Том 10 · Глава 1342. Жестокая реальность
Уильям провёл Цянь Е вглубь лагеря, в свой кабинет.
На несколько минут он исчез во внутренней комнате, а когда вернулся, уже принял человеческий облик. В руках у него была толстая стопка документов. Он положил её перед Цянь Е:
Смотри сам.
Цянь Е взял бумаги и начал читать одну за другой. Чем дальше, тем мрачнее становилось его лицо.
Наконец он поднял голову:
Почему ты не сказал мне, что она стала главнокомандующей Вечной Ночи? Не говори, будто не знаешь, что между нами было.
Многое из прошлого Цянь Е и Е Тун никогда не являлось настоящей тайной. По мере того как росло их положение, старые истории распространялись всё шире. Теперь Цянь Е почти в одиночку поддерживал порядок на Крепостном Континенте, а Е Тун внезапно возглавила объединённую армию Вечной Ночи и даже не уступила Монарху Небесного Порядка. История о том, как когда-то Цянь Е ради Е Тун с боем прорвался из Империи, превратилась в легенду, известную по обе стороны вечной войны.
Неожиданным последствием оказалось лишь то, что и среди людей, и среди рас Вечной Ночи появилось немало молодых девушек, искренне восхищавшихся Цянь Е.
Уильям тяжело вздохнул:
Но сейчас между вами ведь уже ничего нет?
Это наше дело.
Уильям пожал плечами:
Некоторое время назад любой, кто осмеливался упомянуть при ней ваши прошлые отношения, погибал на месте, если слова доходили до её ушей. После того как она убила с десяток слишком болтливых типов, все поняли: прошлое она слышать не хочет. По крайней мере при ней никто больше не рискует его вспоминать.
Цянь Е молча слушал.
Уильям продолжил:
Ты сам знаешь, что на первом этапе освоения Нового мира оборотней вообще отстранили. Мы понятия не имели, как открылись врата, что на самом деле представляют собой настоящие врата Нового мира и что находится за ними. Почему она стала главнокомандующей, мне тем более знать было неоткуда, а повлиять на решение я никак не мог. И, если честно, я считал, что ты сам предпочёл бы этого не знать.
Цянь Е вздохнул и снова опустил взгляд на документы.
Эти цифры потерь настоящие?
Конечно. Если бы остальные три расы всё ещё справлялись, зачем им снова обращаться к оборотням? Другое дело, что способ, которым Совет забирает наши войска, для нас неприемлем. Иначе я бы не сбежал сюда. Только за последнюю неделю оборотни потеряли больше ста тысяч бойцов. Ха! Сун Цзынин и Чжао Цзюньду действительно не знают пощады.
Цянь Е не нашёлся что ответить. Он вздохнул и вдруг замер, увидев следующую страницу:
Эти боевые заслуги…
Уильям посмотрел на документ в его руках:
Всё настоящее. И всё записывается на неё. Надо признать, она невероятно сильна. Едва появилась
Он заметил выражение лица Цянь Е и тут же замолчал.
Цянь Е потёр висок:
Получается, за одну неделю из-за её командования погибло не меньше ста тысяч имперских солдат?
Так говорить неправильно. Они погибли от рук объединённой армии. Она лишь командующая — Уильям явно пытался смягчить удар.
Цянь Е долго молчал, затем положил донесение на стол:
Как она вообще смогла… так безжалостно?
Уильям хлопнул его по плечу:
Вот тут ты уже не прав. Наши два лагеря режут друг друга больше тысячи лет. Сколько крови и ненависти накопилось за это время? О какой неспособности поднять руку можно говорить? У неё ведь тоже есть родичи и друзья, погибшие от рук людей. Как считать этот долг? Если бы в тебе не было тёмной изначальной силы и статуса сына тьмы, мы с тобой тоже вряд ли смогли бы сидеть вот так мирно. Скорее всего, давно уже выясняли бы, кто кого убьёт. В личной встрече ещё можно чуть придержать руку. Но на большой войне пощадить врага
Цянь Е тихо сказал:
Я всё это понимаю. Просто… всё равно не могу принять. Ты не знаешь, какой она была тогда. Мы какое-то время жили вместе, и ей нравилась спокойная жизнь. Потом произошла та история, мы ушли в Нейтральные земли
Если ты говоришь о тех нескольких человеческих герцогах, то, по-моему, они сами напросились. Сидели бы в крепостях, чего полезли наружу? Не их убивать
Утешение Уильяма не помогло.
Теперь я и сам не знаю, что делать.
Уильям вздохнул:
Понимаю. Помочь тебе с этим я не могу. Но если нужен кто-то, с кем можно напиться,
Хорошо.
Оборотни почти поголовно любили выпить. Уильям тут же приказал принести несколько ящиков алкоголя и начал открывать бутылки прямо в кабинете. Цянь Е как раз хотелось заглушить мысли, поэтому он не отказывался ни от одной кружки. Вскоре вокруг них валялась уже целая груда пустых бутылок.
Цянь Е, знаешь, когда я впервые тебя встретил…
Пей.
Цянь Е, не думай так много. Мы с тобой всё равно ещё не Тёмные Монархи. А даже если станем
До дна.
Что бы ни пытался сказать уже заплетающимся языком Уильям, Цянь Е отвечал очередной полной чашей.
Через некоторое время Цянь Е, слегка покачиваясь, вышел из кабинета и исчез. Уильям же остался лежать среди пустых бутылок, оглушительно храпя и ничего не замечая.
К тому времени, когда Цянь Е добрался до герцогской резиденции в Городе Лазурных Волн, от хмеля не осталось и следа. Он немедленно собрал войска, поднялся на корабль и снова отправился осваивать Новый мир.
Только там, среди Священных Древ и армий зверей Нового мира, можно было хотя бы ненадолго забыть обо всех этих мучительных вопросах.
В одном Уильям был прав. Даже если Цянь Е станет Тёмным Монархом, он всё равно не сможет примирить два лагеря и развязать нынешний мёртвый узел.
Мирный Крепостной Континент был исключением, почти невозможным совпадением условий. Цянь Е всегда прекрасно это понимал: не будь именно этой эпохи, именно этого места и именно его самого — подобный порядок никогда бы не возник. Даже теперь, случись с ним что-нибудь, над спокойными землями очень скоро поднимется новая буря.
Ему оставалось надеяться лишь на почти невозможное: что Е Тун, Сун Цзынин и Чжао Цзюньду всё-таки сохранят хоть немного сдержанности и не станут любой ценой стремиться убить друг друга.
Но обмануть самого себя он не мог. Тяжёлые цифры потерь и одно за другим прославленные имена в списках погибших говорили слишком ясно: война дошла до стадии, где обе стороны уже сражались насмерть и почти не оставляли пространства для отступления.
Кто бы ни победил — Е Тун или Сун Цзынин с Чжао Цзюньду, — Цянь Е не представлял, как после этого смотреть в глаза живым. И тем более не знал, что сказать мёртвым.
Поэтому он выбрал бегство.
В центральной имперской крепости большая карта в командном зале была вся усеяна новыми отметками. Вокруг прежней центральной базы появились десятки символов, обозначавших стальные крепости. Они словно выросли из земли за одну ночь и продолжали множиться по мере развития войны.
Сун Цзынин стоял перед картой с глубоко запавшими глазами. Даже культивация уровня Божественного Воителя уже не могла скрыть его усталость. Он сильно растёр лицо, заставил себя собраться и взял несколько новых меток. Каждая из них означала крепость, которую должны были возвести в течение нескольких дней, — оставалось решить, где именно.
Имперские мобильные крепости прошли короткую проверку настоящим боем и теперь уже могли производиться серийно. При необходимости одну такую крепость можно было собрать буквально за ночь.
Из-за окна непрерывно доносился далёкий грохот пушек и выстрелов. Этот звук уже не прекращался ни днём ни ночью, и все давно привыкли к нему.
В дверь постучали. В кабинет вошёл Чжао Цзюньду.
Увидев его, Сун Цзынин сразу немного оживился:
Раз ты вернулся, значит, на передовой всё прошло неплохо.
Терпимо. Сегодня потери составили всего четверть состава.
По нынешним временам это почти хорошая новость.
Чжао Цзюньду перешёл к делу:
Я пришёл обсудить одну вещь. Думаю, ты и сам понимаешь какую.
Сун Цзынин на мгновение задумался, затем понял и кивнул:
Да. Пора решить это заранее.
Скоро я встречусь с ней на поле боя лицом к лицу. Я не хочу сразу использовать убийственные приёмы. Сначала посмотрю, как она ответит.
Сун Цзынин помолчал:
Ты играешь собственной жизнью.
Она всё-таки женщина Маленького Пятого. Я не смогу первым ударить насмерть. Но если она сама попытается меня убить
С её нынешней силой, если она действительно выложится полностью, ты… можешь не выдержать.
Чжао Цзюньду ответил спокойно:
Ничего страшного. Если я правда погибну, передай Маленькому Пятому: мстить за меня запрещаю.
Ты…
Я пришёл сообщить решение, а не спрашивать разрешения.
Сун Цзынин криво усмехнулся:
Ты правда думаешь, что она всё ещё помнит старую привязанность?
Если никто не вмешивался исподтишка
Хорошо…
В этот момент пушечный грохот за окнами резко усилился. Даже одна из батарей центральной базы вступила в бой. Светящиеся снаряды с воем пересекли небо и ушли в сторону далёкого воздушного корабля.
К кабинету со всех ног подбежал штабной офицер и ещё с порога закричал:
Господа! Армия Вечной Ночи подошла!
Сун Цзынин нахмурился:
Чего ты паникуешь? Армия Вечной Ночи уже давно здесь. По-твоему, с кем мы сражаемся все эти дни?
Офицер перевёл дыхание:
На этот раз иначе. Пришли настоящие главные силы. По меньшей мере двести тысяч… нет, триста тысяч! Представлены все четыре расы!
Чжао Цзюньду и Сун Цзынин переглянулись.
Чжао Цзюньду произнёс:
Наконец-то. И сразу удар всей мощью. Недаром Маленький Пятый выбрал именно её.
В глазах Сун Цзынина оставалась тревога:
Ты всё ещё не хочешь пересмотреть решение?
В людях я не ошибаюсь.
Он сделал паузу и добавил:
А если на этот раз ошибся
Сун Цзынин смотрел ему вслед, пока фигура Чжао Цзюньду не исчезла за дверью. Брови его сошлись ещё сильнее, и в конце концов он лишь тяжело вздохнул.
По земле Долины Чёрного Солнца армия Вечной Ночи растекалась подобно чёрному приливу, накрывая всё вокруг и двигаясь к имперской сети крепостей.
В небе непрерывно сновали воздушные корабли. Они доставляли на передовую бесчисленных солдат и тяжёлое снаряжение. Уже по количеству задействованных кораблей было ясно: Вечная Ночь поставила на этот удар огромные силы и явно хотела одним сражением решить исход кампании.
На земле появились все Четыре великие тёмные расы. Четыре армии двигались подобно четырём острым клинкам, направленным в имперские крепости. А над ними в воздухе стояли многочисленные знаменитые сильные воины — почти каждое имя было известно далеко за пределами своей расы.
Над армией демонов на палубе воздушного корабля стоял Анвен и смотрел на крепости впереди. Вокруг него бесконечно вспыхивали и гасли числа. Любое движение демонических частей внизу немедленно отражалось в окружающих его формулах.
В глазах Анвена тоже сменяли друг друга потоки данных. Он был предельно собран, однако тревога на лице становилась всё заметнее.
Вдруг рядом раздался голос Демонессы:
Ты правда думаешь, что таким образом можно командовать войной?