Том 1 · Глава 42. На полевых выездах Академии всегда случаются нападения (6)

Оскар стоял, прижавшись спиной к стене, воткнув меч в землю перед собой.

—Просто немыслимо.

Он смахнул кровь, стекающую со лба, и осмотрелся. Вокруг была лишь тьма.

Притченские леса и так славились своей мрачностью. Солнечный свет едва пробивался сквозь густые кроны даже в полдень. Неудивительно, что, оказавшись погребенным под тоннами земли и обломками, он не мог найти ни единого источника света. С этим Оскар еще мог смириться. Но...

—Откуда под лесом взялась пещера? Что это за сумасшедшая страна такая?

Оскар криво усмехнулся и поднял меч. От удара одна нога была сломана. Пожалуй, он смог бы передвигаться, опираясь о стену, но даже это далось бы ему с трудом.

«Может, подождать подмоги?»

Он был студентом. Естественно, после такого серьезного происшествия на занятиях должны были прибыть спасатели.

К тому же, в кармане у него лежали три бусины-маячка. Он слышал, что каждая из них — магический артефакт с функцией слежения.

Так что, если не случилось непредвиденного, безопаснее всего было оставаться на месте. Но...

«А те двое выбрались?»

В этом и крылась проблема. Три бусины означали, что он отобрал их как минимум у двух человек. Он победил двух однокурсников и забрал их маячки. Ничего не поделаешь, таковы правила экзамена, но теперь, когда все пошло наперекосяк, это вызывало тревогу. Фактически, он лишил их средств спасения.

Если они остались погребены под этими обломками, их просто не найдут.

Оскар тяжело выдохнул. Боль от перелома просто сводила с ума. И все же...

—Я должен их спасти.

Он стер выступившую кровь. Зеленые глаза блеснули в темноте.

Он должен их спасти.

Потому что они его однокурсники? Потому что он хороший человек? Потому что он сын Жиля Вера, рыцаря из Отряда Героя?

Нет.

Потому что он рыцарь.

Рыцарь Тиллеса не бросает слабых в беде. Он вспомнил заветы отца, Герцога-Защитника, которые тот внушал ему с детства.

—А-а-а! Помогите! Здесь кто-нибудь есть?!

—Спасите! Мы застряли под завалом!

Как же шумно. Иван досадливо цокнул языком, шагая по туннелю.

В подземелье, где видимость почти нулевая, потеря одного чувства невольно обостряла остальные. Именно поэтому в туннелях нельзя кричать. Тем более на поле боя.

Это не только служило отличной наводкой для врагов, но и крики, мечущиеся из стороны в сторону, отражались от стен и напрочь сбивали ориентацию в пространстве. А потеря направления лишь множила страх. Люди не созданы для жизни во тьме.

Неподготовленные в таких условиях паникуют. Снова кричат, снова теряются, и этот порочный круг замыкается.

Иван выхватил пистолет, вслушиваясь в крики. Он закрыл глаза и двинулся вперед.

Шаг. Другой.

Не торопясь, но и не расслабляясь.

Его движения были выверены, словно отмерены линейкой. Строго прямо.

Он считал каждый шаг. Длина его шага составляла ровно восемьдесят шесть сантиметров. Ведя счет, он мог мысленно перенести весь пройденный путь от точки входа на карту в своем воображении.

Офицер Отряда уничтожения обязан был в совершенстве владеть полевой триангуляцией наряду с чтением карт.

Последнее подтвержденное местоположение Оскара, позиция Изабель и точка, где спрыгнул сам Иван.

Безошибочно сведя эти три точки воедино, он мог уверенно идти даже по лабиринту подземных ходов.

—Помогите!

Крики звучали совсем рядом. Иван вскинул пистолет и двинулся вперед, держа ствол на уровне пояса.

Примерно на уровне головы, если учитывать средний рост гномов. Конечно, пуля из пистолета в голову гнома не убила бы его наповал.

Эти твари были чертовски живучи.

—Кто здесь?!

—Тут! Мы здесь!

—Как тебя зовут?!

—Петри! Разве сейчас это важно?!

Еще как важно.

Иван фыркнул, услышав голос из глубины туннеля.

Неуклюжая манера речи выдавала гнома. Они прочесывали ходы в поисках своей цели.

Он почувствовал, как гномы, услышав голос застрявшего студента, вновь двинулись прочь. Верно. Не каждый студент был их целью.

—Тебе повезло, парень.

Петри выжил только потому, что первым назвал свое имя. Гномы в туннелях, скорее всего, охотились за Оскаром или Изабель.

В этом районе была Энрика. Гномы не могли позволить себе надолго затягивать операцию. У вампиров превосходное ночное зрение, так что столкнуться с Энрикой в туннеле было бы чистой воды самоубийством.

По крайней мере, этих двоих студентов гномы убивать не станут.

—Куда ты идешь?! Где ты?! Помогите же!

—Тсс. Тихо.

Иван уже настиг кричащего студента и намертво зажал ему рот ладонью. Задохнувшийся хрип, липкий пот, слезы и слюна обожгли его руку.

Иван ободряюще похлопал студента по плечу и прошептал:

—Те, кто только что спрашивал твое имя, и вырыли эти туннели.

—...Мм-м?!

—Именно. Ты был на волосок от смерти. Так что сиди тихо.

—Пф-ф...! К-кто вы, мистер?

—Спасатель. А теперь молчи. Бусина при тебе?

—Оскар забрал!

Ну конечно, все не могло быть так просто.

Иван досадливо цокнул языком и спросил:

—Оскар где-то рядом?

—Да. Мы проиграли ему, а потом земля почти сразу провалилась...

—Идти сможешь?

—Д-да!

—Держи.

Иван отцепил от ремня бусину-маячок и сунул её студенту.

—Пройди метров десять вон в ту сторону, не меньше. Там должен быть просвет. Выбирайся наверх и жди подмогу. Энрика скоро тебя найдет.

—С-спасибо!

—Тихо. Враг еще рядом.

Иван еще раз похлопал парня по плечу и двинулся дальше.

—Как тебя зовут?!

—Петри! Разве сейчас это важно?!

Отлично. Спасатель.

Это было облегчением. Он сможет выбраться вместе с ними.

К счастью, оба, похоже, были живы. Одной проблемой меньше.

Оскар выдохнул и, шатаясь, шагнул вперед. Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы крикнуть, но внезапно осекся.

Что-то было не так...

«Он спросил их имена... а потом наступила тишина».

Не было никаких причин переходить на шепот. Если бы поблизости были другие студенты, спасатели кричали бы во все горло, чтобы дать им знать, что помощь пришла.

А значит, эта внезапная тишина была неестественной. Инстинкты Оскара забили тревогу.

—Здесь есть еще кто-нибудь?! Другие выжившие?!

Оскар сглотнул и напряг слух.

Голоса тех двух студентов оборвались как раз после того, как крикнул тот мужчина.

В голове мелькнула догадка.

«Что, если этой пещеры под Притченскими лесами вообще не должно быть?»

Теперь, когда он задумался об этом, стены были слишком гладкими для естественной каверны. Что, если это не природное образование, а кто-то вырыл эти ходы и подготовил ловушку?

Тогда тот мужчина, громко перекликавшийся, словно он спасает студентов, был...

«Врагом».

Оскар скрипнул зубами. Сражаться с неизвестным противником в кромешной тьме, где не видно ни зги, было глупо.

Тем более со сломанной ногой.

«Лучше просто подождать».

В конце концов, у него в кармане был магический маячок. Раз здесь Энрика, спасатели прибудут с минуты на минуту. Нужно просто продержаться до их появления.

Оскар сжал рукоять меча.

—Я! Я! Помогите!

—Как зовут студента вон там?!

Из глубины пещеры снова раздался крик.

Звал на помощь еще один выживший.

Это сводило с ума.

Оскар заставил себя встать на ноги. Он тяжело вздохнул, зажмурился, подавив секундное колебание, а затем, распахнув глаза, заорал во все горло:

—Оскар, сын Жиля Вера, Герцога-Защитника Тиллеса, здесь!

Черт возьми. Разве не очевидно? Любой, кто достаточно расчетлив, чтобы устроить подобную засаду, естественно, охотился бы за ценной целью.

А самой лакомой целью в этих лесах был он сам.

Изабель, конечно, тоже здесь, но вряд ли она была более важной добычей, чем он. Её отец пропал без вести, в то время как его собственный отец оставался одним из правящих герцогов Тиллеса.

Естественно, если это похитители, захватить сына герцога куда выгоднее. Да даже если и не похитители — расклад тот же. Его отец нажил куда больше врагов, чем когда-либо было у Героя Максимилиана.

А значит, вероятность того, что охотятся именно за ним, была крайне высока. Тот факт, что они ходили и выспрашивали имена студентов, с самого начала вызывал подозрения.

—Нашел тебя.

Низкий голос эхом разнесся во тьме. Оскар заскрежетал зубами и вскинул меч.

Правильно ли он поступил?

Да и кто вообще узнает, что он рискнул жизнью ради других? Кто это оценит?

«Я сам».

Истинное добро должно быть светом лишь для самого себя.

Высшая добродетель благого дела — самопожертвование, не требующее признания толпы.

Рыцарь Тиллеса никогда не бросает слабых в беде.

Скрежеща зубами, Оскар выставил меч перед собой.

«Жиль Вер хорошо воспитал сына».

Иван ухмыльнулся, наблюдая за этим из темноты.

Он неспешно двинулся вперед, поднимая пистолет.

Шаг за шагом. Не торопясь, но и не расслабляясь. Строго вымеряя дистанцию и ведя счет.

Ствол пистолета замер на уровне пояса.

Прислушиваясь к тяжелым шагам, вычисляя длину поступи, чтобы определить рост врага, он корректировал прицел.

Ждал, когда шум шагов из зоны слышимости перейдет в зону эффективного огня.

Он засек позицию Оскара и вышел из сектора его возможного удара. Прямо по курсу.

Прицелиться. Задержать дыхание. И...

Огонь.