Том 1 · Глава 187. Ради короля
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
В тот день марш остановили чуть раньше обычного.
Длинная колонна армии состояла из нескольких отдельных групп, каждую из которых возглавлял лорд из своего региона.
Солдат, получивший приказ от маркграфа, направился в хвост колонны
Ему предстояло сообщить лордам о прибытии Даниэля и передать распоряжение о том, что каждому лорду надлежало собраться в шатре маркграфа до заката.
«Значит, сегодня настал тот самый день».
С того момента как они провозгласят Даниэля королём, пути назад уже не будет.
Это было всё равно, что двигаться вперёд, повернувшись спиной к обрыву, кишащему крокодилами.
По какой-то причине Джухван ощущал странную неловкость.
Его взгляд скользил по солдатам, суетливо мелькавшим повсюду.
Люди ставили палатки в подходящих местах и разводили костры.
Они снимали с повозок большие котлы и наполняли их водой.
На Земле со всем этим справился бы один водитель, но повозки, запряжённые лошадьми, — совсем другое дело.
К каждой повозке, гружённой припасами, приходилось приставлять сразу нескольких солдат.
Разгружать груз каждый день, а потом снова всё упаковывать — само по себе нелегкое дело.
После того как с повозок сняли поклажу, следом достали вещи, необходимые для готовки.
В хвосте колонны торговцы, следовавшие за армией тоже начали раньше обычного готовиться к стоянке.
В длинном строю раздавался шумный смех, а вдалеке, у самого хвоста колонны, поднимался дым. Кое-где солдаты просто сидели, опустившись на землю.
Пусть это и не выглядело чем-то значительным, но если сложить всё, что нёс на себе каждый человек, груз получался весьма внушительным.
Даже просто целый день носить на себе один лишь меч или копьё — нелёгкое дело. А уж маршировать, когда со всех сторон свисает снаряжение, — и вовсе изнурительно.
Из-за этого более пожилые солдаты или те, кто совсем недавно вступил в армию, буквально валились на землю.
Передвижение войска куда тяжелее, чем кажется. Честно говоря, я и представить не мог, что это окажется настолько хлопотным делом.
Джухван пробормотал это себе под нос, а маркграф в ответ непринуждённо рассмеялся.
Не стоит так говорить, увидев лишь малую часть. Сейчас это, по сути, почти обычная прогулка. Обычно время марша куда дольше, и приходится куда тяжелее.
Вот как?
Именно. К тому же в этот раз мы специально держим медленный темп, чтобы представить тебя простолюдинам и знати. Я вырос на полях сражений, когда приходиться спешить — надеть их перед боем, но идти в них настоящий ад.
Пока Джухван беседовал с маркграфом, из повозки с жрецами появился Даниэль.
После нескольких дней, проведённых в седле в непривычных для него доспехах, тело Даниэля окончательно перестало слушаться.
Когда требовалось сохранять достойный вид, он заставлял себя двигаться одной лишь силой воли, но стоило напряжению спасть, как силы покидали его.
По словам самого Даниэля, у него было такое чувство, будто к рукам подвешены кирпичи, а ноги рассыпаются, словно мокрый песок.
Даниэль подошёл к Джухвану и маркграфу. Он двигался словно скрипучий механизм.
Спасибо. С моей стороны это было невежливо, но вы позволили мне ехать в повозке… Благодаря этому я выжил. Если бы я остался в седле, то уже давно свалился бы и катался по земле.
Даниэль склонил голову перед маркграфом и Джухваном.
Обычно мужчине крайне редко позволяли ехать в повозке, где находились одни только женщины.
Хуже того: в ней ехали жрица и замужняя женщина. Такое обычно никому не прощали.
Но поскольку Даниэлю было всего четырнадцать лет, и он ещё не считался взрослым, ему всё-таки позволили остаться в повозке.
«Четырнадцать лет… Я догадывался, что он молод, но не настолько же».
«Это ведь возраст ученика средней школы».
Джухван полагал, что Даниэлю, по крайней мере, лет шестнадцать или семнадцать.
Он никак не мог представить, что мальчик такого возраста может быть настолько образованным и так искусно держаться в обществе.
Даниэль как-то сказал, что они с сестрой — тщательно выточенные шедевры старой четы Ли, и теперь Джухван понял, что эти слова не были преувеличением.
Возможно, маркграф с самого начала и не рассматривал никого из других кандидатов.
Возможно, едва услышав весть о том, что король убил наследного принца, он держал в уме только Даниэля.
Джухван наблюдал за Даниэлем — тот, хоть и ворчал про себя, но при этом ярко улыбался стоявшим неподалёку солдатам.
Несмотря на своё благородное происхождение, Даниэль вырос в бедности, поэтому понимал не только жизнь и мысли знати, но и быт простого народа.
А ещё благодаря службе в качестве прислуги у него выработалась привычка думать о тех, кто рядом.
У него не просто было исключительное образование — он также прекрасно разбирался в делах высшего общества.
Кроме того, Даниэль обладал сильной способностью понимать ситуацию и принимать верные решения.
Если рядом с ним будут люди, способные поддержать его военной силой и опытом, Даниэль наверняка станет справедливым и добрым правителем.
Раньше Джухван думал, что не имеет значения, кто станет королём.
Но, пожалуй, среди всех, кто сейчас боролся за трон, именно маркграф и Даниэль лучше всего совпадали с тем, чего хотел сам Джухван.
Может быть, в этом мире и правда существует нечто вроде воли богов.
Иначе как ещё можно объяснить, что за столь короткое время, в разгар столь страшных событий, здесь собрались именно такие люди.
Человек, достойный стать королём. Маркграф, обладающий большой военной мощью, но при этом заботящийся о народе. И Джухван — Герой, способный объединить сердца всей нации.
Трудно считать такое стечение обстоятельств, простым совпадением.
«Значит ли это, что боги и правда заботятся о людях?»
После раннего ужина лорды один за другим начали собираться в шатре маркграфа.
Как только все собрались, маркграф отдал приказ, и каждому из присутствующих передали по бокалу с алкоголем.
Как и было условлено заранее, Джухван встал вместе с Даниэлем напротив маркграфа.
Прежде чем заговорить, маркграф медленно обвёл взглядом лица лордов.
Как всем вам известно, наша страна сейчас переживает величайший кризис с момента своего основания. Жестокий король Тайрона прикоснулся к тому, к чему людям касаться не следует. Он послал в наше королевство зло, скрывающееся под личиной Героя.
В этой стране Героя нельзя было судить по человеческим меркам.
От столь смелых слов маркграфа лорды зашептались и стали переглядываться.
Это не просто мои домыслы. Чтобы всё проверить, я тайно отправил людей в храм королевской столицы.
Когда маркграф бросил взгляд на советника, стоявшего в углу, перед лордами появился документ с печатью храма.
Это свидетельство, тайно присланное из храма, обладающего высшей властью в нашем королевстве. Верховная жрица лично приняла слова бога, но полученное ею пророчество предназначалось не той злой женщине, что сейчас находится в королевской столице. Наш Герой
Джухван сам прочитал письмо из храма, прежде чем занять своё место здесь.
В письме, написанном от руки главы храма, рассказывалось о том, как Верховная жрица получила пророчество, и о принуждении со стороны короля.
Там также говорилось, что Ли Чонхва распространяет вокруг себя странную злобу, которой не может обладать истинный Герой.
Похоже, в храме уже знали, что ее влияние искажает умы людей.
Маркграф обменивался этими письмами ещё до того, как жрицы получил откровение, провозгласившее его Героем.
Даже полностью осознавая, какой властью обладает титул Героя, маркграф искал способ свести к минимуму последствия, после устранения Чонхвы.
Учитывая, насколько в этой стране почитают Героев, можно представить, каким трудным было это решение.
Это нельзя было просто замять, полагаясь лишь на силу.
Если станет известно, что они убили Героя, возмущение простолюдинов, не знавших всей правды, могло перерасти в бунт.
И всё же он без колебаний сделал этот выбор.
Мысль о том, что маркграф настолько ему доверял, заставляла Джухвана чувствовать, что он не вправе даже поднять на него глаза.
Спокойно разъяснив ситуацию, маркграф снова заговорил:
Ситуация стала настолько неотложной, что жрицы по всей стране получили божественное откровение. Если мы не будем действовать, это перестанет быть проблемой только нашего королевства. Тот факт, что Герой появился на нашей стороне,
Маркграф жестом велел Даниэлю выйти вперёд.
И сегодня мы приветствуем законного наследника, в чьих жилах течёт кровь древней династии.
Многие из лордов уже знали лицо Даниэля.
И большинство из них знали, к какой родословной он принадлежит.
Мощный голос маркграфа разнёсся по всему шатру.
Все вы знаете, что нынешний король происходит из рода, захватившего трон в результате мятежа,
Маркграф оборвал фразу, медленно оглядел лордов, а затем перевёл взгляд на Джухвана.
Глаза присутствующих последовали за его взглядом и остановились на лице Джухвана.
Очевидно, что воля Богов
Маркграф опустился на одно колено и поцеловал руку Даниэля.
Джухван не последовал его примеру.
Джухван, получивший всенародное признание, уже не являлся обычным Героем.
В глазах жителей этой страны Джухван был ближе к Богам, чем кто-либо другой.
Джухван медленно склонил голову перед Даниэлем.
Ради короля этой страны.
Едва прозвучали эти слова, лорды в шатре начали опускаться на одно колено.
Их глаза яростно сверкали.
За нашего короля!
В какой-то момент советник отдёрнул одну сторону полотнища шатра. Похоже, шатёр изначально был устроен так, чтобы это можно было сделать без труда.
Увидев, как лорды преклонили колени, солдаты поняли, что происходит.
Все начали кричать в унисон:
За короля!
За нашего короля!
Кто-то высоко поднял копьё, и этот жест быстро подхватили все остальные.
Крик солдат, поднимавших к небу копья и мечи, прокатился вдоль всей колонны.
Подхваченная этой атмосферой или просто напуганная этим шумом, Ёнхва издала громкое ржание и замахала передними копытами.
Увидев это, крики солдат стали ещё громче.
Дороти выскочила из повозки и стала метаться среди солдат, а потом пробралась в самую гущу и тоже подняла кулак.
Увидев это, несколько людей рассмеялись.
Наверное, она решила, что это какая‑то весёлая игра.
Оз запрыгнул на голову Дороти и заставил свой рог засветиться красным.
С деревьев начали падать ветки, словно с них сыпался цветочный пух.
«Так не пойдет. Не стоит слишком уж обижать ни в чём не повинные деревья».
Как только Джухван подумал об этом, Оз вздрогнул, и его уши поникли.
Оз начинал всё больше походить на Дороти, которая всегда была рядом с ним.
Красное свечение медленно угасло на его маленьком роге.
Но к тому моменту все солдаты уже успели заметить, что сделал кролик.
Их восторженные крики стали такими громкими, что, казалось, сотрясался сам воздух.
Оз! Сделай ещё!
Дороти, охваченная азартом, закричала, и Оз мельком взглянул на Джухвана.
Когда Джухван лишь беспомощно улыбнулся, поникшие было кроличьи уши Оза резко встали торчком.
Ппи! Пии!
Рог Оза снова засветился красным, и камни вокруг начали раскалываться с громким треском.
Солдаты взревели и ещё сильнее разожгли всеобщее возбуждение. Дороти и Оз тоже поддались этому порыву.
Каждый раз, когда Дороти подпрыгивала и кричала: «Ещё, ещё, ещё!» — Оз разбивал мелкие камни.
К этому моменту Джухван уже не был уверен, что это исторический момент, когда возводят на престол короля, или же это просто сцена, где Дороти и Оз демонстрируют свою силу.
Дороти всё такая же, как и всегда.
Услышав тихий шёпот Даниэля, Джухван слегка наклонил голову и улыбнулся.
Да, это точно.
От тона Джухвана Даниэль вдруг посмотрел на него.
Хотя он понимал, что происходит, он всё ещё оставался четырнадцатилетним мальчиком.
Возможно, в глубине души он был потрясён тем, как внезапно и полностью изменилось отношение людей.
Возможно, он не ожидал, что даже манера речи окружающих изменится с этого самого мгновения.
Возможно, он думал, что хотя бы какое-то время близкие люди будут относиться к нему по-старому.
Но Даниэль — тот, кто станет королём.
С этого момента никто не сможет непринуждённо болтать с ним и смеяться, как раньше.
Даже его сестра‑близнец Анжелика не сможет этого сделать.
Вот насколько одиноким было место короля.
Думая о тех недолгих днях, что он провёл рядом с этим мальчиком, Джухван почувствовал лёгкую печаль.
Близнецы, которые когда-то обменивались колкостями, словно в комедийном скетче — однажды будут тосковать по тем дням, которые уже никогда не вернутся. Возможно, наступит день, когда они пожалеют о решении, принятом в этот самый миг.
Если такой день настанет, Джухван надеялся, что рядом с ними будет кто-то, кто сможет хоть немного согреть их сердца.
Глубокой ночью, когда почти все уже уснули, Джухван ушёл в безлюдное место и призвал Санта-блоху.
Вы звали, Хозяин. Панг.
У меня к тебе одна просьба.
Конечно. Панг. Санта‑блоха всегда выполнит просьбу хозяина… А! Ты об этом? Панг.
Угадав мысли Джухвана, Санта‑блоха замахал крылышками и опустился на его руку.
Немного впитав ману Джухвана, Санта‑блоха взмыл в воздух.
С крошечным рогом, спрятанным в шерсти, он начал создавать воздушные пузыри, складывая их в разные узоры.
Создав несколько парящих пузырей и выстроив из них несколько различных фигур, Санта‑блоха вернулся к Джухвану.
Хозяин! Панг! Думаю, это вполне возможно. Панг. Для Санта‑блохи нет ничего невозможного. Панг. Ведь я
Санта‑блоха, возбуждённо тараторивший без умолку, внезапно исчез прямо перед глазами Джухвана.
Его мощным пинком отбросил Оз.
Ах ты мелкий комок шерсти…
Санта‑блоха вновь взмыл вверх и врезался своим тельцем прямо в лоб Озу.
Он и правда не мог понять, то ли эти двое очень близки, то ли на дух друг друга не переносят.
Прекращайте. Через два дня вам обоим предстоит сыграть важную роль.
На слова Джухвана Оз и Санта‑блоха, которые только что яростно дрались в воздухе, одновременно ответили:
Пии!
Да, Хозяин. Панг!
Но стоило Джухвану отвернуться, как они снова принялись за своё.
Возвращаясь к колонне и бросив взгляд через плечо, Джухван увидел, что к ним уже подошла Ёнхва.
Судя по всему, она собиралась их отчитать.
В ту же секунду, Оз и Санта‑блоха бросились врассыпную, будто их сердца слились в едином порыве.
Что ж, никто не любит, когда его отчитывают.
Джухван слабо улыбнулся и направился к месту, освещённому кострами лагеря.