Том 1 · Глава 70. Подготовка (6)
Вжих!
Это моя победа, Риш. А твое поражение.
...Ах.
Я вонзил меч в землю у самой щеки поваленной Беатрис и непринужденно улыбнулся.
С начала поединка не прошло и двадцати минут, а я уже полностью подавил ее сопротивление.
Беатрис бессильно растянулась на земле, шумно и тяжело дыша, и ошеломленно перевела взгляд на мой клинок.
Поскольку это была всего лишь тренировка, на ее теле не осталось ни единой царапины.
Но лезвие, замершее у самого ее горла, не оставляло сомнений: исход поединка решен.
Беатрис сделала несколько судорожных вдохов, восстанавливая дыхание, а затем сильно прикусила нижнюю губу и отвернулась.
...Гх.
Было видно, что ее гордость уязвлена. Или же она просто отказывалась мириться с собственным поражением.
В любом случае, мысль о проигрыше отцу она, похоже, даже не допускала.
А если и допускала, то точно не ожидала, что ее разгромят настолько легко и быстро.
Да уж, скромностью моя дочь явно не отличалась.
Я посмотрел сверху вниз на обиженную Беатрис и негромко усмехнулся:
И все же не принимай это близко к сердцу. Иди речь о смертельной схватке, все могло обернуться иначе. В таком случае я бы не решился гарантировать себе столь легкую победу.
Чего...?
Беатрис, до этого хмуро отворачивавшаяся, резко вскинула голову и злобно уставилась на меня.
Ее глаза горели яростью: похоже, мои слова она сочла за издевку и бахвальство.
Сжав рукоять рапиры так, словно пыталась раздавить ее в ладони, она прошипела:
И это ты говоришь той, кого только что размазал по земле, пап?.. Твои попытки пощадить мое самолюбие только сильнее бесят, ясно тебе?
Я говорю совершенно искренне, без всякой задней мысли. Ты действительно стала намного сильнее.
Ой, да ну тебя...
Поняв, что спорить бесполезно, она отложила рапиру и раздраженно махнула рукой.
Я тихо хмыкнул и вытащил меч из земли.
Вж-жих—
Только когда сталь скользнула обратно в ножны, Беатрис наконец поднялась.
Отряхнув юбку от налипшей земли, она бросила на меня унылый взгляд:
...Ну и? Теперь, когда ты победил, заставишь меня смирно сидеть дома взаперти?
Хм.
Хотя ее тон звучал нарочито резко, по глазам было отчетливо видно, как сильно она подавлена.
Неужели ее настолько расстроила невозможность отправиться со мной, чтобы сразить Темного Короля?
Вспых—
Беатрис зажгла на кончиках пальцев кроваво-красный огонек, тут же погасила его и тяжело вздохнула:
...Я думала, что стала намного сильнее. Но мне все еще не хватает мощи, чтобы одолеть тебя, пап.
Ну, это вполне естественно. У меня куда больше способов усмирить противника, не нанося ему смертельных ран, не так ли?
...
Я не совсем понимал, почему дочь так жаждет момента, когда сможет «одолеть меня».
Впрочем, ее время еще не пришло. В техническом мастерстве я все еще превосходил ее.
Я чувствовал глубокое удовлетворение: редко когда мне удавалось так успешно утвердить свой отцовский авторитет. Но покажи я это внешне, мне бы наверняка досталось.
Поэтому, сохранив невозмутимый вид, я продолжил:
В общем, вернемся к делу. Уговор есть уговор. Пока я буду разбираться с Темным Королем, ты должна тихо сидеть дома.
...
...Ну же, не делай такое несчастное лицо. У меня сердце кровью обливается.
До какой же степени она хотела быть со мной? Мы ведь не расставались на всю жизнь, я просто просил ее побыть дома, пока меня не будет какое-то время.
Беатрис надула губы, и в ее глазах читалась такая тоска, словно у нее отобрали все сокровища мира.
Казалось, на ее глазах вот-вот выступят слезы, что пробудило во мне сильное желание защитить ее.
Очевидно, эта девочка была мне очень дорога — судя по этому желанию оберегать ее во что бы то ни стало.
Но помимо этого, забавное плачущее личико Беатрис вызвало у меня улыбку.
Одно дело — инстинкт защитника, но во мне также проснулось непреодолимое желание ее подразнить.
«Боже... Какое лицо, так и подмывает подразнить ее еще сильнее».
Мне даже захотелось довести ее до настоящих слез, но ладно. Если я продолжу в том же духе, справляться с последствиями будет непросто.
Держи.
Я поднял рапиру Беатрис, упавшую у моих ног, протянул ей и спросил:
Риш. Ты действительно так сильно хочешь пойти со мной?
...?
Точнее, я спрашивал о ее истинных желаниях, причем с намеком, полностью противоречившим итогу нашего поединка.
Если бы обещание нужно было соблюдать неукоснительно, Беатрис, конечно, пришлось бы остаться дома.
Но мы ведь не подписывали контракт и не давали клятву на мане, верно?
Это было всего лишь устное обещание, которое я мог отменить в любой момент, стоило мне только захотеть.
Я слегка улыбнулся и подмигнул Беатрис. Похоже, она уловила скрытый смысл моих слов: ее лицо напряглось, и она шумно сглотнула.
Затем, осторожно следя за моей реакцией, она ответила:
Я... я хочу пойти. Я тоже хочу быть тебе полезной, так что, эм...
«Пожалуйста, разреши мне. Позволь сражаться рядом с тобой».
Беатрис смотрела на меня умоляющим, блестящим взглядом, выражавшим именно эту немую мольбу.
Я изо всех сил сдерживал смех и ответил как можно более небрежно:
Хм... Но разве ты только что не проиграла мне? Я не могу поощрять ребенка, который не держит свое слово.
На самом деле я уже все решил, и эти слова были лишь попыткой еще немного подразнить ее.
Мне просто хотелось увидеть, как Беатрис будет искренне меня умолять.
Если бы она попросила от всего сердца, я бы уступил, сделав вид, будто у меня просто нет выбора.
В конце концов, Беатрис действительно стала сильнее. Она больше не была беззащитным ребенком.
На случай непредвиденных обстоятельств я подумал, что если буду присматривать за ней чуть внимательнее, то взять ее с собой не составит труда, но...
...Тогда я приму наказание.
?
В следующую же секунду случилось то, чего я никак не мог предвидеть.
Мои слова о том, что нарушивших обещание детей поощрять нельзя, повлекли за собой крайне неожиданный ответ.
Дочь вдруг заговорила на удивление вежливо и официально, что мгновенно пробудило во мне весьма тревожные воспоминания.
Пока я стоял в замешательстве, покрываясь холодным потом, Беатрис шумно, как-то лихорадочно выдохнула и продолжила:
Как тогда, в гостинице... Я готова понести наказание, отец. Но ведь после этого ты возьмешь меня с собой? Свою вину я искуплю, так ведь?
...Э-э... Погоди-ка, Риш. Что еще за наказание?..
Если нужно, просто отшлепай меня еще раз, только отмени уговор. О, кстати, вот и плеть, которую ты использовал в прошлый раз...
Не давая мне опомниться от шока, Беатрис застенчиво протянула мне свои ножны.
Само собой, я и думать не мог о том, чтобы взять их. Но главная проблема крылась не во мне, а в посторонних свидетелях.
...Ого, Шин-а. Ты слышала? Получается, Кайл раньше шлепал Беатрис по попе?
Да, я тоже отчетливо это слышала. Наверное, речь идет о временах, когда у старшей был период жесткого бунтарства. Никогда бы не подумала, что между ними такое происходило.
Наши зрители — а именно Шин-а и Мэйбел, которые еще с середины поединка сидели рядышком на балконе и наблюдали за нашей схваткой, — принялись перешептываться едва слышными голосами.
Слух Мастера Меча улавливал даже такой тихий шепот идеально, так что у меня по спине мгновенно пробежал ледяной холодок.
Тем временем Беатрис, уже приподнявшая подол юбки, даже слегка покраснела, словно пребывала в каком-то странном возбуждении.
«...Что за чертовщина».
Мягко говоря, это было настоящее бедствие.
У меня голова шла кругом.
Идеальный сценарий, который я себе нафантазировал — где Беатрис вновь заявляет о своей решимости и искренне умоляет меня, а я великодушно соглашаюсь, как любящий отец, верящий в ее взросление, — рухнул безвозвратно.
Вместо этого мне пришлось терпеть леденящие душу взгляды Шин-а и Мэйбел, в одно мгновение превратившись в глазах собственных дочерей в законченного извращенца...
...Ты не собираешься меня наказывать, пап? Риш уже ждет, подняв юбку...
...Пожалуйста, помолчи, Риш...
Никогда в жизни я не злился на Беатрис так сильно, как в этот момент.
Мне пришлось стиснуть зубы и отчаянно отводить взгляд от нижней половины тела Беатрис, выставившей напоказ свое нижнее белье.
Вот, держи. Подарок от второй дочери для папаши-извращенца, который сказал, что ему не нужна моя помощь. Пригодится, когда будешь разбираться с приспешниками Общества Черного Лотоса.
.......
Шин-а назвала меня «извращенцем» совершенно беспечным тоном и протянула мне Белого Тигра.
Этот малый, вытянувшись словно кот, перебрался с рук Шин-а прямо в мои объятия.
Поскольку я отказался от ее помощи, решив, что никак не могу принять содействие от своей второй дочери в подобном деле, Шин-а подготовила этот подарок взамен.
Что ж, один только Белый Тигр был божественным зверем восьмого ранга, так что поручить ему солдат Общества Черного Лотоса было более чем надежным решением...
...Эм, Шин-а? Могу я спросить, как долго ты собираешься меня так называть?
Хм-м?
Но дело было вовсе не в этом.
Главное — у Шин-а был совершенно безжизненный взгляд, когда она передавала мне Белого Тигра. Уголки её губ, конечно, были приподняты, но эту улыбку никак нельзя было назвать нормальной.
На мой осторожный вопрос Шин-а ответила леденящей душу усмешкой:
А что не так? Извращенец, садист, садомазохист и педофил Кайл, который нещадно отшлёпал старшую по попе в наказание. Это ведь всё о тебе.
...Хотя бы последнее вычеркни. Ты что, твёрдо решила устроить мне социальную смерть?
Хи-хи, я ничего не знаю. Просто говорю всё в точности так, как видела и слышала.
И пусть взгляд её оставался пустым, поддразнивать меня ей явно нравилось: покачивая хвостом, она не спеша поднялась на второй этаж. Напоследок наши взгляды встретились, она весело хихикнула и смерила меня оценивающим взглядом.
...Я собирался отправиться на войну против одного из Семерых Сильнейших, и надо же было моей второй дочери устроить мне такие проводы.
Меня едва не вывернуло кровью от досады, но оставался ещё один противник (?), с которым предстояло разобраться.
Я тупо посмотрел на пустой коридор второго этажа, где скрылась Шин-а, затем слегка нахмурился и повернулся к другой своей дочери, которая пристально наблюдала за мной.
...Тебе тоже есть что сказать, Мэйбел?
Моя третья дочь, Мейбел Сион, обычно отличалась куда более мягким выражением лица, чем Шин-а. Но сегодня она почему-то пришла проводить меня в такой короткой мини-юбке, что её подол полностью обнажал аппетитные бедра.
Ты...
Заложив руки за спину, она пристально посмотрела на меня и с любопытством спросила:
Тебе так нравится шлёпать девушек по попе? Может, в следующий раз сделать для тебя хлыст или что-то в этом роде?
...
Ну-у, я это к чему... Если тебе совсем невтерпёж, я готова пойти навстречу твоим извращённым желаниям. Так что не стесняйся, говори.
...
Ах да, держи. Я не могу помочь тебе так, как Белый Тигр Шин-а, но по крайней мере способна подготовить оружие на крайний случай. Нажми эту кнопку, если понадобится разнести всё вокруг.
С этими словами она бросила мне пульт, похожий на детонатор, и поспешила вверх по лестнице, даже не потрудившись выслушать ответ.
В результате я невольно бросил взгляд под взметнувшуюся от ветра юбку Мэйбел.
И мне оставалось только зажмуриться.
...Беатрис, которая как-то раз преспокойно задрала юбку и продемонстрировала нижнее бельё, на её фоне казалась просто образцом приличия. Моя третья дочь вообще не надела то, что положено носить под юбкой. Настоящая эксгибиционистка, которой самое место в криминальных новостях.
Я всерьёз задумался.
Справедливо ли вообще называть меня главным извращенцем в этом доме? Особенно когда под одной крышей со мной живут как минимум две девицы, которые дадут мне в этом сто очков вперёд?
«...Я же просто умру от такой несправедливости, честное слово».
От этого можно было сойти с ума. Похоже, в этой безумной семейке нормальным быть не принято.