Том 1 · Глава 193. Что ждёт в конце пути
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Зловещая аура становилась всё сильнее с каждой минутой. Она была словно невидимый яд, который медленно скапливался внутри города.
Чем больше людей набивалось в храм, тем быстрее заканчивалась еда, и даже некогда обильное благословение понемногу истощалось. При таком раскладе любой, у кого не было божественной силы или её было совсем мало, вскоре впадал в безумие.
«Что мне делать? Как спасти этих людей?»
Когда тревога полностью заполнила разум Верховной жрицы, в глазах у неё потускнело.
Верховная жрица!
Когда она пошатнулась, юная жрица бросилась к ней и успела подхватить.
Вы слишком сильно себя изнуряете. Вам нужно хоть немного отдохнуть.
В глазах юной жрицы блестели слёзы.
Со мной всё в порядке. Просто немного закружилась голова.
Нет, не в порядке. Вы весь день раздавали благословения. Если так пойдёт и дальше, с вами и правда случится что-то ужасное.
Тише. Люди услышат.
Верховная жрица мягко одёрнула ее, затем подняла голову.
Благословения отнимали огромное количество маны, но в обычных условиях это не вымотало бы её до такой степени.
Благословение — это когда жрица принимает в себя энергию бога, преобразует её в форму, которую легче принять человеку, а затем высвобождает.
Если бы в храме хватало божественной энергии, ей пришлось бы тратить ману лишь на само преобразование.
Но сейчас её в храме почти не осталось
Ей приходилось буквально выжимать из себя последние остатки, пытаясь создать хоть что-то, — вот почему тело отказывалось повиноваться.
«И всё же я обязана это сделать. Если я остановлюсь, все эти люди станут одержимы».
Верховная жрица на мгновение выровняла поток маны и выпрямила спину.
И именно в этот момент случилось нечто странное.
Внезапно энергия внутри храма будто немного прояснилась.
«Что? Почему вдруг?»
Затем в помещение вбежала пожилая служительница.
Верховная жрица! Идёт дождь!
Дождь?..
В столице не было дождей уже несколько лет. Лицо пожилой женщины выглядело не столько удивлённым, сколько взволнованным.
В это трудно поверить, но это дождь, наполнен целительной маной.
Что… что ты сказала?
С поддержкой юной жрицы она поднялась на ноги.
Тело, которое казалось тяжёлым, словно промокшая ткань, вдруг стало лёгким.
Божественная энергия, покинувшая её тело, начала возвращаться.
«Неужели… это он?»
Герой, которого они так долго ждали, наконец, пришёл.
Словно во сне, Верховная жрица двинулась вперёд.
Она миновала несколько дверей и прошла по длинному коридору. И только тогда смогла увидеть, что происходит снаружи.
Шел мелкий дождь.
Люди стояли прямо под дождём.
Среди них была одна женщина.
Ещё двадцать минут назад она начала сходить с ума, и её вытащили наружу.
Но теперь она выглядела нормальной. Она заворожённо смотрела в небо и тихо плакала.
Несколько священников пали на колени и вознесли молитву.
Мана, смешанная с дождём, мягко проникала в здание и омывала всё тело Верховной жрицы.
Ощутив в ней нечто знакомое, Верховная жрица широко раскрыла глаза.
Неужели…
Сама того не замечая, она пробормотала эти слова и, пошатываясь, вышла наружу.
Лёгкие капли дождя коснулись её лица. Это было больше похоже на туман.
Ах…
Любой, кто владел маной, сразу понял бы, что этот дождь — не обычный.
В падающих с неба каплях была смешана мана.
Мана, которая исцеляет людей.
Но Верховная жрица ощутила в этом дожде кое-что ещё.
Неописуемое присутствие — такое, какое чувствуешь, когда напрямую сталкиваешься с богом.
Что-то, отличающееся от человеческого. То, что и определяет бога.
Словно что-то озаряло ее душу.
Слабый отголосок этого присутствия был смешан с дождём.
Внезапно ей вспомнился момент, когда она получила божественное откровение.
Помимо слов, сорвавшихся с её губ, она тогда едва уловимо почувствовала волю бога.
То, что она тогда почувствовала, было сильнее самого слова «герой».
Вот почему она стала думать о герое как о божьем сыне, как о его представителе.
«Воистину, герой
Бог вселился в человеческое тело и сошёл на эту землю.
Никаким другим образом нельзя было объяснить то сияние, которое сейчас чувствовала её душа.
Верховная жрица тут же упала на колени.
Как она могла поступить иначе?
Из глубины души, словно родник, хлынули слёзы.
Тем временем всё было охвачено хаосом.
Джухван подумал, что будет сложно отличить тех, кто сошёл с ума, от тех, кто ещё сохранял рассудок.
Но, к удивлению, всё оказалось очень просто.
Если хотите жить
Те, кто ещё не лишился разума, убегали ещё до того, как он успевал договорить. Это были обычные мирные жители, не солдаты, — так что это было вполне естественно.
Но даже солдаты падали на землю, стоило Джухвану выкрикнуть эти слова. Те же, кто оставался стоять, явно утратили способность здраво рассуждать: их глаза были налиты кровью, а разум окончательно помутился.
«Хотя мне и не нужно было кричать».
Перед ним стоял человек с ног до головы покрытый кровью, но он всё равно рвался в бой.
Такой человек был уже не человеком — он был полностью поглощён безумием.
Джухван, не теряя хладнокровия, взмахнул топором.
Каждый раз, когда его рука описывала дугу, человеческая голова с глухим стуком падала на землю.
Т‑туда!— В ужасе вскрикнул Ханс.
Похоже, он и правда никогда не бывал на полях сражений. Его лицо стало бледным как полотно.
Хорошо ещё, что он не упал в обморок. Казалось, ещё одно неверное движение — и у него пойдёт пена изо рта, и он сляжет без чувств.
Судя по тому, что он бормотал себе под нос, он держался ради предстоящей свадьбы.
Испытывая странное чувство родства, Джухван похлопал Ханса по плечу.
Держись, сорокалетний жених.
Ханс неловко улыбнулся.
Король и Ли Чонхва, по всей видимости, покинули дворец.
Ханс пальцем чертил в воздухе карту и объяснял, куда они направились.
Они довольно далеко. Откуда ты всё это знаешь?
Это не так уж сложно.
Нет, это действительно поразительно.
Ханс застенчиво улыбнулся в ответ на похвалу Джухвана.
Но он говорил это не из вежливости. Джухван действительно так думал.
Столица была похожа на огромный лабиринт.
Она делилась на районы, где жили аристократы, простолюдины и бедняки, и даже внутри этих районов существовало множество мелких закоулков.
Способность Джухвана не могла охватить все эти тонкости и распознать каждого человека.
Это было бы возможно лишь в ограниченном пространстве и среди небольшого количества людей.
Но в огромном, хаотично устроенном городе, где люди метались во все стороны, это становилось невыполнимой задачей.
А вот Ханс мог отметить конкретного человека, прикрепив к нему ниточку маны.
Он даже говорил, что способен на таком расстоянии в деталях различать окружающую местность.
Это было всё равно, что иметь высокоточный GPS.
Потенциал способностей Ханса был поистине безграничен.
Королевство Тайрон явно недооценивало такие таланты.
В этот момент из переулка выскочил мужчина и бросился на Ханса
Никто в округе не мог его знать.
Тем не менее, мужчина смотрел на него налитыми кровью глазами и явно видел в Хансе кого-то другого.
Мужчина закричал: «Умри!»
Ёнхва метнулась вперёд, встав между Хансом и нападавшим.
Позиция была идеальной для удара.
В тот момент, когда мужчина остановился, наткнувшись на преграду, топор Джухвана расколол его голову.
Тот упал на землю, словно его расплющили.
Джухван выдернул топор и огляделся.
Вокруг царил полный хаос.
Солдаты маркграфа пронзали людей копьями, словно воины из преисподней.
Безумцы бросались на них, не ведая страха.
Все они выглядели так, будто окончательно лишились рассудка.
Способность Героя и правда страшная. Словно Злой бог вернулся к жизни. Конечно, я не про вас, господин Джухван.
Ханс подвёл своего коня вплотную к Джухвану. Похоже, он решил, что единственный способ выжить — держаться рядом с ним.
С боевыми кличами мимо Джухвана и Ханса пробежали несколько солдат из армии маркграфа.
Число людей постепенно уменьшалось, и вскоре на улице стало тихо — остались лишь пятна крови на мостовой.
Маркграф медленно подъехал ближе, держась рядом с Даниэлем.
В любой другой день он первым бросился бы в самую гущу схватки, но сейчас, сдерживался из-за Даниэля.
Король находится на окраине города. Это далеко от дворца, и, по словам Ханса, он, кажется, внутри потайного хода.
Во дворце есть несколько потайных ходов, известных только королю. Если бы не Ханс, мы бы наверняка его упустили.
Маркграф учтиво поклонился Даниэлю.
Даниэль улыбнулся Хансу.
Ты отлично поработал. Когда всё закончится, я тебя награжу.
Благодарю вас.
Ханс низко поклонился, не слезая с коня.
Джухван едва услышал, как тот бормочет, что надеется получить в награду золотые монеты.
«Ну, если он собирается жениться, деньги нужны ему больше всего».
Джухван усмехнулся про себя и расчистил путь для Даниэля.
Тогда пойдём ловить короля и Ли Чонхву.
Даниэль шёл в центре, маркграф и Джухван — по бокам. Несколько человек узнали чёрные волосы Джухвана.
Э‑это же герой!
Тот, кто заставил идти исцеляющий дождь…
Герой пришёл!
Люди, прятавшиеся в переулках и домах, начали осторожно выглядывать.
Увидев, что солдаты не причиняют им вреда, несколько человек вышли на обочину и упали на землю.
Герой!
Один из них едва не убил собственного сына, но успел опомниться. Другой был на грани смерти от болезни, но выжил.
Один за другим они выкрикивали свои истории и кланялись ему.
«Я переживал, сработает ли это. Я рад, что это помогло. По-настоящему рад, что погибло хотя бы на одного человека меньше».
Они даже не представляли, что он чувствует благодарность к ним.
«Спасибо, что выжили. Спасибо».
Сам того не заметив, он ощутил, как на глаза навернулись слёзы.
Тяжело…
Чонхва, нам нужно пройти ещё совсем немного.
Король тянул Ли Чонхву за руку.
Они уже долго бежали по длинному подземному ходу, густо затянутому паутиной.
Но он всё никак не заканчивался.
Она так устала, что ноги уже отказывались двигаться.
Их прерывистое дыхание разносилось в мрачном подземелье.
Факел в руке короля покачивался, отбрасывая пляшущие тени на стены.
Откуда-то доносился звук, похожий на призрачный вой.
Мне страшно.
Больше не осталось никого, кто мог бы защитить короля и Ли Чонхву.
Солдаты исчезали, и в какой-то момент рядом не осталось ни одного.
Главный придворный, который оставался с ними до самого конца, нелепо погиб от руки обезумевшего солдата. А служанка, не отходившая от Чонхвы, попала в руки толпы.
«Пожалуйста, пощадите. Пожалуйста, спасите. Не надо. Пожалуйста, не надо».
Крики служанки всё ещё эхом отдавались в голове Чонхвы. Она резко тряхнула головой.
«Если бы всё пошло не так, на её месте могла бы быть я. Я ни в чём не виновата».
Когда толпа ворвалась в отдельный дворец, Чонхва была на втором этаже.
Несколько бунтовщиков заметили служанку.
Король и Чонхва прятались в тени.
У них не было выбора.
Прежде чем бунтовщики успели их заметить, Чонхва быстро толкнула служанку вниз по лестнице.
Та потеряла равновесие и покатилась по ступеням. Каким-то образом её взгляд не отрывался от Чонхвы до самого конца.
Чонхва не знала, как такое возможно, но именно это она чувствовала.
Они как раз направлялись к потайному ходу вслед за королём.
Ситуация была такой, что если пожертвовать одним человеком, то смогут выжить двое.
«Всё в порядке. Их жизни существуют ради этого. Если они умрут ради меня и ради тебя, Чонхва, то это само по себе станет для них счастьем».
Так сказал король.
Вскоре и сама Чонхва начала думать, что лучше, если выживут двое, чем погибнут все.
«Я ни в чём не виновата».
Кроме того, король позже сказал, что вообще не собирался брать служанку с собой.
Не в каждом здании был потайной ход, но в некоторых такие ходы имелись.
Он переехал в тот отдельный дворец, оставив другие здания, именно ради этого.
Там был самый длинный потайной ход, ведущий наружу.
Когда она спросила про карету, спрятанную снаружи, король ответил, что ее подготовили, чтобы ввести в заблуждение и союзников, и бунтовщиков.
Конечно, существовали потайные ходы, известные наследному принцу и главному придворному, но были и такие, которые знал только король.
Карету подготовил главный придворный, ничего не подозревая.
Об этом ходе знал только один человек.
Только король.
Значит, служанка была обречена погибнуть от руки короля в тот самый момент, когда вошла сюда.
Или же её бросили бы ещё раньше.
Чонхва снова тряхнула головой, продолжая тяжело дышать.
В любом случае, она больше не могла идти. Она так устала, что даже дышать было тяжело.
В‑Ваше Величество, остановитесь. Я слишком устала. Давайте хоть немного передохнём.
Когда Ли Чонхва упала, не в силах больше двигать дрожащими ногами, король схватил её за запястье.
Было больно.
Нет. Если мы не поторопимся, этот ход тоже окажется заблокирован. Мы должны выбраться до того, как вражеские солдаты доберутся до другого конца.
Когда Чонхва не смогла встать, король просто схватил её за руку и потащил.
Её тело волочилось по грубому полу.
Хватит! Мне больно! Больно!
Кричать было бесполезно.
Глаза короля вращались, как у безумца, пока он продолжал тащить её вперёд.
Она кое-как снова начала бежать.
Снова и снова преодолевая трудности, они, наконец, добрались до выхода.
Перед ними было что-то похожее на заброшенный, высохший колодец.
Цилиндрическая стена, уходящая высоко вверх, была сложена из крупных неровных кирпичей.
«Это действительно колодец?»
Нигде не было видно ни выхода, ни лестницы.
Пока Чонхва гадала, что происходит, король ощупал стену и надавил на один из кирпичей.
К её удивлению, в стене оказалась дверь.
Открылась узкая щель.
Пойдём.
Следуя за королём, она протиснулась в щель и оказалась внутри. Перед ней открылся ещё один тёмный проход.
Этот коридор был уже.
Его ширины едва хватало, чтобы один человек мог спокойно пройти.
Вдруг король остановился.
Чонхва, которая всё это время смотрела только под ноги, изнемогая от усталости, подняла голову и увидела лестницу.
Сверху пробивался слабый свет.
Резко вскинув голову, она увидела небо над узкой лестницей.
Снаружи.
К ней вернулось немного сил. С помощью короля она с трудом взобралась по ступеням, и вскоре они оказались снаружи. Прямо перед ними возвышалась высокая стена. Рядом росло несколько деревьев. Похоже, они выбрались в лес прямо у подножия городской стены.
У Чонхвы были припрятаны драгоценности и золотые монеты. Они с королём разделили их и надёжно закрепили внутри одежды, обмотав обрывками ткани.
«А если сейчас вырваться из хватки короля и броситься бежать?.. Тогда я стану свободной».
В тот самый миг, когда Чонхва стряхнула руку короля, прозвучал приятный мужской голос:
Действительно. Всё было именно так, как говорил Ханс.
Она вскинула голову. Из глубины леса выехал человек верхом на единороге. Ей было знакомо это лицо. Это был Джухван.