Том 1 · Глава 29. Венские течения

Зима сменялась весной, и тающий снег превратил дороги в непролазную грязь. По ним с трудом продвигался отряд — Венская городская стража вышла на полевые учения.

Старые солдаты не горели желанием терпеть тяготы, поэтому Альбрехт предусмотрительно разрешил им остаться. Так, незаметно для всех, командование войсками сменилось.

—Стой! Разбиваем лагерь! — скомандовал Альбрехт. Городской страже не полагалось уходить далеко, так что учения проходили всего в сотне километров от Вены.

—Франц, дальше нельзя. Если в Вене что-то случится, мы не успеем вовремя среагировать!

Франц кивнул. Одно дело — позволить революции начаться, и совсем другое — дать ей победить.

Основные силы гарнизона вывели из города. Оставшиеся пять тысяч солдат числились лишь на бумаге, их реальная боеспособность была ничтожной.

Для любого мятежника это был редчайший шанс, который нельзя упускать.

—Думаю, новости уже дошли до адресатов. Как настрой у солдат?

Альбрехт покачал головой:

—Скверно! Выгнать их на учения в такое время... Уверен, в душе они кроют нас последними словами.

Это было ожидаемо. Франц предложил:

—Дай им выходной. Пусть поохотятся, хоть еду разнообразят.

Идея была сомнительной. Накормить девять тысяч человек дичью невозможно, но Альбрехт не стал спорить — людям нужно было хоть немного расслабиться.

Время шло. Внедрение «Закона о защите труда», намеченное на 1 марта 1848 года, отложили на неопределённый срок без объяснения причин.

Бездействие правительства разочаровало рабочих, чем не преминули воспользоваться капиталисты.

Слухи — товар дешёвый. Революционеры убедили народ, что капиталисты подкупили власть, и интересы рабочих преданы.

Обстановка в Вене накалялась. К 4 марта до города дошли вести о победе Февральской революции во Франции.

Подстрекаемые капиталистами горожане, рабочие и студенты 5 марта вышли на улицы.

Под лозунгами против голода, коррупции и диктатуры протестующие подали петицию Фердинанду I. Они требовали отставки Меттерниха, конституции и отмены крепостного права.

Примечательно, что о «Законе о защите труда» не вспомнили — составителям петиции явно плевать интересы рабочих.

Меттерних не мог принять эти требования. Разумеется, петицию отклонили.

Волю императора представлял Регентский совет. Многие там мечтали избавиться от Меттерниха, но остальные условия пугали их не меньше.

Ради собственной выгоды верхушки власти пока сохраняли единство.

В то время о настоящей революции думали немногие. Даже капиталисты лишь хотели приструнить дворянство, чтобы пережить кризис.

Карета катилась по узким улочкам мимо лачуг, в воздухе стоял тяжёлый смрад.

Экипаж замер у домика. Щегольски одетый юноша вышел и тут же вляпался во что-то мягкое — это были чьи-то потроха.

—Чёрт! — выругался он. Постучав в ворота, он отпустил карету.

Тайная полиция Вены отлично выполняла свои обязанности, и за подобные встречи можно было поплатиться головой.

Поэтому трущобы были самым безопасным местом: в этом лабиринте переулков полиция появлялась редко.

Дверь открыл оборванец. Оглядевшись, он впустил гостя.

—Джек, наконец-то! Тебя все заждались.

Джек поморщился, скрывая брезгливость, и улыбнулся:

—Прости, Коул. У ищеек острый нюх, пришлось заметать следы.

Коул, запирая дверь, не заметил его взгляда:

—Ничего, осторожность прежде всего. Раз ты здесь — начнём!

—Господа, время пришло. Реакционное правительство∗ никогда не пойдёт нам навстречу. Меттерних снова нас обманул, терпеть больше нельзя! В Париже победили, теперь наш черёд. Сейчас — лучший момент. Городская стража на учениях, им понадобится минимум два дня, чтобы вернуться.

∗[П.п.: Это политический режим яро сопротивляющийся переменам, защищающий отживщие себя структуры, и подавляющий любые преобразования]

Человек в сером нерешительно перебил:

—Господин Джек, не рано ли? В городе всё ещё пять тысяч солдат, мы не можем просто...

Джек нахмурился. Он не любил возражений, особенно от тех, кого презирал.

Если бы не капиталисты, которым нужно было надавить на власть, он бы и близко не подошёл к этим рабочим.

По его мнению, чернь должна лишь исполнять приказы.

Но сейчас именно им предстояло рисковать жизнями, а без своих вожаков рабочие за ним не пойдут.

Джек нетерпеливо пояснил:

—Господин Пауэлл, не бойтесь. Мы тайно достали оружие. С ним вам не страшны эти старики. К тому же, армия нам не враг. Большинство солдат — такие же бедняки, как и вы. Мы сможем договориться.

Хотя они и называли себя соратниками, между ними лежала пропасть классовой вражды.

В те годы у пролетариата ещё не было своих организаций, и они шли за партией буржуазии.

В итоге рабочих убедили. А точнее — вынудила сама жизнь: толпы безработных просто хотели есть.