Том 1 · Глава 155. Незваные гости в лунном свете
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Жители деревни похоронили то маленькое существо глубоко под землёй. Я не знаю точно, где они его зарыли, да и убили ли сначала или закопали живьём. Знаю лишь, что похоронили.
После этого в деревне появился длинный участок плодородной земли, изогнутый, словно змея. Стоило лишь немного полить водой — здесь всё отлично приживалось.
Вот почему это место стали называть деревней Зелёной Змеи. Если взглянуть сверху, с какой-нибудь высокой точки, пашни и правда похожи на зелёную змею, ползущую по земле.
И что самое странное, с тех самых пор магические звери перестали нападать на деревню.
Все деревенские верили, что всё благодаря существу, похороненному под землёй.
Плодородная земля, конечно, была важна, но и территория, куда не совались магические звери, сама по себе представляла огромную ценность.
Испугавшись, что кто-то прознает об этой тайне и выкопает существо из земли, жители деревни становились всё более замкнутыми.
Поэтому, хоть сюда и приходили люди извне, никто из местных не покидал деревню — ни для брака, ни по иным причинам. Никто не выпускал своих наружу. Кто здесь родился, тот здесь и умирал.
Единственные, кто покидал деревню, — те, кого изгоняли за совершённое преступление.
А если кого и выгоняли в эту безжизненную пустошь, то он не проживал и дня, его убивали магические звери.
А если бы ему и посчастливилось не наткнуться на тварей, он всё равно в конце концов умер бы от голода. В этой пустоши не росло ни травинки — лишь сухая, потрескавшаяся земля.
Так что в итоге никто не мог покинуть деревню.
Все жили в страхе быть изгнанными, следили друг за другом, запертые в тюрьме без решёток.
Мужчина бросил взгляд на девочку, которая на другом конце комнаты готовила похлёбку.
Я всё думал: что же будет с ребёнком, если я умру? В этой деревне больше нет места для новых людей. Плодородная земля постепенно теряет силу. Урожаи падают. Раньше ещё можно было кое-как сводить концы с концами, а теперь едва хватает на пропитание.
Там, где у мужчины раньше отчётливо проступали кости, постепенно плоть понемногу возвращалась к ногам.
Его глаза расширились.
Потрясающе. Просто невероятно.
Теперь с остальным должен справиться его собственный организм.
Джухван убрал руку с тела мужчины.
Спасибо за рассказ. Он помог.
Когда Джухван мягко улыбнулся, мужчина неловко склонил голову.
Это… не слишком ли много я от вас получил? Такой, как я, простой человек… Рассказ и лечение ран
Нет. Этого рассказа было достаточно.
Джухван поднялся.
Лиззи вместе с девочкой готовила еду. Понаблюдав за ними еще мгновение, Джухван вышел наружу.
Ёнхва бродила неподалёку. Каждый раз, когда они прибывали на новое место, он всегда снимал с неё упряжь. Впрочем, даже если бы он этого не делал, Ёнхва могла освободиться в любой момент, когда сочла бы нужным.
Заметив Джухвана, она тут же подбежала к нему.
«Как я и думал».
В движениях Ёнхва чувствовалась напряжённость. Он видел это по тому, как она нервно стучала копытами по земле, по её глазам и как вздрагивала её грива.
Юный Оз пока ничего не замечал, но Ёнхва уже ощутила злобу деревенских.
Вероятно, с самого начала у жителей деревни не было дурных намерений, поэтому Ёнхва ранее никак не реагировала
Да и то, что им позволили остаться в этом доме, возможно, объяснялось лишь тем, что Джухвана сочли странным и потому сторонились.
Но теперь, услышав рассказ мужчины, Джухван примерно представлял, что может произойти дальше.
В ситуации, когда урожай сокращался и выживать становилось всё труднее, вдруг появился человек, от каждого шага которого прорастали ростки.
Должно быть, они подумали, что старое чудо может повториться.
С самого начала они вряд ли были настроены враждебно, но теперь отчётливо видели: отец, который вот-вот умрёт, дочь, начавшая кашлять, и семья Джухвана — всё это лишь лишний груз и без того умирающей деревни.
«Будь это другой дом, они, возможно, ещё колебались бы».
Эту семью считали расходной. По сути, если они умрут, от этого даже будет больше пользы.
Люди, жившие в такой изоляции, наверняка ничего не знали о контракторе Санты. Возможно, они думали, что Ёнхва и Оз — магические звери, приручённые человеческими руками.
Они, вероятно, не понимали, почему Ёнхва и Оз так спокойно ступали на землю, куда, по поверьям, не могли заходить магические звери. А может, именно из-за этого они и заблуждались.
Они могли решить, что эти магические звери отличаются от диких — потому что их приручили.
Наверное, они думают, что если схватят Лиззи или Дороти, то магические звери послушно станут им подчиняться.
Поскольку они видели, как Дороти и Оз бегают вместе, вполне возможно, что они пришли к такому ошибочному выводу.
«Может, именно поэтому у них и появились дурные мысли».
Джухван вздохнул.
Поглаживая слегка взъерошенную гриву Ёнхва, он пробормотал про себя:
«Ёнхва, пока не трогай их. Просто наблюдай».
Ёнхва недовольно фыркнула.
Всё же он пока не знал, действительно ли эти люди решатся действовать.
Возможно, дурные намерения лишь на миг овладеют ими — и тут же исчезнут.
Мы решим, когда ситуация прояснится.
Когда Джухван произнёс эти слова, Ёнхва послушно склонила голову. Она всегда была таким хорошим ребёнком и всегда уступала его воле.
Тем не менее, её истинные чувства, а именно гнев по отношению к деревенским, оставались очевидными.
Не обращая внимания на то, что её белое тело намокло, она прижалась мордой к груди Джухвана. Движения её были немного резкими.
Её длинный рог словно торопил его принять решение прямо сейчас.
Да, я знаю.
Джухван легонько похлопал Ёнхву по шее и посмотрел в сторону от дома.
Вдалеке за ним наблюдал деревенский староста.
Стоило их взглядам встретиться, как староста поспешно развернулся и бросился прочь.
Фрр. Фрр.
Ёнхва топнула копытом. Возможно, из-за гнева слабый свет просочился в её белый рог.
Закат окрасил тело единорога.
«Это не продлится долго». Подумав так, Джухван поднял взгляд к небу.
Скоро стемнеет.
Когда Джухван вошёл в дом, первое, что он увидел, — суетящуюся Дороти и Оза, следовавшего за ней по пятам.
Дороти по одной снимала с полки вогнутые деревянные миски в глубине дома.
То с миской в руках, то с пустыми руками она торопливо бегала вокруг.
Так много дел. Слишком много. Хоть бы у Дороти было два тела.
Похоже, она пыталась принести достаточно мисок для всех, но брала всего лишь одну, потом возвращалась за следующей.
Конечно, она была занята.
Но разве можно вот так свободно брать посуду из чужого дома?
Лиззи с неловким выражением лица что‑то говорила девочке, та была вся в слезах.
Она смотрела, как куски мяса с глухим звуком падают в котёл с похлёбкой. Должно быть, она уже успела поплакать — тёмные дорожки от слёз покрывали её лицо.
Э‑это слишком расточительно.
Дороти, которая металась в панике и жаловалась, что ей нужно второе тело, тихонько вздохнула, едва приоткрыв рот.
Затем она заговорила с девочкой, словно мягко отчитывая ее:
Но мы должны так сделать, чтобы можно было поесть как следует.
Это было очень в духе Дороти.
Джухван тихо рассмеялся, и Лиззи прикрыла рот ладонью и тоже засмеялась.
Но и Дороти, и девочка были предельно серьёзны.
С таким количеством мяса мы могли бы питаться больше десяти дней. Нет, не десяти
Но, сестрёнка, если не положить его в котёл, мы не сможем съесть мясо.
Жалко же…
Судя по всему, проблема заключалась в том, что мяса для похлёбки было слишком много, но обе они продолжали повторять одни и те же доводы.
Лиззи посмотрела на Джухвана и слегка покачала головой. Похоже, это продолжалось уже какое-то время.
Когда он бросил взгляд на кровать, мужчина тоже улыбался.
Было бы хорошо, если бы они смогли покинуть эту деревню на такой мирной ноте.
Но, видимо, этого не случится.
Оз, который до этого бегал следом за Дороти, вдруг насторожил уши.
Он замер и молча уставился на стену.
Это было как раз в том направлении, где ранее исчез деревенский староста.
Настолько явной стала враждебность, что даже Оз её почувствовал.
Дороти, внезапно оставшись одна посреди своих дел, посмотрела на Оза.
Оз! Если будешь только играть, станешь плохим кроликом. Надо работать.
Пии.
Если Дороти будет работать одна, она превратится в жёлудь.
Оз несколько раз наклонил голову и посмотрел на Джухвана. Потом он подпрыгнул и встал рядом с Дороти.
Следуя за Дороти, которая снова принялась носить миски туда-сюда, Оз время от времени вздрагивал ушами.
Ужин состоял из хлеба, который они покупали, останавливаясь в городах или крупных деревнях, жареного мяса, приправленного травами, и особой похлёбки Лиззи, набитой самыми разными ингредиентами.
Мы… мы правда можем это есть?..
Мужчина, не подозревавший о мыслях деревенских, снова и снова выражал свою благодарность за щедрую трапезу.
Но это продолжалось лишь до тех пор, пока еда не попала ему в рот.
Как только он жадно проглотил кусок, почти не жуя, Джухван даже забеспокоился, что мужчина может подавиться насмерть.
Девочка и Дороти ели, пока их животы не раздулись, став большими и круглыми.
Наблюдая за этой картиной, мужчина время от времени отворачивался и тайком вытирал слёзы.
Еду распределяют в зависимости от того, сколько каждая семья вносит в общее дело деревни. С тех пор как я заболел и слёг, наша семья получала меньше всех. Нам всегда не хватало еды.
Затем мужчина тихо проговорил:
Теперь, наверное, нам будут давать чуть больше. Огромное спасибо.
«Возможно».
Или, быть может, вместо благодарности он получит лишь неприязнь.
Этот мужчина понятия не имел, что вот-вот произойдёт.
Девочка лежала на голом полу бок о бок с Дороти. Словно два маленьких головастика: их животы выпирали вверх.
Казалось, им трудно дышать из-за того, что они слишком много съели. Время от времени они издавали странные пыхтящие звуки.
Оз подпрыгнул и вдруг забрался на живот Дороти.
А‑а‑а, нет! Оз, мой живот… мой живот.
Когда Дороти вскрикнула странным голосом, Оз снова подпрыгнул и приземлился на живот девочки.
Мм! Оно поднимается. Сейчас вылезет у меня изо рта.
Девочка, похоже, тоже страдала.
Но Оз лишь насторожил уши и молча уставился в пустоту.
Джухван уже развернул своё обнаружение маной. Если кто-то и приблизится, он сразу это почувствует.
Пока было тихо. Лишь несколько мужчин молча наблюдали за этим домом издалека.
Оз издал тихое «пии» и посмотрел на Джухвана. Казалось, он спрашивал, можно ли оставить всё как есть.
Словно антенны, улавливающие сигналы, уши Оза подрагивали во все стороны.
Всё в порядке, Оз. Просто оставайся рядом с Дороти и Лиззи.
Это были всего лишь несколько крестьян.
Против нескольких простых крестьян не было нужды выпускать Оза или Ёнхву.
Лежа на полу, Дороти слегка повернулась набок.
Внутри дома, везде, где ступал Джухван, проросли крошечные побеги. Дороти молча смотрела на них, а потом вдруг пробормотала:
Странно. Побеги шумят.
Ты опять играешь с цветами?
Девочка, всё ещё лёжа, повернула только голову, чтобы посмотреть на Дороти.
Дороти заговорила, будто обиженная:
Это не игра! Я правда поздоровалась с ними. Они не умеют говорить, но когда я говорю «привет», они смотрят на Дороти и тоже здороваются.
Хех.
Это правда.
Конечно.
Правда.
Ага, конечно.
Правда.
…Ах, я так наелась, что могу умереть.
…Дороти тоже.
Иногда Джухван задумывался.
Возможно, Дороти разговаривает с Озом, Ёнхвой или даже с травой просто ради игры.
Говорят, у детей бывают воображаемые друзья. Скорее всего, дело именно в этом. Она, наверное, верит, что всё это настоящее, потому что у неё богатое воображение.
Но время от времени он ловил себя на мысли: а вдруг эта девочка и правда может с ними говорить?
Это был мир, где существовала магия. Кто мог сказать, что подобное невозможно? Где‑то там вполне мог жить ребёнок, способный разговаривать с растениями.
Если у Дороти действительно есть такая способность, перед ней откроется гораздо более светлое будущее. Она сможет стать и авантюристкой или магом, и избежать того мрачного будущего, о котором так переживает Лиззи.
Вскоре пришло время детям ложиться спать.
Лиззи расстелила тонкое одеяло на деревянной платформе, похожей на лавку‑кровать.
Надо как следует подготовиться ко сну.
Услышав слова Лиззи, Дороти и девочка медленно поднялись, отряхнули одежду и набрали немного воды в небольшой таз в углу.
С самого начала девочка старалась держаться рядом с Дороти, которая была младше и меньше неё. Возможно, в этой деревне, где детей было мало, она просто радовалась компании.
Дети, словно котята, слегка смочили лицо водой и почистили зубы щёткой из конского волоса.
Рядом с ними стоял Оз, будто присматривая за ними, и громко стучал лапами по полу.
Тук, тук, тук, тук.
Видимо, ему казалось, что они умываются слишком небрежно.
Оз, ты прямо как бабушка Ли.
Дороти проворчала и ещё раз намочила лицо. Девочка последовала её примеру.
Оз снова ударил лапами по полу, но ни одна из них не стала чистить зубы усерднее.
Похоже, дети ненавидят чистить зубы — что в этом мире, что на Земле.
С животами, слишком полными, чтобы двигаться быстро, девочка и Дороти медленно легли на одеяло.
Лиззи подошла к Джухвану с ещё одним одеялом.
Он уже несколько раз говорил, что оно ему не нужно, но Лиззи просто не желала сдаваться.
Даже если в итоге оно просто пойдёт в стирку, она всегда укрывала его, повторяя, что ночью холодно.
Джухван указал на стол, за которым они недавно ели.
Я пока не собираюсь спать. Укроюсь позже.
…Только обязательно укройся.
Огонь в очаге догорал, издавая тихое потрескивание.
После того как дети уснули, Лиззи, которая уже начала клевать носом, легла рядом с ними и тоже погрузилась в сон.
Ближе к рассвету огонь погас. Под слоем золы дерево, превратившееся в уголь, вспыхивало красным, а затем снова теряло свет.
Лунный свет проникал сквозь дымоход в потолке, слабо освещая печь.
Оз, дремавший у головы Дороти, внезапно поднялся и насторожил уши.
Значит, они всё-таки пришли.
Около двадцати человек.
Это что, почти все мужчины деревни?
Возле дома стояли мужчины, держа в руках оружие — кирки, ножи, мотыги.
Джухван поднялся со своего места.
Он тоже взял оружие, которое положил неподалёку, когда Лиззи уснула.
Отец девочки, видимо, не спал крепко. Проснувшись от движения Джухвана, он в замешательстве спросил:
Господин маг, что случилось? Зачем вы держите топор?
Не выходите из дома.
Сказав это, Джухван шагнул наружу.