Том 1 · Глава 17. Гамбит (1)

Святое королевство Элизион носило гордое прозвище «страны, над которой никогда не заходит солнце». Его прозвали так потому, что даже ночью, без всяких магических ламп или светильников, здесь было светло как днем.

Казалось, это название позаимствовали у Британской империи, но осознание того, что источником этого сияния была истлевшая мумия Первой святой, оставляло горький привкус.

—Даже я не могу найти вход или какой-нибудь тоннель, ведущий в подземелья Элизиона, Лейби.

—Об этом ходили лишь слухи. Я и сама не знаю, правда это или нет.

Спустившись с повозки, я пересказал результаты встречи с информаторами «Лунной тени».

Официально подземелий в Элизионе не существовало. Кого бы я ни расспрашивал в округе, все реагировали так, будто я путаю сон с реальностью.

Ни на картах, ни даже с помощью магического видения Луны не удавалось обнаружить ни малейшего следа подземных помещений.

—Наверное, только в Ватикане знают, существуют ли подземелья Элизиона на самом деле, — предположила Лейби.

—А, эти старикашки, которые жизни не видели?

—…Прошу вас, выбирайте выражения. В Империи это, может, и сошло бы с рук, но в Святом королевстве за богохульство вас могут казнить на месте как еретика.

—Да брось, ты ведь стала святой только потому, что эти старики закрыли на всё глаза. Ты и сама знаешь, что останки Первой святой существуют, Лейби.

—Шейд, вы… Да откуда вы столько обо мне знаете?

—Кто знает.

Наверное, я знал о ней почти всё.

В отличие от моей подруги, которую привлекло имя Героя Демиана, я начал играть в эту игру из-за внешности Лейби — первого персонажа, которого мне удалось выбить.

Слепая златовласая святая, чьи глаза скрыты вуалью и повязкой в виде вороньих крыльев, одетая в черный латекс, который и рясой-то назвать было неловко. В ее образе было слишком много соблазнительных деталей.

Я начинал играть, не зная, что по сюжету она уже закреплена за Демианом. Помню, как меня взбесил тот факт, что персонажа, на которого я потратил столько времени и денег, фактически увели у меня из-под носа.

Именно поэтому мне пришлось досконально изучить лор игры.

—За нами хвост, господин Шейд.

Демиан огляделся и усмехнулся. Герой, знающий будущее, явно находил нынешнюю ситуацию жалкой.

Топ… топ… топ…

Пока мы расхаживали по улицам, расспрашивая прохожих о подземельях, издалека послышались шаги.

Преследователи держались на определенном расстоянии, но постепенно сужали кольцо, словно загоняя рыбу в сети.

—А? О чем ты, Демиан?

—Совсем чутья нет? Нас выслеживают, — ответил он Каллиопе.

—Я… я чувствую вокруг невероятную концентрацию маны… Кажется, это паладины. Но почему они идут за нами?.. — Луна занервничала, почувствовав угрозу.

Изабелла, Каллиопа и Луна тут же насторожились.

Мы были не в Империи Вальтрейя, а в вотчине Папы Римского, её полной противоположности, так что подозрения в наш адрес были вполне объяснимы.

Группа Героя, которая должна была отправиться в мир демонов, чтобы сразить их владыку, внезапно вернулась на родину и начала копаться в грязном белье церкви.

—Орден Белого льва! Всем проявить почтение к святой и Герою!

—Есть!

Топ… топ… топ…

Из рядов рыцарей, перекрывших нам все пути к отступлению, вышел человек, судя по всему, их командир. Он обнажил меч и прокричал приказ.

Орден Белого льва. Слова звучали благородно, но их действия были чистой воды окружением.

—Какой пышный прием. Не так ли, кардинал?

Я перевел взгляд на обладателя мерзких пурпурных волос, скрывавшегося за спинами рыцарей.

—Недоумеваю, что привело господина Шейда, прозванного Владыкой теней, в наше Святое королевство Элизион, — произнес кардинал Август, выходя вперед. Голос его звучал приторно и липко.

Видимо, за то время, что мы не виделись, он изрядно преуспел в чревоугодии и плотских утехах — его лицо лоснилось от жира. Судя по тому, что он назвал меня, главу преступного мира, этим пафосным прозвищем «Владыка теней», настроение у него было не из лучших.

Поскольку я владел почти всей информацией в этом мире, любой высокопоставленный чиновник неизбежно знал, кто я такой.

—Пришел посмотреть на подземелья Элизиона.

—Подземелья? Ха-ха, на этой благословенной Богом земле не может быть подобных теней.

—А мне тут было некое подобие откровения.

—Вор, не верящий в Бога, рассуждает об откровениях перед кардиналом…

Я упомянул о встрече с Ан Ю-хо в кошмаре, но Август и бровью не повел, явно мне не поверив.

—Герой Демиан, разве вашим предназначением не является поход в мир демонов ради убийства их владыки? Почему же тогда Святой меч находится у господина Шейда?

Взгляд кардинала впился в Эйнхерий, висевший у меня на поясе. Похоже, именно это стало причиной их настороженности.

Символ Героя, дарованный верховным божеством, в руках главы теневого мира — для Святого королевства это зрелище было крайне унизительным.

—Мы слабы. Как вы прикажете новоиспеченным искателям приключений отправляться в логово врага, на верную смерть? — ответил за меня Демиан.

—Хе-хе, но ведь вы — апостолы, избранные Богом. Разве испытания не должны сопровождаться трудностями?

Кардинал Август с усмешкой парировал слова Демиана. На самом деле, все предыдущие Герои раз за разом сражались с Владыкой демонов, и ценой этого было их полное забвение в истории.

Слышать слово «жертва» — это благородное понятие — из уст священника, переполненного алчностью, было противно до тошноты.

—Какой прок в спасении мира, если ты теряешь собственную жизнь? Кардинал Август, как вы считаете, на что можно обменять человеческую жизнь?

Я процитировал стих из Евангелия от Матфея, глава 16, стих 26, немного переиначив его для этого разложившегося еретика. Эти строки я помнил благодаря влиянию Ан Ю-хо.

—Охо, сточная крыса, не знающая Бога, заговорила о праведности.

Услышав мои слова, Август презрительно рассмеялся.

Крыса Шейд.

Это имя мне дали бандиты сразу после моего перерождения, чтобы отличать от других сирот, утверждая, что цвет моих волос точь-в-точь как у грызуна.

—Свет сияет для праведника, и для правых сердцем — веселье. В этом мире бесчисленное множество тех, кто охотно отдал жизнь за Бога, господин Шейд.

—Сомневаюсь, что вы в их числе. Мне нужно говорить это вслух?

—Хе-хе, ха-ха-ха, а-ха-ха-ха!..

Кардинал ответил цитатой из 96-го Псалма, но его лицо при этом исказилось мрачной тенью.

—Вы не стесняетесь в выражениях. За такие речи вас стоило бы немедленно предать церковному суду… Но я сдержусь.

Щелк!

Август щелкнул пальцами, и паладины Ордена Белого льва задвигались с такой слаженностью, будто были частями единого организма. Мелькнула мысль: сколько же их муштровали, чтобы добиться такой дисциплины?

—Сегодня великий день. Завтра годовщина рождения Первой святой, так что я прощу вам эту дерзость.

—Пф, ничтожество.

Я заметил, как кардинал скользнул сальным, змеиным взглядом по фигуре Лейби, и не сдержал ругательства.

Именно Август истязал Лейби и других детей, пытаясь воскресить Первую святую. Этот человек заставлял её поглощать частицы трупа — волосы и ногти Первой святой, а также вороньи глаза и перья.

—Как вы смеете так говорить с кардиналом!..

—Перед вами стоит святая, которая по рангу выше него. Почему вы слушаетесь какого-то кардинала и направляете на нас мечи? Есть особая причина?

Я тяжело вздохнул, глядя на паладинов, которые так и пылали яростью.

Святая — это наместница Бога, чей статус почти равен папскому. Угрожать ей и её спутникам, будучи в подчинении у кардинала, — это прямое нарушение иерархии.

—А, может, он вам столько отвалил? Или в Ордене Белого льва остались одни недоумки?

Хруст!

Мужчина, похожий на командира, приставил меч к моему горлу, но я, скопировав физическую силу Каллиопы, с легкостью согнул лезвие рукой.

—Монстр?!

—Монстры — это вы. Что же вы прячете в подземельях, раз так боитесь меня и моих спутников? Даже дурак бы уже всё понял.

Я медленно поднял руку, на этот раз копируя магию Луны, и обездвижил противников.

Простейшее заклинание третьего круга, ограничивающее движения за счет разницы в магической силе.

—Кх-х-х!..

Но для этих идиотов, полагавшихся лишь на святую силу и мечи, не было средства эффективнее.

—Глядите-ка. Вы называете себя рыцарями, но даже не знаете основ управления аурой? И вы называете себя священнослужителями, но не защитили тела святой силой?

Бам!

Скопировав ауру Изабеллы, я нанес мощный удар по ноге рыцаря. Раздался хруст разлетающихся поножей.

Грохот!

Командор отлетел в сторону, словно кегля, и строй рыцарей, защищавших кардинала, рассыпался.

У них не было абсолютно никакой защиты от магии.

Это было прямым доказательством того, что Орден Белого льва состоял не из истинно верующих, а из тупоголовых марионеток, которыми кардиналу было удобно помыкать.

—…Слабоваты вы для паладинов.

Я оскалился, глядя на побледневшего Августа.

—Господин Шейд, о чем вы только думали?! — Лейби больше беспокоилась о рыцарях, поверженных моим ударом, чем о себе.

Учитывая её отрицательную симпатию ко мне и происхождение из Святого королевства, такая реакция была ожидаема, но всё равно немного задела.

«Она и не подозревает, что именно этот кардинал — причина всех её страданий…»

Я подавил желание высказать всё прямо, скрыв лицо за маской.

Рассказывать ей жестокую правду о том, как её заставляли есть мумию, было нельзя — удар был бы слишком силен. Возможно, она и сама о чем-то догадывалась, но вряд ли знала, что за всем стоит именно кардинал.

—Хорошо. Раз господин Шейд так настаивает, я покажу вам подземелья Элизиона.

—Давно бы так.

Поняв, что сопротивление бесполезно, Август поднял руку, останавливая рыцарей.

—Однако в подземелья может спуститься только святая. Остальные будут только мешать. В конце концов, господин Шейд, вы ведь не из Элизиона.

—Охо. Вот как ты заговорил?

Я холодно усмехнулся под маской. Это было лишь очередным предлогом, чтобы использовать Лейби для воскрешения Первой святой.

Боссом второй главы был именно кардинал Август, который превращался в гигантский цветок, преграждая путь игроку.

—Это всё же лучше, чем передать вас церковному суду и инквизиции, не так ли? Мы не можем выставлять реликвии Первой святой на обозрение чужакам.

—Нет. Пойдут все.

Я жестко пресек попытки Августа увильнуть.

Подземелья Святого королевства были локацией, которой не было в оригинале, и я сам не знал, какие опасности там таятся.

—Кардинал, веди нас вниз, пока я не вывалил здесь всё твоё грязное белье. Я знаю, что твой Эдем находится именно там.

—К-как… как ты узнал?!

Эдем.

Стоило мне произнести слово, которое кардинал упоминал в оригинале перед смертью, как он смертельно побледнел. Видимо, так называлось место в подземелье.

—Хочешь, я расскажу о взятках или о том, что ты вытворял с монахинями? У «Лунной тени» везде есть глаза и уши, даже в Святом королевстве.

Я подошел к кардиналу вплотную и прошептал это ему на ухо. Информационная сеть моей организации была непревзойденной, и Элизион не был исключением.

—…Я понял. Следуйте за мной. Но паладины пойдут с нами. Вы ведь не против?

—Идет.

Лицо Августа окаменело. Сдерживая дрожь гнева в руках, он повел нас за собой.

—Подземелья Элизиона — это место, которое я называю «Р’льех». Я еще не докладывал о нем в Ватикан.

Кардинал Август, явно что-то замышляя, шел впереди и тихо бормотал себе под нос:

—Там мой Эдем. Я рад, что встретил того, кто понимает.