Том 1 · Глава 37. Праздник и предвестие (1)
Здесь я задержу их один. Забирайте Арьена и отходите к Эверноду!
Резкий голос Квеноора Строфа прорезал метель.
За Рубежом приближался Гигант, и температура падала всё быстрее. Снег уже не просто заметал щиколотки — сугробы доходили до колен. Северные рыцари и солдаты один за другим исчезали в белой мгле под атаками слуг Бедствия.
Мы не можем вас оставить. Тогда умрём здесь вместе.
Я не говорил, что собираюсь умирать. Отступайте к крепости и готовьтесь к обороне.
Аура Квеноора сдувала снег вокруг него подчистую. Обычную тварь разрывало в клочья уже на краю этого давления, а достаточно сильных монстров его меч просто рассекал одним ударом.
Пока солдаты Эвернода отходили, сам Квеноор двигался вперёд.
Метель Рубежа будто вообще не могла его коснуться.
Отступите. Дальше начинается не ваша земля.
Его меч снова разрезал снегопад.
Вперёд вышли именные монстры.
Квеноор не остановился. Он шагнул глубже в метель.
Чёрная ночь поглотила его целиком.
Снег тут же засыпал даже следы.
.
.
.
…Чёрт.
Отвратительный сон.
В этот раз я даже не смог сразу подняться. Лежал на кровати и тупо смотрел в потолок.
То, что в романе когда-то было просто строчками текста, теперь хранилось в голове почти как настоящие кадры. Наверное, сказалось испытание венца. После него память о снегах Севера стала слишком живой.
Казалось, я до сих пор по шею лежу в той метели.
Я повернулся на бок и натянул одеяло выше.
Проснулся, Иллой?
Георг уже успел встать, пробежаться и помыться. Половина восьмого утра. Для меня — почти поздно.
Я медленно сел.
Даже в выходной встаёшь как проклятый. Откуда силы ещё и бегать с утра?
Вот уж действительно странность. Обычно ты сам поднимаешься раньше меня.
Я выдохнул.
Наверное, Георг из деликатности не открывал плотные шторы. Свет и утренний шум пробивались в комнату только через узкую щель.
Фестиваль ведь сегодня начинается?
Да. Госпожа Карин обещала встретить нас примерно к обеду и показать город. Не забудь время.
Я поднялся и отдёрнул штору.
До самого праздника ещё было несколько часов, но на улицах уже ходили люди в нарядной одежде. Почти все улыбались.
Не думал, что, приехав убивать Четвёртое Бедствие, попаду на такой мирный праздник,
Я вспомнил разговор с Квеноором.
«Во время праздника солнцестояния вам действительно не нужно ничего делать. С рыцарями Эвернода вы уже сработались, к походу готовы. Зачем ещё загонять себя?»
Мы пытались отказаться — мол, незачем освобождать нас от службы. Но Квеноор настоял: никаких патрулей, никакой помощи. Просто погуляйте с его дочерью и посмотрите, каким бывает летний Эвернод.
«Я тоже выделю один день. Не чувствуйте себя обязанными».
Не знаю, насколько тут было чему радоваться, но в итоге мы получили дополнительный отпуск прямо посреди подготовки к Бедствию.
Солнце полосой ударило в глаза. Я поморщился, снова задёрнул штору — и взгляд упал на Священный меч у изголовья и деревянную шкатулку под ним.
…
Я поднял шкатулку.
Подержал.
И снова поставил на место.
После первого испытания я ещё несколько раз надевал венец, пытаясь наконец пройти его проверку.
Я думал, меня снова отправят в заснеженную равнину.
Нет.
Каждый раз было что-то другое.
Иногда венец снова причинял боль. Иногда показывал кошмарные картины. Однажды пытал жаждой, в другой раз голодом, потом сонливостью, от которой невозможно было удержать глаза открытыми.
И ни одного испытания я пока не прошёл.
Хуже того: чем сильнее спешил, тем быстрее сдавался.
«Вот же проблема».
Из условий второй ступени Священного меча ни одно пока не казалось близким. Я был уверен, что с венцом разберусь раньше всего, а он внезапно оказался самым сложным.
Я тяжело вздохнул и окончательно встал.
Сходи пробегись. Голова прояснится. Если хочешь, я могу сделать ещё один круг вместе с тобой.
Георг бросил полотенце в корзину.
Я посмотрел на него как на особенно мерзкое насекомое.
Он, не понимая причины, только пожал плечами и распахнул шторы настежь.
Первое, что бросалось в глаза на празднике солнцестояния, — цветы.
Полевые, садовые, выращенные в горшках — весь Эвернод утонул в них.
Стоило глубоко вдохнуть, как аромат смешивался с запахом травы, дерева и тёплого ветра и заполнял голову. Цветы вплетали в листья, лозу и стебли, развешивали над дверями, на крышах, вывесках и окнах.
Я медленно шёл по улице, разглядывая десятки незнакомых растений.
Ух ты…
Дафна в белом платье смотрела наверх.
На фоне облачного неба в воздухе кружились лепестки. На Севере лето, похоже, одновременно заменяло и весну. Почти каждый прохожий носил на голове венок.
Красиво.
Столица всегда нарядная. А вот такой праздник там редко увидишь.
Георг тоже крутил головой по сторонам.
Даже Марианна, для которой это уже было выражением сильных эмоций, слегка расширила глаза, наблюдая за цветами.
В Святой Земле ничего подобного нет?
Она покачала головой.
Даже сегодня Марианна была в своей неизменной монашеской одежде.
Зимой у нас есть большой священный праздник. Летом
Она снова перевела взгляд на горшки и клумбы вдоль улицы. Тёплый ветер мягко раскачивал цветочные головки.
Мне стало забавно видеть, как Марианна настолько явно чем-то увлеклась.
Ну и как тебе?
…Красиво.
По всему городу стояли высокие столбы, оплетённые лозой. Под ними люди собирались в круг и танцевали.
Мы немного посмотрели на это и направились к усадьбе Строфов.
У ворот нас уже ждал Квеноор.
Впервые — в обычной одежде.
Простой лёгкий свитер с длинными рукавами. Вот зачем, спрашивается, всё время таскать тот тяжёлый меховой плащ, если можно выглядеть нормальным человеком?
Рядом стояла Принцесса Стальной Крови.
Квеноор положил ладонь дочери на плечо.
Сегодня она на вашей ответственности. Спасибо, что согласились. Ну что, Карин.
Девочка вышла вперёд.
Если забыть про «Стальную Кровь», выглядела она сейчас именно как маленькая принцесса. Чёрные волосы аккуратно собраны в два хвоста, длинная персиковая юбка со складками, рубашка с красной вышивкой.
Хорошо покажи гостям город. И сама не забывай веселиться.
Да, отец.
Карин мелкими шагами подошла к нам.
Дафна первой выскочила навстречу и протянула руку.
Карин несколько секунд смотрела на неё совершенно круглыми глазами, потом будто смирилась с судьбой и вложила ладонь в её руку.
…Я так счастлива,
Мы с Георгом одновременно скривили рты, наблюдая за ней с одинаковым выражением.
Карин. Береги сегодня нашу Дафну.
Давайте сначала поедим. Наверняка есть традиционные блюда, которые готовят только на праздник.
Еда? Отлично. Тогда я попробую эвернодский эль…
Напьёшься завтра.
Я ткнул Георга локтем в бок.
Совсем охренел. Принцесса Стальной Крови лично ведёт нас по городу, а он думает только о пиве.
Оставив Георга держаться за рёбра, я чуть наклонился к Карин.
Госпожа Карин.
Просто… Карин, пожалуйста.
Она моментально покраснела и смущённо отвела глаза.
Дафна рядом смотрела на это с каким-то нездоровым восторгом.
Эй. Осторожнее. Ещё стражу позовут.
Хорошо, Карин. Что ты хочешь на обед?
…Копчёного лосося… и картофельный хлеб.
Стоп.
Лосось?
Здесь есть лосось?
Хотя с чего бы ему не быть? Коровы, свиньи, овцы, куры существуют. А Север, если сравнивать с Землёй, — почти Аляска, Норвегия и Швеция в одном флаконе. Регион, где лосось обязан быть божественным.
Лето, конечно, не осень, когда рыба жирнее всего, но кого это остановит?
Я резко выпрямился.
Карин пришлось так же резко запрокинуть голову, следя за мной.
Идём. За копчёным лососем.
Священный меч явно не понимал масштаба события.
Лосось — это свет. Лосось — это справедливость. Его можно запечь, можно есть сырым, можно коптить — и всё будет прекрасно.
Теперь уже Георг и Дафна смотрели на меня как на сумасшедшего. Даже Марианна слегка прищурилась.
Ну и что?
Хочу лосося.
Я взял Карин за свободную руку и двинулся туда, откуда тянуло особенно вкусными запахами.
Дафна, державшая вторую ладонь девочки, поехала следом в комплекте.
Остальные потянулись за нами с крайне странными лицами.
Разумеется, копчёным лососем праздник не ограничивался.
Особенно хорош оказался картофельный хлеб.
Когда Карин назвала его, я представлял обычное тесто с картошкой. На деле в муку добавляли картофельный крахмал, и хлеб получался тонким, мягким и упругим. Его раскатывали почти как оболочку для пельменя, клали сверху овощи, сельдь или лосось и сворачивали.
Сочетание оказалось до неприличия вкусным.
Вот бы ещё выпить,
Он несколько раз пытался тайком заказать алкоголь, но каждый раз попадался мне или Дафне.
После еды стало проще спокойно осматриваться.
Карин всё ещё держала Дафну за руку и показывала нам разные места Эвернода. Владельцы лавок узнавали её и постоянно совали что-нибудь бесплатно, поэтому щёки Карин практически не успевали перестать быть надутыми от еды.
Может… купим по одному?
На очередной улице она остановилась у прилавка и показала пальцем.
Там продавали цветочные венки.
Я оглянулся. И правда — почти каждый прохожий, независимо от возраста и пола, носил такой на голове.
Дафна немедленно потащила Карин к лавке и вернулась с венками для всей компании.
Ну как, Иллой?
Она надела белый венок.
Тебе очень идёт.
Светло-розовые волосы и белые цветы сочетались почти идеально.
Карин в маленьком венке окончательно перестала хоть как-то ассоциироваться со словом «стальная».
Всем по одному.
Дафна раздала остальные.
Георг, явно заразившийся праздничным настроением, сразу водрузил венок на голову. Марианна некоторое время просто смотрела на свой, но под настойчивым взглядом Карин сняла головной убор и всё-таки надела. Разноцветные цветы очень красиво легли на серебряные волосы.
Теперь ты, Иллой.
Я посмотрел на венок в руках Дафны.
Она жестом велела наклониться. Стоило мне опустить голову, как цветы легли на волосы.
Дафна улыбнулась.
Тебе тоже идёт.
Цветочки на этой вечно недовольной физиономии. Великолепно.
Я хмыкнул и потрогал венок.
Дафна ещё немного посмотрела на меня, затем увела Карин искать следующее развлечение.
Я проводил их взглядом и невольно горько улыбнулся.
В голосе Священного меча слышалось непонимание.
Я ничего не ответил.
Снял венок.
На моей голове вообще-то должен быть другой.
Полевые цветы на мгновение наложились в памяти на терновый венец в деревянной шкатулке.
Я повесил цветочный венок прямо на рукоять Священного меча.
Он замолчал на середине фразы.
Вот. Поноси пока за меня.
[…]
Даже подходит.
Я усмехнулся, глядя на клинок с цветами на рукояти.
Священный меч ещё какое-то время молчал.
А я поспешил за остальными.