Глава 59. Двойное восстание мертвецов нам не по карману

Чжоу Ань отчетливо помнил тот густой белый туман. Он помнил призрачных дев, в чьих руках покоились отрубленные головы. И одна из тех голов принадлежала именно этому человеку — Лао Шэ.

Заметив, как побледнел парень, Лу И с тревогой спросила:

—Что с тобой?

—Я видел его голову... — прошептал Чжоу Ань, не отрывая взгляда от трупа. — Там, наверху, в тумане. И на макушке у него была дырка. Маленький такой надрез.

Лу И тут же опустилась на колени и принялась осматривать голову Лао Шэ. Действительно, на темени обнаружилось аккуратное отверстие. Но вот что было странно: крови вокруг не было совсем. Она посветила фонариком прямо внутрь разреза и резко отпрянула, судорожно втянув воздух.

Внутри было пусто. Череп покойника превратился в пустую скорлупу — ни мозга, ни тканей, ничего.

В этот момент подошел Лао Ман со спутниковым телефоном в руках.

—Со Старым Чжоу связи нет, — мрачно доложил он. — Парн говорит, что его координаты не менялись уже очень давно. Сигналы остальных членов отряда разбросаны по всей округе. Похоже, они попали в переплет.

Чжоу Ань, стоявший рядом, почувствовал укол тревоги за Чжоу Цзяньлу. Этот старый лис и его люди ушли гораздо глубже, на следующий уровень, а там, судя по всему, было куда опаснее, чем здесь.

—Эй! Гляньте, что я нашел! Тут нора уходит глубоко вниз! — раздался голос Толстяка Вана. Он стоял метрах в ста от них, в густых зарослях терновника, и размахивал фонарем.

Дыра в земле была около метра в ширину и походила на логово какого-то крупного зверя. Она круто уходила вниз, и свет фонаря не достигал дна.

—Старики сказывали, — подал голос Пань Лаосы, — что в лесах водятся так называемые «могильные хряки». Они питаются только падалью и обожают селиться в сырых, темных местах. Может, это и была берлога того борова, которого мы завалили?

—Питаются падалью?.. — Молодой парень покосился на тушу кабана, лежащую под деревом, и его передернуло от отвращения.

Толстяк Ван широко развел руки, словно пытаясь обнять пустоту над лазом.

—Судя по моим замерам, габариты вполне подходящие. А вот живет там свинья или кто похуже — сейчас узнаем. Надо спускаться...

Договорить он не успел. Жэнь Цуньшэн просто оттолкнул его плечом и, не проронив ни слова, скользнул в темноту лаза.

—Эй! Ну и молодежь пошла, никакого уважения! — проворчал Толстяк, потирая плечо.

Следом за Жэнь Цуньшэном, так же молча, в нору нырнул Сяогэ.

Лу И начала раздавать команды:

—Часть людей остается здесь — продолжайте копать. Остальные — за мной, вниз.

Чжоу Аня нора не прельщала. Ему куда важнее было выяснить, найдутся ли здесь другие головы из тех, что он видел в тумане. Поэтому он вернулся к разрытым ямам.

—Эй, Тяньчжэнь, ты-то куда? — Толстяк придержал У Тяньчжэня, который тоже порывался пойти вниз. — Нам троим в одну дыру лезть не стоит. Останься наверху, присмотри тут за всеми, — прошептал он, многозначительно подмигнув.

У Тяньчжэнь сразу понял намек. Хоть они сейчас и были связаны контрактом, кто знает, не решат ли люди Лу И пустить их в расход в критический момент. Оставлять гору припасов без присмотра было нельзя.

—Хорошо. Только вы там с Сяогэ будьте осторожнее, — бросил он вслед другу.

Вернувшись к ямам, он застал Чжоу Аня за работой. Тот как раз выкапывал очередное тело в лохмотьях. Голова покойника наполовину сгнила. Пань Лаосы, которого позвали на опознание, лишь покачал головой:

—Не наш.

«Наверное, кто-то из туристов-дикарей», — подумал Чжоу Ань.

Тело А-Бяо всё еще не попадалось, зато они вскрыли еще несколько могил и нашли еще несколько знакомых лиц. Все они были из отряда Чжоу Цзяньлу — в ярко-оранжевых штормовках, с легкими признаками разложения и... абсолютно пустыми черепными коробками.

Пань Лаосы, разглядывая очередную дыру в макушке, задумчиво произнес:

—Малыш Чжоу, а что, если их мозги сожрал шаньсяо?

—Кто? — Чжоу Ань не слишком разбирался в народных поверьях, да и У Тяньчжэнь выглядел озадаченным.

—В старину говорили, — начал объяснять Пань Лаосы, — что шаньсяо — это горные демоны, которые больше всего на свете любят человеческий мозг. Лицо у него как у обезьяны, а руки — точь-в-точь человеческие, с пятью пальцами и когтями острее бритвы. Раньше бедные студенты, что шли в столицу на экзамены через леса, частенько становились их добычей.

—И что, эти твари до сих пор не вымерли? — усомнился У Тяньчжэнь.

Пань Лаосы смущенно усмехнулся:

—Да кто ж их знает. Я просто люблю старые байки. Гляжу на эти пустые головы — вот и вспомнилось.

Это были лишь догадки, ведь кроме трупов они пока ничего не встретили. Но обстановка всё равно нагнетала жуть: глухой лес, глубокая ночь, и они — не хоронят, а выкапывают мертвецов.

К тому же, они заметили две странности. Во-первых, ямы были расположены в строгом порядке. Тела лежали по три человека в каждой яме, образуя два ровных ряда, стоящих друг напротив друга на расстоянии около трех метров. Это напоминало две шеренги.

Во-вторых, все покойники были зарыты лицом вниз, в коленопреклонной позе. Их ладони были плотно сжаты. Когда Чжоу Ань разжал пальцы одного из них, он обнаружил там горсть земли.

—Ты помнишь, что рассказывал Пань Лаосы? — У Тяньчжэнь, копавший напротив, вдруг поднял голову.

Чжоу Ань вытер пот со лба и перевел дух.

—Ты про то племя, что ело грязь?

Они копали уже минут двадцать. Остальные давно ушли отдыхать к костру, и только эти двое продолжали возиться в земле. Разговор в могильной яме казался теперь чем-то само собой разумеющимся.

—Именно, — кивнул У Тяньчжэнь. — Смотри, они все сжимают землю в руках. Словно... словно они едят её прямо сейчас.

Чжоу Ань огляделся. Двадцать ям, более шестидесяти тел. В тусклом свете фонарей это лесное кладбище стало пугающе похожим на сцену из исторического сериала — словно древний пир, где гости застыли в вечном поклоне.

Он хотел было что-то ответить, как вдруг до его слуха донесся треск спутникового телефона. У Тяньчжэнь тоже замер. Они переглянулись и, не сговариваясь, прильнули ушами к сырой земле.

Звук шел снизу. Со стороны Чжоу Аня.

—«Тише... я уже ем... здесь так много всего!»

В лесу, где единственным источником света были их фонари, а вокруг лежали горы трупов, этот голос, пробившийся сквозь шипение помех из-под земли, прозвучал как смертный приговор. У Чжоу Аня волосы на загривке встали дыбом. У Тяньчжэнь побледнел не меньше.

—Ты слышал? — выдохнул Чжоу Ань.

—Слышал, — так же тихо ответил У Тяньчжэнь.

Это не было галлюцинацией. Голос шел из земли слева от Чжоу Аня. После той фразы сигнал на секунду пропал, а затем снова послышалось неразборчивое бормотание. На этот раз удалось разобрать лишь короткий, леденящий душу призыв:

—«Идите сюда... скорее...»