Том 1 · Глава 89. Мародёры

『Перевод: brock-berrigan』

『Редактура: brock-berrigan』

Наставник Джека лежал в доме, который предоставила деревня. Он не был в кровати — под ним лежала лишь одна шкура на плоской деревянной доске. Возможно, из-за клопов здесь просто не использовали постель.

Вокруг, в беспорядке, валялись окровавленные вещи, обрывки ткани и деревянная бочка с водой — похоже, Джек в одиночку пытался ему помочь.

Джек торопливо подбежал к Гвеллу и зашептал ему на ухо. Его руки дрожали — видимо, он был напуган.

—Учитель! Пришел целитель! Джухван — невероятен! Он вылечит вас!

Лиззи, чтобы не мешать, отвела Дороти в угол дома и молча наблюдала со стороны.

Джухван подошел к Гвеллу и осмотрел его левое плечо. Сквозь повязку проступала длинная глубокая рана — вероятно, от когтей Ортоса.

«Если бы это был обычный человек, он бы даже не смог пошевелиться. Невероятно, что он сам дошел до деревни».

Возможно, это стало возможным благодаря тому, что у него был запас маны.

Когда Джухван приложил руку к его плечу, он почувствовал сильный жар. Тело Гвелла было словно объято пламенем.

Когда речь идет о людях с запасом маны, лечение должно проходить постепенно. Если поспешить, мана Джухвана может войти в конфликт с маной владельца, что только усугубит рану. Об этом он узнал еще во времена работы в торговом караване.

Следя за выражением лица Гвелла, Джухван начал постепенно вливать в него свою ману. Тонкие, похожие на нити, потоки энергии начали просачиваться в рану.

Теперь он мог хоть немного ощущать поток маны — раньше ему это вообще не удавалось. Это был результат тренировок.

Однако точная работа всё еще давалась с трудом. Сражаться, не заботясь о контроле, было проще, но манипуляции с потоками маны казалось непосильной задачей. Наверное, дело было в том, что маны у Джухвана было слишком много. По ощущениям, это было сродни попытке перелить воду из целого озера в маленькую чашку.

Сбоку было слышно, как Джек судорожно дышит. Парень явно нервничал.

Джухван, не теряя самообладания, продолжал методично и настойчиво направлять маленькие дозы маны в тело Гвелла.

Тело Гвелла всё еще пылало жаром, но Джухван чувствовал, как начинает уходить лихорадочный зной.

«Сработало. Я вижу эффект».

Он не сомневался в успехе, но всё равно испытал облегчение, увидев реальный результат.

—О! Рана учителя затягивается! — вскрикнул Джек.

Он подскочил к Гвеллу и едва не уткнулся лицом в его рану. Ему не стоило приближаться так близко, ведь всё и так было прекрасно видно. Поведение Джека напомнило Джухвану Дороти, и на лице невольно появилась легкая улыбка.

«Теперь, когда я знаю его возраст, его ребяческая сторона стала особенно заметна».

Дыхание Гвелла постепенно выравнивалось. Горячий, прерывистый выдох, вырывавшийся из его груди, стал тише. Теперь его температура была лишь чуть выше нормы — как у обычного человека.

Увидев, что рана почти затянулась, Джухван убрал руку от плеча Гвелла.

Джек, все еще дрожа губами, посмотрел на лицо Гвелла, а затем отвернулся и низко склонился перед Джухваном.

—Спасибо. Огромное спасибо. Я... я никогда этого не забуду. В каком бы положении я ни оказался, что бы ни случилось, моя жизнь будет принадлежать вам. Правда... спасибо вам огромное!

—Джек, не стоит так говорить. Это была честная сделка. Твой учитель помог мне, а я помог ему. Мы просто обменялись услугами.

Джек покачал головой.

—Да, я не особо умный, даже глупый, но я знаю, что значит быть в долгу.

Джухван не стал больше ничего говорить, лишь дружески похлопал Джека по плечу.

Как следует, укрыв Гвелла одеялом, Джек неловко улыбнулся сквозь слёзы

Джухван с некоторым смущением обратился к мальчику. Сказать такое ребенку, чей наставник едва не погиб, было неловко, но другого выхода не было.

—Послушай, Джек, ты не знаешь, что нам делать с тушей Ортоса?

Джухван взялся за это задание не один. И без помощи, он бы не смог одолеть Ортоса. Награду за победу над маг-зверем предстояло разделить с Гвеллом. Однако тот лежал без сознания, и Джухван не знал, как поступить.

Заметив смятение на его лице, Джек нервно усмехнулся.

—Его можно просто забрать с собой. Я слышал, шкура у Ортоса слишком жесткая, так что просто так её не обработать. Если отнести в гильдию, они сами разберутся.

«Вот как».

Джухван мельком взглянул на Лиззи. На ее лице читалось разочарование. Вероятно, она сама хотела заняться обработкой шкуры. Она всегда пыталась быть полезной. Хотя Джухван понимал, что одного её присутствия уже достаточно, Лиззи все равно не унималась.

Джухван еще раз проверил состояние Гвелла. Температура пришла в норму. Через пару дней он должен быть в порядке.

—Передай своему учителю: когда проснется, пусть не делает резких движений. Ему нужно полежать несколько дней.

Джек послушно кивнул, но вдруг его лицо изменилось, будто он что-то вспомнил.

—Учитель просил передать кое-что, пока не отключился... Я как раз собирался сказать, пока шел к вам.

—Он сказал, что нужно быть осторожным с мародёрами. Он полагает, что внезапная атака Ортоса на деревню связана с тем, что маг-зверь сожрал мага среди мародёров — и с тех пор тот пристрастился к человечине.

Пусть магический зверь и принялся пожирать людей, поглотив пользователя маны.

Всё же между тем, как мародёры пришли в деревню, и моментом нападения маг-зверя, прошло совсем немного времени.

Гвелл, вероятно, подумал, что всё это время Ортос не трогал деревню, потому что охотился на отряд мародёров в этих краях. Но что-то ему помешало и тогда он пришел в деревню.

Магические звери — территориальные животные. Они охотятся в своих владениях. Возможно, мародёры бросили все силы на то, чтобы вырваться из владений Ортоса.

—Поэтому он просил быть настороже. Если в лесах остались выжившие солдаты, они наверняка превратились в обычных мародеров. А повозки, в которых едут женщины и дети, на них мародёры нападают охотнее всего.

Джухван кивнул.

Возможно, даже манера речи Джека была лишь попыткой казаться взрослым перед Лиззи. С тех пор как началось лечение Гвелла, маска Джека рассыпалась, и теперь он звучал как обычный подросток.

—Понимаю. Мне действительно стоит поблагодарить твоего учителя за все хлопоты.

Джухван сказал Джеку, что сам отнесет тушу Ортоса в гильдию, после чего развернулся к выходу.

«Значит, мародёры...»

Люди, загнанные в угол, — самые опасные. Их действия непредсказуемы. В такой погоне за выживанием их привычный взгляд на мир уступает место инстинкту.

Лиззи удивленно посмотрела на Джухвана. Упоминание мародеров, кажется, ее напугало — в ее глазах промелькнула тень тревоги.

«Я понял»

Для жителей пограничных деревень мародёры — одно из самых страшных бедствий. Джухван мягко обнял Лиззи за плечи и улыбнулся.

—Всё хорошо, Лиззи.

В душе у Джухвана тоже было неспокойно. Он стал гораздо сильнее с момента нападения гоблинов, но человеческая хитрость не шла ни в какое сравнение с природой магических зверей. С людьми бороться куда сложнее.

Пытаясь скрыть тревогу, Джухван крепче прижал к себе Лиззи.

В этот момент Дороти, которая до этого молча стояла рядом, подняла руки и замахала ими.

—Мама, а что такое мародёры?

Когда они вышли наружу, слушая объяснения Лиззи, их уже ждал единорог.

На фоне старых домов, леса и чистого голубого неба белоснежное существо выглядело как ожившая сцена из живописной картины.

Но суровая реальность была далека от этого.

Деревенские жители, стоящие в стороне, испуганно наблюдали за единорогом. Возможно, кто-то уже пытался приблизиться и получил хороший урок.

Увидев Джухвана, единорог обрадовался. Он подошел ближе, мягко покачивая гривой. Со стороны он был похож на домашнего питомца, с которым они прожили много лет.

—И почему ты постоянно за мной ходишь?

В ответ единорог посмотрел на него с обиженным видом.

«Странно...»

Джухван никогда не видел и не представлял себе таких единорогов, но это существо вызывало странное чувство дежавю.

Когда он погладил единорога по гриве, тот прищурил свои глаза с двойными веками. Казалось, ему было приятно.

«Кстати, и Оз, и этот единорог, кажется, понимают человеческую речь. Обычные магические звери так не умеют. Может, он тоже своего рода Рудольф?»

—Но я слышал, что Рудольф бывает только один, — пробормотал Джухван, сам не зная, почему решил это сказать.

—Точно, ему нужно дать имя.

В ответ единорог затряс гривой и уткнулся головой в плечо Джухвана. Его длинный белый рог коснулся его, словно он пытался что-то сказать. Он издал странный звук, похожий на фырканье, обдав Джухвана теплым дыханием.

Но люди вряд ли смогли бы понять язык магический зверей.

Пока Джухван с кривой ухмылкой пытался понять единорога, Дороти, державшая Лиззи за руку, вдруг высоко подняла руки, привлекая внимание.

—Папа! Можно я сама выберу имя? Я хочу сама придумать! Теперь я самая старшая сестра!

Джухван не совсем понимал, как статус «старшей сестры» связан с правом давать имена, но Дороти смотрела на него с предельно серьезным видом, ее глаза все еще были опухшими от слез. Казалось, она придумала нечто грандиозное.

—Хорошо, Дороти. Выбери красивое имя.

Девочка просияла и посмотрела на единорога.

—Орто! Твоё имя теперь будет Орто! Орто!

—Дороти, — вмешалась Лиззи,

—разве это не просто сокращение от Ортоса?

Дороти на мгновение замерла, ее взгляд метался из стороны в сторону. Затем она серьезно посмотрела на маму.

—Нет, мама! Я составила его из имен Оза и Тото!

«Ну нет, это слишком очевидно», — подумал Джухван.

Единорог, похоже, обиделся. Он сердито зацокал копытами по земле. Имя «Орто» явно не пришлось ему по душе. Но для Дороти это было окончательное решение.

Орто... Джухван еще раз повторил это имя, и Дороти торжествующе кивнула. Ей, кажется, самой очень нравилось это имя. Впрочем, ничего не поделаешь. И в жизни, и в мире магии редко всё идет именно так, как задумано.

—Что ж, Орто, надеюсь на сотрудничество.

Лиззи и Дороти рассмеялись.

Дороти выглядела такой гордой, будто не замечала, насколько нелепо звучит это имя.

«Пффф»

Единорог издал громкий, протестующий звук.

Тушу Ортоса плотно обвязали канатами и уложили на крышу повозки. Чтобы смягчить удары от тряски, подложили сено.

Сено, лежавшее вплотную к телу магического зверя, наверняка пропиталось кровью и запахом, так что использовать его больше нельзя. Жаль, но другого варианта не было. Хотя Джухван постарался максимально очистить тушу, идеальной чистоты добиться не удалось.

Из-за трупа Ортоса повозка стала выше. Джухван переживал, не перевернется ли она на поворотах, но повозка была достаточно массивной, чтобы сохранять устойчивость.

Он также беспокоился, справится ли одна лошадь с такой тяжестью, но единорог оказался на редкость сильным. Он тянул повозку легко, даже не выказав признаков усталости. Обычная лошадь с таким весом точно бы не справилась.

—Ну, поехали, Орто!

Джухван бросил это вдогонку, и единорог, всем своим видом показывая крайнее недовольство, высокомерно отвернул голову и зашагал вперед.

«Неужели он так сильно расстроен из-за своего имени?»

В бедных землях те, кто отбирает, и те, у кого отбирают, — все одинаково голодны. А мародёры, вынужденные скрывать свою личность, голодали еще сильнее.

Барон сжимая пустой желудок, жадно припал к воде. Он уже не помнил, сколько дней он пытается утолить голод, просто выпивая воду. От воды в животе раздавались жуткие звуки. Вероятно, из-за многодневной диареи.

«Проклятье...»

Он почувствовал, что одежда стала влажной. Барон поспешно огляделся, опасаясь, что его могут заметить. К счастью, его людей не было рядом. Все они выглядели изможденными, изнуренными голодом и усталостью.

От людей исходил тяжелый, тошнотворный запах. Из-за постоянной диареи и отсутствия возможности сменить одежду запах стал невыносимым. Впрочем, это мало что меняло в их положении. Барон проверял окружение лишь из чувства стыда и самоуважения.

«Как же мы до этого докатились?»

Королевство Тайрон и Симони находились в состоянии вражды на протяжении веков. Это не означало бесконечную войну — между ними случались перемирия, велась торговля и дипломатические переговоры.

Ни одна страна не способна воевать вечно.

Однако мелкие стычки и набеги на границах не прекращались никогда. Стороны заключали перемирие, тут же ссорились из-за приграничных земель и снова начинали войну.

Ходили слухи, что некоторые армии, прикрываясь маской бандитов, тайно проникают вглубь вражеской территории для грабежей. И дело было не только в Симони — говорили, что даже Тайрон, их собственная родина, по приказу короля использовала бандитов для набегов на соседние страны. Ситуация была критической.

Прошлой осенью барон сам совершил несколько набегов на маленькие деревни на границе Симони. Из-за нехватки рабочих рук и сокращения налогов в его владениях, у него не было другого выхода, кроме как грабить соседей.

Он понимал, что добыча будет невелика, но если бы не это, его люди просто не пережили бы зиму. В такие времена неважно, откуда ты — из Тайрона или Симони; если хочешь выжить, ты забираешь еду у тех, кто находится в таком же положении. Если не заберешь ты, завтра придет другой. Совесть здесь была не причем

Однако после набега он не смог вернуться в свои владения. На обратном пути они столкнулись с солдатами Симони. Вероятно, это был патруль пограничного герцога, который сразу отреагировал на грабеж. Несмотря на то, что людей было немного, их численность все равно превышала отряд барона.

В итоге, чтобы избежать столкновения, они ушли в лес. Барон позже горько пожалел, что не выбрал бой с солдатами.

В лесу они наткнулись на двуглавого магического зверя.

От одного воспоминания об этом у него по коже пробежал мороз.

Двуглавый маг-зверь, Ортос, сожрал его сына прямо у него на глазах. Сын был магом огня и обладал немалой силой, но его атаки не причиняли магический зверю никакого вреда. Это было все равно, что пытаться разбить скалу яйцом.

Смерть сына была быстрой и нелепой. Звук хруста костей, когда Магический зверь пожирал его, до сих пор стоял у него в ушах.

После этого число солдат барона продолжало сокращаться. И виной тому было не только лишь преследование магического зверя. По ночам подкрадывались волки — и каждый раз отряд терял одного или двух солдат.

Они отчаянно пытались уйти из владений Ортоса, но из почти двухсот солдат осталось всего тридцать.

Солдаты герцога поначалу преследовали их, но после того как барон ушел в лес, они перестали гнаться за ними. Вероятно, они знали о присутствии Ортоса.

Наверное, пограничные войска понимали, что барон обречен. Это было унизительно. Они знали, что не стоит бездумно заходить в незнакомые леса и горы, но совершили роковую ошибку в самый неподходящий момент.

Пока барон был погружен в свои мрачные мысли, к нему, запыхавшись, подбежал его подчиненный, который следил за дорогой.

—Милорд! Милорд! — он не мог перевести дух, его голос дрожал.

—Повозка... Повозка... К нам едет повозка!