Том 1. Глава 205
Сезонный пропуск, глава 11
В отличие от меня, предавшейся праздным мыслям, граф Арундо, узнав Майера, вытаращил глаза. Он захрипел, словно его кто-то душил, и воскликнул:
В-Великий герцог Нокс!
При упоминании титула Великого герцога Нокса все присутствующие заволновались.
Е-если так, то…
Граф Арундо медленно перевел взгляд на меня с выражением лица, будто отказывался верить в происходящее.
Раз уж он так ждет, то оправдать его ожидания — дело чести.
Я сняла с себя магию перевоплощения. Благодаря «сувенирам», которые раздал Майер, даже те, кто никогда не видел меня лично, мгновенно узнали мое лицо.
Ваше Величество!
Все присутствующие в тюрьме в один голос воскликнули это и опустились на колени. Солдаты графа Арундо, осознав, на кого направили свои копья, побледнели и задрожали всем телом.
Я легкой походкой направилась к графу Арундо. Все расступались, и я без всякого сопротивления оказалась прямо перед ним.
Ну что, граф Арундо. Теперь я могу задать свой последний вопрос?
В-Ваше Величество, помилуйте! Я на всё отвечу. У меня и в мыслях не было предательства, просто…
Для человека, у которого не было мыслей о предательстве, ты наговорил довольно много дерзостей.
По спине склонившего голову графа Арундо градом катился холодный пот. Должно быть, он чувствовал себя так, словно идет по лезвию ножа.
Он молил о пощаде так отчаянно и жалко, что мне было лишь смешно. Подумать только, после всего, что он натворил, у него еще хватает наглости просить о милосердии.
Мало того, что он убивал невинных паломников, скармливая их монстрам, так еще и разводил чудовищ, серьезно угрожая безопасности империи. Я не могла простить его ни как героя, защитившего империю, ни как императора, обязанного её оберегать. Я с презрением посмотрела на графа Арундо и спросила:
Зачем ты разводил монстров? Чего пытался добиться?
…Э-это…
Граф Арундо несколько раз облизнул пересохшие губы. Похоже, он отчаянно пытался придумать хоть какое-то правдоподобное оправдание, чтобы смягчить мой гнев. У меня не было терпения выносить эту тягостную тишину, поэтому я отрезала:
Что бы ты ни ответил, твоя участь предрешена. Я спрашиваю не для того, чтобы дать тебе шанс оправдаться. Это лишь удовлетворение моего любопытства.
…!
Лицо графа Арундо, осознавшего, что я убью его в любом случае, независимо от его слов, стало мертвенно-бледным. Словно у человека, чей конец наступил внезапно и бессмысленно.
Неужели он ни разу не задумывался, что всё может так обернуться? Это было даже забавно. Совершить нечто столь ужасное и не ожидать, что это раскроется.
Пока я про себя насмехалась над самоуверенностью графа Арундо, из самой дальней камеры, что была в противоположной стороне от входа, послышался слабый человеческий голос.
У-угх…
Звук был очень тихим, но Майер и я не могли его не услышать.
Неужели кто-то из паломников еще жив? Охваченная тревогой, я прошла мимо графа Арундо прямо к той камере.
П-подождите, Ваше Величество! Прошу, подождите!
Граф Арундо отчаянно протянул руку, пытаясь меня остановить. Но прежде чем его пальцы коснулись меня, Майер силой швырнул его на пол.
Солдаты графа Арундо расступились в стороны, словно Красное море, и я уверенно двинулась дальше.
Открывай.
Стоило мне произнести это, как тюремщик дрожащими руками вставил ключ в замок. Щелк — и замок открылся.
Нет!
Граф Арундо закричал так отчаянно и скорбно, будто я открывала ящик Пандоры. Вместе с его криком раздался скрип — это отворилась ржавая железная дверь.
Внутри камера выглядела совсем иначе, чем та, что я видела первой. Всюду громоздились груды разложившихся трупов монстров, а в центре, свернувшись клубком, сидел человек.
Одежда в лохмотьях, спутанные волосы, слюна, стекающая с приоткрытого рта, и пустой взгляд, устремленный в угол потолка. Как ни посмотри, это был молодой человек, который явно лишился рассудка.
Он медленно повернул голову на незваного гостя, ворвавшегося в камеру. Лицо, показавшееся из-под грязных волос, было мне знакомо.
А…
Я тихо выдохнула. Альтер Арундо, младший сын графа Арундо, который, как говорили, не был в поместье, сидел в одиночестве посреди камеры, перепачканный в останках монстров, словно безумец.
Род графа Арундо был влиятельной семьей, долгое время управлявшей югом империи. Мало кто в империи стоял выше них. Они правили своим маленьким мирком на юге и наслаждались властью, не уступая самому императору.
Ситуация изменилась, когда открылись Врата и началась Война святых и демонов.
Перед лицом внезапно открывающихся Врат, вырывающихся монстров и угрозы жизни обычные люди оказались бессильны.
Участники экспедиции захватили власть, и мир зашатался. Это были дни хаоса, когда всё переворачивалось с ног на голову: верхи падали, а низы прибирали власть к рукам.
Ха, мы ведь защищаем земли графа, разве не стоит проявить хоть немного уважения?
Граф Арундо чувствовал унижение от того, что простолюдины, которые раньше не смели даже взглянуть на него, теперь кичились тем, что они участники экспедиции, и садились с ним за один стол.
Но меч был в их руках. Чтобы защитить свои земли, он внешне был любезен с участниками экспедиции, но внутри него всё кипело, словно бомба, готовая взорваться в любой момент.
В это время он увидел, как графиня Нерус, занимавшая схожее положение, спонсирует участников экспедиции, и его осенило. «Я так беспокоюсь, потому что боюсь, что род Арундо падет, вытесненный участниками экспедиции. В таком случае, наш род тоже должен стать участниками экспедиции».
Нестабильность — это другое название возможности. Если те, кто был ниже тебя, лезут вверх и угрожают твоему положению, значит, и у тебя появилась возможность подняться на ступень выше.
«Графиня Нерус спонсирует участников экспедиции, но этого недостаточно. В конце концов, верить можно только своей крови. Если следующий граф Арундо станет участником экспедиции, кто посмеет относиться к нашему роду с пренебрежением?»
С тех пор граф Арундо пытался сделать своего старшего сына участником экспедиции. Он навел справки о надежных отрядах и заключил сделку: если они возьмут его сына в подземелье и помогут ему пробудиться, он заплатит им целое состояние.
Но это был провал. Ошибка в оценке сложности подземелья. Сын, отправившийся туда с таким воодушевлением, погиб так, что даже тела не удалось найти.
Остался только слабохарактерный младший сын. Если и с ним что-то случится, род Арундо мог прерваться. Граф Арундо оставил попытки сделать детей участниками экспедиции и изо всех сил пытался сохранить свою власть, будучи обычным дворянином.
Но и этого было недостаточно. Король демонов был повержен, и на континенте воцарился мир, но над графом Арундо возвышались дворяне из числа участников экспедиции. В довершение ко всему, место наложницы императора также оставалось недосягаемым.
Поздно было жалеть. Король демонов был мертв, Врата закрыты. Шанс для тех, кто не был участником экспедиции, стать таковым, исчез.
Однако до ушей графа Арундо дошли неожиданные вести. Сообщалось, что некоторые из монстров, хлынувших в этот мир во время финальной битвы, выжили и скрываются, поэтому нужно быть осторожным и немедленно сообщать об их обнаружении в столицу.
«Да. Пусть я не могу войти в подземелье, но монстры, способные пробудить их, всё еще существуют». Граф Арундо, не теряя надежды, начал тайно разыскивать монстров.
Вскоре перед графом Арундо появился отступник Латро.
Жизнь отступника была сплошной несправедливостью. Те, кто когда-то был с ними одного уровня, процветали, наслаждаясь богатством и властью, а они жили, выполняя работу, ничем не отличавшуюся от наемничества. Только лишь потому, что в тот последний момент, в той битве, они отступили!
Все отступники, как и другие участники экспедиции, хотели стать дворянами. При этом из-за гордости участника экспедиции они не хотели, как все, совершать подвиги и начинать путь с рыцарей.
Особенно Латро, который был участником экспедиции 40-го уровня, острее чувствовал этот разрыв. Большинство тех, кто был с ним на одном уровне, сейчас были графами или виконтами.