Том 1 · Глава 347. Двадцать девятая страшилка — «Частота призраков» (4)

Мы с Джинхи и Соной уже возвращались с парковки в главный корпус.

На поле один старшеклассник, игравший в футбол, вдруг начал бешено кувыркаться. Вокруг собралась толпа, все кричали.

Одновременно через главные ворота во двор с сиреной въехала скорая.

—Что там?

—Кто-то травмировался?

Машина подняла облако пыли и подлетела к центру поля. Ученики расступились.

Фельдшеры выскочили, зафиксировали на носилках старшеклассника, который всё ещё неистово кувыркался, погрузили его и уехали.

—Он же вполне бодро сальто крутил. Это считается травмой?

Мы на секунду озадачились, но сейчас у нас были дела поважнее.

У самого входа в корпус по земле скользнула тень. Я поднял голову — четверо учеников, взявшись за руки, стояли на краю крыши.

Учителя с криками бросились наверх.

Мы переобулись и побежали на второй этаж, к радиорубке.

—Бунсинсаба, бунсинсаба, оитэ кудасай…

—Вот. Это тринадцатая ступенька.

По школе расползлась странная атмосфера.

Женщина из динамиков монотонно считала числа, будто фоновая музыка, а ученики играли в оккультные ритуалы и повторяли загадочные заклинания.

На тринадцатой ступени центральной лестницы сидели старшеклассницы в укороченной форме, хихикали и загадывали желания.

—Вот бы Со Джиджун пришёл к нам в школу. Хочу автограф.

—А я хочу, чтобы началась эпидемия и мы учились из дома.

[…]

Топ-топ-топ!

—Пропустите!

—А-а! Вы чего?

Мы с Джинхи и Соной пронеслись по лестнице, и развалившиеся на ступенях старшеклассницы испуганно поджали ноги.

В радиорубке Докхун, возившийся с аппаратурой, поднял голову.

—О, пришли?

—Что за трансляция?! Выключай сейчас же! Школа с ума сходит!

—Э-эм?

Он вздрогнул и сразу щёлкнул выключателем.

Женский счёт, заполнявший школу, стих. В тот же момент в комнату торопливо вошли Кёнвон и Хаюн.

—Президент, ты вернулся. Мы оставили трансляцию включённой и прошлись с пятого этажа до первого, проверяя, где сигнал сильнее.

—Странно, Джун. Стоит нам войти в кабинет, чтобы послушать, как именно там звучит сигнал, и в эту же секунду он пропадает только в этом месте.

—…Понятно. Молодцы.

Я кивнул.

Они тоже не сидели без дела.

Когда общий школьный шум стих, мы заметили другой, едва слышный звук.

Все одновременно повернули головы.

Звук шёл от радиоприёмника в руках Соны.

—А…

—Сона, радио.

—Да, но… Оно…

Она растерянно подняла старый приёмник.

Сбоку болтался шнур с вилкой.

—…Он ещё даже не включён в розетку.

—И правда.

Это была не модель на батарейках. Старый приёмник работал только от сети.

Но женский голос тихо доносился из него.

Я задумчиво потёр подбородок.

—А! Может, попробовать включить?..

Сона, решив, что надо хоть что-то сделать, торопливо поставила радио на стол и воткнула вилку в ближайшую розетку.

Щёлк.

Она засуетилась и быстро вытащила бабушкину кассету.

При включённом питании Сона стала медленно перебирать частоты, но женский голос больше не появлялся.

Ш-ш-ш… ш-ш…

—Что это значит?

Я скрестил руки и повернулся к Кёнвону.

—В машине с Джинхи было то же самое. Пока радио включено — сколько ни ищи, голоса нет. Как только мы сдались и выключили — он тут же зазвучал.

—Хм… Значит, сигнал ловится только тогда, когда сам приёмник выключен. Что за…

Кёнвон поправил очки.

—Не знаю, Президент. Но одно ясно: определить его частоту мы не можем.

—Потому что для этого радио пришлось бы включить?

—Именно. Слышал про эффект наблюдателя?

—Эффект наблюдателя?

Слова были знакомы. Остальные тоже посмотрели на него с вопросом.

—Квантовая механика.

У Соны и Джинхи лица мгновенно помрачнели.

Кёнвон поспешно поднял обе руки.

—Я не собираюсь насильно натягивать физику на страшилку. Просто послушайте, это простой пример.

—…Ладно.

—Помните опыт с двумя щелями? Мы его проходили на естествознании.

Опыт с интерференцией света на двух щелях.

Обычная школьная тема.

—Когда мы проходили этот раздел, Хан Ари вскользь упомянула эффект наблюдателя. Если очень грубо: сам факт того, наблюдает человек результат или нет, может влиять на наблюдаемое поведение.

Сона и Джинхи смотрели на него так, будто он заговорил на другом языке.

—Все условия те же. Меняется только то, наблюдают за результатом или нет. И результат получается разным. Я именно об этом.

Для любого нормального человека это звучало бы как фэнтези: «Результат меняется от того, что человек смотрит?»

Но Докхун и Хаюн явно знали, о чём речь. Я тоже кивнул.

Популярная формулировка звучала так: при измерении проявляется поведение частицы, без измерения — волновые свойства.

Из этого давно выросла целая армия псевдонаучных книжек о том, что человеческое сознание одним только наблюдением меняет реальность.

Такие цитаты из поп-эзотерики раздражали, но сам опыт был реальным и уже почти век оставался классикой физики.

Да и я слишком много раз видел, как дурные мысли и представления буквально становились реальностью, чтобы совсем отмахиваться от подобного образа.

—Если сложно — забудьте детали. Я хотел сказать только одно. Как в примере, где наблюдение меняет результат, этот голос невозможно поймать, если мы отчаянно пытаемся его наблюдать. Но стоит выключить радио и даже выдернуть питание — и сигнал появляется. Только тогда результат и возникает.

—То есть мы никогда не узнаем, на какой именно частоте он идёт?

—Ну… примерно так.

Кёнвон дошёл до этого места и замялся, будто сам не понимал, какой вывод сделать дальше.

После стройного объяснения расплывчатый конец оставил всех недовольными.

—То есть…

Я закончил за него.

—Чем сильнее пытаемся понять, тем хуже.

Кёнвон резко оживился.

—Возможно!

—Сона, включи радио. Нет — выключи.

—У-угу.

По моей команде она сразу выдернула вилку.

Шипение прекратилось.

Несколько секунд стояла тишина, потом снова раздалось:

Я потёр переносицу и специально заговорил вслух:

—…Три. Один. Три. Один. Что вообще значат эти числа?

[…]

—…М?

Все подняли головы.

Звук внезапно исчез.

Я провёл рукой по подбородку и уже другим тоном сказал:

—…Да чёрт с ним. Ничего не понимаю. Пойдёмте обратно в класс.

—…А?

—Э-э?..

Я сказал «пойдёмте», но не двинулся с места и продолжил краем глаза наблюдать за приёмником.

Остальные недоумённо склонили головы.

И тогда из радио послышался слабый треск.

Ш-ш-ш…

Женщина снова начала бесстрастно перечислять числа.

Все распахнули глаза.

—Что?!

—Как ты это сделал, Президент?!

Я снова уставился на радио.

Сигнал тут же оборвался.

—Итак.

Я медленно проговорил, обращаясь к остальным:

—Если включить радио и отчаянно искать сигнал — его невозможно поймать. Если выключить и сам приёмник, и питание, наоборот — он приходит.

—Со смыслом чисел то же самое. Стоит пытаться понять — передача прекращается. Значение должно… войти само. Просто слушаешь, и в какой-то момент внезапно понимаешь. Как будто, чтобы услышать, надо выключить радио. Чтобы получить результат — надо перестать наблюдать.

—…Так вот как?

Я выдохнул.

Хаюн тоже рассказывала: пока она ходила по этажам, пытаясь сравнить громкость, сигнал пропадал именно там, куда она заходила.

Настоящая «частота призраков».

Будто доккэби, который специально издевается над людьми.

Чем сильнее мы пытались распутать смысл, тем больше менялся результат — словно страшилка превратила опыт с двумя щелями в фильтр, воздействующий прямо на мозг.

—Проблема именно в «нас». В школе почти тысяча учеников. Не может быть, чтобы никто, услышав это, не пытался разобраться. Но эффект возникает только тогда, когда исследовать начинаем мы.

—…Может… потому что эти числа значат что-то, понятное только нам?..

—Да.

Я кивнул Соне: «Как ты догадалась?»

Возможно, смысл действительно был предельно простым и очевидным только для нас.

Каким-то числом, связанным с самой основой нынешнего Клуба страшилок.

И именно желание его разгадать всё это время мешало нам увидеть очевидное.

—…Возможно, это ментальная страшилка. Давайте пока вообще не будем ничего выяснять. Просто посидим.

Сразу после этих слов радио снова ожило.

[…]

—Неразрешимых страшилок нет. Может, эта как раз из тех, которые очищаются, если просто слушать и ничего не делать.

—…Ты серьёзно?

—Эй-эй… Президент, ты сейчас правда предлагаешь… ничего не делать?

Докхун смотрел на меня с сомнением.

—Получается, буквально сидеть сложа руки.

—…Да.

Я впился ногтями в ладонь и закусил губу.

—…Ничего не делаем. Если страшилка приходит — не реагируем. Если случается что-то странное — ведём себя как обычно.

—И не пытаемся понять эти числа. Просто…

Я сглотнул.

—Просто продержимся так один день.

Все замолчали.

Из-за причинности, даже если страшилка явится к нам сама, нельзя будет действовать.

Если она попытается убить — придётся позволить ей это сделать.

А единственная надежда, номерная передача на призрачной частоте, тоже не решалась активным расследованием.

При 99% причинности мы больше не могли двинуться ни вправо, ни влево.

Оставалось только ждать.

Ждать, что кто-нибудь нас спасёт.

Перед глазами по-прежнему висел квест.

«Пожалуйста… Пусть за этой наградой действительно стоит что-то важное».

Я крепко зажмурился и вышел из радиорубки.