Том 1 · Глава 207. Конец войны
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Тэхён широко раскрыл глаза.
Герой Джухван мчался прямо на него.
Он понимал, что нужно уклониться, но был скован столь подавляющим давлением, что не мог пошевелить даже пальцем.
Словно оказался внутри невидимой скалы.
«Это магия того человека?».
Его кожу сдавливало под тяжестью этой маны.
Грудь сдавило, словно сердце застряло в узкой щели.
«Он сильнее меня. Почему я не почувствовал этого с самого начала?»
Разница между ними была слишком велика.
«Меня ослепила ярость?».
Отчаяние затмило его глаза.
Джухван протянул к нему руку.
Его ладонь, густо покрытая красными узорами, была обращена к Тэхёну.
Он все видел, но не мог уклониться от руки Героя, словно смотрел фильм в замедленной съемке.
«В чём разница между мной и этим человеком?».
Они ведь оба явно прибыли с одной и той же Земли — откуда же такая колоссальная разница в силе?
В тот момент, когда эта мысль пронеслась у него в голове, крупная ладонь Джухвана накрыла его лицо целиком.
Всё, что произошло до этого момента, промелькнуло у него в сознании, словно панорама.
Говорят, человек по-настоящему осознаёт ценность чего‑либо лишь тогда, когда теряет это, и лишь после смерти Чонхвы он понял, насколько она была важна для него.
Он не мог существовать без неё.
Она была тем человеком, без которого он не мог жить.
Одна минута. Один час.
Чем больше проходило времени, тем яснее он это понимал.
И каждый день он ненавидел человека по имени Джухван — того, кто забрал её у него.
Ненависть переросла в отвращение.
Она медленно разъедала его сердце.
Он чувствовал, что от него осталась лишь пустая оболочка.
Сквозь эти дни Кан Тэхён думал лишь о том, как заставить этого человека умереть жалкой смертью.
И однажды его взгляд случайно упал на шею женщины, спавшей рядом с ним.
Он не мог оторвать взгляд от её бледного горла.
Он пылал от жажды.
Сначала он не понимал, к чему была эта жажда.
Он обходился со спящей женщиной, как ему вздумается, и утолял своё желание.
А на следующую ночь, взглянув на неё, он снова ощутил эту жажду.
К тому времени Кан Тэхён уже понимал.
Ему нужно было не её тело.
Ему нужна была её кровь.
Её плоть.
Каждый раз, когда пульсировала её кровь, от неё поднимался запах живой плоти, и его обоняние сходило с ума.
И всё же он сопротивлялся до самого конца.
Он подавлял в себе желание впиться в неё.
В какой-то момент желание к женщине исчезло. Даже без его участия она превратилась в нежить.
Он осознал, что его телесная жидкость обратила женщину в нежить.
В тот день, когда женщина больше не могла выпить даже глоток воды, Тэхён обнаружил, что не чувствует своих ног.
После этого он развил свои способности.
Это поглощало огромное количество маны, но если он покрывал даже обычного человека ею, он мог превратить его в нежить.
Тридцать минут. Час.
За этот короткий срок состояние Кан Тэхёна быстро менялось.
Его мана разбухала, а чувства сходили с ума.
В ночь перед началом войны, плоть Кан Тэхёна сгнила и все его ногти выпали.
Его мана стала могущественной.
И в тот момент, когда он встретил Джухвана, мана забушевала по всему его телу, источая влажный запах гнили.
Он понимал, что превращается в нежить.
Его руки, его ноги — они постепенно теряли все ощущения.
Поэтому, когда он выпустил свою ману в того человека, с решимостью умереть вместе с ним. Ему помешал единорог.
Он вытянул всю ману из своего тела, но она миновала Джухвана и рассеялась в воздухе.
Он понимал, что упустил шанс убить врага.
И теперь пребывал в таком состоянии.
Из-за одного маг-зверя всё было разрушено.
Если бы единорог не вмешался, мана поглотила бы Героя.
Если бы это случилось, то наверняка...
Он покраснел от ярости.
Когда хватка Джухвана усилилась, лицевые кости Тэхёна с хрустом перекосились.
Звук ломающихся и раскалывающихся костей отозвался в его черепе.
Мана того человека просочилось сквозь кожу.
В то же мгновение Кан Тэхён кое-что осознал.
Мана этого человека была очень похожа на его собственную.
«Почему..?»
Он не знал этого.
Но инстинктивно он понимал, что это была сила одного и того же типа.
Их мана смешалась, словно когда-то была единым целым.
«Хорошо... В таком случае...»
В отчаянной мысли о том, что он сейчас умрёт, поднялась единственная нить надежды.
Кан Тэхён широко раскрыл рот.
Кости лица, раздробленные и перекрученные под его хваткой, заскрипели.
Было больно.
Казалось, всё его лицо рассыпается.
«Еще немного»
Всё, что ему нужно было — нанести маленькую рану.
Одну маленькую царапину.
Если даже немного его телесной жидкости попадёт в тело этого человека, то тот, кого превозносили как Героя, превратится в нежить.
Он сдвинул раздробленную челюсть и направил зубы к ладони.
Пока лицо Тэхёна перекашивалось, форма его дёсен тоже исказилась.
Передние зубы, выскочив как у кролика, слегка впились в его ладонь.
К нему прилип лёгкий, рыбный запах крови.
Одна капля крови коснулась его языка.
Готово.
Рана определённо открылась.
Кан Тэхён улыбнулся.
Он собрал всю оставшеюся ману в своём теле и влил её в рану.
Его мана просочилась в рану на ладони Джухвана.
"Ке-ке-ке-ке-ке-ке-ке-ке..."
Как только телесная жидкость и мана Кан Тэхёна проникнут и смешаются с ним, то каким бы сильным ни был этот человек, он определённо станет нежитью.
Не было способа избежать этого.
Рот Тэхёна растянулся, и из него вырвался смех.
Не успел он даже закричать, как другая рука Джухвана коснулась его затылка.
Он подумал, что человек собирается свернуть ему шею, но нет.
Что-то вроде воздушного пузыря коснулось его кожи
Леденящее ощущение пробежало по позвоночнику и всему телу.
Было странно, учитывая, что он уже потерял все ощущения.
Лишь то, что дал ему этот человек, ощущалось с ужасающей ясностью, словно било прямо в мозг.
Джухван напряг руку и отшвырнул его.
Кан Тэхён отлетел назад и упал на спину.
Всё его лицо деформировалось.
Зрение сузилось, из-за провалившихся глазниц.
В этом сузившемся поле зрения Джухван послал ему небольшой огонёк.
Тусклый огонь, похожий на пламя свечи, полетел к нему.
Тэхён понял.
Герой так избавлялся от нежити
Он сейчас умрёт.
Но это было неважно.
Тот человек станет нежитью.
Он всем своим существом почувствует страх и отчаяние от того, как его тело трансформируется.
И тот, кого превозносили как Героя, станет худшим бедствием в этом мире.
Шевеля сломанной челюстью, Кан Тэхён расхохотался во весь голос.
"….По… лу… чи… лось. Ты… не-жи-ть."
Рот не двигался как следует, поэтому слова выходили невнятными.
Он хотел бы посмеяться над ним. Но тот человек наверняка понял.
Увидев, как изменилось выражение лица Джухвана, Тэхён убедился в этом.
Пламя ярко вспыхнуло перед глазами Тэхёна.
Взрывы один за другим отдавались в его теле, заложив уши.
На мгновение все потемнело.
Мгновение спустя, тьма и свет несколько раз сменяли друг друга, словно мигающая лампа.
Сквозь бушующее пламя вдалеке показалось лицо Джухвана.
Покрытый красными узорами от лица до рук, он выглядел как монстр.
Ему не суждено будет увидеть, как тот превратится в нежить, но одного этого вида было достаточно.
Кан Тэхён удовлетворённо улыбнулся.
Теперь ты нежить
Тэхён открыл свой пылающий рот и швырнул эти слова в Джухвана.
Он не знал, действительно ли получилось произнести их вслух.
Его тело постепенно рассыпалось и оседало на землю хлопьями.
Казалось, он стал карликом.
Лицо Джухвана смотрело на него сверху вниз.
«Почему он смотрит на меня с жалостью?»
Эта мысль вдруг возникла, а затем быстро исчезла.
Вместо неё перед его глазами всплыло лицо Чонхвы.
«Моя вторая половина, скитавшаяся от одного мужчины к другому в поисках любви, всегда одинокая моя вторая половина. Наверняка ты и сейчас плачешь от одиночества в другом мире».
«Чонхва, подожди меня. Я иду».
Джухван думал лишь о том, чтобы поскорее покончить с ним и вылечить Ёнхву.
Поместив несколько воздушных капсул в одежду Тэхёна, он взорвал их.
В это время Ёнхва спокойно стояла.
Она не выглядела так, словно испытывает боль, но как она могла не страдать?
Джухван осторожно взял ногу Ёнхвы.
Зафиксировав перелом, чтобы кости не срослись неправильно, он влил целительную ману.
Нога Ёнхвы мгновенно зажила.
Из-за спешки он использовал слишком много маны.
Место, которого коснулась его магия, светилось белым.
Казалось, туда вставили радужный камень.
И-и-и-и.
Словно говоря ему не волноваться, Ёнхва слегка поскребла копытом землю и заржала.
Лишь тогда Джухван почувствовал облегчение.
«Спасибо, Ёнхва».
Джухван произнёс эти слова и повернулся.
Тело Кан Тэхёна медленно рассыпалось в пепел.
Лишь его лицо сохраняло форму до самого конца.
Возможно, потому что именно там скопилось больше всего маны.
Джухван посмотрел на свою ладонь.
Там была небольшая рана, оставленная Кан Тэхёном.
Он попробовал влить в неё немного целительной маны, но рана не исчезла.
«Как я и думал».
В последний момент, когда Кан Тэхён нанёс эту рану, огромное количество маны проникло через ладонь Джухвана.
Он не смог её отторгнуть.
Словно она изначально принадлежала ему, мана Кан Тэхёна естественно смешалась с маной Джухвана и впиталась в него.
Казалось, запах гнили наполнил всё его тело.
Судя по тому, что Кан Тэхён сказал ему, это была попытка превратить его в нежить.
И тот верил, что это определённо удастся.
Был ли он уверен, потому что уже проделывал это несколько раз?
«Если бы ни Ёнхва, наверное, сработало»
Он не знал, как она это поняла и каким образом остановила.
Но Ёнхва вырезала узоры на теле Джухвана и не дала ему стать нежитью.
Словно подтверждая мысли Джухвана, узоры на теле медленно начали исчезать.
Это произошло примерно в то время, когда последний фрагмент маны Кан Тэхёна впитался в тело Джухвана и мерзкий запах, который он ощущал, полностью исчез.
В это время голова Кан Тэхёна, стоявшая одна среди пепла, рассыпалась как сухая пыль и повалилась набок.
Единственным фрагментом Злого бога на этой земле был теперь сам Джухван.
Вдруг в голову пришла пословица: «Когда заяц убит, охотничью собаку варят».
Теперь, когда Злой бог был уничтожен другим Злым богом, неужели теперь боги не попытаются избавиться от Джухвана?
«Ну да, вряд ли такое возможно».
Джухван горько улыбнулся и повернул голову.
Ёнхва потерлась мордой о его щёку.
Казалось, она говорила: «Слава богу, на тебя не подействовала мана того мужчины».
Правда... не знаю, что бы я делал без вас всех.
То ли обрадовавшись этим словам, то ли почувствовав гордость, Ёнхва выпустила небольшое облачко пара, и её глаза заблестели.
Ну что, теперь поможем остальным?
Когда Джухван вскочил ей на спину, Ёнхва понеслась в гущу сражений.
Джухван выпрямился и окинул взглядом всё поле боя.
Первыми, кого он заметил, были Даррен и король Тайрона.
Они находились далеко от Джухвана.
Но оба были верхом на конях, поэтому с первого взгляда можно было понять, как идёт бой.
Они сходились, размахивая огромными мечами.
Каждый раз, когда двое взмахивали клинками, солнечные блики слепили глаза.
Ману, которую они вливали в мечи, разносило во все стороны с такой силой, что даже Джухван её чувствовал.
Когда дело касалось владения мечом, Даррен, похоже, был лучше.
Но король отражал атаки с отточенным мастерством.
А в плане маны король, вероятно, превосходил.
Каждый раз, когда их мечи сталкивались, Даррена немного отталкивало.
Оба сражаются искусно.
С голыми руками — неясно, но если судить по владению мечом, Джухван, наверное, и до пяток тех двоих не дотягивал.
В любом случае их дуэль не разрешится легко.
Джухван перевёл взгляд.
Там, где скопилась нежить, ситуация была сложнее.
В отличие от тех, кто находился рядом с Тэхёном, нежить, выпущенная на поле боя, не могла отличать своих от врагов.
Среди тех, кто кричал от боли, были и вражеские солдаты.
После укусов, те обращались в нежить.
Враг или союзник — он не мог просто оставить их на растерзание.
"Но прежде..."
Всё ещё верхом на Ёнхве, Джухван наклонился в сторону.
Он протянул руку к ближайшей нежити.
Схватив нежить за голову, он влил в неё ману.
Он думал, не изменится ли что-нибудь после поглощения маны Тэхёна.
Если бы сила создавать нежить и его целительная способность встретились, может, произошло бы что-то новое.
Но ничего не вышло.
Джухван выдохнул и вытащил свой топор.
Когда союзники и враги смешались, даже у Джухвана не было другого выбора.
Ему придется уничтожать нежить одну за другой топором.
Ёнхва рванула вперёд.
Он стоял в самом центре хаоса, где солдаты и нежить сплелись в кучу.
Затем Джухван взмахнул топором.
Каждый раз, когда он взмахивал им, его магия била по нежити.
Тела нежити разлетались пополам.
Вдруг он заметил, как одного из союзных солдат оттесняет враг.
Ёнхва.
Рог Ёнхвы начал светиться
На телах сотен вражеских солдат начали появляться красные узоры.
Тем временем Джухван зачерпнул горсть пыли с земли и разбросал её в другом направлении.
Пыль разлетелась во все стороны.
Используя магию ветра, Джухван разнёс пыль ещё дальше.
Он использовал её, чтобы заблокировать лица солдат, угрожавших союзникам.
Их носы, рты и уши — все отверстия оказались разом закупорены.
Спустя мгновение их лица стали мертвенно-бледными.
Когда задыхающиеся вражеские солдаты упали на землю, солдаты Тайрона, чьи тела были покрыты красными узорами Ёнхвы, также попадали на колени.
На мгновение вокруг воцарилась тишина.
Но затем несколько солдат высоко подняли копья и закричали.
Уууууаааааа!
Через секунду все солдаты разом начали кричать.
Воодушевлённые поддержкой Джухвана и Ёнхвы, солдаты Симони издали клич, от которого содрогнулась земля.
Ход битвы мгновенно повернулся в их пользу.
Когда боевой клич прозвучал снова, некоторые вражеские солдаты побежали прочь.
Как известно, если дамбу прорвёт, вода хлынет разом.
При виде бегущих товарищей, солдаты Тайрона тоже начали отступать.
Лорды Тайрона и командиры пытались их остановить, но это было бесполезно.
Вскоре с другой стороны тоже раздался боевой клич.
Даррен сбил короля с коня.
Вероятно, тот зазевался, когда его солдаты упали на землю.
Даррен спрыгнул с коня и обрушил на него удары мечом.
Один раз.
Два.
Снова и снова.
Под повторяющимися ударами, король Тайрона в итоге перестал двигаться.