Том 1 · Глава 200. Хозяин, я приношу пользу?
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Воздушные пузырьки собирались и медленно втягивали в себя порошок сосновой смолы.
Это выглядело так, словно маленькие птички слетелись поклевать корм.
Каждый пузырёк забирал крошечную порцию порошка, а затем снова поднимался в воздух.
Плывя по ветру, красные пузырьки рассеивались в ночном небе.
Казалось, будто в небе зажглось бесчисленное количество маленьких красных фонариков.
В отличие от тех узоров, которые Санта‑блоха создавал сразу после того, как стал Рудольфом, теперь все они были мелкими и невероятно детализированными.
То ли от возраста, то ли оттого, что он много повидал и узнал на своём веку. Но теперь Санта‑блоха мог работать с куда большей точностью, чем Ёнхва или Оз.
Это не значило, что его способность сильнее, чем у них.
Просто при той же мане и тех же способностях он мог работать точнее и детальнее.
Санта‑блоха даже мог создавать узор, который измельчал порошок сосновой смолы внутри пузырьков до ещё более мелких частиц.
Стоило Джухвану что-то объяснить, и Санта‑блоха тут же понимал, какой эффект получится в итоге.
Наблюдая за ними, Джухван порой задумывался: а есть ли вообще какой-то смысл в том, что он здесь?
Способности этих созданий были слишком поразительными.
Пока Санта‑блоха смотрел, как пузырьки уплывают прочь, он вдруг спросил:
Хозяин, я приношу пользу? Панг?
Конечно. Без тебя было бы очень тяжело.
Санта‑блоха пришёл в восторг. Он быстро замахал крыльями и закружился на месте.
Я рад. Панг. Быть полезным хозяину
Неужели в этом и заключался смысл их существования?
Они так старались лишь ради того, чтобы порадовать своего хозяина?
Джухван нежно погладил Санта-блоху пальцем по лбу.
Для Санта‑блохи и Оза было совсем непросто увеличивать количество своих узоров.
Сначала Джухван этого не понимал.
Он заметил, что они уже создали новые узоры, и посчитал это чем-то само собой разумеющимся.
Но это было не так.
Только увидев, как они день и ночь трудятся, стараясь выполнить его просьбы, он всё осознал.
Они ведь изначально не были людьми.
Подумать только: однажды обычное животное внезапно стало Рудольфом.
Чтобы откликаться на просьбы человека, им приходилось менять не только образ мышления, но и саму основу своих мыслей.
Наверное, эти Рудольфы отчаянно боролись с трудностями, о которых он даже не подозревал.
К тому же создание узоров отнимало огромное количество маны.
Санта-блоха и Оз каждый день засыпали, как от потери сознания, почти полностью истощив ману в теле.
Но спустя миг они просыпались, как от удара молнии, и снова принимались трудиться, создавая маленькие узоры.
Когда их мана почти иссякала, их тела испытывали сильнейшую усталость — и даже боль.
Джухван слышал, что, если вся их мана израсходуется, они умрут.
Восстановить ее можно, поглощая из атмосферы или поедая магических зверей, но по их словам, мана хозяина вкуснее всего.
Поглощая ее, они чувствовали тепло и радость и их тела мгновенно наполнялись силой.
Они действительно были существами, созданными лишь для своего хозяина.
Ёнхва долгое время жила, так и не встретив Джухвана.
Пусть в детстве её любили мама и папа Джухвана, ей наверняка чего-то не хватало. К тому же…
Ёнхва проходила через всё это в одиночку.
В письмах мамы никогда не говорилось о том, как Ёнхва исследовала и изучала узоры.
Там были лишь впечатления о дочери-сорванце.
Ёнхва, скорее всего, очень долго училась и тренировалась в одиночестве.
И пока мама была жива, и после её смерти — она делала это одна.
Внезапно Ёнхва тихо заржала и встряхнула гривой.
Она слегка склонила голову и потёрлась о пустоту.
«Неужели требует внимания?»
Джухван ласково погладил ее по шее.
Ты молодец. Ты так усердно трудилась. Ты замечательная старшая сестра.
От этих слов хвост Ёнхва радостно заколыхался.
Рудольфы существуют лишь для своего хозяина.
От этой мысли становилось… грустно.
На мгновение Джухвану вспомнилось бородатое лицо Санты.
Тот тоже был несчастным существом, которое бесчисленные годы служил Злому богу.
Джухван не забыл свою обиду, но решил хоть немного смягчиться.
Когда воздушных пузырьков разлетелось достаточно, Джухван отдал Санта‑блохе ещё один приказ:
Этого хватит.
Да, хозяин! Панг…
Не успел голос Санта‑блохи затихнуть, как все плывущие по воздуху пузырьки разом замерли.
Не теряй из виду направление, откуда идёт нежить.
Конечно! Панг! Моё отслеживание призраков безупречно. Панг.
«Радар, ты имеешь в виду».
Джухван не знал, кто их этому научил, но слова, пришедшие с Земли, всегда слегка искажались.
Санта-блоха прочёл мысли Джухвана, и его глаза засияли:
Радар! Это радар? Слышать это земное слово
Слушая, как Санта‑блоха бормочет себе под нос, Джухван тихонько усмехнулся.
«Может, они просто ищут человеческого тепла?»
Нежить бежала прямо на них.
Их разложение ускорилось.
Стало гораздо больше мертвецов, у которых плоть сгнила, обнажив кости.
Запах тоже стал сильнее.
Теперь они издавали ещё и странные звуки:
Гиииии… гиииии…
Разница была очевидна, способность Кан Тэхёна понемногу менялась.
Джухван создал маленькое пламя над ладонью.
Оно было чуть больше огонька зажигалки.
Будто стряхивая пепел с сигареты, Джухван швырнул это пламя.
Почти в тот же миг пузырьки Санта‑блохи с тихим хлопком лопнули.
Почти невидимый порошок посыпался вниз, словно снежная пыль.
Пламя, брошенное Джухваном, рванулось вперёд и вызвало ослепительный взрыв.
Начавшись в одной точке, взрыв быстро распространился во все стороны.
Это было похоже на огненный фейерверк.
Повсюду взметнулись огромные столбы пламени, похожие на облака.
В тех направлениях, где стояли солдаты, и вокруг самого Джухвана Санта‑блоха заранее расставил воздушные барьеры.
За прозрачным щитом Ханс и солдаты затаили дыхание.
Глядя, как нежить быстро сгорает, даже не успев закричать, кто-то тихо пробормотал:
О боги… этот огонь… Что я вижу? Такое чувство, будто мы стоим посреди огненного моря.
Открытая местность, пропитанная запахом гниющей нежити, в один миг была поглощена огромным пламенем.
Словно семена одуванчика, искры взмывали высоко в небо.
Пока нежить превращалась в пепел, изнутри доносились её крики:
Гиии… гиаааа…
Какой жуткий звук.
Казалось, в этих коротких воплях была заключена вся боль, которую они испытывали.
«Неужели способность, оставленная Злым богом,
Эта мысль скользнула в сознании Джухвана.
На миг его передёрнуло от мысли, что внутри него тоже может таиться нечто столь же ужасное.
Небо у горизонта начало слегка светлеть.
Окинув взглядом широкую поляну, где после огня остался лишь пепел, Джухван отвернулся.
Мгновение спустя над полем прокатились ликующие крики солдат.
У‑у‑ура!
Солдаты поднимали топоры и деревянные щиты, покрытые кровью и гнилой плотью, и кричали от восторга.
Ханс стоял впереди, подняв обе руки, и кричал:
Мы выжили! Я жив!
Стоявшие рядом солдаты сгибались от хохота, хватаясь за животы.
Раньше Ханс был вражеским солдатом, и Джухван немного переживал о том, как всё сложится.
Но теперь он видел, что тот отлично вписался.
Джухван проверил состояние солдат, но серьёзных ранений ни у кого не было.
Правда, несколько человек, получивших слишком много маны за раз, рвало кровью.
Некоторые сплюнули столько крови, что казалось странным, как они вообще не умерли от кровопотери.
«Может, в их телах была какая-то болезнь?»
Джухван особенно внимательно осмотрел этих людей, но так и не смог ничего выяснить.
Если бы он лечил их по одному, возможно, понял бы больше.
Но из-за того, что он направил ману на всех сразу, все следы прежней боли полностью исчезли.
Это его беспокоило.
«Когда вернёмся к основным силам, нужно будет осмотреть и других солдат».
Ещё раз тщательно проверив состояние людей, Джухван направился к Лиззи.
Карету, в которой ехали Лиззи и Дороти, оставили неподалёку.
Рядом с ней оставался только Оз.
Джухван знал: Оза более чем достаточно. Он в свою очередь строго следовал просьбе Джухвана защищать его семью.
Рогатый кролик стоял на крыше кареты и пристально оглядывал всё вокруг.
Его уши стояли торчком и постоянно подрагивали, улавливая каждый звук.
Когда Джухван учуял гнилой запах, он легонько похлопал Ёнхву по шее.
Она сразу всё поняла и направилась в сторону запаха.
Далеко позади кареты на земле лежал обездвиженный мертвец.
Это сделал Оз.
Подойдя ближе, Джухван увидел, что все кости в теле мертвеца раздроблены, из-за чего тот не мог даже пошевелиться.
Когда он слегка надавил на тело, оно прогнулось, как мягкая резина.
Казалось, что не только кости, но и всё внутри превратилось в кашу.
Не в силах пошевелить даже пальцем, мертвец лишь моргал и смотрел на Джухвана.
Увидев в его взгляде боль и страх, Джухван сжёг мертвеца.
Пии.
Словно докладывая, что задание выполнено, Оз спрыгнул с крыши и побежал к Джухвану.
Он запрыгнул к нему на плечо и, потёршись пушистой шерстью о его щёку, тихонько запищал:
Пии. Пии.
Отличная работа, Оз. Если бы не ты, всё могло обернуться проблемами.
Пии!
Оз ответил чётко и наклонил голову.
Между его подрагивающими ушами виднелся маленький рог.
Он немного вырос. Раньше его почти не было видно из-за шерсти, а теперь он стал заметно больше.
На самом деле рог увеличился совсем чуть-чуть.
Но если Озу хочется этим похвастаться…
Джухван улыбнулся и осторожно коснулся рога.
Тот ярко засветился.
Красные узоры вспыхнули повсюду — на деревьях, камнях и земле, — а затем через мгновение исчезли.
Похоже, Оз бессознательно нарисовал эти узоры, просто переполнившись радостью.
«Нет, это немного опасно».
Джухван погладил Оза по голове и несколько раз повторил:
Оз, твои узоры очень сильные, поэтому ты должен их контролировать. Нельзя их наносить неосознанно.
Уши Оза поникли. Он выглядел расстроенным.
Джухван провёл ладонью по его голове:
Но ты и правда, удивительный. Сначала ты был совсем крохотным, а теперь посмотри, каким большим стал.
Пии. Пии. Пии.
Оз гордо задрал нос.
Почему-то его выражение лица немного напоминало Дороти.
Ты хорошо постарался.
К Джухвану подошла Лиззи, широко раскинула руки и обняла его.
Ты ещё не спала?
Немного поспала. Но я услышала твой голос.
Джухван привязал лошадей, запряженных в карету, а затем подсоединил упряжь к Ёнхве.
По какой-то причине Санта-блоха и Оз забрались на место кучера.
Когда Джухван зашёл в карету, Дороти, которая весь день бегала и играла, крепко спала, слегка приоткрыв рот.
Она и правда крепко спит.
Она даже не заметит, если ее унесут.
Так и есть.
Лиззи усмехнулась и накинула тонкое одеяло на живот Дороти.
Погода стала теплее, но, если во сне она сбросит одеяло, живот может замёрзнуть.
Однако уже через мгновение одеяло снова сползло с живота Дороти на постель.
Даже бодрствуя, она не могла усидеть на месте, и даже во сне не лежала спокойно.
Наблюдая, как Дороти перекатывается с одного края кровати на другой, но при этом не падает, Джухван и Лиззи одновременно рассмеялись.
Она каким-то образом умудряется не свалиться.
Внутри кареты с одной стороны стояла кровать, а напротив — сиденье.
Причём на сиденье была закреплена толстая мягкая подушка.
Достаточно было положить сверху одно одеяло — да что там, даже без одеяла — и там вполне мог улечься взрослый человек.
Даже Джухвану там хватило бы места.
Они снова укрыли Дороти, и она тут же завернулась в одеяло, словно кимбап∗.
Джухван и Лиззи легли вместе напротив неё.
Ёнхва медленно потянула карету.
Закрыв глаза, Джухван прислушивался к звукам снаружи.
До него доносились голоса солдат:
О! Похоже, Герой спит.
Госпожа Ёнхва! Спасибо за ваш труд.
Я получил весть, что у меня родился сын. Госпожа Единорог, пожалуйста, благословите его.
А сегодня кучер
Пии, пии!
Оз отвечал, хвастаясь перед всеми. По сравнению с остальными, Оз гораздо легче сближался с людьми.
«Наверное, потому что он всегда рядом с Дороти?»
Возможно, характер Дороти немного передался и ему.
От этой мысли Джухвану стало чуточку теплее на душе.
«Любить только хозяина, смотреть только в его сердце
Лиззи, положив голову на руку Джухвана, свернулась калачиком и прижалась к нему.
Сегодня она тоже вела себя немного по-детски.
Когда он крепче обнял её, Лиззи рассмеялась.
Звук её смеха скользнул между его рукой и боком, слегка защекотав.
Сквозь приоткрытое окно доносился стук колёс.
Этот ритмичный звук стал для Джухвана колыбельной, и он погрузился в лёгкий сон.
За день до прибытия к границе чиновник, приставленный к Тэхёну, явился к королю Тайрона.
Поскольку войско находилось в походе, чиновник оставался верхом на лошади и ехал рядом с королём.
Король был облачён в сверкающие доспехи и красный плащ.
Шлем он снял, но под палящим солнцем доспехи раскалились.
Тело внутри было залито потом.
Королю казалось, что он — кусок баранины, кипящий в бочке.
Ваше Величество, лицезреть ваш благородный лик наполняет сердце этого скромного слуги…
Довольно. Мы в походе. Оставь пустые приветствия и переходи к делу.
Слушаюсь, Ваше Величество.
Король бросил взгляд на лицо чиновника.
Обычно тот присылал подчинённого.
То, что он явился лично, означало, что дело важное.
Отослав всех, кто был поблизости, король посмотрел на него:
Что-то случилось с Героем? Только не говори, что он догадался, что мы подстроили похищение Ли Чонхвы.
Нет, Ваше Величество. Он ничего об этом не знает. Напротив, узнав, что Ли Чонхва убил вражеский Герой, он утратил интерес ко всему остальному. Даже если кто-то скажет ему, что именно мы передали Ли Чонхва врагу, сомневаюсь, что ему будет до этого дело.
Чиновник сглотнул и продолжил:
Он ведь знает, что Чонхву убил герой Симони
Но? Если бы ничего не случилось, ты бы не явился лично. В чём дело?
Оставлять Тэхёна в живых нельзя, ваше величество.
Способность Тэхёна для обычного человека — лишь мерзость, но с позиции короля — весьма полезное средство.
Если есть Тэхён, способный использовать трупы как оружие, с любой страной можно быстро расправиться.
До сих пор стоило подсунуть ему красивую женщину — и он становился управляемым.
Политика казалась ему головной болью, и особых амбиций у него не наблюдалось.
Король помолчал и тяжело вздохнул.
Этот чиновник — умный человек.
Он всегда давал советы с беспристрастных позиций.
К его словам стоило прислушаться, даже если они расходились с намерениями самого короля.
Что случилось?
Его способность...
Лицо чиновника побелело, как лист бумаги.
В последнее время он постоянно держит при себе несколько нежитей, как приближённых слуг.
И? Он возомнил себя королём? Замыслил мятеж?
Нет, ваше величество. Сейчас таких намерений у него не наблюдается.
Тогда в чём проблема?
Король вгляделся в лицо чиновника. Тот тихо втянул воздух и заговорил.