Том 3 · Глава 255. Разгорается буря

Венский дворец

Свадьба Франца была официально внесена в повестку дня. В этом вопросе выбирать ему не приходилось — свыше пятидесяти миллионов подданных Новой Священной Римской империи ждали торжества с нетерпением.

Благоприятный день требовалось выбрать с особой тщательностью: случись в этот день пасмурная погода или проливной дождь, не сочтут ли это знаком, что Господь не благословляет молодых?

Случись подобное в простой семье, все лишь посетовали бы на невезенье, а фанатики и вовсе предложили бы отменить свадьбу. Что уж говорить о королевском доме — для него это стало бы грандиозным политическим скандалом.

Хотя влияние церкви к тому времени заметно ослабло, в консервативной Австрии подобные суеверия всё ещё процветали.

После стараний группы священников, совмещавших богословие с метеорологией, благоприятную дату назначили на 12 марта 1855 года.

Приготовления начались, и Францу приходилось время от времени вникать в детали, чтобы продемонстрировать важность политического брака.

Женитьба — дело хорошее, особенно если берёшь в жёны любимого человека. Что ж, Франц признавал, что к принцессе Елене особых чувств не питает, однако для императора уже само по себе счастье — жениться на той, кто не вызывает отвращения.

Однако хорошее настроение Франца длилось недолго — не заставили себя ждать неприятности.

—Ваше Величество, наш план по скупке золота провалился. Цены на золото на международном рынке взлетели на двадцать процентов, продолжать покупки совершенно невыгодно. Как показало наше расследование, этот скачок цен спланирован британцами с единственной целью — помешать нам приобрести золото, — с уставшим видом доложил министр финансов Карл.

Судя по его виду, он уже несколько дней толком не спал.

В самый ответственный момент денежной реформы британцы взвинтили цены на золото и заблокировали скупки — намерения их явно были враждебными. Неудивительно, что министр финансов, отвечавший за реформу, испытывал колоссальное давление.

Франц нахмурился. При обычных обстоятельствах британцам не было смысла пакостить Новой Священной Римской империи: расширение системы золотого стандарта было выгодно и им самим.

—Вы выяснили, чего добиваются британцы? — спросил Франц.

Он не верил, что британцы пошли на такое ради банальной наживы. Если они хотели лишь подзаработать на росте цен, то поднимали бы их постепенно.

Пока подорожание оставалось в разумных пределах, правительство Вены закрыло бы на него глаза ради пополнения резервов.

Но взвинтить цену сразу на двадцать процентов — только идиот продолжит покупки при таком разрыве.

Искусственное завышение цены золота не проходит даром. Оставим пока вопрос о том, наживутся ли капиталисты, спекулирующие золотом, но вместе с подорожанием золота неизбежно вырос и привязанный к нему фунт стерлингов.

А это фактически означало ревальвацию∗ фунта на те же двадцать процентов! При столь сильном подорожании валюты себестоимость британских промышленных и торговых товаров резко подскочила, и удерживать конкурентоспособность в мировой торговле стало намного сложнее.

∗[П.п.: Это официальное или фактическое повышение курса национальной валюты по отношению к золоту или иностранным валютам.]

Неужели британские капиталисты устали от хорошей жизни и решили устроить себе самоликвидацию?

Франц даже не допускал мысли, что за этим стоит правительство Лондона. Это ведь чистейшей воды самоубийственная авантюра — нанести врагу урон ценой собственных тяжёлых потерь, кому такое придёт в голову?

Министр финансов с заминкой ответил:

—По имеющимся данным, всё делалось для того, чтобы помешать нам собрать достаточный золотой запас.

В это объяснение он и сам не верил. Австрия оставалась старой империей с солидными ресурсами. Если бы правительство захотело пойти на расходы, оно смогло бы собрать необходимый резерв внутри страны.

Пока доверие к правительству высоко и рынок его признаёт, реформу золотого стандарта вполне можно провести даже при некотором дефиците золота.

В конечном счёте эмиссия бумажных денег держится на авторитете власти. Россияне служили наглядным антипримером: золота им хватало, но их бумажные рубли всё равно никто не желал брать.

Неужели британцы рассчитывали обрушить доверие рынка к Новой Священной Римской империи? Обладай они такой мощью, они использовали бы её ещё во время Ближневосточной войны для шантажа Вены.

Франц с ухмылкой произнёс:

—Продолжайте расследование, а с закупками завязывайте. Мы и так подготовились заранее, и золота для денежной реформы нам кое-как хватает. Остаток невелик, в крайнем случае обменяем его у стран с биметаллизмом. Британцы сумели задрать цены на европейском рынке, но я не верю, что у них хватит сил взвинтить цены по всему миру. Однако создайте вид, будто мы рвёмся продолжать скупку. Пусть британцы удерживают пиковые цены на золото — посмотрим, на сколько их хватит!

Главным изъяном той эпохи являлась слабая информированность: в отдалённых регионах соотношение цен золота и серебра оставалось прежним.

Чтобы поднять мировые цены на золото, Лондону пришлось бы удерживать высокую планку годами, иначе регионы за пределами Европы просто не успеют среагировать.

Если бы Британия действительно так поступила, Франц только посмеялся бы. В худшем случае переход на золотой стандарт можно было отложить на пару лет — дело не к спеху, год раньше или позже роль не сыграет.

Вот только выдержит ли британская промышленность? Рост производства из-за удорожания валюты неизбежно нанесёт жестокий удар по конкурентоспособности британских товаров.

Разумеется, заморская торговля в ту эпоху приносила огромную прибыль. Франц не сомневался, что капиталисты, рискующие в дальних плаваниях, получают свои двадцать процентов чистого дохода.

Они могли бы не повышать цены и сохранить конкурентоспособность, но торговля на Европейском континенте такой огромной прибылью бы уже не располагала.

Пусть Британия и являлась первой промышленной державой мира, она не могла доминировать абсолютно во всех сферах, и не столь защищённые отрасли просто не вынесут такого удара.

У Франца даже мелькнула мысль искусственно взвинтить курс фунта, чтобы добить британскую промышленность, но он тут же отбросил эту идею.

С австрийским капиталом выходить на открытое столкновение с британским финансовым гигантом означало обречь себя на поражение с вероятностью в девяносто девять процентов.

Лондон

Кабинет Гранвилла пребывал в шоке: подорожание золота устроили они, но они совершенно не планировали такого чудовищного скачка!

По первоначальному плану предполагалось поднять цены на пару процентов, чтобы вынудить правительство Вены отступить и принять их условия, но никак не доводить дело до безумного взлёта.

К несчастью, они забыли про ещё одну силу — биржевых спекулянтов.

Избыток капитала в Великобритании наблюдался уже давно, и нынешний бурный рост экономик США и Австрии во многом опирался на британские деньги.

Едва правительство слегка подтолкнуло цены на золото, спекулянты мгновенно подхватили тренд. Соотношение цен золота и серебра стремительно взлетело, а ситуация вырвалась из-под контроля.

Перед правительством Лондона оставалось лишь два пути: либо срочно выбросить на рынок партию золота и сбить спекулятивный ажиотаж, либо обесценить серебро, чтобы текущий высокий курс обмена выглядел естественным.

Одной из причин ажиотажного спроса на золото как раз и являлась реформа золотого стандарта в Новой Священной Римской империи.

Как только правительство Вены завершит денежную реформу, империя избавится от излишков серебра, а выброс такой массы металла на рынок неизбежно обрушит его стоимость.

Спекулянты обладали острым чутьём: проанализировав базовую информацию, они просчитали неизбежное падение цен на серебро и ринулись в атаку.

В каком-то смысле, даже если бы правительство в Лондоне палец о палец не ударило, рост курса золота к серебру всё равно оставался неизбежным трендом.

Решение давалось нелегко: любой шаг затрагивал всю финансовую систему.

Распродажа золота ради стабилизации фунта означала крах плана по блокировке австрийских закупок, и в будущем привлечение Новой Священной Римской империи в систему «фунт — золото» обошлось бы значительно дороже.

Впрочем, выгода тоже имелась: правительство Лондона получило бы солидную прибыль от продажи подорожавшего золота, что хоть как-то утешило бы их уязвлённое тщеславие.

Но и у обесценивания серебра хватало негативных последствий: падение валют стран с серебряным стандартом сделало бы их экспорт намного более конкурентоспособным.

Это, в свою очередь, ударило бы по экспорту британской промышленности и в конечном счёте подорвало бы всю экономику Соединённого Королевства.

Премьер-министр Гранвилл с тревогой спросил:

—Что предлагает Министерство финансов для урегулирования этого кризиса?

Министр финансов Джордж Грей без колебаний ответил:

—Господин премьер-министр, наилучший выход — распродать скупленное нами золото и вернуть рынок в нормальное состояние. Это причинит наименьший вред нашей экономике, а поскольку мы скупали золото по низкой цене, на его продаже удастся неплохо заработать. Действовать нужно немедленно: правительство Вены всё ещё не объявило об отказе от закупок золота, чем лишь сильнее взвинчивает нервы спекулянтам. Австрийцы, скорее всего, раскусили нашу задумку и теперь нарочно делают вид, будто намерены покупать золото любой ценой, просто чтобы выставить нас на смех. Затянем время — и к ажиотажу примкнут новые спекулянты, тогда укротить золотую лихорадку станет крайне сложно.

Золото, скупленное правительством, и золотой резерв для обеспечения валюты — два абсолютно разных понятия, управляемых разными механизмами.

В эпоху золотого стандарта правительство не могло по своему желанию урезать или наращивать золотой резерв — всё строго подчинялось реальным экономическим потребностям.

Лондон уже сполна ощутил последствия необдуманных шагов: ложный сигнал вызвал наплыв спекулянтов, повлёкший за собой катастрофические последствия.

Золото считалось абсолютной валютой, и большинству казалось, что оно не может резко обесцениться — даже застрянь оно на руках, убытки окажутся минимальными.

После долгих колебаний премьер-министр Гранвилл принял решение:

—Как бы то ни было, первым делом необходимо сбить золотую лихорадку и стабилизировать курс фунта. Пусть Министерство финансов немедленно начнёт распродажу золота и свяжется с национальными финансовыми гигантами — нам потребуется их поддержка!

Понимая, что за это придётся дорого заплатить, Гранвилл всё же решил обратиться к финансовым магнатам — своими силами правительство Лондона вряд ли сумело бы затушить пожар в сжатые сроки.