Том 1. Глава 168
Джун, может, мне стоит снять заклинание перевоплощения перед битвой с Королем демонов? Чтобы хоть немного сэкономить ману или ментальные силы...
Я немного необычная, так что на использование магии у меня вообще не уходит ментальных сил, не волнуйся. А мана... если заклинание и развеется, то только когда я умру.
Не говори таких зловещих вещей!
Ха-ха! Правда, маны уходит совсем немного, так что не бери в голову. К тому же, если я сейчас признаюсь, что всё это время была в облике, возникнет лишняя путаница. Будет гораздо спокойнее, если я откроюсь уже после битвы с Королем демонов.
Джун была далека от хвастовства. Наверное, её слова о том, что это пустяки, были искренними.
В конце концов, даже во время столкновений с монстрами заклинание не развеялось...
Но почему же именно сейчас, когда магическая энергия исчезает?
От внезапно возникшей зловещей мысли Анаста яростно замотала головой.
Это ничего не значит. Битва с Королем демонов была такой тяжелой и изматывающей. Наверное, она просто потратила всю ману, победив его, вот заклинание и развеялось.
Однако просочившийся в душу холод было не так-то просто прогнать...
Глаза Анаста вскоре покраснели, и из них покатились слезы.
Робур, не знавшая причин, растерялась, когда Анаста внезапно разрыдалась. Она изо всех сил пыталась её утешить.
Анаста? Нет, неважно, что лицо изменилось, ты почему плачешь...! Ты подумала, что я тебя в чем-то упрекаю?
Анаста покачала головой.
Она хотела выплеснуть переполнявшую её тревогу, но с её губ сорвалась лишь мольба, обращенная к святой Марианне.
Джун... умоляю... о святая Марианна...
Майер Нокс до самого конца думал, что если удастся убить Короля демонов, то не страшно и погибнуть в данже.
Но с какого момента...
После встречи с Джун он начал мечтать о мирном будущем после победы над Королем демонов.
О жизни в мире без монстров, где можно было бы встречаться с ней, а если повезет — и жениться.
Но, в конце концов, это не было шансом, предназначенным ему.
Раз так...
Он хотел хотя бы подарить Джун то будущее, о котором она мечтала.
Не просто остаться в учебниках истории, а получить достойное уважение как одна из Семи героев — спокойное и почетное будущее.
То, что его не будет в этом будущем, разрывало сердце и оставляло пустоту, но...
По крайней мере, она, мой герой, жива.
Майеру было достаточно и этого.
Веки Майера медленно приподнялись.
Зрачки на мгновение сузились от режущего глаза солнечного света, но вскоре золотистые глаза сфокусировались.
Синее небо. Склонившиеся деревья. Ощущение земли под кончиками пальцев...
Ощутив яркий прилив жизни, Майер с трудом поднял свое обмякшее, словно пропитанная водой вата, тело.
Командир!
Знакомый голос. Это Аксион.
Майер повернулся к Аксиону, который смотрел на него с недоверием.
Вокруг него виднелись остальные, кто участвовал в битве с Королем демонов.
Неужели. Майер спросил, исказив лицо:
Вы тоже погибли?
Нет, дело в том...
Аксион сглотнул ком в горле.
Да. Похоже, это место не было загробным миром, куда попадают после смерти.
Тогда я выжил? Огаст, это он меня спас?
Однако он всё равно ничего не понимал.
Ведь у Огаста в то время, когда он убил Фабиана, не было ни такой святой силы, ни таких способностей.
Огаст мог исцелить почти умершего, но не мог воскресить того, кто был мертв окончательно.
А сам он точно убил себя... Он и подумать не мог, что выживет.
Ха, не знаю, как так вышло, но, видимо, мне не суждено было там умереть...
Радость, нахлынувшая на него, оказалась сильнее любых вопросов.
Будущее с Джун. Счастье рядом с ней...
То, от чего он уже отказался, снова оказалось в его руках, поэтому волнение было вполне естественным. Майер, непривычно для себя широко улыбаясь, огляделся вокруг.
Кстати, ребята, я выжил, почему у вас такие лица? А где Джун? Где Джун?
Майер искал ту, кто, как он ожидал, первой обрадуется его возвращению.
Она, должно быть, сильно злилась, что он выбрал смерть вопреки её воле... но, раз все они выбрались, значит, Врата открылись как надо.
Когда Майер спросил о Джун, лицо Аксиона исказилось еще сильнее. На лице, которое всегда оставалось невозмутимым даже в самых сложных ситуациях, выступили слезы.
Столкнувшись с такой неожиданной реакцией, Майер обеспокоенно спросил:
Почему? Почему вы молчите? Что-то случилось с Джун? Она сильно пострадала, когда выбиралась?
Сердце его ухнуло в пятки, пока он говорил.
Аксион и остальные участники экспедиции с мрачными лицами смотрели куда-то рядом с Майером. Майер наконец повернулся и посмотрел себе под бок.
Там неподвижно лежала Джун. Её форма Ордена Черных рыцарей была испачкана следами битвы, но лицо было чистым и спокойным.
...Джун?
Майер в замешательстве схватил Джун за плечи. Её хрупкое тело безвольно качнулось под его рукой, не оказывая ни малейшего сопротивления.
От неприятного, пугающего чувства Майер невольно поспешно отдернул руку.
Ему стало стыдно за то, что он вообще испытал такое чувство к Джун. Майер неловко улыбнулся и спросил остальных:
Она просто спит от усталости? Ну да, это понятно. Битва была очень тяжелой.
...
Ну так и сказали бы. Почему у всех такие лица? Вы меня напугали.
Майер с вымученной улыбкой упрекнул остальных.
Заместитель командира...
Когда все молчали, Джульетта заговорила, запинаясь. Её лицо было полно отчаяния.
Она спасла вас, командир.
Что?
После того как вы погибли, открылись Врата. Мы благополучно выбрались... а заместитель командира применила магию.
Лицо Майера исказилось. Он не мог поверить словам Джульетты.
Она маг поддержки. Воскресить человека, это же абсурд...
Кажется... у неё была скрытая магия.
Поскольку Джун никогда об этом не упоминала, никто не знал о «Весах души».
Но у любой магии есть своя цена.
Нельзя совершить чудо, превышающее возможности маны. Поэтому, даже не спрашивая, можно было понять, какова цена магии, возвращающей жизнь.
Себи пробормотал хриплым голосом:
Она думала об этом давно... еще с тех пор, как был основан специальный отряд. Возможно, она предвидела, что всё так обернется.
Себи вспомнил слова, которые Джун сказала ему сразу после поминальной службы по Отряду Зеленой тени.
Она сказала мне: даже если кажется, что я иду на смерть, у меня есть план. Что она на самом деле не собирается умирать...
Но теперь он понимал, какой план стоял за этими словами. И что это была ложь.
Себи, я когда-то солгала тебе. Мне очень жаль.
Себи сжался в комок, всхлипывая:
Заместитель командира... лгунья...
Нова обняла Себи. Лицо Новы тоже было залито слезами.
Майер ошарашенно смотрел на остальных.
Теперь он понял, что было причиной их скорбных криков, но не мог этого принять. Они наверняка просто разыгрывают его...
Майер перевел взгляд на лежащую рядом Джун.
Её опущенные ресницы дрожали на ветру, а приоткрытые губы, казалось, вот-вот выдохнут воздух.
Джун, вставай. Хватит шутить.
Майер потряс Джун. Её тонкое тело безвольно качалось под его руками.
Её хрупкая рука безжизненно упала. Рука, которая всегда крепко держала его, когда он терял равновесие, больше не поддерживала его.
Не смешно. Король демонов повержен, наступил мир. И что, тебя нет?
Он не хотел просыпаться в таком мире. Джун Карентия, о чем ты вообще думала?
...Вы пожалеете.
Я не жалею.
Ха.
Вспомнив их последний разговор, Майер тихо рассмеялся.
Ха-ха...
Смех вскоре перешел в рыдания.
Майер в отчаянии прижал Джун к себе. Если он не будет держать её, казалось, она вот-вот исчезнет.
Её обмякшее, безжизненное тело в его объятиях постоянно напоминало о реальности — она мертва.
Слезы катились по щекам Майера. Они падали на лицо Джун.
В отличие от легенд, слезы не сотворили никакого чуда.
Вы мне нравитесь больше всех, командир.
Голос Джун звучал в ушах. Именно так она сказала, когда пришла за ним, отправившимся в данж в одиночку.
Он не отрицал этого. Она любит Майера. Он признавал этот факт.
Однако, с другой стороны, он думал, что как бы сильно она его ни любила, это не сравнится с тем, как сильно он любит её.
Он думал, что даже если Майер умрет, Джун в конце концов будет жить хорошо...
Именно поэтому он не хотел верить в реальность, где она отдала свою жизнь ради него.
У меня тоже есть просьба.
Ложь.
Командир, не делайте опасных вещей и берегите свое здоровье.
Всё это ложь...