Том 1 · Глава 195. Человек вышел из стены
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Стрела летела прямо на неё, но по какой-то странной причине Дороти видела лишь глаза того мужчины.
Она не знала почему, но глаза мужчины были чёрными.
Дороти не понимала, как у человека могут быть такие темные глаза.
Но одно она понимала точно — в этом не было ничего хорошего.
Сама того не осознавая, Дороти крепко зажмурилась.
В одно мгновение всё вокруг погрузилось во тьму.
Стало ещё страшнее.
О боже!
Казалось, вокруг раздавались испуганные крики солдат.
Она сейчас умрёт.
Она, правда, сейчас умрёт.
Стрела попадет ей прямо в лицо.
И‑и!
Её живот сжался.
Папа, мама… Дороти сейчас умрёт… хнх…
Сквозь стиснутые зубы пробивался тихий плач.
Ей казалось, что она сейчас описается.
Было стыдно, но она была напугана.
Однако сколько бы она ни ждала, стрела так и не прилетела в нее.
А ведь она точно летела ей прямо в лицо.
Когда Дороти осторожно приоткрыла глаза, перед ней оказалось лицо Оза.
Оз?
Оз висел над головой Дороти и вглядывался ей в лицо.
Его длинные уши свисали вниз.
Дороти думала, что вокруг стало темно, потому что она зажмурилась, но, похоже, темно стало из-за Оза.
Только теперь она почувствовала, какой тяжелой стала ее голова.
Оз, теперь ты стал слишком большим, чтобы забираться мне на голову. У меня шея болит.
Сказав это, она вдруг ахнула.
Стрела? Куда делась стрела? Оз, она в тебя попала? Покажи мне свою попу. Нет, голову! Покажи голову!
Будь то голова или попа — стрела должна была попасть в него.
Что же ей теперь делать?
Одна только эта мысль снова вызвала у неё желание заплакать.
Но тут из шерсти Оза раздался голос Панга.
Не переживай, малышка. Панг. Это же я
А…
В голосе Дороти прозвучало лёгкое восхищение, но, честно говоря, она толком ничего не поняла.
Она не видела, как это произошло, поэтому не могла сказать, было ли это потрясающе или нет.
Пии!
Оз спрыгнул вниз и громко топнул лапками по полу.
На пол осыпалось что-то похожее на пыль.
Что? Это и есть стрела? Это Оз сделал?
Потрясающе.
Он смог превратить летящую стрелу в пыль?
Дороти вскинула обе руки вверх.
Ты потрясающий, Оз! Мы супер сильные! Мы непобедимы!
«Это было так захватывающе. Нужно будет похвастаться папе. Ах, и маме тоже».
Только подумав об этом, она заметила, что мама крепко обнимает её.
Но мама выглядела странно.
Мама?
Повернув голову, Дороти увидела, что мама сидит неподвижно, обхватив её за талию.
Всё тело мамы дрожало.
Её губы тоже посинели.
Что-то было не так.
Мама, что случилось? Тебе больно?
Дороти…
Мама, ты испугалась?
…Да. Мне было очень страшно.
Мама говорила тихо, и на ее глазах навернулись слезы.
Хм. Мама оказалась трусишкой.
А Дороти стояла храбро.
Конечно, ей тоже было немножко страшно.
Мама.
Ничего не поделаешь.
Дороти всё ещё была ребёнком, но она была храброй, а значит, должна защитить маму вместо папы.
Дороти тихо вздохнула и похлопала маму по спине — так, как это делал папа.
Мама, всё хорошо. Не бойся. Дороти здесь. Когда Дороти и Оз вместе, мы, правда, сильные. Мы непобедимы. Самые сильные на всём свете.
Мелкая негодница! Это я тебя спас! Панг! Если бы я не заблокировал стрелу, кролика бы подстрелили ещё до того, как он успел бы превратить её в пыль. Панг!
Санта-блоха шумно возмущался.
Но сейчас это было неважно.
Дороти вдруг кое-что вспомнила и резко вскочила на ноги.
Но из-за того, что мама крепко держала её, она не могла толком пошевелиться.
Тот мужчина, которого она видела раньше.
Он может выпустить ещё одну стрелу.
Она уже собиралась сказать об этом, но в тот же миг солдаты уже побежали к мужчине.
Как странно.
Мужчина лежал на земле и не двигался.
Оз, как думаешь, почему тот дядя так лежит?
Спросила Дороти, но Оз только издал звук «пии» и склонил голову набок.
Похоже, он тоже не знал.
Он сдаётся? Потому что солдат больше, а он один?
На мгновение ей показалось, что от Оза пришла мысль:
«Тебе не нужно этого знать».
Но когда она снова посмотрела на Оза, никаких ощущений не было.
Изнутри шерсти Оза закричал Панг:
Тебе не нужно это знать, Панг! Это дело Рудольфа, Панг!
Дороти не знала, какое там дело у Рудольфа, но если Панг так говорит, значит, так оно и есть.
Она продолжала старательно поглаживать мамину спину.
Хаа, вот это большая проблема. Мама слишком слабая. Но ничего, ведь Дороти сильная.
Пробормотав это, Оз издал «пии», будто соглашаясь.
Мама теперь боялась немного меньше.
Дороти показалось, что она едва заметно улыбнулась, и от этого ей стало приятно.
Может, мне стать солдатом, который защищает людей?
Солдатом, который носит длинное копьё или стреляет из лука и защищает всех!
Вот это круто!
Ладно! Дороти станет солдатом! Оз, я сделаю тебе крутой лук. Ты ведь видел, как папа его делал, да? Я сделаю такой же.
Пии…?
Будет очень круто, если ты будешь носить его за спиной.
Пии.
Реакция Оза была слегка равнодушной, но на этот раз Санта‑блоха явно воодушевился.
Звучит великолепно. Панг.
Я и тебе сделаю, Панг. Очень крутой.
Сколько раз мне повторять, мелкая негодница? Меня зовут не Панг.
Пии! Пии!
Оз замахал ушами, будто ревновал, так что вокруг стало шумно.
Сначала Дороти немного интересовалась тем стрелком, который лежал возле дерева, но вскоре она совершенно забыла о нём.
Она была слишком занята, обсуждая, что будет делать, когда станет солдатом.
У неё больше не оставалось времени обращать внимание на того мужчину.
Это было весело.
А с Озом и Пангом становилось ещё громче и веселее.
Дороти счастлива.
Эти слова вдруг невольно сорвались с её губ.
Она сказала их не потому, что об этом думала, но, произнеся вслух, она и правда почувствовала, что невероятно счастлива.
Дороти очень счастлива!
Громко выкрикнув это, она увидела, как мама улыбнулась.
Уши Оза зашевелились.
Казалось, Он тоже был счастлив.
Панг затрепетал крыльями внутри шерсти Оза.
Его мордочка выглянула сквозь пушистый мех.
Панг тоже улыбался.
Это хорошо. Панг. Счастье
То, что все счастливы, было по-настоящему здорово.
Надеюсь, папа тоже счастлив.
Когда Дороти это сказала, мама, Оз и Панг почему-то все вместе её обняли.
Солдаты, которые подошли к мужчине, выпустившему стрелу, подняли суматоху.
Они что-то говорили про кости и о том, что никогда не видели ничего настолько жестокого.
Что вообще там произошло?
Дороти вытянула шею, чтобы посмотреть в ту сторону, но тут Оз вдруг начал подпрыгивать вверх‑вниз.
«Посмотри туда, посмотри туда»,
Ладно, ладно. Не торопи меня.
Что он хотел ей показать?
Недовольно бурча, Дороти повернула голову, и её взгляд упал на угол стены в дальнем углу.
Это было далеко от главных ворот, которые рассыпались в пыль.
Из этой прочной стены высунулось чьё-то лицо.
Ух ты! Это человек! Человек вышел из стены!
Это было похоже на кролика в шляпе, про которого ей рассказывал папа.
Так загадочно.
Но ещё она подумала, что это какой-то странный замок.
Мама, почему человек выходит из стены?
Но, похоже, мама тоже не знала.
Глаза мамы расширились от удивления.
Внутри города царил ад.
Его подчинённые сходили с ума один за другим, а после того, как в город вошла армия маркграфа, даже те немногие приближённые, что у него оставались, куда-то исчезли.
И всё же надежда оставалась, если ему удастся выбраться наружу.
Там его покровитель должен прийти с армией.
Если бы не это, он никогда бы не решился на столь унизительный поступок.
Пятый принц надел одежду, снятую с мёртвого простолюдина, а затем, стараясь не попадаться никому на глаза, направился к участку возле главных ворот.
У других ворот стояли солдаты, так что через них выйти было нельзя.
Но возле главных ворот имелся проход, который вел наружу.
Его едва ли можно было назвать проходом.
Это была щель, в которую можно было пролезть, только ползком.
До сих пор рядом с ней дежурили солдаты, поэтому он не мог к ней подойти.
Но он подумал, что, возможно, сейчас там никого нет.
Ведь все сходили с ума и убивали друг друга.
Нужно спешить. Скоро даже туда невозможно будет попасть.
Армия маркграфа уже разыскивала принца, его родню и принцесс.
Его отец уже был схвачен и связан, его выставили напоказ прямо на улице.
Всего за несколько дней он так исхудал, что стал похож на другого человека.
…Нет. Сейчас не время предаваться сентиментальным чувствам из-за отца.
Пятый принц тряхнул головой.
Его собственная жизнь висела на волоске.
Ему было не до того, чтобы смотреть по сторонам.
Принцессы, скорее всего, выживут.
Велика вероятность, что их вычеркнут из королевского реестра и отдадут кому-нибудь в качестве награды.
Тем принцессам, которые были слишком старыми, если к ним проявят милосердие, позволят уйти в монастырь.
Но принцы, особенно рождённые от королевы, — другое дело.
Их наверняка всех убьют.
Пятый принц тоже был сыном королевы.
Я никогда не испытывал ни малейшего желания стать королём.
Он вступил в борьбу за трон лишь потому, что думал: если он останется в стороне, его убьют.
Даже сейчас он не собирался сражаться с армией маркграфа или с Даниэлем.
Сначала он намеревался выбраться наружу и встретиться со своими покровителями, а затем либо бежать в другую страну, либо вести переговоры.
Если он откажется от королевского статуса и выплатит компенсацию, возможно, удастся что-то устроить.
Маркграф вряд ли станет убивать всех принцев.
…Нет. А вдруг станет?
Семья маркграфа не знала пощады к своим врагам.
Дед нынешнего маркграфа славился своей жестокостью: он отрубал головы солдатам Тайрона на поле боя и насаживал их на колья.
Нынешний маркграф был так же беспощаден к врагам, как и все маркграфы до него.
Он слышал, что в их семье с рождения прививали такой подход.
Именно поэтому они так долго сдерживали набеги со стороны Тайрона и по-прежнему твёрдо удерживали эти земли.
Мне ничего не остаётся, кроме как бежать за пределы страны.
Думая об этом, Пятый принц просунул голову в узкий проём между камнями, скрытый в зарослях.
Он узнал об этом проходе ещё в детстве — о нём ему рассказал старший брат, наследный принц, ещё когда он был мальчишкой.
Он не знал, как брат его обнаружил, но он тайно рассказал об этом только ему.
Когда он подумал о наследном принце, убитом их отцом, у него защипало в носу.
Он был ближе к брату, чем к отцу, чьего лица он почти никогда не видел.
«Сейчас главное
Пятый принц снова вернулся к холодной реальности.
Стена была чрезвычайно толстой.
Проход, прорезавший стену, тоже был очень длинным.
Ему пришлось ползти довольно долго.
Пятый принц тяжело дышал, извиваясь словно червяк.
Щель казалась гораздо уже, чем когда он видел её в детстве.
Он даже не мог нормально двигать руками.
Кожу царапало о грубую поверхность, и на ней быстро появлялись раны.
Влажный воздух, пропитавший камни замка, будто прилипал к ноздрям, мешая дышать.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем свежий воздух коснулся его лица.
Забыв о достоинстве, он жадно втянул его.
Едва выбравшись из щели, он тут же почувствовал, как в лицо ударил сильный порыв ветра.
С тяжёлыми глухими ударами стрелы вонзились в его тело.
Пятый принц упал вперёд, коротко вскрикнув.
Было больно.
Стрелы застряли в его плече и ноге.
Там были солдаты маркграфа?
Но ведь где-то точно должны были быть солдаты, присланные, чтобы его спасти.
Замок пал, но не все же погибли…
Он с усилием приподнялся.
«Нужно найти их. Они точно попытаются меня спасти…»
Его жизненно важные точки остались невредимы.
Если он только найдёт своих союзников, он выживет.
Но то, что предстало перед его глазами, были лишь тела мёртвых солдат, разбросанные по пустому пространству, а чуть дальше — его покровители и их войско, стоявшие на коленях.
Нет, там было не только войско его покровителя.
Приглядевшись, он увидел и другие фракции.
Все они стояли на коленях.
Что же это такое…
Едва он успел подумать об этом, как снова полетели стрелы и поразили его.
Около дюжины стрел пронзили всё его тело.
Пятый принц повалился вперёд, медленно теряя сознание.
После того как ситуация внутри города в какой-то степени стабилизировалась, солдаты маркграфа начали собирать тела.
Среди его людей тоже были погибшие.
Большинство раненых тут же исцелял жрец, но несколько солдат погибли там, где их не успели вовремя заметить.
Не мог бы ты лично сжечь их? Если их предадут огню твои руки, руки Героя, это станет величайшей честью для них.
Так сказал маркграф, закрывая глаза мёртвому солдату.
В этой стране не было обычая кремировать тела.
Большинство людей хоронили в земле.
На полях сражений рыли большую яму и хоронили всех вместе.
Но это было в обычных случаях.
Маркграф сказал, что если присутствует Джухван, которого люди считают божьим сыном, всё иначе.
Что бы ни случилось, если это будет сделано твоими руками, значит, это воля бога.
Если это принесёт им утешение…
Услышав слова Джухвана, маркграф немедленно отдал приказ.
Все тела внутри города погрузили на повозки и вывезли за пределы замка.
Их аккуратно разложили, разделив на союзников, врагов и обычных горожан.
Вперёд вышли священники и даровали благословение каждому телу.
После этого настала очередь Джухвана.
Перед собравшимися жителями города Джухван сначала предал пламеню тела союзных солдат с помощью маны.
Огонь вспыхнул мгновенно, и тела солдат обратились в пепел.
То же самое сделали и с телами горожан и вражеских солдат.
В торжественной тишине изредка слышались сдавленные всхлипы.
Поскольку тел было очень много, на одни только благословения ушло немало времени.
Но на то, чтобы тела обратились в пепел, хватило лишь мгновения.
Пока Джухван смотрел, как они превращаются в пепел и развеиваются по ветру, он вдруг вспомнил своих родителей, спящих в горах.
Все эти люди наверняка были чьими-то родителями, чьими-то детьми.
И вина его была велика.
Прости.
Теперь остался только Кан Тэхён.
Некромант.
Он не мог повторить ту же ошибку, что и с Ли Чонхвой.
После встречи с Джухваном она стала сильнее, и в конце концов погубила саму себя.
«С ним нужно покончить при первой встрече. Нельзя терять ни минуты. Это будет лучше для всех