Том 1 · Глава 150. Место, где родился Злой Бог
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Лес плачет.
В твоих глазах, как и в моих, застыли слёзы
Наконец-то слёзы вернулись в эту деревню — в место, где был лишь сухой воздух.
На высохшей земле начала скапливаться влага, а горло, что с трудом проглатывало сухую, словно песок, пищу, наконец-то смогло принять что‑то мягкое.
Наконец… наконец… теперь можно молить о прощении!
Староста деревни, размахивая иссохшими, похожими на сухие ветки руками, вышел из святилища.
С конца прошлой зимы, когда почва в лесу впервые начала увлажняться, его ежедневный распорядок не менялся. Едва открыв глаза, он отправлялся в святилище и молился. Утром, днём и ночью он запирался внутри и отказывался выходить.
Остальные жители деревни были не лучше. Большинство из них молились либо в тесном святилище, либо прямо на холодном каменном полу снаружи.
Некоторые, терзаемые мыслью о том, что, возможно, кто‑то придёт, каждый день уходили в лес.
Вся деревня ждала, когда кто‑то явится.
Не лорд.
Не тот, кто раздаст еду.
Они ждали того, кто сможет даровать им прощение.
Но никакой уверенности не было. Никто не знал, появится ли вообще такое существо, придёт ли время, когда они смогут получить прощение.
Пока шло время, надежда и отчаяние сменяли друг друга каждую секунду.
Один день казался длиннее десяти лет.
Возможно, им предстояло ждать так ещё сто, двести, даже тысячу лет. Возможно, их потомки тоже будут страдать, не имея возможности умереть.
Но теперь они знали.
Знали, потому что лес плакал, а из тел людей начали проступать слёзы.
Тот, кто способен даровать им прощение, пришёл сюда.
Он был где‑то в этом лесу.
Другие тоже это поняли — и, неуклюже размахивая руками и ногами, начали двигаться вперёд
Их тела, так долго страдавшие от нехватки влаги, иссохли и искривились, словно сухие ветви. Когда они поспешно задвигались, потрескавшаяся кожа с тихим хрустом разошлась новыми морщинами.
Сквозь эти трещины проступала густая кровь, но никто не обращал на это внимания.
Все они просто шли, пошатываясь, будто пытались ухватиться за воздух.
Углубляясь в лес, Джухван начал замечать людей, прятавшихся между деревьями
Лиззи судорожно втянула воздух и прижалась к боку Джухвана.
Дороти, сидевшая у него на коленях лицом вперёд, быстро развернулась. Она обхватила шею Джухвана и зажмурилась.
А потом тихо прошептала ему на ухо:
Папа, это ... Магические звери? Что это? Они страшные.
Нет, Дороти. Это… люди.
Тогда почему они так выглядят? Они странные. Похожи на чудовищ.
Джухван не мог ответить.
Он молча смотрел на этих людей.
Фигуры, прятавшиеся между деревьями, выглядели гротескно.
У них совсем не было волос. Не было даже бровей.
Кожа, сморщенная, как древесная кора, туго стягивала кости. Казалось, у них почти не осталось мышц. Вены отчётливо вздувались под кожей.
Они выглядели так, будто мёртвые ветки каким‑то чудом обрели человеческий облик.
«Это и есть жители Деревни Могил?»
Глаза людей были широко раскрыты и устремлены на Джухвана. В выпученных, налитых кровью глазных яблоках застыл немой ужас.
Какое‑то мгновение они только и смотрели на него, будто время остановилось.
Затем они начали странно размахивать конечностями.
То ли стараясь избежать соприкосновения собственной кожи, то ли по какой-то иной причине, они вытягивали руки и ноги как можно дальше от тела, неуклюже перебирая ими. Их движения напоминали пауков.
Люди медленно выходили из-за деревьев и приближались к Джухвану.
Двигались они медленно, но было ощущение, что они по-своему старались идти быстрее. Они изо всех сил размахивали руками — такими хрупкими, что казалось, они сломаются от одного прикосновения.
Папа, папа, эти странные люди идут сюда!
Дороти прошептала это дрожащим от страха голосом. Одной рукой она крепко обхватила шею Джухвана, а другой прикрыла глаза, хотя между пальцами оставалась узкая щель.
Лиззи, побудь пока здесь. Я поговорю с этими людьми и вернусь.
Пожалуйста, будь осторожен.
Лиззи, прижимая к себе Дороти, произнесла это напряжённым голосом.
Не волнуйся.
Тихо ответил Джухван и спрыгнул с повозки.
Оз и Ёнхва по-прежнему никак не реагировали.
Джухван пошёл навстречу людям, которые подходили всё ближе, а затем остановился.
Я ищу место под названием Деревня Могил. Вы из этой деревни?
Д‑да… д‑да… все правильно.
Голос, похожий на скрежет камней, раздался из уст одного из мужчин.
Мужчина схватился рукой за собственное горло, будто испугавшись звука, который сам же издал. Его тонкие пальцы, похожие на обломки костей, вцепились в морщинистую шею, и какое‑то время он оставался совершенно неподвижным.
Спустя мгновение уголки его губ слегка приподнялись, словно он пытался улыбнуться. Из треснувших, пересохших уголков губ выступила алая кровь.
Казалось, он даже не замечал этого. Мужчина продолжал широко улыбаться, не издавая ни звука.
Приглядевшись, Джухван понял, что дело не только в губах. Кожа на его теле во многих местах потрескалась, словно сухая бумага.
«Как вообще можно жить с таким телом?»
Джухван окинул взглядом остальных. У всех были такие же глубокие трещины и раны, покрывшие всё тело.
«Что же случилось с телами этих людей?»
Пока он думал об этом, мужчина упал на землю, неуклюже взмахнув руками. За ним, словно опавшие сухие ветви, последовали остальные.
…Простите… простите нас… пожалуйста… простите…
…П‑пожалуйста… простите нас…
Все они склонили головы и заговорили хором.
Джухван протянул руку, чтобы помочь мужчине подняться, но замер.
Если он схватит эту хрупкую, шуршащую кожу, она может просто не выдержать.
Так и застыв с вытянутой рукой, Джухван открыл рот:
Кажется, вы меня с кем‑то путаете. Я не чиновник, присланный лордом, и не бандит. Я просто пришёл сюда… ну, честно говоря, я и сам не уверен, зачем пришёл. Просто так вышло, что я оказался здесь.
Услышав слова Джухвана, мужчина поднял голову.
Его взгляд скользнул по лицу Джухвана, шее, рукам, ногам и остановился на его ступнях.
Только вокруг ног Джухвана собралась влага, образовав небольшую лужицу.
Увидев это, мужчина тут же снова склонил голову.
Это вы… вы тот, кого мы ждали.… Этот голос… мы вышли к вам, чтобы молить о прощении… Наши собственные голоса давно превратились в бессвязный шёпот, мы почти разучились говорить… умоляем, простите нас… пожалуйста… сжальтесь над нами… хотя бы произнесите одно слово «прощаю»… пожалуйста… мы так отчаянно молим об этом…
Это было невыносимо. Джухван тяжело вздохнул и опустился на корточки.
Послушайте. Я правда не понимаю, что тут происходит, и не знаю, о чём вы говорите. Не знаю, что это за деревня и почему этот лес такой странный. Сначала расскажите мне историю этого места.
Своей маной он ощутил ещё нескольких людей.
Они шли сюда. Двигались не быстро, но и на обычную ходьбу это не походило. Учитывая, насколько медленно передвигались эти люди, вероятно, для них это был бег.
Д‑да. Историю… пожалуйста, послушайте историю этого места.
За спиной мужчины стояла женщина — по крайней мере, Джухван решил, что это женщина. Из-за отсутствия волос и бровей, а также из‑за крайней степени истощения различить пол было почти невозможно.
Честно говоря, все здесь выглядели почти одинаково — у них не осталось никаких индивидуальных черт, по которым можно было бы отличить одного человека от другого.
И всё же фигура этого человека была меньше, а кости казались ещё тоньше.
Женщина открыла рот, затем распласталась на земле. Почти касаясь губами земли, она заговорила сухим, хриплым голосом:
…В деревне есть скромное святилище… если вы соизволите туда пойти… мы будем… б‑благодарны…
Лишь услышав её слова, остальные будто тоже вспомнили. Они низко склонили головы.
Пожалуйста.
…К святилищу… пожалуйста, пройдите…
Умоляем вас.
Джухван бросил короткий взгляд на Ёнхву. Та по-прежнему не проявляла ни малейшего интереса к этим людям и просто безучастно стояла.
«Если Ёнхва не чувствует угрозы, значит, всё должно быть в порядке».
Он не знал, что с ними случилось, но вряд ли они страдали от какой‑то заразной болезни.
Да, я хотел бы узнать, что тут произошло, пожалуйста, проводите меня.
С-спасибо вам.
Жители снова склонились, прижимая головы к земле, а затем торопливо поднялись.
Движения их оставались неуклюжими и медленными.
Джухван жестом велел Лиззи подвести повозку, а сам пошёл следом.
Чем глубже они заходили в лес, тем больше людей появлялось среди деревьев. И все они выглядели одинаково
Без волос. Крайне истощённые. Покрытые мелкими глубокими морщинами. Глаза выпучены и настолько налиты кровью, что казались красными.
«Серьёзно, что же здесь произошло?»
По спине пробежал холодок.
Это и правда выглядело как проклятая деревня.
Внезапно подул лёгкий ветерок. Джухван вдруг осознал, что он впервые почувствовал движение воздуха в этом лесу.
…О‑о‑о… ветер… ветер…
Один мужчина, чья кожа была покрыта особенно глубокими морщинами, поднял обе руки к небу и прошептал эти слова.
Джухван услышал, как несколько человек назвали его старостой.
Староста посмотрел на Джухвана глазами, полными слёз, и произнёс:
Время течёт. Слёзы текут, и дует ветер… Время, которое замерло, наконец‑то пришло в движение… Проклятие уходит… Проклятие, застывшее в наших телах, исчезает…
Староста бормотал, словно безумный, а затем наклонился, пытаясь, пасть на колени.
Джухван поспешно остановил его.
Мы направляемся к святилищу. Мне сказали, что оно находится в деревне, и попросил меня туда зайти.
Т‑так и есть. Святилище… да… мы должны пойти туда… Верно. Да, верно.
Староста выпрямился и пошёл обратно по той дороге, откуда они пришли.
Прошу, сюда…. Сюда, пожалуйста.
Святилище деревни было маленьким и ветхим.
Назвать его святилищем было большим преувеличением. Это была не более чем грубо сколоченная хижина.
Джухван оставил Лиззи и Дороти в повозке и вошёл туда один.
Внутри было тесно, поэтому большинство жителей не смогли войти.
Вместе с Джухваном вошли только староста и ещё несколько человек.
Те, кто остался снаружи, снова пали на землю и стали молиться. Это были все те же слова о прощении.
Прямо напротив входа внутри святилища находилась небольшая могила.
Вокруг могилы была натянута верёвка из скрученной соломы, чтобы никто не мог подойти ближе.
Как только Джухван увидел могилу, он замер.
Надгробия не было. Цветов тоже.
Только небольшой холм земли. Но этот холм был красного цвета.
Выглядело так, будто его облили кровью.
Это…
Джухван замолчал и приложил руку к груди. Что-то было не так.
Сердце тяжело забилось. Из глаз полились слёзы.
Раньше слёзы текли сами по себе, и он даже не замечал этого, но сейчас было иначе. Теперь его охватила мучительная и горькая печаль. Стало трудно дышать. Грудь сдавило, и слёзы ручьём текли по лицу.
Вокруг Джухвана начали собираться капли воды и со стуком падать, словно мелкий дождь.
Жители, в ужасе, бросились на пол.
…Пожалуйста… пожалуйста… простите нас… простите…
…Мы умоляем… мы столько лет жили здесь … мы жили здесь, раскаиваясь в своём грехе… Пожалуйста, простите нас.
Со слезами на глазах Джухван посмотрел на жителей.
Чья это могила?
Какое‑то время жители деревни не могли ответить. Они лишь испуганно вращали огромными глазами.
Наконец, рот открыл староста.
Эта могила… принадлежит жене Злого Бога.
Жене Злого Бога?
Д‑да. Именно так.
Злой Бог.
Если он правильно помнил, так называли бога, который ненавидел и презирал людей. Он где-то слышал об этом раньше.
…Разве жена Злого Бога не была богиней? Почему она здесь?
Староста поднял на Джухвана налитые кровью глаза, а затем поспешно снова опустил голову.
Прижав лоб к полу, староста заговорил:
…Изначально Злой Бог был богом, который любил людей. Говорят, он так сильно любил людей, что жил среди них.… Поэтому и его жена была человеком…
Дрожа всем телом, староста склонил голову ещё ниже и поднял обе руки:
…Виноваты были люди. Виноваты наши предки… Бесчисленное количество лет мы живем, умоляя простить наш грех… Теперь… пожалуйста… простите нас… умоляем простить наш грех…
Староста продолжал плакать.
…Это место