Глава 10. Призрачная стена

При одной мысли об этом у него начинала ныть спина. Чжоу Ань осторожно размял плечо — теперь, когда людей вокруг стало больше, путь по бесконечному коридору бомбоубежища уже не казался таким невыносимым, как во время его одиночного блуждания.

Лу И внезапно остановилась. Обернувшись, она пристально посмотрела на него и спросила:

—Откуда именно ты свалился?

Свет её фонаря ударил Чжоу Аню прямо в лицо. Он зажмурился от резкой вспышки, отвел руку девушки в сторону и неопределенно махнул куда-то назад.

—И как далеко это было? — продолжала допытываться она.

Чжоу Ань ненадолго задумался, прикидывая время, проведенное в пути.

—Примерно в восемнадцати километрах отсюда, — выдал он примерную оценку.

—Малыш, ты это серьезно? — Толстяк Ван, услышав цифру, тут же потерял самообладание.

Чжоу Ань сделал шаг в сторону, уходя от слепящего луча Лу И.

—С того момента, как я упал, и до того, как добрался до бассейна, прошло около четырех часов, — развел он руками. — Учитывая мой темп, если вычесть время на отдых, я шел и бежал достаточно долго, так что расстояние должно быть примерно таким.

—Тогда тут что-то не сходится, — нахмурился Толстяк. — Ты проделал такой путь до бассейна, потом мы вышли оттуда и идем уже три часа. В таком длинном туннеле не было ни одного поворота, и впереди, насколько хватает света, тоже ничего нет. Так не бывает!

Этот вопрос мучил Чжоу Аня с самого начала, но он так и не нашел ответа. При строительстве бомбоубежищ всегда учитывается рельеф местности: должны быть уклоны, повороты, развилки. Если бы существовал абсолютно прямой тридцатикилометровый туннель без единого изгиба или прилегающих помещений, люди, укрывавшиеся здесь, сошли бы с ума от одной только ходьбы по нему.

Вспомнив о комнате с бассейном, они принялись простукивать стены в надежде отыскать скрытые помещения. Если бы не гнетущая атмосфера, Чжоу Ань решил бы, что они участвуют в каком-то групповом квесте по поиску выхода из комнаты.

Внезапно шедший впереди мужчина с густой бородой негромко произнес:

—Господин Чжоу, а не попали ли мы... в «призрачную стену»?!

Так называемая «призрачная стена» — это феномен, когда человеческое восприятие притупляется. В состоянии помутненного сознания человек теряет ориентацию и начинает неосознанно ходить кругами, не в силах вырваться из ловушки. Обычно для этого нужны какие-то ориентиры, создающие иллюзию, которая заставляет мозг ошибаться. Но здесь не было ничего, кроме воды и голых стен. Они шли уже долго и явно не возвращались в исходную точку — они двигались только вперед.

Если бы Чжоу Ань продолжал этот путь в одиночку, его психика сдала бы уже через пару часов, порождая самые жуткие фантазии. Чжоу Цзяньлу негромко выругался в адрес бородача, призывая того к порядку.

Чжоу Ань продолжал внимательно осматриваться. Случайно подняв взгляд, он заметил странную деталь: высота потолка изменилась. Как человек, изучавший фотографию, он умел подмечать детали и выбирать правильные ракурсы — это было основой его обучения. Он был готов поклясться, что сейчас свод туннеля находился на другом уровне, нежели там, откуда они пришли.

Он направил луч фонаря на голову Чжоу Цзяньлу.

—Ты сейчас стоишь на чем-то? — спросил он.

—На грязи, — буркнул тот. — Скользкая, зараза. — Чжоу Цзяньлу для верности притопнул ногой, подняв в воде облако мути.

Чжоу Ань не сдержался и закатил глаза.

—А кроме грязи? Под ногами нет ничего, что делало бы тебя выше?

Старик, видимо, решил, что внук в нем сомневается. Он подошел ближе, воинственно выпятив грудь:

—Эй! Твой дед — метр восемьдесят чистого роста! Мне никогда не требовались стельки для увеличения роста!

Заметив, что старик в порыве праведного гнева готов разуться прямо в воде, Чжоу Ань поспешно его остановил. Он направил фонарь вверх, акцентируя внимание на своей догадке.

—Ты не заметил, что твоя макушка стала гораздо ближе к потолку?

Все это время они смотрели только вперед. По стенам и потолку скользили лишь мимолетными взглядами, проверяя, нет ли опасности, но никто не вглядывался в них по-настоящему. Услышав замечание, Толстяк Ван тоже задрал голову.

—А ведь и правда, — пробормотал он.

Толстяк примерился рукой к потолку, затем отбежал немного назад для сравнения и вернулся.

—Там, позади, потолок выше, а здесь он начинает плавно опускаться.

Это открытие заставило Чжоу Аня облегченно вздохнуть. По крайней мере, это доказывало, что они не в плену у сверхъестественных сил и не топчутся на одном месте. Жэнь Цуньшэн тем временем методично простукивал стену, вслушиваясь в отзвуки. Чжоу Ань перевел взгляд на поверхность стены, пустив луч фонаря вдоль неё. Хотя конца туннеля всё еще не было видно, в какой-то момент его пронзило странное чувство.

Присмотревшись, он понял: коридор не был прямым. Изгиб был настолько пологим и незаметным, что в полумраке человеческий глаз просто не фиксировал поворот. Казалось, это бомбоубежище строилось с каким-то особым умыслом — само проектирование таких коварных дуг наводило на неприятные мысли.

Только Чжоу Ань собрался поделиться своим открытием, как заметил, что все уже столпились возле Жэнь Цуньшэна. Они окружили участок стены, явно что-то обнаружив. Он сделал шаг к ним, но тут раздался оглушительный Бум!

Чжоу Ань замер, ошарашенно глядя на происходящее. Разве нормальный человек на такое способен? Жэнь Цуньшэн даже не воспользовался лопатой. Он просто отступил на шаг и с силой ударил по стене коленом. Крепкий красный кирпич тут же раскрошился, образовав пролом. Еще пара движений руками — и дыра расширилась настолько, что в неё мог пролезть человек. Не медля ни секунды, Жэнь Цуньшэн шагнул внутрь.

Увидев, как Толстяк Ван пытается повторить этот трюк и с болезненным стоном хватается за колено, Чжоу Ань почувствовал странное удовлетворение. Слава богу, за исключением пары монстров, остальные здесь всё еще были «нормальными людьми».

Они вошли в тайную комнату. Следом за ними хлынула мутная вода, подхватывая и кружа обрывки заплесневелой, пожелтевшей бумаги. Помещение напоминало архив или лабораторию. Повсюду стояли стеллажи, на которых в беспорядке валялись истлевшие картонные папки и лабораторные колбы. Дерево, долгое время находившееся в воде, источало тяжелый запах плесени. Чжоу Аню этот аромат напомнил запах дешевой кожи в салоне автобуса с включенным кондиционером — от него слегка подташнивало и кружилась голова.

—Уж не здесь ли проклятые захватчики испытывали свое химическое оружие? — Чжоу Цзяньлу подошел к нему с какой-то тетрадью в руках. Буквы на страницах почти стерлись. — Эй, студент, посмотри-ка, что это за символы?

Запах мокрой старой бумаги был невыносим. Чжоу Ань, прикрыв нос рукой, мельком взглянул на записи. Единственными уцелевшими символами были химические формулы: «CaO» — оксид кальция, он же негашеная известь, и «CuSO4» — сульфат меди. Похоже, догадка Чжоу Цзяньлу была верна: это место когда-то служило секретной лабораторией для разработки химического оружия.

Чжоу Ань повел фонарем по сторонам. Скорее всего, это была лишь одна из комнат, небольшая по площади, примерно как тот бассейн, что они видели раньше.

—В дневнике твоего деда было что-нибудь об этом месте? — Лу И, как всегда, имела привычку светить фонарем ему прямо в глаза.

Он не успел увернуться, как из угла донесся громкий Клац!

—Шэн-цзай, если ты не в духе, не обязательно разносить всё поместье, — бросил Чжоу Цзяньлу, направляясь к нему.

Жэнь Цуньшэн, проигнорировав замечание, опрокинул очередной стеллаж и продолжил простукивать стену. Глядя на него, Чжоу Ань перевел луч света на пролом, через который они вошли. Он внезапно осознал: изначально этого входа не было. Кто-то намеренно заложил проход кирпичом и замаскировал его под сплошную стену, чтобы скрыть существование комнаты.

Вопрос Лу И заставил его еще раз прокрутить в голове записи двоюродного деда. Нет, в его дневнике не было ни единого слова об этом бомбоубежище. Чжоу Ань почему-то вспомнил о знаках, о которых говорил Жэнь Цуньшэн, и, поддавшись необъяснимому порыву, принялся внимательно осматривать укромные уголки в поисках меток.

Это было лишь предположение, но когда у одного из высоких деревянных стеллажей он действительно обнаружил вырезанный иероглиф «Гань», сердце его пропустило удар. На душе стало неспокойно: он узнал этот почерк. У его двоюродного деда была характерная манера письма — горизонтальную черту в этом иероглифе он всегда завершал небольшим, загнутым внутрь крючком.

Эта метка отличалась от той, что нашел в воде Жэнь Цуньшэн. Чжоу Ань не знал, заметят ли разницу остальные, но для него она была очевидной. Подражая движениям Жэнь Цуньшэна, он изо всех сил толкнул стеллаж. Но не успел он рассмотреть, что скрывалось за ним, как что-то с глухим стуком рухнуло прямо на него.