Том 1 · Глава 161. Я ненавижу эту блоху
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
То ли такова была естественная природа существа, именуемого Санта‑блохой, то ли виной тому было долгое пребывание под землёй, то ли оно потратило слишком много маны — Джухван не мог сказать наверняка. Но прошло уже три дня, а существо, погрузившись в сон, так и не проснулось. Казалось, оно и не помышляет о том, чтобы пробудиться.
Санта‑блоха по-прежнему крепко спал, издавая этот странный звук: «курр‑курр». Его грудь мерно вздымалась и опускалась, а выражение мордочки оставалось безмятежным. Он и правда просто спал.
Вероятно, Лиззи сочла это идеальным случаем, чтобы поучить Дороти шитью: она усадила девочку рядом с собой и велела ей сшить что-нибудь для Санта‑блохи. Первым творением Дороти стала шапочка.
Она отрезала небольшой лоскут ткани и сшила треугольную шапочку в стиле Санты. Поскольку Санта‑блоха был таким крошечным, одного стежка хватало, чтобы завершить одну сторону головного убора.
В шитье было что-то странное: каким бы кривым и неуклюжим ни выглядело изделие в процессе, после того как его выворачивали на лицевую сторону, оно неожиданно выходило вполне приличным. То же самое было и с треугольной шапочкой, которую Дороти с гордостью протянула вперёд.
Папа, Дороти её сделала. Ну как?
Её глаза сияли, переполненные гордостью. В такой момент, даже если вещь выглядела как простая тряпка, её следовало назвать шедевром. Да и на деле шапочка смотрелась весьма недурно.
Потрясающе! Никогда не видел такой красивой шапочки!
Шапочка Дороти чуть симпатичнее, но та, что сделала Дороти, тоже потрясающая.
Верно. Но в глазах папы шапочка, которую сделала Дороти, чуточку лучше.
Слова Джухвана, казалось, полностью удовлетворили Дороти. Издав странный смешок, она с гордостью надела сшитую шапочку на голову Санта‑блохи. Даже когда тельце существа слегка качнулось, он продолжал безмятежно спать.
Некоторое время Джухван наблюдал, как Лиззи и Дороти возятся с шитьём, потом проверил время, съел поздний обед, и они снова отправились в путь.
Голоса Лиззи и Дороти доносились из окон и, растворяясь в моросящем дожде, затихали.
На высохшей траве и на листьях деревьев оседали капли дождя. Казалось, будто трава и листья жадно впитывают влагу и оттого становятся пухлее. Даже зелень будто бы немного посвежела.
Когда Джухван поднял взгляд вверх, он увидел, как высоко в небе кружат несколько орлов. Один из них медленно снижался, направляясь к какой‑то точке.
Возможно, он нашёл добычу. А может, спускался к воде. Словно следуя за этим орлом, остальные тоже постепенно поменяли направление и спустились ниже.
«Кстати, с тех пор, как мы двинулись в эту сторону, мне всё чаще попадаются на глаза орлы»,
Где‑то поблизости могли быть трупы животных или людей.
Их конечной целью был приграничный укреплённый город — один из самых отдалённых населённых пунктов на окраине этих земель.
Этот город стоял на границе с королевством Тайрон и служил первой оборонительной линией. Говорили, что именно солдаты этого города первыми бросались в контратаку всякий раз, когда Тайрон устраивал набеги или проявлял иные враждебные намерения.
Это означало, что в окрестностях было немало трупов.
Изначально Джухван не планировал заезжать туда. Среди потенциальных мест для расследования, предложенных Болтуном, этот город стоял на самом последнем месте.
Но после встречи с Сантой‑блохой в деревне Зеленой змеи его планы немного изменились.
Ходили слухи, что давным-давно неподалёку от этого города появлялся магический зверь, покрытый густой волнистой шерстью.
И речь шла не о событиях нескольких сотен лет назад. Это были предания, которые из уст в уста передавались людьми на протяжении долгих веков.
У магического зверя был белый мех, местами окрашенный в ярко‑красный цвет, словно пропитанный кровью. Если не считать различий в окрасе, он походил на маг-зверя Злого Бога.
Несмотря на свой устрашающий вид, существо из укреплённого города никогда не причиняло вреда людям — напротив, несколько раз спасало их.
Это было крайне редким и необычным явлением.
Люди гадали, не является ли этот магический зверь посланником какого-нибудь бога.
Именно поэтому сведения о нём сохранились в архивах гильдии.
Магический зверь, спасавший людей, — существо настолько необычное, что о нём сочли нужным оставить упоминание.
Очертания их тел несколько различались, но Санта‑блоха, маг-зверь Злого Бога и магический зверь из окрестностей укрепленного города — их тела покрывала густая волнистая шерсть. Из-за неё даже лица не было видно — и в этом они тоже были похожи. Эта схожесть не давала ему покоя.
«Что ж, думаю, это всё-таки совершенно разные существа».
Судя по тому, что он слышал в деревне могил, маг-зверь Злого Бога, скорее всего, мёртв.
В рассказах не было чёткого упоминания о том, что он окончательно перестал дышать.
Но если бы он всё ещё был жив, наверняка до людей дошли бы какие-нибудь слухи. А раз их нет — значит, он мёртв.
Значит, магический зверь из окрестностей города никак не связан с маг-зверем Злого Бога. К тому же цвет их меха различался.
Да. Это другое существо.
«Но всё же…»
Почему‑то в душе у Джухвана засело странное, колючее чувство, будто в горле застряла маленькая заноза.
Изнутри повозки доносился тихий шёпот.
Лиззи и Дороти о чём-то секретничали и время от времени тихонько смеялись. Они выглядели невероятно счастливыми.
Когда Джухван бросил взгляд на них, он увидел, что Лиззи держит Санта‑блоху, а Дороти наряжает его.
Перед ними лежали одеяльце, туфельки, сшитые из лоскутков ткани, и кроватка, набитая чем-то мягким.
Они переодевали его, укладывали в кроватку, прикладывали туфельки к тонким лапкам, чтобы проверить размер…
Это было похоже на игру в куклы.
«Удивительно, что он не просыпается, даже когда с ним так возятся».
Обычно Лиззи пыталась себя вести как взрослая женщина, но сейчас, с увлечением создавая кукольный наряд, она казалась совсем юной девушкой.
Они смеялись, перешёптывались — и самым очаровательным в этой сцене был не Санта‑блоха, а эти две смеющиеся девочки. Особенно трогательно смотрелось, как они, соприкасаясь лбами, заливались смехом.
Когда Лиззи и Дороти были счастливы, счастлив был и Джухван.
Он ещё мгновение понаблюдал за ними, а затем снова развернулся.
К вечеру они прибудут в укрепленный город.
При условии, что информация, полученная ими в предыдущей деревне, верна.
И при условии, что они не собьются с дороги.
Хаа.
С его губ сорвался вздох.
Сейчас ему как никогда остро не хватало навигационной магии. Как так вышло, что в мире, переполненном магией, нет ничего подобного?
Он просто не мог этого понять.
Ближе к вечеру они выехали на широкую равнину.
Между редкими деревьями расстилался густой покров травы.
Пока всё указывало на то, что они двигаются в правильном направлении.
Джухван мельком заметил за пределами повозки, сквозь морось, нескольких кроликов, щипавших траву.
Дороти уже давно говорила, что хочет попробовать поохотиться на кроликов.
Вспомнив об этом, Джухван перевёл взгляд внутрь повозки. В этот момент Дороти высунула голову наружу.
Папа, у Панга дёргаются глазки.
Правда? Кстати, Дороти, я тут нашёл кроликов.
Едва Джухван начал, как изнутри раздался голос Лиззи:
А, он проснулся.
Правда?
Услышав это, Дороти тут же повернула голову. Маленькая голова мгновенно скрылась внутри повозки.
Он втайне надеялся поохотиться на кроликов вместе с дочерью.
Джухван и сам не подозревал, насколько сильно этого желал, пока не почувствовал лёгкое разочарование от того, что момент упущен.
Во всём виновата блоха.
К тому же Лиззи почти весь день сегодня просидела внутри повозки.
Из-за блохи.
Под предлогом обучения Дороти шитью Лиззи продолжала играть с Санта‑блохой, при этом поглядывая на Джухвана с виноватым видом.
Казалось, она хотела в полной мере насладиться возможностью прикасаться к этому крошечному тельцу, пока Санта‑блоха не проснулся.
«Раньше мы всегда сидели рядом во время путешествий».
Он ненавидел эту блоху за это.
Хаа. Я ведь не ребёнок.
От этого чувства Джухвану стало даже немного неловко. Он тихо вздохнул и снова посмотрел вперёд.
И тут раздался крик Санта‑блохи:
Я… я… я… я заблудился! Панг! Что же делать, что же делать, панг! Беда, беда! Панг! Я заблудился! Панг! Где я… панг? Что мне делать, панг?!
Казалось, он впал в панику: метался внутри повозки, натыкаясь на стены с глухим стуком. Судя по тому, как стойко он переносил удары о толстые стенки повозки, Санта‑блоха был невероятно крепким созданием.
Крик Дороти, призывавшей его успокоиться, смешался с взволнованным голосом Лиззи, а звуки ударов крошечного существа о стенки повозки продолжали раздаваться один за другим.
К этому добавились писк Оза и топот детских ножек.
Внутри повозки царил полный хаос.
Джухван остановил повозку, обошёл её сзади и распахнул дверь.
Санта‑блоха вылетел наружу, словно пуля.
Джухван быстро окутал его ветром и поймал.
Санта‑блоха вытянул обе руки вперёд, словно умоляя его.
Я‑я‑я заблудился, панг. Заблудился, панг. Где я, панг? Ааах. Что мне делать, панг?
Санта‑блоха поднял обе руки к небу и разрыдался.
Успокойся. Мы сейчас в нескольких днях пути от той деревни, где мы были. Почему ты говоришь, что заблудился?
Мы… мы можем ориентироваться только по ощущениям в теле! Панг! Нам нужно хотя бы краем глаза видеть окружающий пейзаж, чтобы понимать, куда мы движемся! Панг!
Наше тело устроено именно так, панг. Если нас помещают в плотно закрытое место вроде повозки, тогда… кххк, шмыг, шмыг… я, панг, не знаю дороги, панг. Я ничего не знаю о дороге за пределами повозки, панг. Я заблудился, панг. Я больше не смогу вернуться домой, панг.
Теперь Джухван понял, о чём он говорит.
Человек может запомнить дорогу, если ехал на велосипеде. Но если посадить его в самолёт и закрыть все окна, он полностью будет дезориентирован. Он не будет знать, в каком направлении летит, и не сможет оценить пройденное расстояние
Именно в таком состоянии сейчас находился Санта‑блоха.
Джухван легонько коснулся его пальцем.
Всё в порядке. Если даже через несколько дней ты всё ещё не сможешь понять, где находишься, я отвезу тебя обратно в ту деревню. Договорились?
Ты… ты правда это сделаешь? Панг. То есть… вы правда сделаете это для меня? Панг?
Да.
Санта‑блоха вытер слёзы тонкими ручками и вежливо склонил голову.
Благодарю вас, панг. Вы очень добрый человек, панг. Услуга за услугу, панг. Теперь у Санта‑блохи появился ещё один долг перед вами. Панг. Я никогда этого не забуду. Панг!
Нет, хватит. Прекрати.
Если он продолжит считать каждую мелочь услугой, их количество мгновенно возрастёт, словно по цепной реакции. Он рискует так и не вернуться домой.
Когда Джухван сказал это, Санта‑блоха прижал обе руки к груди и снова прослезился.
Вы действительно очень хороший человек, панг. Говорят, нельзя судить о человеке по первому впечатлению, и это правда, панг. Вы совсем не такой, каким показались сначала, панг. Но долг есть долг, панг. Не стоит относиться к нам легкомысленно, панг. Кто мы такие? Мы
Казалось, к нему вернулось немало энергии и он начал громко смеяться.
Это суетливое создание: только что плакало, а теперь смеётся.
Почувствовав облегчение, Санта‑блоха быстро замахал крыльями, словно колибри.
Воздух наполнился жужжанием.
Может, у него и не крылья стрекозы, а крылья колибри, прикреплённые к спине.
Нет, а разве стрекозы иногда не издают такие звуки, когда летят?
Дороти стояла у входа в повозку, широко раскрыв глаза.
Папа, я не вижу крыльев Панга. Думаю, крылья исчезли. Панг завис в воздухе.
Просто его крылья движутся слишком быстро.
Джухван попытался её успокоить, но она явно не могла в это поверить. Дороти резко протянула руку, будто хотела убедиться, что крылья действительно есть.
Когда палец Дороти коснулся спинки Санта‑блохи, раздался звук «татататата».
Они чуть замедлились, и полупрозрачные крылышки снова стали видны.
Папа, ты был прав! У него и правда были крылья! Они там, просто я их не видела.
Кья! Это опасно, панг! Этот человеческий ребёнок хочет меня убить, панг! Если я упаду и расплющусь и стану плоской блохой
Что такое плоская блоха?
Если ты даже этого не знаешь, значит, ты просто глупый человеческий ребёнок, панг!
Когда он спал, он казался почти милым, но, стоило ему заговорить, сразу становилось ясно — этот Санта‑блоха настоящий ворчливый старикашка.
Тем не менее, в глазах Лиззи он выглядел милым.
Она улыбалась, наблюдая за Санта‑блохой и Дороти.
Джухван решил, что пора снова отправляться в путь, и начал закрывать дверь повозки.
Тогда снова раздался крик Санта‑блохи:
Аааа! Это! Панг! Это! Панг!
Что ещё?
Джухван посмотрел на него.
Его пушистые глаза округлились.
Здесь! Я не знаю этого места, но я его знаю, панг! Здесь было что‑то важное для нас, панг! Я не знаю точно, что это было, но оно было здесь, панг. О! О! Это то самое место, панг!
Возбуждённый Санта‑блоха стремительно метался из стороны в сторону.
Я чую его, панг! Я чую что‑то важное, панг!
Джухван не знал, что это за важная вещь, о которой говорил Санта‑блоха.
Но, вероятно, это было связано с магическим зверем из окрестностей города.
Ты знаешь, где находится та важная вещь, о которой ты говорил? Ты знаешь, куда нам нужно идти?
Да, панг! Я знаю, панг! Я чувствую его запах, панг. Ах, но это нечто важное для нас, поэтому я не могу рассказать об этом просто так, панг. Это по‑настоящему, по-настоящему важно, панг. Хотя я и не знаю точно, что это, панг.
Санта‑блоха закрыл глаза и втянул воздух.
Он начал кружить с закрытыми глазами, пытаясь куда‑то улететь.
Джухван поймал его потоком ветра и удержал на месте, прежде чем заговорить:
Ты говорил, что будешь возвращать долги, верно? Скажи мне, где находится эта важная вещь.
!
Санта‑блоха так перепугался, что забыл махать крыльями и упал прямо вниз. Когда Джухван поймал его ладонью, Санта‑блоха пробормотал с крайне встревоженным видом:
Ах, это плохо, панг. Вы поймали меня, когда я падал,
Прости, что настаиваю, но я прошу тебя.
Когда Джухван тихо произнёс эти слова, глаза Санта‑блохи наполнились слезами, и он забормотал:
Т‑так странно, панг. Я не могу отказать, панг. Понимаю, что не должен рассказывать, панг. Как странно, панг.
Выражение лица Санта‑блохи стало глубоко растерянным.
Понимаю, странно это говорить после того, как я на тебя надавил, но тебе правда стоит перестать называть каждую мелочь услугой.
Чувствуя лёгкую неловкость, Джухван нежно погладил Санта‑блоху пальцем по голове.