Глава 105. Призрачные руки-распутницы

Мир вокруг становился всё более абсурдным. Найди Чжоу Ань здесь кости тираннозавра, он бы удивился меньше. С точки зрения логики, ископаемый ящер в скале выглядел куда естественнее, чем буддийское божество. Первая мысль была стандартной: статуэтку замуровали нарочно, и за ней скрывается потайной ход.

Он перехватил тяжелый фонарь поудобнее и начал бить его основанием по камню. Стук в тесном пространстве прозвучал неожиданно громко, заставив товарищей вздрогнуть.

—Что там? — У Тяньчжэнь, уже настроившийся на отдых, мгновенно подобрался.

—Всё в порядке, — не оборачиваясь, отозвался Чжоу Ань, — нашел в стене статую Будды, пытаюсь пробиться.

Ему нужно было занять руки и мысли, чтобы окончательно не опозориться с переполненным мочевым пузырем.

—Как выглядит? Золотая? Дорого стоит? — донесся издалека предвкушающий голос Толстяка Вана.

Чжоу Ань, чья рука уже начала неметь от тщетных ударов, усмехнулся. Этот пройдоха не менялся даже перед лицом смерти.

—Похоже на позолоченного Дицзан-пусу. Сам прикинь, сколько за такого дадут.

—Серьезно? Малец, не вздумай обманывать слепого! Поставь метку и ползи дальше, дай папаше Вану пощупать, настоящее ли золото!

Толстяк заерзал, пытаясь протиснуться вперед, отчего Лао Шань, зажатый между ними, разразился отборной бранью.

—Сиди смирно! — осадил его Чжоу Ань. — Я тут камень разбить не могу, а ты собрался целую гору на сувениры разобрать?

Поняв, что фонарь бесполезен, он решил пустить в ход армейский нож. Он попытался приподняться на коленях в узком лазе, чтобы дотянуться до чехла на поясе, как вдруг почувствовал легкое прикосновение к затылку.

Его словно током ударило. Кожа покрылась мурашками, а волосы на шее встали дыбом. Он резко обернулся, ослепляя фонарем того, кто был сзади.

Сразу за ним лежал Жэнь Цуньшэн. Его руки шарили по стенам, ощупывая камни. На свет фонаря он не зажмурился — глаза всё еще были затянуты пеленой слепоты, но, почувствовав внимание, он безошибочно «посмотрел» прямо на Чжоу Аня.

Парень коснулся своей шеи — пусто. Посмотрел на потолок — тоже ничего. Неужели Жэнь Цуньшэн просто случайно задел его в тесноте? Заметив, что Чжоу Ань замер, Шэн-цзай вопросительно наклонил голову, ожидая объяснений.

«Наверное, почудилось», — решил Чжоу Ань и, стараясь унять дрожь в руках, буркнул:

—Ничего, продолжай.

Он снова повернулся к стене и вонзил острие ножа в породу. Камень неохотно, но начал крошиться. Появилась надежда. Он удвоил усилия, но в этот момент чья-то ладонь нагло и уверенно легла ему на поясницу, после чего беспардонно скользнула ниже, почти к самым ягодицам.

Ярость вспыхнула мгновенно. Это было уже не просто пугающе, это было оскорбительно. В таком месте подобные шуточки могли довести до инфаркта.

—Да ты издеваешься?! — рявкнул Чжоу Ань, оборачиваясь. — Я сказал «продолжай» искать выход, а не щупать меня за задницу!

—Сяогэ, ты чего творишь? — одновременно с ним подал голос У Тяньчжэнь.

Жэнь Цуньшэн лишь нахмурился. В его скупой мимике Чжоу Ань уловил тень искреннего недоумения. И тут же из глубины туннеля донесся вопль Лао Шаня:

—Толстяк, скотина, ты куда свои грабли суешь? Убери руки, у меня нет таких наклонностей!

—Сам ты скотина! — взревел Ван. — Мои руки под моим же пузом зажаты! Цветастый, ты что, в такой дыре о бабах размечтался? Совсем стыд потерял!

—Тихо! — Голос Сяогэ прозвучал негромко, но властно.

Ссорящиеся тут же прикусили языки. В наступившей тишине Чжоу Ань почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что-то было не так. Не успел он осознать угрозу, как Толстяк Ван внезапно зашелся в истерическом смехе.

—Ой… ха-ха… черт! — Ван извивался, пытаясь отбиться от невидимого противника. — Что за хрень… ха-ха… оно меня подмышками щекочет!

—В отверстиях наверху что-то есть! — крикнул Сяогэ.

Чжоу Ань мгновенно направил луч фонаря на дыры в потолке каверны. Едва он заметил белое пятно, как Жэнь Цуньшэн навалился на него. В узком лазе места не было совсем, и вес Шэн-цзая едва не выдавил из Чжоу Аня остатки самообладания (и содержимого мочевого пузыря).

—Твою мать, ты меня сейчас раздавишь! — прохрипел он.

Но в ту же секунду там, где мгновение назад была голова Чжоу Аня, из отверстия в потолке метнулись две мертвенно-бледные руки с неестественно длинными пальцами. Сяогэ вовремя оттащил У Тяньчжэня назад, и когтистые лапы, клацнув впустую, втянулись обратно.

—Что это за твари?! Почему они ведут себя как озабоченные? — орал Толстяк Ван.

Чжоу Ань и Жэнь Цуньшэн оказались зажаты в тупике, буквально впечатанные друг в друга.

—Это руки! — крикнул Чжоу Ань остальным. — Призрачные руки лезут из дыр в потолке!

Жэнь Цуньшэн, прислушиваясь к шорохам наверху, внезапно выхватил нож и полоснул по воздуху. Одна рука дернулась, но другая успела вцепиться ему в запястье, пытаясь затащить в отверстие. Сила у твари была колоссальная — Жэнь Цуньшэна ощутимо подбросило вверх.

Он разжал пальцы, и Чжоу Ань, перехватив падающий кинжал левой рукой, резким движением снизу вверх отсек бледную конечность.

Брызг!

Их окатило фонтаном вонючей желтой жижи. Запах был тошнотворный, точь-в-точь как от разложившегося трупа.

Жэнь Цуньшэн, упершись ногами в стены, сумел оттолкнуться и кувырком уйти назад, поменявшись местами с Чжоу Анем. Теперь он возглавлял группу. Парень отдал ему кинжал и сам принялся кромсать лезущие отовсюду отростки. Оказалось, что отделенные от тела «руки» мгновенно теряли упругость, высыхали и превращались в некое подобие древесных грибов.

Отверстия в потолке были соединены в общую сеть. Твари, словно в дьявольском аттракционе «Убей крота», исчезали в одной дыре и тут же появлялись в другой. Вот только в роли «кротов» на этот раз выступали сами люди.

—Твою дивизию! Эта гадина меня за волосы хватает! — рявкнул Толстяк Ван и выстрелил в потолок. В таком тесном пространстве это было безумием, но пуля, к счастью, никого не задела.

Путь вперед был отрезан густым лесом тянущихся сверху рук. Стоило им схватить жертву, как они начинали тянуть её в узкие щели с такой силой, что кости начинали трещать.

—Назад! Быстро! — взревел Толстяк Ван, нащупывая что-то на поясе. — У меня сейчас голова лопнет! А ну, посторонитесь, сейчас я этих лапальщиков на куски разнесу!