Глава 44. Олдскульный Лао Шань с радугой на голове
Когда ярость застилает глаза, рассудку места не остается.
Пока Сяогэ и Жэнь Цуньшэн вдвоем сковывали движения исполинского змея, Чжоу Ань, извалявшись в угольной пыли, рванулся к софоре. Хвост монстра несколько раз проносился в опасной близости, едва не сбивая его с ветвей. Вид товарищей, избитых и окровавленных, подлил масла в огонь его гнева.
Он взобрался на самую вершину, где в густой листве виднелся просвет, открывающий вид на происходящее внизу. Дрожащими руками он выудил из сумки гранату.
Сюда, тварь! Это я прикончил твоих выродков!
Чудовище действительно пришло за местью. Сколько бы Чжоу Ань ни ползал по грязи, как бы ни пытался оттереться, запах разбитых яиц, казалось, въелся в саму его суть. Змей преследовал его с пугающей осмысленностью. Увидев врага на дереве в самой удобной для атаки позиции, гигантская рептилия, не раздумывая, развернулась и с разинутой пастью бросилась на него.
Чжоу Ань замер. В этот миг мир вокруг замедлился, превратившись в череду застывших кадров. Он не слышал ничего, кроме собственного хриплого дыхания и бешеного стука сердца. В голове шёл обратный отсчёт. На цифре «один» он со всей силы метнул гранату.
«Сдохни, паскуда!»
Змей был уже совсем близко, и снаряд влетел точно в его разверстую пасть. Не прошло и секунды, как раздался оглушительный взрыв. У Чжоу Аня даже не было шанса спрыгнуть: ударная волна швырнула его на скалы, после чего он мешком повалился на землю.
У ручной гранаты MKII задержка запала составляет от 4 до 4,8 секунд. У него был всего один шанс. Бросишь слишком рано — промахнёшься, слишком поздно — погибнешь сам. Оставалось только молиться, чтобы запаса удачи хватило на этот раз.
Наступила долгая, тягучая тишина. Чжоу Ань лежал на спине, глядя в небо, которое почему-то окрасилось в багровые тона. Он чувствовал, как из уголка рта стекает теплая струйка. А затем пришла боль. Она накрыла его с головой, разрывая внутренности, словно его заживо кромсали тупыми ножами.
Сознание не покинуло его окончательно. Он чувствовал, как кто-то несет его на спине. Каждое движение отзывалось в груди невыносимой мукой, заставляя его харкать кровью.
Динь!
[Внимание! Хозяин успешно завершил все задания по фотофиксации. Очки долголетия владельца гробницы добавлены к жизненному сроку Хозяина].
Услышав голос Системы, Чжоу Ань хотел было выругаться, но не смог выдавить ни звука. «Твою же мать… Я тут подыхаю, какая мне радость от лишних лет жизни?! Они что, боль снимут или с того света вытащат?!»
Оказалось… что в каком-то смысле — да.
Он провалился в небытие. В его памяти образовалась огромная черная дыра. Очнулся он уже в больничной палате, и это была не захолустная лечебница в уезде Цзифу, а нормальная городская больница. В палате он был один. Медсестра позже рассказала, что его привез какой-то мужчина: оплатил счета, дождался подтверждения, что жизни пациента ничего не угрожает, и исчез.
Еще она добавила, что он теперь местная знаменитость — его регенерация в несколько раз превышала показатели обычного человека. Это было сродни чуду. Всё это время за ним присматривал нанятый санитар.
Чжоу Ань разозлился. Старый лис Чжоу Цзяньлу смылся так быстро, что он даже не успел задать ни одного вопроса. Он попытался приподняться, но всё тело заломило так, будто его кости и органы только что собрали заново из конструктора.
В этот момент дверь с грохотом распахнулась. В палату, небрежно пережевывая яблоко, зашел мужчина. Увидев, что пациент пришел в себя, он изобразил удивление.
О, господин Чжоу, вы очнулись!
Ты еще кто такой?
Забыл представиться. Я ваш сиделка, зовите меня просто Лао Шань.
Лао Шань растянул рот в безупречной улыбке на все тридцать два зуба и протянул руку. Чжоу Ань пожал её, но не смог сдержать подозрения:
Послушай, на тебя никогда не жаловались?
На вид Лао Шань был ненамного старше его самого, одет в стиле панк, но больше всего поражала его шевелюра — длинные волосы всех цветов радуги. Казалось, у каждого волоска был свой уникальный оттенок. Чжоу Ань на миг подумал, что вернулся в эпоху «неформалов» начала нулевых.
Лао Шань, явно довольный своим видом, тряхнул гривой. Чжоу Ань уже приготовился услышать какую-нибудь пафосную цитату, но вместо этого парень вытащил из кармана сложенную гармошкой стопку бумаг и эффектно её развернул:
Санитар номер 138. Спектр услуг: от вправления костей до пришивания пуговиц. Выбирайте бренд «Лао Шань»
«…»
Доверия это не внушало. Что за странного типа подсунул ему Чжоу Цзяньлу? Неужели решил сэкономить и нанял самого дешевого фрика?
Кстати, господин Чжоу, ваши вещи я прибрал в шкаф. Проверьте, всё ли на месте. А вода в чайнике кончилась, я сейчас сбегаю.
Лао Шань свернул свою коллекцию дипломов, скрепленных скотчем, и, продолжая грызть яблоко, вышел из палаты с термосом в руках.
Чжоу Ань, превозмогая боль, сел и открыл нижний ящик тумбочки. Его рюкзак, с которым он прошел через лесничество Шанпань, действительно был там, хотя выглядел так, будто его достали из мусоровоза. Под ним он обнаружил и свой кривой нож. Значит, Чжоу Цзяньлу всё-таки вытащил его вещи.
От рюкзака исходил странный запах, но Чжоу Ань всё же выложил его на кровать. Внутри было всё: даже черный нефритовый кольцевидный диск «цзюэ» в форме Уробороса.
Какая от него польза? Может, это просто символ того древнего царства Сюаньюань, где жили люди с телами змей? Лу И искала что-то другое. Неужели в той гробнице осталось нечто более ценное?
Он поднял диск к свету. Узоры стали отчетливее, но разобрать их смысл всё равно не получалось. «Надо будет дома попробовать сделать оттиск на бумаге», — подумал он.
Вспомнив о Системе, Чжоу Ань мысленно спросил: «Я что, правда теперь проживу восемьсот лет?»
[Именно так, Хозяин. Срок вашей эксплуатации составляет восемьсот лет. Если за это время вас не зарэжут, не пристрелят и не случится иного фатального инцидента, вы действительно доживете до восьмисот].
Чжоу Ань нахмурился. «Ты что, в слова со мной играешь?» А он-то надеялся на полную неуязвимость.
[Хозяин, прожить восемьсот лет и быть бессмертным — это разные вещи. Так что дружеский совет: не ищите приключений на свою пятую точку].
«Кто бы говорил»,
Где сейчас остальные? Всё произошедшее казалось сюрреалистичным сном. Если бы не ноющее от ран тело, он бы точно решил, что сошел с ума.
Вечером Лао Шань заявил, что у него возникли неотложные дела, и попросил отгул. Чжоу Аню было только в радость избавиться от его компании.
Глубокой ночью его разбудил позыв в туалет. Кряхтя и опираясь на стену, он побрел в уборную. Палата была одиночной, так что, увидев закрытую дверь туалета, он не придал этому значения и просто толкнул её.
Взгляд тут же наткнулся на огромный черный мешок в углу. Он был туго набит чем-то тяжелым. Вряд ли это был медицинский мусор — для него есть специальные контейнеры. Такой мешок в палате выглядел более чем странно.
Любопытство взяло верх. Чжоу Ань приоткрыл край и застыл от ужаса.
В мешке лежало несколько обезглавленных иссохших трупов.