Том 3 · Глава 254. Экспорт фунта стерлингов
Ещё до начала реформы по переходу на золотой стандарт Франц задумывался о проблеме золотых запасов. Лучшим решением было бы захватить месторождения и организовать собственную добычу.
К сожалению, основные мировые месторождения золота к Новой Священной Римской империи отношения не имели — большинство из них находилось под контролем англичан.
В ту эпоху легкодоступные золотоносные жилы располагались главным образом в Южной Африке, России, Канаде, Австралии, США, Зимбабве, Гане, Бразилии, Колумбии, Филиппинах, Папуа — Новой Гвинее и других регионах.
Ничего не поделаешь: весь Европейский континент испытывал дефицит золота. Даже если месторождения и существовали, их почти полностью выработали, а оставшиеся залегали глубоко под землёй — открытых жил больше не оставалось.
Франц не был ходячей энциклопедией и не мог помнить расположение каждого золотого рудника, а потому не в силах был указать все месторождения в своей стране.
В отличие от скромной добычи золота, с серебром у Австрии дела обстояли гораздо лучше. При биметаллизме курс австрийской валюты подкреплялся именно серебром.
После тяжёлой политической борьбы Новая Священная Римская империя всё же с трудом утвердила реформу по переходу на золотой стандарт. Франц не стал вмешиваться в этот процесс, хотя даже в самом австрийском правительстве нашлись голосовавшие против.
Как ни крути, переход к золотому стандарту оставался вопросом времени. Запустив его раньше, можно успеть выменять часть золота по разумной цене; затяни они с этим — и когда все бросятся скупать золото, цена за него окажется слишком высокой.
Крупные месторождения находились вне зоны контроля, однако некрупных рудников хватало. Помимо метрополии, золотом располагали и две австрийские колонии — Гвинея и Конго.
Оставим пока подземные залежи: россыпное золото в речных отложениях всегда можно начать добывать?
Запросы Франца были скромными: ему хватило бы и пары тонн в год, чтобы перекрыть внутренний дефицит.
Что касается прочих золотоносных регионов, то лучше подождать, пока британцы увязнут в подавлении восстания в Индии, и лишь тогда действовать. А пока стоит вести себя смирно, чтобы не стать мишенью.
К тому времени у Австрии появятся и свои броненосцы. Получив преимущество первого хода и разместив несколько броненосцев в колониях, австрийцы обеспечат себе локальное господство на море, и тогда бороться за колониальное влияние станет совсем иным делом.
Хотя британский флот и считался первым в мире, ему приходилось защищать огромные территории. Когда силы рассеяны по всему земному шару, преимущество сохраняется лишь на ключевых морских путях, а в остальных регионах всё зависит от усилий конкретных держав.
Пока месторождения не найдены, ценность этих земель выглядит совсем иначе, чем после открытия золотоносных жил, и воевать за них никто не рвётся.
А по австрийской модели освоения достаточно продержаться в регионе лет десять-пятнадцать и переправить туда сотню-другую тысяч переселенцев, чтобы не опасаться соперников.
Война требует колоссальных затрат, и если речь не идёт о гигантских залежах уровня Южной Африки, то рудник на пару сотен тонн золота просто не окупит расходов двух великих держав на локальный конфликт.
Даже при том, что южноафриканское золото составляло половину мировых запасов, важнейшей колонией Великобритании оставалась Индия — причина проста: добыча золота тоже требует немалых расходов.
Даже в лучшие времена доходы британцев в Южной Африке не достигали и пятой части от индийских — эти регионы даже сравнивать нельзя.
Франц не намеревался путать главное с второстепенным и гоняться за золотом любой ценой. В конце концов, золото — лишь одна из форм богатства, а промышленное сырьё имеет ничуть не меньшую ценность.
Главное — развивать собственную промышленность. Разве в истории Германия, испытывая огромную нехватку золотых запасов, не сумела подняться?
В индустриальную эпоху скорость создания богатств человечеством несравнима с выгодой от пары золотых рудников. Главный приоритет — собственное развитие.
После двух мировых войн британцы всё ещё удерживали Индию, Южную Африку, Австралию и Канаду, но разве им не пришлось покорно уступить мировую гегемонию?
Утвердив решение о переходе на золотой стандарт, все остальные вопросы Франц перепоручил кабинету министров.
...
И всё же Франц недооценил последствия реформы: помимо бурных обсуждений внутри страны, она вызвала настоящую сенсацию и на Европейском континенте.
Лондон
Внезапный старт реформы золотого стандарта в Новой Священной Римской империи сразу привлёк внимание британского правительства. С точки зрения развития капиталистической рыночной экономики золотой стандарт сулил ощутимые выгоды для международной торговли.
Для британцев вхождение Новой Священной Римской империи в подконтрольную им систему золотого стандарта означало ещё один гигантский шаг на пути к гегемонии фунта стерлингов.
В ту эпоху Великобритания обладала крупнейшими в мире золотыми запасами, а Лондон являлся главным мировым финансовым центром. Стоило прочим государствам перейти на золотой стандарт, как выстроенная британцами система расчётов «фунт — золото» моментально становилась господствующей.
Странам с дефицитом золотых резервов пришлось бы скупать фунты стерлингов в качестве золотовалютных запасов для поддержания курса национальной валюты. Естественно, и международные расчёты не обошлись бы без британских фунтов.
Как только фунт превращался в мировую валюту, выгода становилась колоссальной — это заложило бы прочный фундамент британского мирового господства.
Одно дело знать это, но против открытого замысла не попрёшь. Даже разгадав британский замысел, Франц был вынужден с этим смириться.
Не отказываться же от собственного экономического развития только ради того, чтобы помешать Лондону утвердить гегемонию? Постоянные колебания курса обмена золота на серебро явно мешали росту промышленности и торговли.
На Даунинг-стрит, 10 из-за поражения в Ближневосточной войне снова сменился хозяин. В ходе внутренней борьбы за власть кабинет Джорджа потерпел крах, и у руля встало правительство вигов∗ во главе с лордом Гранвиллом.
∗[П п.: Это одна из двух ключевых политических партий Великобритании в XVII–XIX веках (второй партией были тори). Виги являются либералами, а Тори консерваторами]
Увы, исторический премьер Палмерстон окончательно сгорел во время предыдущей политической буре, а развязав неудачную Ближневосточную войну, и вовсе лишился шансов вернуть себе кресло главы правительства∗.
∗[П.п.: В реальной истории Палмерстон, наоборот, пришёл к власти в 1855 году на волне Крымской войны и стал одним из самых успешных премьеров.]
Как партия, представляющая интересы финансовых и торговых кругов, виги являлись ярыми сторонниками золотого стандарта. Именно они в дальнейшем стояли за аналогичными реформами по всей Европе.
Премьер-министр Гранвилл с некоторой озадаченностью произнёс:
Заядлые консерваторы-австрийцы на этот раз неожиданно первыми начали реформу золотого стандарта. Я не отрицаю, что присоединение Австрии к системе золотого стандарта выгодно Великобритании, однако столь резкий поворот весьма трудно воспринимать. Как по-вашему, удастся ли правительству Вены довести эту реформу до успеха?
Министр иностранных дел Джон Рассел ответил:
Господин премьер-министр, нынешняя реформа золотого стандарта в Вене обусловлена скорее внутренней борьбой за власть. Центральное правительство стремится укрепить контроль над государствами-членами империи. Новая Священная Римская империя по своей сути унаследовала правовую систему Священной Римской империи и неизбежно ограничена её рамками, из-за чего самостоятельность отдельных субъектов остаётся чрезвычайно высокой. К настоящему моменту центральное правительство Вены заполучило лишь единые дипломатические полномочия и командование армией во время войны. Теперь же оно пытается вернуть себе монетную регалию
Немного подумав, премьер-министр Гранвилл спросил:
Помимо капитала, для перехода на золотой стандарт требуются колоссальные золотые запасы. Надо полагать, правительство Вены вот-вот начнёт скупать золото на мировом рынке. Однако ситуация на международных рынках изменчива, а золото
Вне всяких сомнений, премьер-министр Гранвилл затевал тонкую игру. Являясь главными игроками на мировом рынке золота, британцы полностью контролировали соотношение цен золота и серебра.
Стоило им взвинтить цены на золото, и Австрии стало бы неимоверно трудно приобрести его в нужном объёме.
Не сумев раздобыть достаточно драгоценного металла, венское правительство оказалось бы вынуждено принять британский заём и перенять стандарт «фунт — золото».
Это колоссально подняло бы международный статус фунта стерлингов и заложило бы фундамент для расчётов в британской валюте в мировой торговле.
Англо-австрийская дружба была не более чем фикцией. Когда это отвечало интересам Британии, союз казался нерушимым, но стоило интересам пересечься, как вчерашние друзья мгновенно превращались во врагов.
В истории Великобритании и Австрии эти государства долгое время оставались полусоюзниками: поддержка Вены в противовес России являлась внешней политикой Британской империи на протяжении почти целого века.
Однако в начале XX века, желая сдержать Германию, британцы без колебаний пошли на компромисс с россиянами и бросили своего давнего союзника.
После недолгой паузы министр финансов Джордж Грей ответил:
Отличное предложение, господин премьер-министр. Если Новая Священная Римская империя войдёт в нашу денежную систему, дальше вести с ней дела станет куда проще.
Очевидно, что вопрос о том, примет ли Австрия заём, был второстепенным. Главное — заставить правительство Вены признать систему «фунт — золото» и включить его в международную финансовую сеть с ключевой ролью фунта стерлингов.
Ради колоссальной выгоды от статуса фунта как мировой валюты во второй половине XIX века британцы активно накачивали им международный рынок, всеми способами добиваясь признания валютной гегемонии Лондона.
В истории мировое господство Британской империи держалось именно на финансовой силе фунта, посредством эмиссии∗ которого британцы скрытно извлекали огромные барыши.
∗[П.п.: Это выпуск денег в обращение, то есть британцы просто печатали свою валюту для международной торговли, и за "простые бумажки" получали колоссальные ресурсы]
Впоследствии, когда британская колониальная империя рухнула, первым делом рухнуло именно финансовое господство, а американцы в борьбе за денежную гегемонию применили тот же трюк с экспансией доллара.
Начиная с инвестиций в Европу и вливания средств в восстановление Германии после Первой мировой войны и заканчивая Планом Маршалла после Второй мировой — всё это являлось битвой за валютное господство.
Американцы отказались от огромных колониальных владений британцев, но валютную гегемонию мёртвой хваткой удержали в своих руках — из чего легко понять, насколько огромны сопряжённые с ней выгоды.
Премьер-министр Гранвилл с интересом спросил:
Лорд Рассел, каковы, по-вашему, шансы, что правительство Вены примет нашу «добрую волю»?
Задумавшись ненадолго, Джон Рассел с улыбкой ответил:
Всё зависит от нашей цены! Хотя экономика Новой Священной Римской империи и весьма велика, по золотым запасам она уступает, а потому даже не имеет права участвовать в борьбе за мировую валютную гегемонию. Сейчас только французы способны составить нам какую-то конкуренцию в этом вопросе. Ни одна другая держава в Европе на подобное не способна
Поколебавшись немного, премьер-министр Гранвилл принял решение:
В таком случае нам следует поторопиться. Мы должны привлечь на свою сторону как можно больше государств, пока соперники не опомнились.