Том 1 · Глава 53. Козёл отпущения, свалившийся с небес

1 апреля 1848 года, когда австрийская армия оставила Ломбардию, её место быстро заняли войска Сардинского королевства.

Под ликующие крики толпы сардинцы вошли в регион без единого выстрела. Казалось, наступили те самые светлые времена, о которых все мечтали.

Перед отступлением маршал Радецкий умело подыграл местной пропаганде. Теперь все, включая республиканцев, верили, что Сардинское королевство обеспечит им процветание.

Повсюду развевались флаги, люди поздравляли друг друга.

—Да здравствует республика! — этот клич разносился по всей Ломбардии. Было создано временное правительство во главе с Казати.

Австрийцы уходили в такой спешке, что даже не забрали с собой политических заключённых. Те сразу же вышли на свободу и стали членами нового правительства.

Если бы кто-то был внимательнее, он бы заметил, что склады Милана пусты. Как только началась война, Радецкий под предлогом централизованного снабжения собрал всё продовольствие в городе.

В сельской местности это сделать не успели, но в Милане запасы были под полным контролем. Часть зерна австрийцы вывезли тайно, а остальное облили горючим и подожгли.

Оставшись без еды, горожане не паниковали — ведь в город вошли «свои», сардинские войска.

Но что же произошло на самом деле?

Перед отходом австрийцев поползли слухи, будто король Карл Альберт велел жителям самим жечь продовольствие, чтобы вынудить врага уйти и спасти Милан от разрушения. Радецкий приказал поджечь склады заранее, а австрийские солдаты даже притворно звали горожан помогать тушить огонь.

Но миланцы, жаждавшие независимости, не поддались. Они мужественно отказывались тушить пожары даже под побоями. В итоге они праздновали «победу»: склады сгорели, австрийцы отступили, и город был спасён.

Ликующий президент Казати∗ только что вернулся со встречи с генералом Бардолио. Разговор вышел неприятным и вмиг испортил ему настроение.

∗[П.п.: Миланский граф Габрио Казати, бывший премьер-министр Сардинского королевства. На анлейте его назвали President Kazari, дальше так и будет президентом, на момент новеллы он основал временное правительство в Ломбардии и является его представителем]

Осторожные сардинцы не решились преследовать австрийскую армию, что Казати счёл позором для всей итальянской нации.

В этот раз всё было иначе: австрийцы ушли сами, их никто не выбивал силой, а все городские повстанцы были разгромлены ещё раньше.

Армия временного правительства только формировалась, а сам президент Казати едва успел выйти из тюрьмы.

Ему приходилось идти на поклон. У правительства не было рычагов влияния на Сардинию, а преследовать врага своими силами было просто некем.

В кабинет вбежал новый министр внутренних дел Цилла:

—Президент Казати, в городе нет хлеба! Нам нечем кормить союзную армию!

Ситуация была позорной. О продовольствии стоило подумать раньше, но пока горели склады, будущие министры сидели за решёткой. А после освобождения все были так заняты празднованием победы, что о хлебе насущном никто и не вспомнил.

—Что же нам делать? — растерялся Казати. — Я только что пообещал сардинцам снабжение. Может, соберём остатки у населения?

—Это невозможно, — объяснил Цилла. — Австрийцы выгребли всё дочиста. Людям выдавали пайки строго на два дня. Чтобы выгнать австрийцев, Сардиния подослала шпионов поджечь склады, и наши люди им помогали. На самом деле у австрийцев были силы удерживать город, но из-за уничтожения запасов им пришлось уйти.

Казати пришёл в ярость:

—Проклятье! Сардинцы нас подставили! Они ни словом не обмолвились о поджогах, а я сдуру пообещал накормить их войска! Они издеваются над нами! Нет, всё куда серьёзнее. В разговоре они намекали на присоединение Ломбардии. Это их коварный план!

Цилла побледнел. Теперь у временного правительства не осталось козырей. Если сардинцы используют голод как рычаг давления, придётся плясать под их дудку.

—Президент, нужно что-то делать! — засуетился Цилла. — Когда они подговаривали жечь склады, они обещали привезти своё зерно, иначе народ бы на это не пошёл!

Казати взял себя в руки. Даже если придётся войти в состав Сардинии, нужно продать свою независимость подороже. Сардинцам не должно всё достаться даром.

—Верно. Немедленно распространите слух, чтобы люди были начеку. Боюсь, сардинцы от досады могут сорваться на нас.

Тем временем король Карл Альберт наслаждался триумфом: Ломбардия досталась ему без единой капли крови.

Верхушка Сардинского королевства праздновала победу и вовсю обсуждала, как половчее присоединить новые земли. Все были настроены крайне оптимистично.

Они и не подозревали, какая «свинья» им подложена. Все они были политиками, и их взгляд на вещи отличался от военного.

Ни один политик не додумался бы добровольно отдать Ломбардию. В нынешней ситуации Австрия должна была бы всеми силами подавлять мятеж, чтобы запугать остальных.

В лагере сардинской армии в Милане∗ настало время обеда, но обещанный провиант от президента Казати так и не привезли.

∗[П.п.: Если кто то запутался, то Ломбардия это регион Италии, а г. Милан его столица]

Старшим офицерам было всё равно — их пригласили на званые обеды местные богачи. Уж знатные особы голодными не останутся.

Европейская аристократия была едина: дворяне Милана и Сардинии были тесно связаны родственными узами.

У полковника Мансту, оставшегося за главного, голова шла кругом. Солдаты ждали еды, и только то, что офицеры голодали вместе с ними, удерживало полк от бунта.

Мансту из последних сил успокаивал подчинённых и то и дело отправлял гонцов к временному правительству с требованием немедленно доставить хлеб.

Австрийцы отступили так стремительно, что сардинцы вошли в город налегке. Их собственный обоз отстал на тридцать вёрст, и теперь вся надежда была только на местных.