Том 1 · Глава 234. Так счастлива, что больно
『Перевод: brock-berrigan』
『Редактура: brock-berrigan』
Это был счастливый день.
Из тех, когда все с самого утра смеются.
Всё началось с того, что сказала Лиззи.
Джухван, я из-за живота свои ноги не вижу.
Лиззи вздохнула, пробормотав это.
И правда, если смотреть сверху, виден только круглый живот.
Джухван всегда считал поговорку «живот размером с гору» преувеличением, но увидев воочию, понял, что так оно и есть.
Живот казался куда больше лица и туловища. Пропорция почти невозможная для человеческого тела.
Но это выглядело мило.
Сдерживая улыбку, Джухван наклонился и на маленькие ножки жены надел обувь.
Сейчас Лиззи было уже трудно обуваться самостоятельно.
Закончив с обувью, он поднялся и протянул руку. Лиззи, тяжело дыша, ухватилась за его предплечье и собралась с силами.
Джухван положил руку ей на поясницу. Поддерживая жену, он осторожно помог ей подняться с кровати.
«Никогда не думал, что беременность
Круглый, выпирающий живот делал повседневную жизнь довольно тяжёлой.
То, что она не видела своих ног, было меньшей из проблем.
От короткой прогулки перехватывало дыхание, а когда она ела, по словам Лиззи, пища будто не проходила вниз. Вероятно, ребёнок давил на внутренности.
При ходьбе ей приходилось придерживать живот руками. Если так не делать — живот, по её словам, живот раскачивался так, что казалось, будто может упасть.
Но труднее всего было спать. Она говорила, что в любом положении неудобно.
Если лежать на спине — живот давил на тело. Если на боку — казалось, что живот свисает вниз.
Лежать лицом вниз было опасно для ребенка. Во-первых, из-за живота тело словно повисает в воздухе, а во-вторых, Лиззи боялась, что ребёнка раздавит.
Переворачиваться тоже приходилось, придерживая живот рукой. Сначала двигается живот, а потом за ним следует тело — так она описывала.
Глядя, как она ворочается, не в силах устроиться поудобнее, Джухван и сам страдал.
Сколько бы у него ни было целительной маны — страдания во время беременности он не мог облегчить.
Уф, уф… Всё хорошо. Я теперь сама смогу.
Перед тем как выйти из комнаты, Лиззи легонько похлопала по тыльной стороне ладони Джухвана. Она давала понять, что сама справится.
Видимо, ей было неловко ковылять и принимать помощь Джухвана перед семьёй.
Она всё время пыталась отстраниться, уверяя, что с ней всё в порядке.
И всё же.
Джухван не мог заставить себя отпустить её и пошёл вслед.
Вид Лиззи, идущей с рукой на пояснице, был милым, как у пингвинёнка, но живот был таким большим, что казалось, она может опрокинуться в любой момент. Отпустить её одну было слишком тревожно.
Так думал не только Джухван.
Когда они вышли наружу, Дороти, которая была с бабушкой и дедушкой, вдруг сказала:
У мамы живот такой, будто она сейчас укатится… Дороти очень волнуется.
Услышав это, его мама и папа разразились смехом.
Но Дороти говорила на полном серьёзе.
Дороти так волнуется, а все только смеются. Может, вам даже не жаль маму.
Дороти обиженно посмотрела на смеющихся бабушку и дедушку, а затем подошла к Лиззи.
Мама, всё хорошо. Дороти тебя подержит.
Своей крошечной ручкой Дороти крепко сжала руку Лиззи. Потом тихонько обратилась к животу:
Дороти
И лучше бы тебе уже выйти. У мамы живот стал слишком большим, это проблема. Старшая сестра так волновалась в последнее время, что не может спать.
Лиззи посмотрела на Дороти сверху вниз со странным выражением.
К этому времени мама и папа Джухвана уже буквально сползали на пол от хохота.
Джухван изо всех сил старался сдержаться, но чувствовал, что больше не может.
Было так смешно, что он мог умереть от смеха.
Но в следующее мгновение смех оборвался.
Лиззи растерянно произнесла:
Ох, боже. Кажется, малыш хочет выйти.
Отошли воды.
Ходили слухи, что первые роды часто запаздывают, но ребёнок в животе Лиззи не хотел ждать. Это произошло раньше, чем ожидалось.
Однако вся семья заранее получила наставления, так что все среагировали быстро.
Я побегу за акушеркой.
Папа тут же выбежал из поместья, а Джухван подхватил Лиззи на руки и отнёс обратно в комнату.
Папа приведёт женщин из деревни. Джухван, ты пока вскипяти воду. Ах, и принеси чистые тряпки, хорошо?
Мама ещё не договорила, а Джухван уже выбежал из комнаты.
За спиной он слышал разговор мамы с Дороти.
Дороти, иди помоги бабушке. Иди сюда.
Бабушка! Что Дороти делать?
Иди сюда и держи маму за руку. Помоги маме и малышу почувствовать себя в безопасности.
Хорошо.
«Хорошо».
«Нужно держать себя в руках».
Джухван налил воду в железный котёл и начал нагревать её магией.
Можно было бы вскипятить воду прямо в деревянной бочке, но магия Джухвана была слишком сильной — дерево могло загореться.
До нынешнего дня он никогда не считал это проблемой, но сегодня впервые пожалел, что не умеет тонко контролировать ману.
Но жалеть об этом не было времени.
Как только вода закипела, Джухван перелил её и отнёс.
Один, два — он поспешно носил вёдра с водой в комнату, пока мама не заговорила:
Успокойся, сынок! Ты всех остальных напугаешь.
«Нет, я вовсе не паникую».
«Я делал ровно то, что заранее представлял себе бессчётное количество раз».
Когда он так сказал, Дороти широко раскрыла глаза и заговорила:
Папа, но тут слишком много воды.
Услышав Дороти, он оглядел комнату — в ряд стояло больше двадцати больших деревянных бочек.
С таким количеством воды можно было бы открыть баню.
Лиззи хихикнула.
Джухван, вода нам понадобится ещё нескоро. Пока не так больно, я в порядке.
Не волнуйся. Ты ведь маг-целитель, ничего страшного не случится. Правда, всё хорошо.
Лиззи мягко улыбнулась.
Мама подошла и легонько похлопала его по руке.
Что это за мужчина такой нервный?
Пи?
Оз подошёл к нему и наклонил голову.
Только тут Джухван заметил, что его руки трясутся.
Дороти подбежала и взяла его за руку.
Папа, всё хорошо. Дороти здесь. Тебе не нужно бояться. Всё будет хорошо.
«Неужели я тут больше всех волнуюсь?»
Санта-блоха откуда-то выскочил и принялся кружить над головой Джухвана.
Хозяин, не волнуйтесь. Панг. Санта-блоха в совершенстве изучил процесс родов. Панг. Я готов к любой ситуации, так что, пожалуйста, следуйте моим указаниям. Панг. Сначала — вдох, три — вдох, три — хи-хи-ху. Панг. Повторяйте за мной. Хи — вдох, ху
Санта-блоха где-то пропадал и, видимо, ходил изучать техники дыхания для родов.
Он не переставал порхать перед носом Джухвана, издавая звуки: «хи-хи-ху, хи-хи-ху, ху, ха».
Крошечная грудь Санта-блохи то надувалась, то сдувалась.
Но что-то казалось немного странным.
«Разве это не дыхание по методу Ламаза?»
Как бы то ни было, Джухвану-то дышать незачем.
И всё же благодаря поведению Санта-блохи он успокоился. Возможно, Санта-блоха был здесь самым возбуждённым и взволнованным.
Спасибо. Я уже успокоился.
Вот как, хозяин? Панг. Рад, что смог помочь. Панг.
Санта-блоха развернулся и перелетел к Лиззи.
А теперь, госпожа. Панг. Ваша очередь. Панг. Пожалуйста, повторяйте за мной. Панг. Хи — вдох, ху — хи, хи, ху, хи, хи, ху, а потом
Похоже, метод дыхания Санта-блохи и впрямь был немного странным. Особенно последняя часть — ха, ха.
Может, это техника для самого последнего момента, прямо перед появлением ребёнка. Ощущалось, будто несколько техник дыхания свалили в одну кучу.
Тем не менее Санта-блоха продолжал кружить перед лицом Лиззи, демонстрируя то глубокие, то лёгкие вдохи.
Хи, хи, ху. Хи, хи, ху. Ху, ха. Ху, ха, ха, ха, ха…
Поняла!
Лиззи лежала неподвижно, но Дороти начала повторять.
Благодаря этому Лиззи и мама тоже расслабились.
Вскоре комнату наполнил смех.
Когда акушерка и женщины из деревни прибыли, мужчин выставили вон.
Джухван сел на один из стульев, расставленных в коридоре. Вдруг силы покинули его. При таком количестве женщин рядом он чувствовал себя спокойнее.
Мужчины при родах и правда ни на что не годятся.
Верно. Когда ты родился, я тоже только и мог что ждать в коридоре.
Папа говорил, глядя в пустоту, словно вспоминая далёкое прошлое. Потом мягко улыбнулся.
Когда ты родился, я был поражён тем, какой ты был маленький. Таким крошечным, я и представить не мог, что ты вырастешь таким большим.
Джухван не мог представить себя настолько маленьким.
Его папа когда-то впервые увидел сына, и теперь Джухван ждал своё дитя. Кровь передавалась бесконечно.
Это вызывало странно щемящее чувство.
Некоторое время спустя вышел и Санта-блоха.
С несколько удручённым видом он пробормотал:
Мне сказали, что я слишком шумный. Панг. Сказали, что отвлекаю и меня выставили. Панг. Но этот метод дыхания очень полезен. Панг. Это чудесный метод дыхания, который убирает боль и помогает ребёнку выйти. Панг.
«Всё-таки Ламаз».
Хотя, похоже, изучил он его немного неправильно.
Глядя на Санта-блоху, прикорнувшего на его пальце, Джухван рассмеялся.
Спасибо. Благодаря тебе я успокоился. И вся семья тоже.
…Это было не то, к чему я стремился. Панг. Тот метод и правда полезен для ребёнка и госпожи. Панг.
Папа, сидевший рядом, тоже негромко рассмеялся.
Потом выставили и Дороти.
Слегка опустив голову, ребёнок пробормотал:
Дороти старалась как старшая сестра, но сказали, что дети должны уйти.
Судя по словам Дороти, она всё это время разговаривала с животом Лиззи.
Конечно, её выставили.
Дедушка, папа и внучка сидели в коридоре.
Время от времени доносился слабый голос Лиззи, иногда — смех женщин.
Потом папа негромко произнёс:
Я и представить не мог, что настанет такой день. Я по-настоящему счастлив.
…Да, папа. Я тоже.
И правда.
Сердце всё ещё тревожно билось, но то, что наполняло это пространство, без сомнения, было счастьем.
Тревожные часы медленно тянулись.
И только спустя сутки они услышали детский крик.
Когда мама позвала его в комнату, в объятиях Лиззи лежал младенец с красными щеками. Он был заботливо укутан в белую ткань.
Глаза, нос, рот — всё было слишком маленьким, чтобы казаться человеческим. Вблизи даже кожа выглядела прозрачной.
Скорее не человек, а маленькая фея.
Лиззи посмотрела на Джухвана и улыбнулась, потом повернула голову.
Дороти застыла у двери.
Словно сломанная деревянная кукла, она стояла неподвижно, уставившись на Лиззи и младенца.
Лиззи мягко позвала Дороти:
Иди сюда, Дороти. Это твой братик.
Дороти осторожно подошла, будто боясь, что пол треснет под ногами, и заглянула в лицо младенца.
Потом посмотрела на Лиззи, перевела взгляд на Джухвана, затем на младенца и снова на Лиззи.
Повторив это несколько раз, она вдруг начала плакать.
Дороти, что случилось?
Когда Лиззи спросила, Дороти всхлипнула сквозь слёзы и прижала маленькую ладонь к груди.
Не знаю, мамочка. Дороти… так счастлива, но здесь болит… Не знаю почему, но я так рада и так счастлива, и всё-таки… здесь так сильно болит.
Из глаз Дороти хлынули слёзы.
Горько всхлипывая, Дороти сказала:
… Дороти так счастлива, что здесь болит… Мама, спасибо тебе за то, что родила малыша. Дороти так счастлива…
Мама и женщины расхохотались.
Джухван обнял их, а потом прижался головой ко лбу Лиззи.
Спасибо, Лиззи. Сегодня
Насколько же должен быть счастлив человек, чтобы лучший день в жизни приходил к нему снова и снова?
Когда он это сказал, Лиззи улыбнулась.