Том 1 · Глава 1953. Дрожь тетивы
Древо Небесного Свода пустило корни прямо в небе над руинами Города Живой Ступы, и когда по миру пронесся Небесный огонь, он опалил и небосвод над Горой Четырех Гробниц.
Но Предок-Целитель, чье внимание было всецело поглощено Юэ Гунли, казалось, даже не заметил едва уловимых перемен в Священном Дворце. Тонкая, словно водяная пленка, духовная формация под покровом тумана и облаков, играя с ракурсом, создала безопасную зону и уберегла всех обитателей Горы Четырех Гробниц.
От копья в открытом бою увернуться легко, да трудно от стрелы, пущенной из-за угла. А бешеный пес и вовсе мог довести до исступления даже Бога-Прародителя.
Юэ Гунли, ты и впрямь решил пойти против меня?!
Стоило ему отвоевать часть энергии, как Семя Искусства тут же вбирало в себя остатки. Он снова с силой тянул жизненную силу к Древу Небесного Свода, но и Юэ Гунли не шел напролом — сколько удавалось поглотить, столько и поглощал.
Однако мощь Предка-Целителя была несравнима со слабостью Семени Искусства, к тому же сама жизненная сила принадлежала ему по праву. Вскоре ему удалось вернуть больше половины той бездны энергии, что Семя не смогло проглотить с первого раза. Так, в борьбе и перетягивании, не прошло и нескольких мгновений, как вся колоссальная мощь, накопленная Городом Живой Ступы, была поделена между ними в соотношении семь к трем.
Семь частей досталось Предку-Целителю, три — поглотило Семя Искусства Юэ Гунли.
Великолепно! Просто великолепно!
Один «Пир Технопса» — и один из козырей Предка-Целителя неожиданно бит. Глядя на то, как тот, казалось, готов был содрать с него кожу живьем, Юэ Гунли едва сдерживался, чтобы не захлопать в ладоши.
Жаль лишь, что это тело было не его собственное. Будь оно его, Юэ Гунли непременно нанес бы еще один удар, заставив Предка-Целителя раскрыть еще больше карт. Да что там, он бы как минимум поменял это «семь к трем» на «три к семи».
Но тело принадлежало Суйиню!
Сколько бы он ни забрал, в конечном счете все это послужит лишь усилению Суйиня.
«От этой мысли на душе стало немного тоскливо. Мое время на исходе, и если я хочу сделать для сестрицы больше, то просто разозлить одного Предка-Целителя будет слишком мало, — Нужно ослаблять его, сколько получится. Но при этом нельзя слишком усиливать Суйиня, иначе на смену малому злу в лице Предка-Целителя придет большое
Юэ Гунли казался безумцем, но, приняв решение встать на сторону сестры, он начал мыслить предельно ясно. Пусть раньше, сидя в своих Императорских владениях Ледяного Дворца, он и не желал ввязываться в эту игру, но и ему было известно, что нынешний мир поделен между тремя — Предком-Демоном, Предком-Целителем и Суйинем.
Есть еще и Предок-Демон…
Короткое раздумье — и решение было принято.
В Мире Призрачного Будды лицо Юэ Гунли исказилось в безумной усмешке. Он разразился диким хохотом и, возвращая врагу его же монету, прокричал:
Шэнь-нун, знаток ста трав, а ты посмеешь пойти против меня?
Предок-Целитель был грозен лишь на словах, на деле же боялся нанести удар. А чего бояться ему, «бешеному псу», чьи дни и так сочтены?
Договорив, Юэ Гунли вновь сложил в руке печать Суйиня, и на его губах заиграла хищная ухмылка:
А ну-ка, дай господину взглянуть, где же ты прячешься, крыса трусливая?
Запретная техника: Внешнее Око Закона!
Слово стало делом. Юэ Гунли действовал без малейших колебаний: решил — и тут же ударил, не выказывая Богу-Прародителю ни капли уважения.
В тот же миг на его лбу треснул и раскрылся фиолетовый зрачок, а за спиной возникло его отражение — исполинское фиолетовое око. Око Зловещего Инь!
Фиолетовое глазное яблоко размером в сотни чжанов выглядело до жути зловеще. Едва появившись, оно ожило, зрачок беспокойно забегал из стороны в сторону, испуская призрачные фиолетовые лучи, которые принялись сканировать все Пять Регионов.
Каждый заклинатель, которого касался этот луч, чувствовал себя раздетым донага, а поры на его коже мгновенно раскрывались от ужаса. В ушах же отдавался безумный смех и тихий шепот Юэ Гунли:
Явитесь, явитесь!
Демоны, призраки, чудища, покажитесь немедля!
...
«Проклятая тварь»,
Он применил Метод тысячи тел, порождающий хаос, равномерно распределив свою жизненную силу, и слегка прикрыл ее Путем небес, чтобы помешать соглядатаю. Как бы ни было сильно Внешнее Око Закона Суйиня, так быстро найти его истинное тело и запасные ходы оно не сможет.
Дойдя до этого, Предок-Целитель осознал, что допустил в своей партии грубую ошибку.
«Не стоило зариться на путь мысли…»
Путь Всепроникающей Божественной Мысли Куй Лэйханя, конечно, был силен, а его боевая мощь — несравненна. Кто бы не возжелал такого? Но главное, что этот парень совершенствовался в Очищении Духа Священного Пути, а потому не мог избежать власти Предка-Демона и в критический момент непременно бы споткнулся. Заполучив Куй Лэйханя, можно было бы повлиять на Предка-Демона и даже в будущем использовать его против него же. Это был бы отличный ход в большой игре!
Но именно из-за задержки с Куй Лэйханем Суйин успел провернуть свой трюк и выпустить бешеного пса Юэ Гунли. Тот не только мощно подавил Предка Мысли, но и намеревался сеять хаос дальше.
Этому Семени Искусства, которому суждено было стать Мировым древом Нового Небесного Царства, нельзя больше позволять творить бесчинства.
«Суйин, ты не сбежишь из моих рук…»
В Печальном Царстве зашелестело Великое Мировое Древо. Лицо на его кроне посуровело.
Неужели ты думал, что жизненную силу можно отбирать безнаказанно?
Сколько сожрал, столько и выплюнешь обратно!
Древо Небесного Свода, висевшее в небе над руинами Города Живой Ступы и успевшее забрать семь десятых силы из «пруда», решило пойти ва-банк. Исполинское древо, корнями вросшее в пустоту, призвало Небесный огонь из Мира Призрачного Будды и принесло в жертву всю поглощенную жизненную силу. А затем, в отчаянном порыве, загорелось и само.
Жертва Семени Жизни во имя Дао!
...
Быстрее, быстрее, выходи! Покажись!
Внешнее Око Закона обыскивало все вокруг. Не только Пять Регионов, но и пять Тайных Царств Святых Императоров, Остров Пустоты, Божественные руины — все было просканировано. Но когда пытаешься отследить путь жизни с помощью пути искусства, видишь лишь, что жизненная сила в каждом живом существе, в каждой точке пространства распределена предельно равномерно. Каждое из них могло быть запасным ходом Предка-Целителя, но в то же время им не являлось.
Конечно, на самом деле Внешнее Око Закона искало не только Предка-Целителя.
В Восточном Регионе было спокойно, на Кургане Погребённых Мечей и у древа-предка Меч-конопли тоже все было в норме, лишь ощущалось слабое влияние давно ушедшего в Перерождение Предка-Меча.
В Южном Регионе тоже ничего необычного. Он исконно был оплотом Суйиня, местом, где возвысился Шу Цзу. Даже если Суйин столько лет возрождался в Божественных руинах, Предок-Демон и Предок-Целитель, планируя свои ходы, подсознательно сосредоточились бы на остальных четырех регионах, избегая Южного. По крайней мере, они не были настолько глупы, чтобы размещать свои «пруды жизни» прямо под носом у врага.
Северный Регион, Небеса Бога Войны… Разлом Пространства-Времени уничтожен, но что это за цепь? Она уходит корнями в землю Северного Региона и соединяется с… Башней Меча? Ха-ха, любопытно!
Западный Регион, Великая пустыня… А это еще что такое? Этот меч «Лу», казалось бы, вещь Предка-Меча, но почему от него исходит остаточное влияние Предка-Демона? Ха-ха, тоже весьма любопытно!
На Горе Журавлиного Павильона и Горе Четырех Гробниц аномалий нет. А вот каменный чертог в Императорских владениях Ледяного Дворца… отец… Неужели его тело и впрямь захватили?
Перекрёсток, Перевернутая пагода Будды… Шэнь И что, в ловушке? Постойте, а эта женщина… она владеет искусством Духовных формаций или Искусством Небесных Тайн?
...
Не найти! Не найти! — все безумнее.
Заклинатели Пяти Регионов, наблюдавшие издалека, видели — это уже первые признаки помешательства.
Да как так, что я не могу тебя найти?!
Внезапно Предок Ли простер руку, словно призывая что-то, и дико взвыл:
Тогда просто пальну наугад!
С гулом пространство раскололось, и из разлома хлынула сила Греха. Одним движением он вложил великую мощь пути искусства прямо в Абрикосовый мир, в пространство перед четырьмя древами-предками, будто пытаясь что-то оттуда извлечь. В следующее мгновение Лук Греха, что некогда блистал в руках императора Цаншэна, а полгода назад бесследно исчез, оказался в руках Юэ Гунли.
Лук Греха?
По Пяти Регионам прокатился изумленный гул. Эта штука…
Точно, разве Лук Греха не попал в руки Дедули Шоу? И что же, Юэ Гунли просто так его забрал, а Дедуля Шоу позволил, даже не попытавшись помешать? Или Дедуля Шоу тоже не захотел связываться с обезумевшим Предком Ли? И еще — как Юэ Гунли смог им воспользоваться? И как Лук Греха вообще мог откликнуться на его зов?
Это Суйин!
Лишь на миг промелькнула мысль, и все тут же вспомнили. Прежде чем стать визитной карточкой императора Цаншэна, Лук Греха, кажется, был оружием Шу Цзу, то есть Суйиня, наряду с Жемчужиной Кровавого Мира, Кровавым Древом и прочим!
Лук лег в руку, тетива натянулась до предела. Аура Юэ Гунли резко изменилась, стала невероятно грозной, словно вся его свирепость наконец нашла выход.
Запретная техника: Семя Искусства, Трансформация Выстрела!
Семя Искусства дрогнуло и, подобно Судьбе Прародителя, появилось над головой Юэ Гунли. Зловещая энергия Суйиня сгустилась на Луке Греха, соткав черную Стрелу Злого Бога с девятью призрачными отражениями.
Запретная техника: Стрела Девяти Ли!
Уголок губ Юэ Гунли дернулся в усмешке, пальцы разжались, и по Пяти Регионам вновь разнесся некогда леденящий душу звон тетивы.
ДЗЫНННЬ!
...
Все произошло плавно, без малейшего промедления. Юэ Гунли стал живым воплощением слова «безрассудство»! Этот давно забытый звон Лука Греха не просто ударил по ушам — он всколыхнул воспоминания в умах многих.
«Как же похоже…»
Эта сцена так напоминала тот день, когда император Цаншэн натянул тетиву. Вот только тогдашний Ай Цаншэн, даже достигнув во Втором мире Виртуального обожествления, так и не смог сделать свой последний, самый ослепительный выстрел. Юэ Гунли же, позаимствовав мощь Суйиня и действуя как Бог-Прародитель, завершил начатое. И эта стрела, казалось, тоже целилась куда-то за Небесную Лестницу?
Свист, свист, свист… За первой стрелой устремились остальные. Одна обратилась девятью, летящими быстрее звезд. Девять черных стрел мгновенно пронзили небосвод, разорвали обрывки времени и с предельной яростью обрушились на Печальное Царство.
Шшш… В Печальном Царстве поднялся ветер, гоняя песок. Когда острия стрел уже почти достигли границ царства, Великое Мировое Древо взметнулось ввысь, его крона разрослась, а ветви сомкнулись, укрыв все огромное Печальное Царство под своей сенью.
Однако разве могло простое древо-предок выдержать предельную мощь Трансформации Выстрела?
Бум, бум, бум… В мгновение ока первые три Стрелы Девяти Ли пробили защитный слой Великого Мирового Древа. Следующие три пронзили крону, и аура древа ослабла, а в листве зияли тысячи дыр. Последние три вонзились в пустоту, горы и реки Печального Царства и одновременно взорвались.
БА-БАХ!
Печальное Царство было практически стерто с лица земли. Бесчисленные маленькие Бэй Хуайи на грани жизни и смерти не успели даже вскрикнуть — их просто не стало. Священное Царство, воплощение Закона Дао, было почти полностью разрушено. Лишь благодаря вовремя хлынувшей жизненной силе и последнему усилию Великого Мирового Древа Печальное Царство уцелело и не было уничтожено девятью стрелами.
Вжих! Ветви сомкнулись, плотно окутав все Печальное Царство. Пораженный стрелой Предок-Целитель на удивление не впал в ярость. Наоборот, он, казалось, спрятался?
...
Ха-ха-ха-ха! — Вот это веселье! Просто услада! За это стоит выпить!
Он был в восторге от выстрела. Эта стрела, пущенная через миры, с Континента Священного Духа в Печальное Царство, попала Предку-Целителю прямо в лицо. Максимальная атака! Максимальная скорость! Максимальное унижение! Всепоглощающее чувство упоения заставило Юэ Гунли внезапно осознать, насколько счастлив был в свое время Ай Цаншэн.
Оказывается…
Это так приятно?!
Жаль, что у него не было Ока Великого Дао. Иначе Предку-Целителю некуда было бы спрятаться. Неважно, наверху он или внизу, — куда бы ни упал взгляд, все его аватары, все запасные планы были бы уничтожены!
Ещё!
Ха-ха, ещё!
Он перехватил Лук Греха, и тетива снова натянулась до предела. Отдача от первого выстрела уже пробила в небе над Миром Призрачного Будды огромную черную дыру. Цепи Дао на Древней Арене Бога Войны проявились и, казалось, вот-вот треснут, но Юэ Гунли было все равно.
Только напор!
Только восторг!
Запретная техника: Падение Восьми Сто…
На этот раз он не успел до конца высвободить силу Суйиня в своем теле. Внезапно его пронзила дрожь.
Кха! Изо рта хлынула кровь. Жизненная сила внутри Семени Искусства вдруг взбунтовалась. И это была не та похищенная из «пруда» и уже переваренная энергия — на самом Семени Искусства проступили узоры жизни.
«А-а-а…»
Однако мгновение спустя…
Кх… кх-кх…
Юэ Гунли забился в жестоких конвульсиях. Семя Искусства пустило корни и дало ростки. Острые, как шипы, корешки с силой пронзили его череп.
А-А-А-А-А!
Голова была залита кровью, от боли глаза Юэ Гунли вылезли из орбит и налились кровью, а на лице вздулись синие вены. Ужасающая тяга, исходившая от Семени Искусства — или уже Семени Жизни, — высасывала из него и Суйиня всю их мощь, используя ее как почву и удобрение, чтобы Семя прорвало оболочку и выросло в могучее Мировое древо.
Когда… когда он успел это сделать?
...
А Ли…
Вид обезумевшего Юэ Гунли резал ей сердце. А Ли был таким умным, как он мог дойти до такого безумия и безрассудства? Только оказавшись в поистине безвыходной ситуации, он мог так яростно сорваться, не думая о последствиях!
А то, как корни Семени Искусства впились в его череп, высасывая жизненную силу… на это было невыносимо смотреть. Только самые близкие знают сокровенные и порой смешные слабости друг друга. Юэ Гунну знала, что ее брат не любит ввязываться в распри и ищет лишь покоя. И дело было не только в его характере, но и в еще одной очень важной детали.
Он… он боится боли… — Он очень боится боли, очень боится, нельзя, с ним нельзя так…
Ха-ха-ха-ха!
Но какой уж там «страх» был на лице в далеком небе? После коротких судорог Юэ Гунли, превозмогая боль от рвущих плоть корней, с обезображенным лицом дико хохотал и пытался снова поднять Лук Греха.
Зрение затуманилось, все окрасилось в кровавый цвет. Собрав последние силы, Юэ Гунли сумел повернуть голову и наконец увидел источник силы. Древо Небесного Свода над руинами Города Живой Ступы уже пылало, и в ярком пламени его перевернутая крона сложилась в лицо, полное ненависти и насмешки.
Юэ Гунли, твой жалкий фарс окончен.