Глава 20. Слежка

Когда Ки Пунхан, Тан Хвагён и Хвано добрались до Кровавой Темницы, Двенадцать кровавых звезд и отряд Алых Облаков уже бесследно исчезли.

Лишь невыносимый запах крови и гниющей плоти взывал к справедливости вместо тех, кто встретил здесь свой несправедливый конец.

—У-ух!

Тан Хвагён зажал рот рукой, с трудом подавляя подступившую тошноту. Даже он, повидавший на своем веку немало смертей, не мог заставить себя смотреть на это душераздирающее зрелище.

Получив сведения о Кровавой Темнице от главы Врат Всеслышащих, группа Вихря разделилась. Когда Ки Пунхан объявил, что отправится в темницу только с Хвано, лица остальных помрачнели.

—Вы считаете, что мы уже опоздали? — спросил Квак Чхоль.

Ки Пунхан ответил бесстрастно:

—Как вы все знаете, Кровавую Темницу невозможно открыть обычным способом. Неужели в Альянсе Садо об этом не знали?

Все понимали опасения Ки Пунхана.

—Я лишь надеюсь, что мои догадки ошибочны.

Тан Хвагён настоял на том, чтобы пойти с ними. Своё желание он объяснил тем, что старикам нужно держаться вместе. И хотя Ки Пунхан был незаслуженно причислен к старикам, даже самый недогадливый Пхарён понял: Тан Хвагён просто хотел своими глазами увидеть Кровавую Темницу.

Возможно, его ученик, запертый в этих стенах, сидел в его сердце подобно занозе в горле. Было ли это беспокойство или страх — неважно.

Так или иначе, когда Ки Пунхан, Тан Хвагён и Хвано ушли к Кровавой Темнице, Квак Чхоль и остальные, охраняя главу Врат Всеслышащих, направились в филиал в Шэньси. Глава Врат Всеслышащих принял совет Ки Пунхана переждать там некоторое время и привести организацию в порядок.

—Что же здесь произошло? — закричал Тан Хвагён, зажимая нос.

В отличие от него, Хвано спокойно осматривал тела.

—Судя по состоянию тел, они мертвы уже несколько дней. Это была односторонняя резня — люди даже не могли сопротивляться. Ширина и глубина ран одинаковы, значит, действовал один человек.

—Кто же этот изверг? А, наверняка это дело рук тех ублюдков из отряда Алых Облаков!

Лицо Ки Пунхана, наблюдавшего за гримасой Тан Хвагёна, оставалось застывшим.

Их встреча произошла шесть лет назад. С тех пор командир группы мог смениться, да и не было гарантии, что она всё ещё жива. В конце концов, это была лишь мимолётная встреча, подобная дуновению ветра. Однако где-то в глубине души Ки Пунхан всё же надеялся, что не она была виновницей этого побоища.

Тан Хвагён, не разжимая пальцев на носу, начал осматривать трупы. Ки Пунхан догадался, что тот ищет своего ученика. Проведя немало времени среди груды тел, Тан Хвагён произнёс со сложным выражением лица:

—Моего негодника здесь нет.

В его облегчённой улыбке явно проскальзывала тревога.

—Не только вашего ученика, но и части узников здесь нет.

Ки Пунхан был в этом уверен. Среди убитых не было видно ни одного из крупных преступников, которых когда-то ловила группа Вихря. Если бы пропали один или два человека, можно было бы предположить, что они погибли где-то в другом месте, но их не хватало слишком много.

—По меньшей мере десяти человек.

—Ублюдки из Альянса Садо... что же они задумали?

—Это не их рук дело, — лицо Ки Пунхана было суровым.

—О чём ты?

—Они не сбежали, их выпустили.

—Что?!

—Здесь замешаны Союз Небесного Дракона и Девять сект и одна банда.

Тан Хвагён в изумлении поспешно переспросил:

—Хочешь сказать, они объединились с Альянсом Садо?

—К несчастью, похоже на то, — глаза Ки Пунхана блеснули.

Четыре года назад, после того как он покинул Союз, явно начал зреть какой-то заговор. Масштабный заговор, способный потрясти сами основы Канхо. Ки Пунхан чувствовал, что он сам, группа Вихря и Ёнхва оказались втянуты в этот эпицентр бури.

—И что ты теперь намерен делать? — Тан Хвагён вздрогнул от жуткого предчувствия.

—Пока что просто понаблюдаем.

—Что за беспечные речи?

Ки Пунхан усмехнулся:

—Вы знаете, что важнее всего при раскрытии заговора?

—Мальчишка, почему ты вечно спрашиваешь о том, чего я не знаю?

—Выяснить конечную цель этого заговора. Зная цель, можно предугадать следующий шаг. Но сейчас мы ничего не знаем.

Тан Хвагён кивнул в знак согласия, но тяжесть на душе не исчезла.

—Ты предлагаешь просто стоять и смотреть?

Ки Пунхан лишь загадочно улыбнулся.

В этот момент Хвано в недоумении склонил голову набок:

—Хм... странно.

Ки Пунхан подошёл к нему, чтобы осмотреть труп, который изучал лекарь.

—Эти раны нанесены не обычной ци меча.

Хвано раздвинул края почерневшей от разложения раны. Тан Хвагён, поморщившись, отступил назад. Ки Пунхан начал внимательно изучать след меча.

—Действительно, что-то не так.

Хвано достал из-за пазухи флакон с лекарством. Раздалось шипение. Когда он вылил жидкость на рану, та начала пениться.

—Что это? — спросил стоящий поодаль Тан Хвагён.

Хвано ответил как нечто само собой разумеющееся:

—Это называется «Эссенция всеобщего выявления». Она помогает определить внутреннюю мощь, которой была нанесена рана. Я сделал её когда-то ради забавы. Узнать конкретное боевое мастерство невозможно, но общее направление понять можно. На мастерство праведных школ она реагирует синим цветом, на демоническое искусство — красным, на буддийское — серым, а на даосское — жёлтым.

Тан Хвагён выглядел по-настоящему поражённым. Он подумал, что Хвано не зря называют божественным лекарем. Рана начала медленно окрашиваться в чёрный цвет. Хвано поднял взгляд на Ки Пунхана. Оба одновременно кивнули.

—Есть лишь одно искусство, дающее чёрную реакцию, — негромко произнёс Хвано.

—Небесный клан Черного Дракона! — спокойно подтвердил Ки Пунхан.

—Верно. Это их техника.

Взгляд Ки Пунхана стал глубоким. Некоторое время он о чём-то размышлял, а затем уверенно зашагал к выходу.

—Возвращаемся.

В это же время к постоялому двору у самого въезда в провинцию Шэньси подъехала карета. Группа из десяти человек была не кем иным, как Кваком Чхолем и остальными, кто отделился от Ки Пунхана и направлялся в филиал в Шэньси. Пхарён, добровольно вызвавшийся исполнять роль кучера, вовсю старался заработать очки симпатии.

—Позвольте помочь вам сойти.

Любая обычная женщина Канхо могла бы резко ответить на такую чрезмерную любезность, но Мэ, Ран, Кук и Чук годами притворялись кисэн. Они знали, как обращаться с мужчинами, и к тому же питали симпатию к группе Вихря, так что забота Пхарёна показалась им милой.

—Благодарим вас.

Улыбаясь, женщины по очереди сошли на землю, принимая руку Пхарёна. Тот настаивал на том, чтобы донести главу Врат Всеслышащих до комнаты на спине, но мастер вежливо отказался. Наблюдая за этим, Квак Чхоль всерьёз раздумывал, не подойти ли и не дать ли Пхарёну подзатыльник.

—Сдержись.

Пиён, как всегда, безошибочно считал мысли Квака Чхоля.

—Ладно. Этому олуху всё равно не будет больно, если его просто ударить. Тут нужно бить словом!

Вся компания вошла внутрь. Глава Врат Всеслышащих, чьё здоровье ещё не полностью восстановилось, сразу поднялся в номер, а Пхарён, которого никто об этом не просил, вызвался быть телохранителем дам и последовал за ними. При этом он не забыл прикрикнуть на официанта, чтобы тот подал лучшие блюда заведения.

Квак Чхоль, Пиён и Сорин заняли столик в углу на первом этаже и заказали вино с закусками. Сорин начала что-то показывать жестами.

—Пхарён выглядит счастливым? — спросил Квак Чхоль.

Сорин кивнула и продолжила жестикулировать.

—Приятно на него смотреть?

Квак Чхоль и Пиён одновременно усмехнулись. Квак Чхоль мельком взглянул на второй этаж, куда поднялся Пхарён. За все те годы, что они провели вместе, Пхарён ни разу не проявлял интереса к женщинам. Сам Квак Чхоль был опытным сердцеедом, способным развязать завязки на юбке любой женщины за время, пока пьётся чашка чая. Пиён тоже пользовался успехом: его холодность и отстранённость обладали особым шармом, трогавшим женские сердца. Но Пхарён всегда был в стороне. Возможно, он сам поставил на себе крест, но теперь, благодаря Мэ, Ран, Кук и Чук, его чувства начали пробуждаться.

Вскоре Пхарён, тяжело топая, спустился вниз. Его щёки раскраснелись — он явно был в восторге от того, что лично проверил комнаты и еду для дам.

—Буль-буль-буль.

Когда Пхарён залпом отпил вина прямо из кувшина, Квак Чхоль внезапно ущипнул его за ухо.

—Ай! Больно же!

—Неужели великий герой решил бросить свою маленькую жёнушку? — дурашливо пропел Квак Чхоль.

Пхарён широко улыбнулся:

—Ха-ха, ну пойми меня.

Счастье из него буквально лилось через край.

—Хорошо. Тогда ответь на один вопрос: кто из них тебе больше всех нравится?

Пхарён снова расплылся в довольной улыбке:

—Все!

Щёлк! Квак Чхоль отвесил ему щелбан, и только тогда Пхарён начал признаваться, застенчиво извиваясь:

—Сольран милая, Кук кажется доброй, Чук — красавица... но всё же госпожа Мэ...

—Значит, старшая? Хм, вкус у тебя, как всегда, в пятках. Как эксперт тебе скажу: младшая, Чук, — вот это идеальный вариант. Ведь для женщины...

Квак Чхоль хотел было сказать, что «молодая и красивая — лучше всех», но вовремя заметил взгляд Сорин. Когда она сердито нахмурилась, он тут же сменил тон:

—...Главное — это душа!

Сорин расцвела в улыбке. Приняв чашу вина от неё, Квак Чхоль начал листать первую страницу своего «секретного пособия по соблазнению»:

—Чтобы покорить женщину, нужно правильно понять её характер. Активная она или пассивная? Хочет она на кого-то опираться или у неё силён материнский инстинкт?

Пхарён широко раскрыл глаза, ловя каждое слово Квака Чхоля. Казалось, будь у него кисть и бумага, он бы начал записывать. Даже Пиён, делавший вид, что ему всё равно, незаметно навострил уши.

—Как думаешь, какой характер у госпожи Мэ?

—Ну, даже не знаю, — Пхарён почесал затылок.

Квак Чхоль с сочувствием цокнул языком и уверенно заявил:

—Госпожа Мэ — натура деятельная, и в ней очень силён материнский инстинкт.

—Э?

Не только Пхарён, но даже Пиён и Сорин удивлённо посмотрели на него. Внезапно Пхарён схватил Квака Чхоля за воротник:

—Ах ты, паршивец! Когда это ты успел с ней пофлиртовать?!

Квак Чхоль прищурился и медленно, чеканя каждое слово, произнёс:

—Я с ней и словом не обмолвился. Отпустите меня.

—Ох!

Услышав этот леденящий уважительный тон, Пхарён в испуге отпрянул.

Щёлк!

—Эх ты, дурень, такие вещи нужно уметь просчитывать.

—Но как ты узнал, если вы не разговаривали?

—Мэ, Ран, Кук, Чук!

—И что?

—Тот факт, что они носят эти имена вместе, означает, что они выросли плечом к плечу с самого детства, разве нет?

—Да, она так и говорила. Стой, ты точно не подбивал к ней клинья за моей спиной?

Щёлк! Очередным щелбаном Пхарён оплатил урок.

—Госпожа Мэ — старшая из них, верно? Каким, по-твоему, будет характер у старшей сестры, под чьим началом три младшие?

—А-а!

Только сейчас до Пхарёна дошло.

—И как же тогда подступиться к женщине с сильным материнским инстинктом?

Прежде чем ответить, Квак Чхоль заставил Пхарёна помассировать ему плечи, подлить вина двумя руками и даже вытянул обещание сыграть в кости пять раз. Лишь после этого он продолжил:

—Многие думают, что таким женщинам нужно показывать свою слабость. Так?

—Разве это не логично?

—В этом и разница между мастером и профаном. Глубокое заблуждение.

—Значит, нет?

—Конечно, поначалу такие женщины тянутся к мужчинам, о которых хочется заботиться. Но это просто их натура. Условный рефлекс. Как то, что у тебя слюни текут при виде вина, или как у Пиёна — сначала рубануть, а потом думать.

Пиён сжал рукоять меча, а Пхарён кивнул с таким видом, будто ему передавали секретную технику величайшего боевого искусства.

—Но в конце концов такие женщины устают. Они вечно о ком-то заботятся, но сами при этом остаются одинокими. Чтобы скрыть это, они стараются казаться ещё сильнее. Это замкнутый круг.

—Понимаю.

—На самом деле такая женщина в глубине души мечтает о мужчине, который защитит её саму. О надёжном человеке, которому она сможет доверять настолько, чтобы позволить себе расслабиться и просто быть собой.

Пхарён сжал кулаки, в его глазах вспыхнул огонь.

—Сегодня твой шанс. Когда вернёмся в филиал, такой возможности не будет. Женщины живут атмосферой. Какая атмосфера в этом унылом филиале? Вызови её сейчас, и погуляйте вдвоём под луной.

Слова «вдвоём» подействовали на пылающего Пхарёна как ушат холодной воды. Его воодушевление мгновенно сменилось унынием.

—Я не справлюсь.

Пиён и Сорин, которые тоже успели загореться, одновременно вздохнули.

—Просто рискни!

Квак Чхоль силой поднял Пхарёна на ноги.

—Ты, человек, который мечи в полёте отбивает, чего испугался?!

Сорин начала жестикулировать Пхарёну, который всё ещё пытался сесть обратно.

—Ты говоришь, у меня получится? Правда?

На этот раз даже Пиён неожиданно протянул ему чашу. Поддержанный всеми, Пхарён залпом осушил её и решительно встал. Но стоило ему сделать шаг, как ноги подкосились, и он рухнул обратно.

—Нет, всё-таки не могу.

Квак Чхоль схватил его за плечи и потащил за собой:

—Я помогу тебе. Верь мне.

Так они вдвоём поднялись на второй этаж. Квак Чхоль толкал Пхарёна в спину, словно быка на бойню.

—Не надо! А если она откажет?!

—Не переживай. Если откажет, я её прирежу.

Они уже приближались к комнатам главы Врата Всеслышащих и дам, когда дверь слева распахнулась. Из комнаты вышел мужчина в белых одеждах. Он мельком взглянул на толкающихся друзей и, пройдя мимо них, начал спускаться вниз. Дверь медленно закрывалась. Квак Чхоль непроизвольно заглянул внутрь. Словно в замедленной съёмке, перед его глазами промелькнула обстановка номера. Его взгляд на мгновение встретился с глазами одного из людей в комнате. Квак Чхоль тут же отвёл взгляд и посмотрел вперёд. Мужчина средних лет с острым разрезом глаз. Он не знал Квака Чхоля, но Квак Чхоль прекрасно помнил его. Это был Лиса с тысячью лиц, которого группа Вихря когда-то лично засадила в Кровавую Темницу. Дверь захлопнулась.

В ушах Пхарёна, шедшего впереди, прозвучала короткая техника передачи голоса Квака Чхоля:

«Тсс!»

Пхарён замер как вкопанный. Он мгновенно уловил сигнал тревоги в этом тихом шёпоте. Он осторожно обернулся. Взгляд Квака Чхоля был направлен на соседнюю дверь. Пхарён едва заметно кивнул.

—Эх ты, болван! Неужели правда духу не хватает? — закричал Квак Чхоль весёлым голосом, пятясь назад, хотя лицо его было предельно серьёзным.

—Не могу я, и всё тут! — Пхарён подыграл ему унылым голосом, хотя сам напрягся всем телом.

—Тьфу! Делай что хочешь!

Так же естественно они вдвоём спустились обратно на первый этаж. Пхарён, тяжело топая, шёл следом. Когда они спускались, жалобный голос Пхарёна через технику передачи голоса прозвучал в голове Квака Чхоля:

«Какая уж мне любовь с моим-то везением!»

Мужчиной в белом, прошедшим мимо них, был Сим Муджон из отряда Алых Облаков. Спустившись, он подозвал официанта.

—Мы скоро выезжаем. Всё готово?

—Да-да. Лошадей накормили, еда, которую вы просили, уже в карете.

Сим Муджон в сопровождении официанта вышел наружу, чтобы проверить повозку. Квак Чхоль и Пхарён сели за стол. Пиён и Сорин, поначалу удивлённые их быстрым возвращением, теперь внимательно следили за их глазами. Квак Чхоль смотрел вслед Сим Муджону. Пиён и Сорин проследили за его взглядом и снова уставились в свои чаши. Им не нужно было слов, чтобы понять друг друга. Квак Чхоль и Пхарён заняли свои места.

—Облака закрыли луну, так что романтика на сегодня отменяется.

Все сразу поняли, что скрывалось за этими тихими словами Квака Чхоля. Пиён, не сводя взгляда с мужчины на улице, негромко произнёс:

—Отряд Алых Облаков.

Квак Чхоль кивнул и прошептал:

—Прямо в руки приплыли.

Их тихий разговор продолжался:

—Сколько их?

—Точно не знаю. Но не меньше десяти.

Энергия, которую он почувствовал в комнате, явно не принадлежала одному или двум людям.

—Ну, теперь вы попались, ублюдки! — Пхарёну хотелось прямо сейчас ворваться в ту комнату.

—Нападём!

Квак Чхоль удержал его за дрожащий кулак и покачал головой:

—Нет. Сначала нужно точно узнать их количество.

—Вопрос в том, сняли ли они запечатывание, — заметил Пиён. Все кивнули.

Если печати сняты, четверо против десяти мастеров — расклад не в их пользу. Попытка захвата могла обернуться поражением. К тому же на них лежала ответственность за раненого главу Врат Всеслышащих и четырёх дам. Они обменивались бессловесными взглядами. Опасения Ки Пунхана подтвердились. Проблема была не в самом факте побега из Кровавой Темницы, а в том, кто за этим стоял.

Квак Чхоль, потирая подбородок, сказал:

—Похоже, запечатывание они ещё не сняли...

—Почему ты так решил?

Квак Чхоль мельком глянул на повозку за окном:

—Они передвигаются в карете. Если бы печати были сняты, им не нужно было бы прятаться в повозке, привлекая лишнее внимание.

—Тогда нападём сейчас. Если они снимут печати, будет гораздо сложнее.

И рассуждения Квака Чхоля, и поспешность Пхарёна имели смысл. Однако Квак Чхоль колебался. Важно было проследить за ними, чтобы узнать их цель и тех, кто за ними стоит.

—Решай быстрее. Кажется, они собираются уезжать.

Пхарён глянул в окно. Вдалеке Сим Муджон заканчивал осмотр повозки и готовился к отправлению. Все ждали решения Квака Чхоля. В отсутствие Ки Пунхана именно он руководил действиями группы. Квак Чхоль на мгновение закрыл глаза, погружаясь в раздумья.

«Как бы поступил командир?»

Наконец он пришёл к выводу, который, по его мнению, одобрил бы Ки Пунхан.

—Не стоит ворошить траву и пугать змею.

Это означало — следить и выяснить, кто стоит за всем этим.

—К тому же мы не можем подвергать опасности главу Врат Всеслышащих и его спутниц. Будем действовать осторожно.

Все согласились с его решением.

—Рён, ты заберёшь главу Врат Всеслышащих и вернёшься.

Пхарён мог бы возмутиться тем, что его исключают из дела, но он лишь молча кивнул. Эту работу всё равно должен был кто-то выполнить, и сейчас было не время для капризов.

—Командир вернётся в филиал в Шэньси, так что доставь их туда как можно быстрее и догоняй нас. На каждом перекрёстке я буду оставлять метки.

—Будьте осторожны, эти ребята непростые.

—Придётся вспомнить старое и воспользоваться этим.

Квак Чхоль достал из-за пазухи маленькую шкатулку. В ней лежала пара игл. Парные Иглы Неразлучников. Группа Вихря использовала их, когда требовалась предельно осторожная слежка. Эти иглы, созданные как пара, реагировали друг на друга на расстоянии до двухсот чжанов. Это было похоже на то, как пара драгоценных мечей начинает звенеть при приближении друг к другу. Разница была лишь в том, что когда иглы разделены, реагировала только одна из них — «Вон-игла».

В этот момент Сим Муджон вошёл в здание. Квак Чхоль тут же начал играть свою роль.

—Тьфу, глаза бы мои на тебя не глядели!

Квак Чхоль отвесил Пхарёну подзатыльник.

—Ах ты! Тебе не понять, что у меня на душе!

Пхарён грубо оттолкнул Квака Чхоля. Бах! Квак Чхоль упал прямо в сторону Сим Муджона, который быстро отступил на пару шагов.

—Ах ты щенок! Ты смеешь меня толкать?

—Ха! Тоже мне друг нашёлся!

Когда они вцепились друг другу в глотки, Пиён и Сорин бросились их разнимать.

—Ну всё, выпейте и успокойтесь.

Пиён усадил их на места, уговаривая. Это была обычная кабацкая потасовка, каких в любом трактире пруд пруди. Сим Муджон лишь мельком взглянул на них и снова поднялся на второй этаж. Он и не заметил, что в подол его брюк уже вонзилась одна из Парных Игл Неразлучников.

Когда Сим Муджон отошёл подальше, Вон-игла в руке Квака Чхоля мелко задрожала. Тот ухмыльнулся и спрятал её в обшлаг рукава. Поднявшись наверх, Сим Муджон открыл дверь в ту комнату, где отдыхали Двенадцать кровавых звезд.

—Мы выезжаем. Собирайтесь.

Когда он уже повернулся, чтобы уйти, в спину ему донёсся голос владыки Союза Кровавой Смерти:

—Когда с нас снимут эти печати?

Догадка Квака Чхоля подтвердилась — запечатывание всё ещё действовало.

—Не в моей компетенции. Узнаете, когда прибудем на место.

Сухо ответив, Сим Муджон вышел. Он постучал в соседнюю дверь и вошел. И Хён спала, прислонившись к стулу у окна. Безымянный старик и остальные мастера отряда Алых Облаков отправились в путь раньше. Они разделились, чтобы не привлекать внимания большой толпой. Только И Хён и Сим Муджон остались сопровождать Двенадцать кровавых звезд. Поскольку те всё ещё находились под действием запечатывания и приняли Трехцветную Пилюлю Безумия Души, проблем с ними не возникало. Сим Муджон на цыпочках подошёл к ней. На лице И Хён читалась крайняя усталость. Он осторожно укрыл её одеялом так, чтобы она не проснулась, а сам присел на кровать у входа. Им нужно было выезжать, но он решил дать ей поспать ещё хотя бы четверть часа.

—Муджон.

Оказалось, И Хён вовсе не спала.

—Простите. Я вас разбудил.

—Нет. Подготовка закончена?

—Всё готово.

И Хён поднялась со стула.

—Муджон.

—Да.

—Когда это задание закончится, уходи на покой.

И Хён безучастно смотрела в окно. Она всегда заботилась о его жене и ребёнке больше, чем он сам. Зная это, Сим Муджон намеренно перевёл всё в шутку:

—Ха-ха, я ведь только и умею, что мечом махать. Что я буду делать? Землю пахать? Торговать?

—Да. Паши землю. Торгуй.

В лунном свете она выглядела бледнее и изнурённее, чем обычно.

Затем И Хён тихо добавила:

—...Не вздумай умирать.

—...Слушаюсь.

Следующие слова Сим Муджон произнёс только про себя:

«Я не умру. Пока не увижу, что мой командир наконец счастлива — ни за что».

И Хён встала.

—Пошли.

—Да.

Они вышли из комнаты. Сим Муджон постучал в соседнюю дверь, и Двенадцать кровавых звезд последовали за И Хён. Они спустились на первый этаж гуськом. Несмотря на поздний час, в зале было полно выпивох, среди которых был и Квак Чхоль со своей компанией. Группа И Хён прошла мимо них под пьяные крики и смех.

—Эх ты, олух! Чтобы завоевать женщину, нужны смелость и старание! Скольких ты уже упустил из-за своей нерешительности? Дай-ка посчитаю... госпожа Сим из Камакколя, воительница Сон из школы Чханму, девица И из поместья господина Ёна, госпожа Ю, которую мы встретили на дороге... Ого, да их тут целых четырнадцать!

Последнее слово — «четырнадцать» — Квак Чхоль произнёс совсем тихо. Это число соответствовало количеству людей, прошедших мимо него: И Хён, Сим Муджон и Двенадцать кровавых звезд. Некоторых из них он узнал — именно их они когда-то засадили в Кровавую Темницу. Две кареты тронулись с места и покинули постоялый двор.

—Проклятье, сколько же их повылезало.

—Кажется, собрали самых отъявленных.

—Ну что же, пора и нам выдвигаться.

Как только кареты уехали, группа Вихря начала действовать. Пхарён, поднимавшийся на второй этаж, чтобы разбудить главу Врат Всеслышащих, обернулся к остальным трем.

—Берегите себя.

Квак Чхоль усмехнулся и крикнул вслед:

—И не забудь: покажи госпоже Мэ, какой ты сильный! Понял?

При упоминании госпожи Мэ Пхарён, до этого бодро шагавший по лестнице, споткнулся и дальше побрёл, крепко вцепившись в перила.

Две кареты въехали в ворота старой усадьбы. Три иероглифа на потрёпанной вывеске, выведенные причудливым почерком, казались зловещими, словно по ним стекала кровь.

Усадьба Плачущих Призраков.

Людьми, сошедшими на землю в этом мрачном месте, были Двенадцать кровавых звезд. Атмосфера усадьбы, пропитанная тленом и холодом, вызывала у этих мастеров тёмного пути чувство, будто они вернулись в родной дом. Они выглядели воодушевлёнными, словно гости, прибывшие на торжественный приём к старому мастеру, отошедшему от дел.

—До боли знакомый пейзаж, — произнёс Пэкма, толстяк из пары Демонов Небесных Пределов, озираясь по сторонам.

—Опять эти призрачные забавы. Видимо, тот мальчишка всё ещё балуется, — кивнул сухощавый Хыкма, глядя на густой туман, окутавший усадьбу.

Лиса с тысячью лиц вскрикнул от удивления:

—Неужели вы говорите о старшем Мудреце Долины Призраков, величайшем мастере потайных механизмов и боевых построений?

В этот момент из тумана донёсся зловещий смех. Перед ними предстал горбатый старик, один вид которого внушал невольный страх.

—Хе-хе-хе... В точку. Я и есть тот самый Мудрец Долины Призраков.

Он небрежно кивнул владыке Союза Кровавой Смерти и Демонам Небесных Пределов.

—Давно не виделись. Гляжу, всё ещё коптите небо.

Пэкма нахмурился от столь неучтивого приветствия:

—Какая дерзость.

—Оставь его. Этот наглец всегда таким был, — усмехнулся Хыкма.

Мудрец Долины Призраков лишь довольно расхохотался. Владыка Союза Кровавой Смерти смотрел на него с нескрываемым пренебрежением. Когда Союз Кровавой Смерти гремел на весь Канхо, Мудрец Долины Призраков был лишь одной из восходящих звезд боевых искусств. Хоть он и не мог сравниться с ними по положению или славе, всё же они принадлежали к одному поколению, правившему в те времена.

Остальные мастера, что были помоложе, переглянулись и невольно усмехнулись. Каждый из них был величиной в Канхо, но здесь их старший коллега, Мудрец Долины Призраков, воспринимался стариками как мальчишка. Это заставило их вновь осознать, насколько велик опыт владыки Союза Кровавой Смерти и Демонов Небесных Пределов.

И Хён и Сим Муджон почтительно поклонились старику.

—Для нас честь встретиться с вами.

—Ого, так ты и есть командир отряда Алых Облаков. Моложе, чем я слышал.

—Прошу вашей заботы.

—Глава Альянса много о тебе рассказывал.

И Хён слегка улыбнулась. Ей вдруг вспомнилось лицо Ён Чхонака, главы Альянса Садо. Независимо от того, нравилось ей задание или нет, он всегда ценил её и её отряд.

Закончив обмен приветствиями, Мудрец Долины Призраков повёл их за собой в туман.

Ш-ш-ш!

Туман расступался перед ним, стоило ему сделать шаг. Лица идущих следом стали сосредоточенными. Даже без объяснений было ясно: один неверный шаг, и ты окажешься в ловушке смертоносного массива.

В это время три тени наблюдали за ними издалека. Квак Чхоль, Пиён и Сорин затаились на деревьях, откуда усадьба была видна как на ладони. Глядя, как люди исчезают в тумане, Пиён прошептал:

—Построение Призрачного Преследования!

—Проклятье, задача усложняется, — пробормотал Квак Чхоль.

Это было одно из трёх величайших построений Канхо, наряду с массивом Великого Стяжания Уничтожения Кальпы и массивом Беспредельности Пяти Стихий. Вглядываясь в густую пелену, Квак Чхоль спросил:

—Сможем прорваться внутрь?

Пиён положил руку ему на плечо и покачал головой:

—Исключено.

—Я так и думал. Придётся ждать наших стариков.

На этом их слежка закончилась. Они достаточно слышали о мощи Построения Призрачного Преследования во время обучения, чтобы не рисковать понапрасну.

Тем временем Двенадцать кровавых звезд, миновав ловушки тумана, вошли в большой зал. Там их уже ждали мастера отряда Алых Облаков, прибывшие раньше. В центре на кресле старейшины сидел Безымянный старик. Двенадцать кровавых звезд выстроились перед ним в ряд.

—Благодарю за то, что проделали этот путь.

Взгляд Безымянного старика стал ещё глубже. Было очевидно, что с каждым днём он всё больше возвращает свою былую мощь.

«Значит, они решили не показываться».

Владыка Союза Кровавой Смерти ожидал встретить здесь главу Союза Небесного Дракона или главу Альянса Садо, но те предпочли остаться в тени.

—Давайте не будем тратить время зря, — прямо сказал владыка Союза.

Безымянный старик улыбнулся. Все здесь когда-то мечтали о власти над миром. Никто из них не уступал другому в умении плести интриги, поэтому пустые разговоры были ни к чему. По знанию старика воины отряда Алых Облаков внесли двенадцать небольших столиков. На каждом лежало одно и то же: свиток с методом снятия запечатывания и два корня снежного женьшеня в форме человека. Эти корни должны были послужить катализатором для быстрого восстановления внутренней энергии, которая долгое время была заблокирована. Сердца Двенадцати кровавых звезд затрепетали от предвкушения возвращения силы.

С грохотом воины вкатили большую подставку. На ней было выставлено всевозможное оружие: сабли, мечи, луки, шесты, топоры, алебарды, боевые кольца, веера, кинжалы. С первого взгляда было ясно — это редкие артефакты, ничуть не уступающие тем легендарным клинкам, которыми они владели раньше.

—Что вам от нас нужно? — спросил Смеющийся Будда Радости, поигрывая складками жира.

Даже лицо Маленького бога резни, обычно невинное, как у ребёнка, сурово застыло. Они прекрасно знали: бесплатного сыра не бывает, а чрезмерная щедрость — кратчайший путь к могиле.

—Ха-ха-ха, не напрягайтесь так. Вы станете моими руками и ногами и выполните для меня пару поручений. Если справитесь, эта весна будет для вас очень тёплой.

Никто не поверил его словам. Каждый из них в прошлом был равен главе великого клана, а то и превосходил его. И хотя Ю Сик, ученик Тан Хвагёна, Кым Джоксан и Лиса с тысячью лиц были чуть слабее остальных, это была лишь относительная оценка. Дело, для которого потребовались сразу двенадцать таких мастеров, не могло быть простым.

—Хе-хе, надеюсь, твоё «поручение» — это не принести голову главы Демонического культа?

—Типун тебе на язык, старый дурак! Не каркай.

От шутки Демонов Небесных Пределов по залу пробежал холодок. Каждый из присутствующих втайне уже подумал об этом. Если бы Альянс Садо действовал в одиночку, целью был бы Союз Небесного Дракона. Но раз это их совместный проект, оставался лишь один противник. Все взгляды сошлись на старике.

—Увы, Ки Чхонги — не тот человек, который позволит убить себя при обычном покушении. Если бы вы могли справиться сами, зачем бы им понадобилось звать меня?

В его голосе сквозила гордость и явное пренебрежение к способностям Двенадцати кровавых звезд. Но одно стало ясно наверняка: какую бы задачу им ни поставили, острие меча будет направлено против Демонического культа.

—А теперь ступайте отдыхать и восстанавливать силы. Зал для медитаций — в той стороне.

Первым задвигался Ядовитый Аид. Он молча взял свиток и снадобья со столика и направился туда, куда указал старик. Это послужило сигналом для остальных. Все последовали его примеру. Что бы старик ни задумал, первым делом нужно было вернуть себе боевое мастерство.

—Начнём через десять дней. Первое задание будет совсем простым. Учитывая внимание со стороны Демонического культа, достаточно будет одного или двух человек.

Так, под негласным покровительством Союза Небесного Дракона и Альянса Садо, началась миссия Безымянного старика и Двенадцати кровавых звезд.

Ровно через десять дней ворота Построения Призрачного Преследования открылись, и наружу вышли двое.