Том 1 · Глава 106. Некромант
『Перевод: MrPicals, brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Сквозь щели в окнах и массивные каменные стены просачивался ледяной ветер. Вроде бы все стыки заделаны, но невозможно было понять, откуда именно берется этот сквозняк.
«Холодно!»
Под одеялом лежала грелка — так она пыталась согреться. Но стоило лишь высунуть палец из-под, как тело тут же сковывал мороз.
Здесь всё было не так, как на Земле, где достаточно включить обогреватель, чтобы в комнате стало жарко.
Даже если плотно закрыть окна, запереть двери и задернуть шторы, здания в этом мире оставались невероятно холодными.
Чонхва растирала ладони. Несмотря на то, что на ней было несколько слоев одежды, кожа все равно покрылась мурашками. От холода её кожа стала жесткой, она издавала сухой скребущий звук при каждом соприкосновении с тканью.
Было больно.
«Я хочу домой!»
Этот мир был холодным. Вопреки первому впечатлению — мягкому и нежному, будто в сказке о героях и благородных людях, — реальность оказалась ледяной, как зимний ветер.
Даже то, что на Земле было теплым, здесь принимало иные формы. Как и её возлюбленный.
Всхлипывая и шмыгая носом, Чонхва зарылась поглубже в одеяло.
В самом начале, когда она только попала сюда, всё казалось прекрасным. Люди в великолепных нарядах выстроились в ряд, кланяясь и произнося непонятные слова. Они радовались и приветствовали её, словно все вокруг восхищались ею.
В тот момент она осознала: она призвана в этот мир как Герой. Всё было точь-в-точь как в романах: роскошные залы, прекрасная одежда, красивые мужчины и женщины, средневековые замки и сияющие люстры.
Голова шла кругом.
Если бы она была призвана одна, возможно, ей было бы немного страшно. Она могла бы начать думать о возвращении на Землю.
Но она была не одна.
С ней был её возлюбленный.
Она встречала разных мужчин, но никто не заботился о ней так, как он. Он был тем, кто плакал и умолял её остаться, даже если она встречалась с другими; человек, который во всем потакал её желаниям.
Она думала: «Как же нам повезло!» Она стала особенной, а рядом — мужчина, который считает её центром вселенной. Лучшего будущего и представить было нельзя.
Ей было почти всё равно, что осталось на Земле. Напротив, мысль о том, что связи с семьей разорваны навсегда, приносила облегчение.
Дома атмосфера всегда была гнетущей. Стоило ей только войти, как тепло семейного уюта мгновенно сменялось ледяным напряжением.
Отец, мать, старший брат, сестра — все они были «неординарными» личностями. Престижные университеты, эрудированность, выдающиеся способности. Что бы они ни делали, они добивались успеха.
Среди этих идеальных людей Чонхва была единственным «недоразумением».
Если бы её удочерили, можно было бы списать всё на разницу в генетике, но внешне она была вылитая член семьи. Ни по лицу, ни по внешности невозможно было заподозрить, что она чужая.
Тогда почему она была… другой?
Семья в один голос задавалась этим вопросом: «Ты член нашей семьи, в тебе наша кровь, ты моя сестра, у тебя те же черты лица… почему ты такая непутевая?»
«Я тоже хочу знать».
Её старшие брат и сестра с первого раза поступили в престижные вузы. Она пробовала снижать планку, пробовала снова — но раз за разом все заканчивались провалом.
Впрочем, она и не хотела поступать в университет. Её мечтой не было стать врачом, адвокатом, чиновником или сотрудником корпорации мирового уровня.
Она мечтала устроиться в небольшой магазинчик одежды, набраться опыта и когда-нибудь продавать вещи собственного пошива в маленькой лавке на Тондэмуне.
Не нужно было быть великим дизайнером или блистать на парижских подиумах. Она хотела создавать одежду, которую люди могли бы легко купить и носить несколько лет, прежде чем она выйдет из моды.
Она знала свои пределы и хотела скромной, но своей собственной жизни.
Но родители не могли смириться с тем, что их младшая дочь — глупая.
Они годами запирали её в учебных центрах. Три года подряд она была лишь очередной ученицей, над которой посмеивались другие. Как бы она ни умоляла, ей не давали права на собственную жизнь.
«Теперь всё позади».
Теперь она была свободна.
Ей больше не нужно было бесконечно биться в закрытые двери университетов, куда она и не стремилась. Впереди ждало только счастье.
Так она думала.
«Неужели я навсегда останусь глупой?»
В темноте Чонхва тихо плакала.
Когда она осознала, насколько притворным был тот восторг
Когда она увидела презрение в глазах жителей Тайрона
Когда поняла, что положение мужчин и женщин здесь — разное, и что женщина — это неполноценное, слабое существо, неспособное на самостоятельные решения?
И когда в их равных отношениях с возлюбленным возникла пропасть. Когда он, прежде обожавший её и называвший богиней, стал относиться к ней как к своей собственности?
На Земле, даже если ты глупа и у тебя нет таланта и амбиции, мужчины и женщины оставались равны.
Но здесь всё было иначе. Женщина — собственность мужчины, марионетка без воли.
Чонхва знала, что это не так, но окружающие не желали этого признавать.
В этом мире, если у всех есть звериные уши, то тот, у кого их нет — ненормальный. То, что на Земле считалось само собой разумеющимся, здесь не работало.
Можно сколько угодно кричать, что женщины — люди и все они равны, но если общество не признает этого, ничего не поменяется. Ей пришлось узнать это здесь. Это не было тем, чем люди обладали от рождения; это должно было признать общество
Если бы её возлюбленный встал на её сторону, всё было бы иначе.
Но и он со временем начал мыслить как все остальные: «Как такая женщина, как ты…», «Ты же женщина, почему ты…».
Она оказалась в полной изоляции. Словно крошечный островок, дрейфующий в бескрайнем океане.
«Что же мне делать?»
Тэхён, её возлюбленный, с первого дня пребывания в этом мире проводил ночи с множеством женщин.
На Земле Чонхва считалась красавицей, но здесь она не шла ни в какое сравнение с местными.
Разве не естественно в такой ситуации искать другого мужчину? Но Тэхён впадал в неконтролируемую ярость, если видел её с кем-нибудь другим.
Раньше он умолял её быть только с ним, а теперь — из-за его ревности — мужчины, которые раньше осыпали её цветами и подарками, больше не смели к ней подходить. Ведь Герой этого не одобряет.
Если бы она умела обращаться с маной, всё было бы иначе. Но «глупая» оставалась глупой даже в другом мире. Она не могла использовать магию.
А если ее ложь раскроется?
«Что же будет?»
Чонхва прижала ладони ко рту, подавляя всхлипы. Стражники, дежурившие за дверью, служанки в соседней комнате — все они были шпионами. Они докладывали королю и аристократам о каждом её шаге.
«Терпи. Не плачь».
Нельзя показывать свой страх. Иначе ложь может вскрыться.
Возможно, теперь, когда Тэхён овладел магией, за него можно не беспокоиться.
Но положение Чонхвы было иным.
Пусть она и была женщиной, её терпели лишь потому, что она — Герой. Но стоит этому статусу исчезнуть, и всё мгновенно перевернётся.
«Что вообще такое этот Рудольф?»
Когда маги из королевского дворца пришли к ней, они заявили, что она должна создать «Рудольфа», при этом не объясняя, как это сделать.
Они спрашивали, встречала ли она Санту — и она ответила «да», как и любой житель Кореи, который в детстве ждал подарков под елкой.
Пусть с ней и обращались как с несмышлёной, её всё равно любили как младшую дочку. Родители каждый год клали подарки от Санты у её кровати — вплоть до старших классов начальной школы.
Тэхён ответил со смехом, сказав, что в детстве тоже каждый год их получал.
И лишь немного позже она поняла, что Санта, о котором говорили в Королевстве Тайрон, отличался от того, которого знала она.
Спустя несколько дней после разговора о Санте во дворец вошли маги. Они привели магического зверя и приказали ей создать «Рудольфа».
На её вопрос, что она должна делать, они ответили: «Влей в него ману».
Но стоило ей попытаться, как маг-зверь просто умирал. Тогда они приводили нового. И так, раз за разом, пока цикл не превращался в бесконечную череду смертей.
С каждым разом взгляды людей становились всё холоднее и тяжелее. Только потом она поняла, что этот процесс был напрямую связан с её ответом о Санте.
Она действительно была глупой.
Может быть, Тэхён знал об этом.
Но ему было всё равно.
Его магия управляла мертвыми.
Он был Некромантом.
Смерть маг-зверей его не беспокоила — напротив, он был рад, что у него появится инструмент для своих нужд.
Она услышала, что Тайрон стоит на пороге великой войны. На границах постоянно вспыхивают стычки. Маги твердили, что враждебное королевство Симони — сборище нелюдей, чьи набеги не прекращаются, и что королю нужен дар Героя.
Значимость Тэхёна, способного поднимать павших воинов, росла с каждым днем. Дошло до того, что стали распространяться слухи о его браке с принцессой.
«Но я...»
Это конец.
Она не знала, когда её обвинят во лжи и бросят в темницу.
Ей было страшно. По-настоящему, до дрожи.
«Я хочу домой...»
Сквозь плач она внезапно услышала шаги.
Чонхва поспешно накрылась одеялом. В дверях раздался мужской голос.
Госпожа Чонхва, вы плачете?
Это был её рыцарь. С самого первого дня он всегда оставался добр к ней.
Пусть она и не могла как следует управлять магией, пусть Тэхён порой выходил из себя и кричал на неё — он всё равно не бросил её.
Он был её рыцарем.
Она могла верить только ему.
Она робко выглянула из-под одеяла. Рыцарь подошел и опустился на колени у самой кровати.
Вы снова плачете.
... Мне страшно. Я хочу домой.
Простите меня. Магического круга, способного вернуть призванного героя в его родной мир, не существует. Но я здесь. Я всегда буду защищать вас.
Верьте мне, госпожа Чонхва. Я никогда не оставлю вас одну. Мое тело и моя душа принадлежат вам.
Он был единственным человеком, которому она могла верить. Чонхва уткнулась в его объятия, и слезы снова хлынули.
... Пожалуйста, не оставляй меня. Молю.
Никогда. Я люблю вас. Вы
Было ли это правдой?
Он говорил ей, что она прекрасна, что он любит её, но так ли это на самом деле? Неужели в этом мире он видит её прекраснее, чем всех остальных женщин?
На мгновение сомнение кольнуло её сердце, но она подавила его. Даже если он лжет, ей некуда больше идти. Единственное, что у неё осталось — это его любовь.
Внезапно в памяти всплыл мужчина из метро. Тот массивный человек, сидевший напротив неё и Тэхёна.
Наверное, он тоже попал в этот мир.
Возможно, они все стали заложниками его призыва...
Сначала она об этом и не задумывалась. Но теперь, оглядываясь назад, она была уверена: так оно и было.
Она вспомнила, когда поезд вошел в темный тоннель, внезапно вспыхнул ослепительный свет, окутав того мужчину. Тэхён в тот момент этого не видел.
Но Чонхва не могла забыть этот свет. Потому что прямо над головой того мужчины иногда вспыхивал красный огонек, похожий на метку.
Стоило ей посмотреть на него в упор — и свет исчезал. Но стоило отвернуться, как он снова появлялся, мерцая красным.
«Это было похоже на метку».
Ей казалось, будто к нему прикреплен указатель, говорящий, где он находится. Благодаря этому она видела, как его тело окутывает сияние.
Но куда делся тот огромный мужчина? Почему его не было рядом с ней или Тэхёном? Теперь ей стало любопытно.
«Изменился ли он, так же как Тэхён?»
Если да, то это пугает. Если даже добрый и покорный Тэхён превратился в тирана, то кем стал тот мужчина, выглядевший как бандит? Учитывая, что Тэхён стал Некромантом, тот человек, вероятно, превратился в кого-то вроде Владыки демонов.
«Ах, точно! Владыка демонов!»
Внезапно Чонхва поняла причину их призыва.
Возможно, когда тот мужчина переместился как Владыка демонов, они, находившиеся рядом, стали Героями.
«Если убить его, получится ли вернуться на Землю?»
Это было вполне возможно.
В романах герои обычно возвращаются домой после того, как победят Владыку демонов. Возможно, правила этого мира работают так же, просто никто из местных не знает об этом, так как события многовековой давности стерлись из памяти.
«Если это так..."»
Она мечтала вернуться домой.
Туда, где находился её настоящий дом — на Земле.