаления было в его взгляде.

Должно быть, он знал: если обернётся, то не сможет уйти. Поэтому он был так решителен, так безжалостен. Ушёл — и не вернулся.

Так и случилось. Он вступил на путь одиночества, обречённый расцвести лишь вспышкой фейерверка. В конце концов он растворился во вселенной, разлетелся на куски, и его кровь обагрила поле битвы с почтенными.

Разлука длилась триста лет, и разлука эта была вечной. Он поставил на кон свою жизнь. И она горевала по ночам, и слёзы катились из её глаз, когда она смотрела на ущербную луну. Каждую звёздную ночь она вглядывалась вдаль, веря, что Е Фань там, на другом берегу звёздного неба, молча смотрит на неё, упорно пробиваясь из тьмы, и однажды вернётся, чтобы встретиться с ней.

Прошло триста лет, словно один сон. И теперь, когда они и вправду встретились, она боялась, что это видение, что как и в те ночи, когда она просыпалась от сна, на подушке оставались лишь следы слёз, и вокруг по-прежнему было пусто и холодно.

—Не сон, не сон... Это правда... В этот раз точно правда, — дрожа, шептала она. Её бледное лицо, её бескровные пальцы слегка коснулись лица Е Фаня.

—Это я... Я вернулся! — Е Фань взял её холодную нежную руку.

Цзи Цзыюэ нежно провела рукой по лицу Е Фаня, и, убедившись, что это не сон, наконец разрыдалась в голос, вызывая у всех щемящую боль в сердце.

Люди привели Е Фаня в Небесный Двор. Эта небесная область была ныне необъятной. Вечный материк парил во вселенной, и одна за другой сверкали огромные звёзды.

Деревня Небес уже не имела ничего общего с деревней. Теперь здесь был один парящий остров за другим, повсюду благоухали цветы и пели птицы, низвергались водопады и звенели источники. С божественных островов на землю вниз опускались серебряные лучи.

Это место было очень красивым и в то же время исполненным величия. Повсюду высились один за другим небесные дворцы и гигантские терема — величественные и грандиозные.

Хун!

Сверху опустился огромный треножник. Всё сущее вернулось к истоку, первозданный хаос пришёл в движение, и изначальная энергия свесилась вниз, накрыв Е Фаня с головы до ног. От этого его облик приобрёл какую-то необъяснимую значимость.

Появился Треножник из материнской энергии. Он скорбно звенел и дрожал, паря над головой Е Фаня, выражая горе и радость трёхсотлетней разлуки.

Е Фань удивился, и все вокруг тоже изумлённо вытаращили глаза. Внутри треножника струилась кристально чистая жидкость, тяжёлая, словно серебряные реки, что текли одна за другой.

—Это безбрежная сила веры!

Многие были потрясены. Даже они раньше этого не замечали.

Лишь Чёрный император, Ци Ло и ещё несколько человек видели это: в полночь великая могила становилась прозрачной, словно алмаз, и из звёздного неба в неё вливались тонкие нити света.

В один миг все поняли, в чём дело. После той кровавой битвы многие во вселенной поминали добрым словом погибших героев, и, естественно, из этого рождалась безбрежная, грандиозная сила мыслей.

А в былые дни Е Фань, обрабатывая силу веры, всегда вливал её прямо в треножник. Всё, что отзывалось в нём, неизбежно попадало сюда.

Триста лет непрерывно и бесконечно, стоило кому-то произнести его имя, как рождалась сила мыслей, и она пересекала звёздное небо, погребаясь в треножнике.

Это был треножник, до краёв наполненный силой мыслей, что колыхалась, словно безбрежное море. Кристально чистая, подобная то ли алмазу, то ли воде, она всё не иссякала. Каждый день сюда продолжали стекаться незримые потоки силы мыслей, и их становилось всё больше.

—Это... на полшага впереди! — восхищённо воскликнул Чёрный император.

Каждый почтенный, обретя путь, становился известен на всю вселенную, во все восемь пустошей. Его почитали и воспевали все расы, и поэтому он неизбежно собирал безграничную силу мыслей, которой можно было насыщать оружие, делая его всепроникающим и божественным. Также её можно было принимать в себя, и от неё было бесконечно много пользы.

Что же касалось того, как именно Великие императоры обходились с силой веры, — у каждого был свой способ, и говорить об этом было трудно.

Е Фань ещё не обрёл путь, но уже обладал немалой силой веры. Можно было сказать, что он сделал полшага вперёд. И хотя он не слишком хотел полагаться на эту силу, всё же лучше, когда она есть, чем когда её нет.

Весть о том, что Е Фань вернулся живым, словно на крыльях, полетела вдаль, сотрясая звёздное небо. Все четыре стороны были потрясены!

А из императорской заставы на единственном истинном пути наконец пришло подтверждение этой новости, полностью совпавшее со слухами. Могучие воины всех областей онемели от изумления.

—Жив... Явился!

Имя Е Фаня воспевали повсюду. И то, что он живым явился в мир, казалось людям невероятным. Это было самое настоящее чудо!

В битве с почтенными его тело взорвалось, и белоснежные осколки костей с кровавыми прожилками разлетелись во все стороны. После битвы люди видели осколки того самого реального отпечатка, что запечатлелся в великой вселенной.

Это не могло быть ложью! Как же он снова ожил? Повсюду поднялся шум, и люди только и говорили о том, что Е Фань поистине бросил вызов самим небесам!

Лунный свет струился, словно вода, а звёзды сияли ярко. Е Фань и Цзи Цзыюэ прогуливались по Небесному Двору, над облаками и туманом. Здесь один за другим высились нефритовые терема и башни, что выглядели особенно воздушными, неземными и исполненными одухотворённости.

—Начинаем вечерний пир!

Издалека раздался пронзительный, словно разбитый горшок, крик Хуахуа. Он использовал искусство «Рёв дракона и вой тигра», и от этого весь Небесный Двор гудел.

Прибыли брат и сестра из Великого Ся, пришёл Цзян Ифэй, явились У Чжунтянь, Цзян Хуайжэнь и немногие выжившие из тринадцати великих разбойников. Взволнованно прилетела маленькая Тинтин. Появился и старик человек-демон Дунфан Тайи. Прибыла и святая дева Нефритового озера...

Людей было не счесть. За несколько дней эта весть разнеслась повсюду, и многие старые друзья пересекли звёздное небо, чтобы прийти сюда!

Двенадцать святых, что когда-то следовали за Е Фанем, выжившие в той бойне, ныне уже были в своих областях почтенными и прародителями. Почти каждый из них обосновался в отдельной звёздной области, расширяя свои владения. Они были самыми могучими людьми Небесного Двора.

Драконья лошадь издала громогласный рёв, призывая всех вновь собраться вместе. И вот они все вместе отправились в путь по звёздному небу. Каждый из них уже давно был прославленным героем.

К примеру, драконья лошадь в одной из областей стала королём. Когда-то она вместе с Чёрным императором обманом одолела бесчисленных могучих врагов, а ещё вместе с Дуань Дэ разрыла несметное множество древних могил.

Её слава, мягко говоря, вызывала у людей некоторое негодование.

Другим могущественным героем был король Пэн. В одной из областей он был назначен одним из божественных королей Небесного Двора, и его боевая мощь была поразительной. Когда-то, когда Е Фань постигал дао под деревом Бодхи, этот Пэн сел ему на плечо и благодаря этому тоже обрёл прозрение, создав свой собственный Кулак короля Пэн. Ныне же он горевал, что во всём звёздном небе ему не найти достойного противника.

—Давайте-ка, отведайте дикого дракона, которого я подстрелил! Мясо нежное, сочное — воистину лучший деликатес в мире! — Дунфан Е с обнажённым торсом жарил на даосском огне цзяо-дракона длиной в триста чжанов¹. Сверху он сбрызнул его божественной жидкостью из Источника жизни Небесного Владыки Духовных Сокровищ. К этому моменту мясо уже подрумянилось до золотистого блеска, и аромат его щекотал ноздри, вызывая зверский аппетит.

¹ 1 чжан ≈ 3,3 м.

—Жаль, маловато. Мне и на один зуб не хватит, — проворчал старик человек-демон.

Все окаменели.

Многие пришли сюда, чтобы встретиться, но людей всё же было меньше, чем триста лет назад. В том хаосе погибло слишком много народа. Тринадцать великих разбойников едва не были полностью истреблены — осталось лишь двое или трое.

А героев той эпохи стало ещё меньше. Многие из них уже никогда не появятся вновь. Даже некоторые святые земли были навсегда стёрты из истории.

—А ну-ка, отведайте моего свежего супа из драконьей змеи! Такого тонизирующего средства во всём мире не сыщешь! — прокричала драконья лошадь.

Драконья змея, похожая на настоящего дракона, длиной чуть больше одного чи², содержала в себе квинтэссенцию небес и земли и была сильнейшим укрепляющим снадобьем. Если её приготовить вместе с некими божественными травами, можно было продлить жизнь на несколько сотен лет. Это, без сомнения, была одна из редчайших вещей на свете.

² 1 чи ≈ 3,3 см.

Выражение лица святой девы Нефритового озера застыло. Не так давно в новое место Нефритового озера пробрался вор, который, не сумев украсть персики бессмертия, прихватил с собой одну драконью змею. И вот теперь виновник наконец всплыл на поверхность.

—Эй-эй, я её не крал! Я получил её от Дуань Дэ! Я чист! Мне пришлось отдать за неё боевую технику клана драконьих лошадей и половину древнего канона Демонического императора! — принялся оправдываться драконья лошадь.

Чёрный император, который когда-то в сговоре с Дуань Дэ проворачивал тёмные делишки, почувствовал укол совести и поспешил сменить тему. Уставившись на кровавую ворону, что вернулась вместе с Е Фанем из императорской заставы, он произнёс:

—А знаете, эта уточка недурна! Перья такие красные, словно раскалённые угли! Наверняка отменное средство для улучшения крови и цвета лица!

Кровавая ворона пришла в ярость. Она была вороной, а не какой-то там уткой! И к тому же была великим мудрецом! Как её вообще можно было принимать за еду?! Едва не разразилась потасовка между вороной и псом.

—Наньнань проголодалась... Где мой большой братец?..

В этот миг вошла маленькая девочка лет трёх. Прижимая к себе тряпичную куклу, она одной рукой сонно протирала глаза. Тонкая и хрупкая, она была похожа на фарфоровую куколку.

Это была маленькая Наньнань. Все окаменели. А Чёрный император, издав громкий возглас, бросился к ней с невероятной скоростью.