Глава 52. Я сейчас устрою скандал!

Если бы Чжоу Цзяньлу сидел смирно и не искал приключений на свою голову, Чжоу Аню не пришлось бы, проклиная всё на свете, тащиться следом за этим безумным караваном, чувствуя себя обиженным бастардом на побегушках.

Чжоу Ань угрюмо разглядывал своё отражение в оконном стекле. Вид у него был нелепый, точь-в-точь как у одного из Братьев-Хулу — и это одновременно злило его и вызывало нервный смешок.

Сяогэ, после того как Чжоу Ань объявил о своём намерении найти дядю, просто откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, мгновенно проваливаясь в сон. У Тяньчжэнь, почувствовав, что атмосфера в машине накалилась, попытался было выступить в роли миротворца и завязать непринуждённый разговор, но беседа быстро заглохла.

Двое суток они неслись по скоростному шоссе, прежде чем свернуть на просёлочные дороги. За это время Бородач пару раз подходил к Чжоу Аню, пытаясь изобразить радушие, но остальные участники экспедиции были на редкость неразговорчивы. Серьёзные, угрюмые лица, скупые жесты — из них и слова нельзя было вытянуть, не то что разузнать подробности похода.

Глядя на этих людей, Чжоу Ань понимал: у каждого в этом отряде в шкафу припрятан целый склад скелетов, а интриг в их головах больше, чем дырок в куске угля. Опасаясь сболтнуть лишнего и подставить самого себя, он тоже решил «отключить микрофон» и погрузился в молчание.

Спустя ещё несколько дней пути колонна машин наконец добралась до уезда Миннин.

Они не стали задерживаться в городке. Миновав 315-ю национальную трассу, караван нырнул в узкое ущелье между двумя горными хребтами. Дорога, извиваясь девятью крутыми петлями и преодолев шесть уровней серпантина, вывела их на плоское плато у самой вершины.

Выйдя из машины, Чжоу Ань увидел целый палаточный городок. На первый взгляд могло показаться, что сюда съехались любители дикого кемпинга, если бы не одно «но». Среди суетящихся людей он заметил знакомую фигуру — это был Пань Лаосы.

Лишь от него Чжоу Ань узнал, как распределены силы: экспедиция разбита на три группы. Первая, в которую входил Чжоу Цзяньлу, уже спустилась вниз. Вторая — это штабная группа управления, оставшаяся здесь, на плато.

А третья группа — это они сами.

Горы Люпаньшань в этой части представляли собой дикий, нетронутый цивилизацией каньон, который местные жители с суеверным ужасом называли Вратами Призраков. Им предстояло на тросах спуститься с четырехсотметровой кручи прямо в гущу девственного леса, а затем двигаться строго на запад.

Поскольку прибыли они рано, у группы было время перекусить и привести снаряжение в порядок перед спуском.

Жуя сухой хлеб, Чжоу Ань подошёл к самому краю обрыва и заглянул в бездну. У любого, кто хоть немного боялся высоты, при таком виде подкосились бы ноги.

—О, привет! Снова встретились, какая удача! — раздался за спиной чей-то голос.

Чжоу Ань обернулся и непроизвольно нахмурился. Что этот тип здесь забыл?

—Ты так сильно меня ненавидишь? — Парн подошёл ближе, скорчив обиженную мину. На нём была новая, ещё более кричащая гавайская рубашка, в которой он походил на пеструю тропическую бабочку. — Тот адрес, который ты мне дал в прошлый раз... он оказался фальшивым.

Чжоу Ань неловко почесал кончик носа. Он был уверен, что больше никогда не встретит этого парня, поэтому, когда Парн спросил, где он живет, Ань ляпнул адрес первого попавшегося борделя для женщин, где, по слухам, работали семь мускулистых массажистов. Ему показалось, что Парну такая «светлая дорога» очень пригодится.

Решив, что Парн пришёл требовать сатисфакции, Чжоу Ань, стоять у самого края обрыва стало как-то неуютно, и он сделал несколько шагов назад.

—Ты друг Лу И? Как ты здесь оказался? — Парн оказался на удивление деликатным. Заметив смущение Чжоу Аня, он легко сменил тему, не выказывая ни капли злости.

Но именно этот вопрос Чжоу Ань и хотел задать ему самому.

Однако не успел он открыть рот, как его взгляд зацепился за человека, выходящего из соседней палатки. Откинув полог, тот низко пригнулся и шагнул наружу.

В груди Чжоу Аня вспыхнуло яростное пламя. «Ага! Наконец-то я тебя нашел, мерзавец!»

—Стоять! — выкрикнул он, прежде чем успел подумать.

Крик получился настолько громким, что несколько человек с прожекторами, проходивших мимо, замерли и уставились на него.

Отступать было поздно. Чжоу Ань, стиснув зубы, решительно направился к цели.

—Что ты здесь делаешь? — выпалил он, остановившись перед мужчиной.

Слова уже готовы были сорваться с языка целым потоком, но Жэнь Цуньшэн опередил его. Он нахмурился и посмотрел на Чжоу Аня со странным, сложным выражением лица, буквально заткнув его своим вопросом.

Это было похоже на то, как если бы ты со всей силы замахнулся для удара, но кулак провалился в мягкую вату, а эта вата внезапно спружинила и дала тебе сдачи по лицу. Ощущение было крайне неприятное — словно ком застрял в горле.

—А почему это я не могу здесь быть? — огрызнулся в ответ Чжоу Ань.

Сегодня этот тип обязан выдать ему внятное объяснение. Иначе, клянусь, даже если Жэнь Цуньшэн прибьёт его на месте, Ань восстанет из мёртвых в виде злобного призрака и не успокоится, пока не докопается до истины!

Ситуация и так загнала его в угол, и если ему плохо, то пусть плохо будет всем.

Чжоу Ань считал, что его недовольство написано у него на лбу крупными буквами, но Жэнь Цуньшэн словно не замечал этого. Он холодно бросил:

—Твоя причина?

—Ха! — Чжоу Ань нервно рассмеялся от злости. Ладно Сяогэ допрашивал его о причинах появления в горах Люпаньшань, но теперь и этот парень лезет с тем же вопросом. Они что, сговорились поиздеваться над ним?! — С какой стати я должен тебе что-то объяснять? Это я должен спрашивать тебя!

На самом деле Чжоу Ань вовсе не горел желанием лезть в эти горы. Система лишь указала следующую локацию, но, что странно, не принуждала его и не грозила штрафами. Он вполне мог бы и дальше мирно присматривать за лавкой своего третьего дяди.

Но, во-первых, за ним пришла Лу И. Во-вторых, Чжоу Цзяньлу отправился «простукивать почву» для кого-то другого, и Ань за него действительно переживал. А в-третьих... он хотел спросить про ту старую фотографию.

Если бы он не нашел тот снимок в подвале склада, он бы и не узнал, что этот человек уже бывал в Лесничестве Шанпань много лет назад.

К тому же, к нему начали возвращаться обрывки воспоминаний о видениях после укуса змеи. Теперь он понимал: это не были предсмертные галлюцинации. Это происходило на самом деле.

Чжоу Ань не знал, как именно ему открылось прошлое, но раз Жэнь Цуньшэн и Чжоу Цзяньлу уже бывали в той гробнице, зачем они весь путь прикидывались новичками? Какую цель они преследовали?

Сначала он хотел вытрясти правду из Чжоу Цзяньлу, но раз уж первым попался Жэнь Цуньшэн, вопросы хлынули наружу, сметая все барьеры осторожности.

Он понимал, что его гнев выглядит со стороны необъяснимым и даже нелепым, но Чжоу Ань с детства терпеть не мог недомолвок. А когда он смотрел на Жэнь Цуньшэна, он невольно вспоминал тот необъяснимый удар ногой, и ярость вспыхивала с новой силой.

И кто, чёрт возьми, устроил тот пожар? Знал ли об этом Жэнь Цуньшэн?

Голова шла кругом.

Беда была в том, что перед ним стоял человек, напоминающий аутиста, запертого в собственном мире и органически не переносящего долгие разговоры.

Чжоу Ань был уже на грани истерики, когда Жэнь Цуньшэн, долго изучавший его взглядом, вдруг расслабился, словно убедившись в чём-то важном.

—Ты можешь возвращаться, — произнёс он совершенно спокойным тоном.

Эта будничная фраза подействовала на Чжоу Аня как ушат ледяной воды — он внезапно успокоился от запредельной ярости. Он понял, что Жэнь Цуньшэн вовсе не дурак и прекрасно видит чужие эмоции. Просто ему было абсолютно плевать, в каком состоянии находится собеседник.

Даже если бы Чжоу Ань сейчас начал кататься по земле в истерике, Жэнь Цуньшэн и бровью бы не повел.

Ань никогда не сталкивался с такими людьми, поэтому на мгновение растерялся. Единственное, что в нём уцелело — это ослиное упрямство.

—Ни за что, — отрезал он, вызывающе вскинув подбородок. — В этот раз я иду до конца!