Том 1 · Глава 179. Непобедимое копьё и щит
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Ситуация в столице всё сильнее накалялась.
Срочные донесения приходили каждый день и разительно отличались друг от друга — то, что в обычное время растягивалось на месяцы, теперь вспыхивало и сгорало за день‑два, расползаясь, словно лесной пожар.
Казалось, будто смотришь ускоренную запись документального фильма.
В сегодняшнем донесении говорилось о том, что король убил своего советника.
Рассудок короля всё больше затуманивался.
По мере того как обстановка внутри королевского дворца становилась всё более суровой, люди начали покидать столицу, спасая свои жизни.
Проводились строгие проверки, чтобы не дать им ускользнуть, как воде сквозь пальцы.
Согласно записям, въезд и выезд в столицу могут запретить.
Как же это хлопотно,
Маркграф устало покачал головой.
Если бы мы не послушали твоего совета, наши люди тоже оказались бы заперты в столице.
Скоро и вовсе закроют ворота.
Да, такая вероятность велика.
А если так случится, то те, кто останется внутри…
Им придётся нелегко. Похоже, король окончательно лишился рассудка.
Если город окажется полностью отрезан от внешнего мира, к хаосу начнёт примешиваться страх перед нехваткой продовольствия.
Беспорядки в столице выйдут из-под контроля.
К тому же в столице по-прежнему осталось много аристократов.
Те, кто не вернулся в свои владения, наблюдая за развитием событий, те, кто погряз в интригах и сплёл союзы с принцами, и сами принцы, которых в столице оставалось еще несколько.
Под предлогом их спасения столица могла превратиться в поле битвы.
Нет, она непременно им станет.
А пока люди заперты внутри города, способность Героини продолжит распространяться.
Если это произойдёт, столица превратится в самый настоящий ад.
Маркграф прищурился, тяжело вздохнул, а затем медленно повернул голову и посмотрел на Джухвана.
Его взгляд был полон решимости.
Этот человек всегда излучал силу.
Встретив его взгляд, Джухван слегка напрягся.
Он почувствовал, что маркграф собирается сказать нечто важное.
Изначально я не собирался тебя использовать, — контрактор Санты.
Маркграф усмехнулся.
Что скажешь? Ты позволишь мне это сделать?
Джухван горько улыбнулся.
Звание авантюриста ранга Санты в землях Берн славилось куда больше, чем в других регионах.
Причина была в том, что в Берн Санту почитали едва ли не как божество.
Похоже, маркграф хотел использовать это, чтобы поднять боевой дух своих людей.
Болтун называл маркграфа «грудой мышц», но на деле он был совсем не таким человеком.
Проведя рядом с ним несколько дней, Джухван мог судить об этом наверняка.
Он не казался тем, кто прибегает к изощрённым интригам или обманывает других с улыбкой на лице, но при этом вполне способен вести тонкую политическую игру. В нём определённо была изрядная доля коварства — но это было коварство стратега, а не обманщика.
Разумеется, господин. Лучше использовать всё, что у нас есть и покончить с этим как можно скорее.
Мне нравится эта твоя сторона. Ты кажешься прямым человеком, но при этом умеешь идти на компромиссы, когда того требует ситуация.
В конце концов, я не ребенок.
Ха‑ха,
Как обстоят дела с подготовкой войск?
На вопрос Джухвана маркграф взял со стола стопку бумаг.
Почти завершены. Ополчение мы начали собирать заранее, а наёмников подбирает гильдия. Мы сосредоточились на том, чтобы собрать способных воинов из других регионов, пока их не перехватили другие аристократы. Состав торговой гильдии тоже почти сформирован.
Джухван принялся внимательно просматривать бумаги.
Солдат оказалось больше, чем он ожидал.
Число торговцев, которые будут сопровождать армию, тоже было довольно большим, учитывая, как быстро их удалось собрать.
В состав торговой гильдии входили не только торговцы, продававшие доспехи и оружие, но и те, кто занимался продовольствием, алкоголем, содержал бордели, а также прачечные.
К тому времени, как Джухван почти закончил изучать бумаги, маркграф заговорил:
Как только аристократы начнут стекаться к столице, мы тоже двинемся в путь.
Джухван положил стопку бумаг на стол и спросил:
Вы уже решили, чью сторону поддержите?
Сложно сказать. Среди принцев нет никого, кто бы внушал доверие, но и поддерживать герцога… не хочется. А ты что думаешь?
Выражение лица Джухвана слегка помрачнело.
Думаю, пока ещё рано принимать решение. Мы не знаем кто в столице уже подвергся влиянию. А в случае с герцогом мы также не знаем, находится ли он под воздействием способности Ли Чонхвы.
Не все дети короля имели право на престол. Среди принцев и принцесс было немало тех, кто уже не имел право наследовать трон.
Исключив их, можно было сосредоточиться на людях, кто реально мог претендовать на трон. И большинство из них всё ещё оставалось в столице.
В частности, все они присутствовали на банкете, устроенном в честь прибытия Ли Чонхвы в эту страну, и, как слышал Джухван, впоследствии неоднократно вступали с ней в контакт.
Даже если не брать в расчёт их способности и личные качества, пока они сохраняют рассудок, их стоит рассматривать как потенциальных участников борьбы за трон.
Маркграф пожал плечами.
Кстати, есть ещё один род, представители которого теоретически могут претендовать на корону. Род Ли. Если проследить их родословную, они ближе к законной линии, чем нынешний король. Дэниел, который недолго прислуживал тебе,
Джухвана невольно нахмурился.
Он слышал, что у семьи Ли нет ни земель, ни военной силы.
В этой буре политических интриг они могли легко стать разменной монетой, которую могут использовать и выбросить.
Не переживай. Как только всё это началось, мы сразу взяли под защиту ключевых представителей этого рода. К счастью, Даниэль и Анжелика остались здесь даже после твоего отъезда.
Не договорив, маркграф вдруг с удивлённым видом посмотрел в окно.
Это ведь Ёнхва там?
«Может это Лиззи вышла наружу?»
Подойдя к окну, Джухван увидел, как Ёнхва входит в здание.
Ни Лиззи, ни Дороти поблизости не было.
На мгновение у него словно что-то оборвалось внутри.
Прошу прощения, мне нужно ненадолго отлучиться.
Конечно. К тому же скоро время обеда, так что не торопись.
Благодарю.
Поклонившись маркграфу, Джухван поспешил в коридор и едва не столкнулся с поднимавшейся наверх Ёнхвой.
Что случилось? Что-то произошло с Лиззи и Дороти?
Ёнхва тихонько заржала и покачала головой.
Похоже, ничего серьёзного.
Но тот факт, что она пришла за ним, означал, что ситуация всё же была не самой обычной.
Сдерживая волнение, Джухван поспешил за ней.
«Что же там?»
Всё оказалось не так, как он себе представлял.
В странной сфере из воздуха сидела Лиззи, тяжело вздыхая, а Дороти без конца повторяла, что ужасно голодна.
Непонятно почему, но Санта‑блоха находился во рту у Оза.
У всех были совершенно разные выражения лиц.
Единственное, что их объединяло, — это облегчение, отразившееся на них, когда они увидели, как Джухван вбегает в комнату.
Что произошло?
Санта‑блоха превратился в Рудольфа! И у него теперь такие способности!
Папа, Дороти сама превратила Санта‑блоху в Рудольфа. Из-за этого появился воздушный пузырь, и теперь Дороти не может отсюда выйти!
Джухван подошёл ближе и осторожно коснулся пузыря.
Когда он провёл по нему пальцем, воздух словно втянулся следом, образуя лёгкую рябь, но пузырь не лопнул.
Ощущение оказалось странно завораживающим.
Удивительно. Значит, ты не можешь выйти отсюда? А дышать тебе не тяжело?
Нет, совсем нет. Всё хорошо. Кажется, сюда проникают все запахи снаружи, и звуки тоже. Но что же нам делать? Вдруг мы так и не сможем выбраться?
Лиззи выглядела расстроенной.
Может, нужно просто сказать: «Сезам, откройся»?
Папа, а что это значит
Ох, это из одной весёлой истории. Потом расскажу.
Дороти очень хочет выйти! И ужасно голодная!
На лице Джухвана невольно появилась улыбка.
Из живота Дороти доносилось громкое урчание.
Однако сколько бы Джухван ни приказывал пузырю исчезнуть и ни думал о том, чтобы тот пропал, ничего не происходило.
Похоже, он сам не мог разрушить эту воздушную преграду.
Как только Лиззи и Дороти поняли это, на их глазах выступили слёзы.
Что же делать?
Папа, Дороти сейчас умрёт от голода!
Нет, всё будет хорошо. Не волнуйтесь, вам ничего не грозит.
Договорив, Джухван приложил ладонь к поверхности пузыря.
Затем он осторожно выпустил немного маны.
Она скользнула по прозрачной оболочке пузыря, и на его поверхности начали вспыхивать красноватые узоры.
«Да. Этот пузырь вовсе не был опасен».
Именно такое чувство возникло у Джухвана
Оз, пожалуйста, выпусти Санта‑блоху изо рта.
Пии.
Оз выплюнул Санта‑блоху.
Тот, дрожа мокрыми крыльями, неуклюже пополз.
Хозяин, вы звали меня? Панг.
Джухван молча посмотрел на него, а потом опустился на одно колено.
Значит, ты действительно слышишь мои мысли. Значит, ты и правда стал моим Рудольфом.
Ведь Рудольфы способны читать мысли своих хозяев.
И Санта‑блоха точно выполнил приказ Джухвана — подползти ближе к барьеру.
Санта‑блоха тяжело вздохнул и распластался на полу.
Мне так тяжело… Панг. На моих крыльях осталась слюна этого кролика, и она их полностью вымочила. Панг. Вся моя сила куда-то исчезла. Панг. Кажется, я сейчас умру… Панг. Эти ужасные запахи кролика… Панг.
Джухван тихо рассмеялся.
Попробуй проверить, сколько у тебя осталось маны.
Э‑э… Да, конечно. Панг.
Санта‑блоха наклонил голову, словно просьба показалась ему странной.
Но наш род обычно не обращает внимания на такие вещи. Панг. У нас всегда очень много маны. Панг. Любой магический зверь убежит, только увидев нас. Панг. Да хоть сотня единорогов
Глаза Санта‑блохи округлились.
Ой, простите. Панг. У меня осталось маны едва ли на чашку. Панг. Как же так? Панг. Неужели я умираю? Панг. Всё пропало. Панг. Вот почему моя сила исчезла. Панг.
Так и есть.
Джухван снова улыбнулся.
Ты истратил всю свою ману, создав этот воздушный пузырь.
Протянув палец, Джухван направил в Санта‑блоху небольшой поток маны.
Ух! Сила! Сила возвращается! Панг! Теперь я непобедим!
Шерсть Санта‑блохи встала дыбом, а мокрые крылья, наконец, высохли и теперь подрагивали, готовые к полёту.
Теперь произнеси заклинание, которое разрушит этот барьер.
Есть! Панг!
Почти одновременно с приказом Джухвана Санта‑блоха резко взмыл в воздух.
В следующий миг маленький рог, спрятанный в его шерсти, вспыхнул ярким светом.
Красное сияние разлилось по всей сфере, раздался треск, похожий на раскат грома, и пузырь лопнул со всех сторон.
Готово.
Дороти тут же бросилась к Джухвану и крепко обняла его.
Папа! Дороти думала, что умрёт от голода!
Всё хорошо, всё хорошо.
Улыбаясь, Джухван поднял девочку на руки, и тут из её живота снова раздалось громкое урчание.
Отдав распоряжение слуге принести еду и накрыть на стол, Джухван повернулся к притихшей Лиззи.
Выйдя из пузыря, она стояла, низко опустив голову, и выглядела очень расстроенной.
Что с тобой, Лиззи?
Прости. Ты, наверное, был занят.
Вот ещё. Не надо извиняться.
Мне так неловко…
Глупости. Для меня самое главное
Наклонившись, Джухван заглянул в ее глаза.
Её грустное, чуть надутое лицо казалось невероятно милым.
Обычно он хотел видеть её улыбку, но сейчас в ее грустном лице была своя особенная прелесть.
Желая утешить её, он мягко погладил Лиззи по голове и тихо сказал:
К тому же, как раз подошло время обеда. Всё в порядке.
Лиззи неуверенно подняла взгляд и робко улыбнулась.
Пока они ели, Дороти рассказывала, как ей удалось превратить Санта‑блоху в Рудольфа: «Она так сильно, так сильно этого хотела, столько раз представляла себе это, что, в конце концов, у неё получилось».
Хм. Если это действительно так, то у тебя невероятный талант.
Когда Джухван улыбнулся, Дороти широко распахнула глаза:
Папа, это правда. Дороти сделала Рудольфа.
Ты мне веришь?
Конечно.
Правда?
Разумеется.
Тогда почему у папы такое лицо?
Наверное, потому, что он всё ещё улыбался.
Со стороны это могло выглядеть так, будто он лукавит, но Дороти смотрела на него с такой гордостью, что лгать было бы преступлением.
Последние несколько дней, стараясь превратить Санта‑блоху в Рудольфа, Дороти сильно устала. Она свернулась на диване и быстро уснула.
Оз, как всегда, устроился рядом с её головой.
Кстати, в последнее время Оз немного подрос, и теперь ему стало гораздо труднее забираться на макушку Дороти — количество таких попыток заметно сократилось.
Но место, где он любил спать, оставалось неизменным.
Лиззи села рядом и погладила волосы ребёнка, а потом тоже начала клевать носом.
Последние несколько дней она о чём-то беспокоилась и толком не спала, так что наверняка сильно устала.
Тихо наблюдая за ними, Джухван перевёл взгляд на Санта‑блоху.
Тот выглядел одновременно расстроенным и воодушевлённым.
Ему было горько оттого, что он больше не мог исполнять своё истинное предназначение, но в то же время он радовался, что теперь способен защищать кого-то.
С каких пор ты стал Рудольфом?
Возможно, он был им с самого начала, с первой их встречи.
Ведь тогда Санта‑блоха уже говорил, что не может ослушаться его приказа.
В тот момент Джухван подумал, что тут замешана сила Злого Бога, но, возможно, именно тогда и началось его превращение в Рудольфа.
Джухван протянул руку и погладил Санта‑блоху по голове.
Прости. Из-за меня ты лишился возможности заниматься своим делом.
…Всё в порядке. Панг. Хотя это и звучит странно. Панг. Мне никогда не нравилась способность убивать, а эта сила
Санта‑блоха криво усмехнулся.
Впрочем, даже это его чувство — часть природы Рудольфа.
Пусть он невольно причинил ему боль, но теперь всё будет хорошо.
Снова и снова поглаживая Санта‑блоху, Джухван тихо пробормотал:
Используй эту силу, чтобы защищать Лиззи и Дороти. Пока меня не будет рядом, оставайся с ними.
Конечно. Панг. Я всегда чувствую, о чём думает мой хозяин. Панг. Даже ценой своей жизни я буду их оберегать. Панг.
«Спасибо».
Мысленно поблагодарив его, Джухван заметил, как Санта‑блоха радостно улыбнулся.
Ха‑ха. Предоставьте это мне, хозяин. Панг.