Том 1 · Глава 2. Внутри романа (2)
Прошло часа два?
Мужчина, которому теперь предстояло жить под именем Лока Майерса, понимал: нужно как можно скорее принять новую реальность.
«Ладно, нужно успокоиться и подумать».
«Я попал в чужой мир из какого-то романа, да еще и в тело круглого идиота. Но если отбросить все это, остается главный факт
Первое, что приходило на ум...
«Что случилось с моим прежним телом? Оно умерло? И поэтому я перенесся сюда?»
Он точно помнил, как засыпал у себя дома. А проснувшись, обнаружил себя в совершенно чужом мире, который должен был существовать лишь на страницах книги.
Что стало с его настоящим телом, не узнать. Да и способа вернуться назад тоже нет...
Лок не понимал, за какие грехи ему выпало такое испытание.
В истории человечества Врата, монстры и Охотники появились относительно недавно, так что люди уже успели привыкнуть к разного рода чертовщине.
Но перерождение в другом мире — это было уже слишком.
Молодой господин, могу я войти?
А... да, заходи!
Обстоятельства не давали Локу времени на праздные размышления.
Дверь открылась, и на пороге снова показалась служанка с пустым, расфокусированным взглядом — та самая, что никак не отреагировала на его странное поведение.
Что-то случилось?
Прибыли граф Селестин и госпожа Алисия.
Селестин?
Да. Ваша головная боль так и не прошла?
Лок знал, кто такая Алисия, но фамилия Селестин ни о чем ему не говорила. Понимая, что сейчас нужно взвешивать каждое слово и действие, он изо всех сил попытался напрячь память.
«А, граф Селестин!»
Память подкидывала лишь смутные образы, но круг общения этого тела в данный момент был невелик. Раз гость пришел вместе с Алисией, догадаться было несложно.
Это фамилия главной героини романа.
Не может быть. Зачем граф и госпожа Алисия пожаловали к нам?
Мне это неведомо. Госпожа лишь велела привести вас, молодой господин.
Служанка говорила безжизненным тоном, лицо ее оставалось бесстрастным. Неужели таков этикет в благородных домах?
Ладно, раз матушка зовет, нужно идти сразу.
Прошу прощения, но...
Хм?
Судя по виду госпожи, она не на шутку разгневана. Пожалуйста, будьте осторожны.
Лок лишь молча кивнул в ответ и пошел за ней.
Он не знал, в какой именно момент сюжета попал, но, судя по репутации прежнего Лока, нагоняи от родителей были для него обычным делом.
В конце концов, вины его в этом не было, так что выслушать очередную порцию нотаций труда не составит. Куда важнее разобраться в ситуации. Визит ключевого персонажа, Алисии, да еще и в присутствии старших — отличная возможность сориентироваться.
«Кстати, а поместье-то просто огромное».
Насколько он помнил, семья Лока не отличалась особым могуществом, но дворяне есть дворяне.
Лок шел по роскошным, но на удивление тихим коридорам, пока не остановился перед массивной дверью, которая с первого взгляда внушала трепет.
Дверь со скрипом приоткрылась. Служанка, до этого державшаяся уверенно, на мгновение замешкалась.
«Что здесь вообще происходит?»
Лок!
Стоило двери распахнуться, как на него обрушился резкий женский вскрик. Лок от неожиданности даже отшатнулся.
Женщина выглядела довольно молодо, а ее наряд, вопреки старинному убранству комнаты, не отличался вычурной роскошью. Но если в этом особняке она обращается к нему по имени, не будучи при этом ни его ровесницей, ни прислугой, выбор невелик.
Лок понял, что перед ним его мать. Самому ему в прошлой жизни было за двадцать пять, а эта женщина выглядела старше него от силы лет на двенадцать... И теперь ему придется называть ее матерью.
Когда ты наконец возьмешься за ум?! Хочешь довести мать до инфаркта?
В ее голосе звенела ярость, но в глазах Лок не заметил настоящей злобы. К тому же она то и дело украдкой косилась на стоявших рядом людей. С подобным гневом Локу сталкиваться еще не приходилось.
Госпожа, прошу вас, успокойтесь,
Мужчина назвал эту женщину «госпожой». Больше гадать не приходилось. Лок понял, что перед ним его собственный отец.
Впрочем, выглядел он заметно старше своей супруги. Большая разница в возрасте? Для здешней эпохи дело обычное.
Филип, я пришел сюда не для того, чтобы смотреть, как ты отчитываешь сына.
Давно не виделись, Филип, Карен.
Заговорили двое. Одним был мужчина средних лет, а вторым...
«Я совсем упустил ее из виду».
Он позабыл о той, кто сейчас была важнее всех.
Рядом с добродушным на вид мужчиной стояла златовласая девушка.
«Вживую она выглядит просто невероятно...»
Вся роскошь этой комнаты и зрелая красота его матери померкли перед аурой, которую излучала эта гостья.
Алисия Селестин — главная героиня этого мира и невеста владельца этого тела.
У Лока на мгновение перехватило дыхание.
За свои двадцать пять лет он повидал немало людей, работая втрое больше остальных. Но такой красавицы ему встречать еще не приходилось.
Роскошные золотые волосы, точеные черты лица, высокий рост и безупречная фигура — ее можно было назвать лишь земным воплощением богини.
«Увидев ее вживую, я даже могу понять этого придурка».
Будь ты помолвлен с такой женщиной, одна лишь мысль о том, что вы можете не сойтись, свела бы с ума любого мужчину.
Конечно, прежний владелец тела в своих страданиях зашел слишком далеко.
Как поживаешь?
...Хорошо.
И что это за тон?!
На этот раз Лока тоже не задел ее окрик. Ему просто нужно было приспособиться к людям, которых теперь приходилось изображать близкими.
Прошу прощения, что предстал перед вами в неподобающем виде, я очень спешил.
Ну что ты, это моя вина, что нагрянул без предупреждения.
Не говорите так, граф. Но что привело вас в наши края?
Кхм... До меня дошли слухи, что вы с моей дочерью недавно крупно поссорились?
Лок скосил глаза: Карен отвернулась, а Филип смотрел на него с тревогой.
Алисия же наблюдала за происходящим с каменным лицом. В ее глазах не было ни ожидания, ни разочарования — что бы ни сорвалось сейчас с губ Лока, ей было все равно.
Именно так на него смотрели почти все окружающие, за исключением родителей.
«Значит, я попал именно в этот момент?»
Единственная ссора между ними перед тем, как Лок забросил чтение романа, произошла как раз тогда, когда Алисия объявила о своем очередном отъезде, а Лок в ответ осыпал ее оскорблениями. О других конфликтах он просто не знал.
Оставалось предположить, что с того дня прошло не больше суток или двух.
Прошу прощения, что заставил вас волноваться.
Ха-ха-ха, о каком волнении речь? Жених и невеста всегда могут повздорить, дело житейское.
Лок недоумевал.
Если его догадка верна, прежний Лок перешел все границы дозволенного. Судя по реакции родителей, виноват в ссоре был исключительно он.
Но неужели Алисия рассказала отцу обо всем?
Тогда почему этот человек так весело смеется и рассуждает о помолвке, зная, как жестоко оскорбили его дочь?
Я не стану расспрашивать, из-за чего вы повздорили, но на этот раз моя дочь, кажется, была сильно задета. Когда она вернулась после встречи с тобой, на ней лица не было. Вся прислуга в поместье не находила себе места от беспокойства.
Значит, Алисия ничего не рассказала, а граф Лютвиль просто заметил, как сильно расстроена его дочь из-за жениха, и решил приехать? Родители же, услышав это, сразу подумали: «Наш Лок опять натворил дел».
«Да уж, репутация у этого парня
Он едва сдержал тяжелый вздох.
Мне очень жаль. Я сделаю все, чтобы подобное больше не повторилось.
Вот и славно. Вам ведь еще всю жизнь вместе жить, так что обоим нужно приложить усилия.
Лок говорил максимально вежливо и почтительно. Затем он перевел взгляд на Алисию, стоявшую подле улыбающегося Лютвиля.
Как и ожидалось, выражение ее лица не изменилось. Когда человек раз за разом совершает одни и те же ошибки, его слова теряют всякую цену.
Я приехал сюда лишь для того, чтобы подтвердить нерушимость союза между нашими семьями. А то вокруг то и дело ходят слухи, будто наша помолвка, заключенная еще до рождения детей, вот-вот расторгнется.
Лютвиль...
Филип, я и помыслить не могу о том, чтобы наши дети разошлись. Тебе тоже стоит поговорить со своим окружением, чтобы пресечь подобные сплетни.
Лок понял, что дружба между двумя семьями — а точнее, между их главами — была очень крепкой.
Как ни посмотри, непреклонность Лютвиля в вопросе помолвки объяснялась именно этими тесными узами. По крайней мере, насколько помнил Лок, влияние и статус обеих семей были примерно равны.
Раз уж мы все здесь собрались, почему бы нашим детям не поговорить наедине, пока мы пьем чай?
Ха-ха-ха, отличная мысль.
В отличие от Лютвиля, смех Филипа прозвучал натянуто.
Ох-хо-хо, пожалуй, мне стоит вспомнить былое и самой заварить чай.
Ну что вы, госпожа, как можно утруждать вас этим?
Коллекционирование чайных чашек и заваривание чая
Супруги одинаково плохо умели скрывать свои истинные эмоции.
Здешний сад по-прежнему прекрасен. Алисия, ступай, прогуляйся с Локом.
Да, отец. Прошу меня извинить.
Алисия спокойно кивнула Лютвилю и вежливо поклонилась хозяевам поместья.
Благодарю вас.
Хм? Да, конечно, ступайте.
Уходя, Лок поклонился отцу своей невесты даже более почтительно, чем собственным родителям.
На мой взгляд, Лок заметно повзрослел, но наша дочь, кажется, этого не замечает.
Д-да? Ха-ха-ха, возможно.
Филип и Карен переглянулись, понимая, что на их лицах написано одинаковое замешательство. Затем они синхронно вздохнули с облегчением.
Когда служанка доложила им, что во время прошлого разговора с Локом Алисия громко закричала и выбежала из комнаты в слезах, они решили, что помолвке конец. Но, к счастью, худшего не случилось.
Родители втайне надеялись, что прежние выходки их непутевого сына были лишь временным помутнением рассудка. Хотя эта надежда разбивалась уже не раз...
Прекрасно обустроенный сад поместья так и манил своей красотой.
Однако ни Алисия, шедшая впереди, ни Лок, следовавший за ней, не имели ни малейшего желания любоваться пейзажем.
Лок внимательно разглядывал Алисию. И дело было вовсе не в попытках угадать настроение обиженной невесты.
«Согласно сюжету, к этому моменту она уже должна быть довольно сильна».
Точный уровень маны Охотников измерялся специальным прибором, но если ты сам обладал маной, то мог интуитивно почувствовать силу противника.
Однако от Алисии Лок не ощущал ровным счетом ничего.
«Ах да, у меня же сейчас вообще нет маны».
Непробужденный не способен оценить силу пробужденного. В этом мире все работало точно так же. Пусть терминология и методы немного отличались, здесь тоже существовала сила, способная даровать человеку сверхчеловеческое могущество. Только вместо магической энергии тут использовали понятия «мана» и «аура».
Лок невольно сжал кулаки. Полное отсутствие маны... Как бы ни изменились мир и его тело, мириться с собственной слабостью он не собирался.
Алисия внезапно остановилась и обернулась. Неужели заметила, как он сжал кулаки?
Спасибо.
За что?
За то, что вел себя прилично перед взрослыми.
Что?
Я боялась, что ты снова устроишь сцену, прямо при всех.
«Боже, какой бред...»
Мало того что он слаб как младенец, так его еще и за человека здесь не считают.
Лок зажмурился, но поделать ничего не мог. Расскажи он сейчас, что прибыл из другого мира и там вовсе не был таким ничтожеством, его бы мигом упекли к местным инквизиторам.
Но я должна сказать тебе кое-что. Я снова уезжаю.
К сэру Дункану?
Да, верно.
«Ого».
В этот момент догадка Лока окончательно подтвердилась.
Хорошо.
Что?
Я говорю: хорошо, — Учись прилежно и возвращайся. Я буду за тебя болеть.
Каменная маска на лице Алисии впервые дрогнула.
Впрочем, взгляд, которым она его наградила, красноречиво говорил: «Он что, белены объелся?»
С-спасибо. Не сегодня, но перед отъездом я обязательно загляну в поместье.
Хорошо, родители будут рады.
Она все еще смотрела на него с недоумением. Лок решил воспользоваться моментом и спросить о том, что его действительно волновало.
Алисия.
Да?
Насколько ты сильна по меркам этого мира?
Что? С чего вдруг такие вопросы?
Внезапный вопрос Лока застал Алисию врасплох. Подобное было дико слышать от человека, который боевые искусства не просто презирал, а откровенно ненавидел.
Мне не нужны точные цифры. Расскажи хотя бы примерно.
Хм...
Былая холодность куда-то испарилась. Алисия скрестила руки на груди, нахмурилась и крепко задумалась, покачивая головой из стороны в сторону, словно не зная, как лучше выразиться.
«А она, оказывается, бывает довольно милой».
Лок невольно улыбнулся, глядя на эти по-детски непосредственные жесты восемнадцатилетней красавицы.
На самом деле я еще никто. Накопление маны в теле требует огромного количества времени.
А если сравнить со сверстниками?
...По крайней мере, в нашей стране я точно вхожу в первую десятку.
Какая уверенность.
Это не мои слова, так говорят мои старшие соученики и учитель.
Понятно. А что насчет твоего учителя?
Моего учителя?
Да. Насколько силен этот сэр Дункан в масштабах всего континента?
Примерно так же. Входит в десятку сильнейших на континенте.
Ага.
Ему хотелось расспросить подробнее, но излишнее любопытство могло показаться подозрительным.
Но почему ты об этом спрашиваешь?
Думаю тоже заняться фехтованием и начать накапливать ману.
Что? Серьезно?
Глаза Алисии округлились, а голос невольно дрогнул от удивления. Впрочем, она быстро взяла себя в руки.
С чего вдруг такие перемены?
Подумал, что пора бы уже взяться за ум.
...Только сейчас?
Да, хотя даже сейчас уже поздновато.
Лок неловко почесал затылок. Выглядело это немного глуповато, но по сравнению с его обычной язвительностью и вечным недовольством, такое поведение показалось Алисии вполне сносным.
Ее раздражала вовсе не слабость жениха, а его вечные капризы и жалобы на жизнь.
И у тебя есть наставник?
Ну, на тренировочной площадке полно людей, которые занимаются.
То есть конкретного плана у тебя нет?
Ха-ха, виноват.
Алисия поймала себя на мысли, что Лок, который хотя бы честно признавал свои пробелы, больше не кажется ей жалким.
Вот только...
«Черт, какой же испанский стыд, я сейчас сдохну».
Сам Лок, вынужденный разыгрывать из себя дурачка, внутри просто сгорал от стыда.
Госпожа!
К ним торопливо приближалась служанка.
Вас зовет лорд Лютвиль.
Отец?
Служанка смотрела исключительно на Алисию, полностью игнорируя Лока.
Должно быть, хочет поговорить с глазу на глаз? Иди.
Хорошо...
Служанка поклонилась и пошла обратно, Алисия тоже повернулась в сторону особняка.
Лок.
Да?
Кажется, ты немного изменился.
В лучшую сторону?
В лучшую.
Спасибо.
Но ты ведь только что сказал, что хочешь начать накапливать ману?
Да.
Удачи тебе. Но не забивай себе голову мыслями о том, кто насколько силен. Буду честна: если начнешь только сейчас, тебе будет трудно достичь больших высот.
Понимаю.
«Она ведь сама говорила, что накопление маны требует времени».
Так что не смотри на других. Сосредоточься на себе. Тебе нужно измениться лишь самую малость, правда.
Я учту это.
Этот совет не нашел отклика в его душе, но Лок не стал спорить, понимая, что девушка говорит это из лучших побуждений.
Дав напутствие, Алисия поспешила к дому. Стоило ей скрыться из виду, как взгляд Лока мгновенно изменился. Куда-то пропала нерешительность изнеженного барчука — теперь это был взор закаленного в боях Охотника.
Не смотреть на других? Как бы не так.
Пока человек дышит, он всегда будет сравнивать себя с окружающими. Столкновение с собственным пределом неизбежно, но если уж ты решил стать сильным, нужно целиться на самую вершину.
Лок сосредоточился на своем даньтяне.
«Методы в этом мире вряд ли сильно отличаются».
Он начал вспоминать стандартную технику медитации, которую Охотники использовали для накопления магической энергии, и попытался направить новые силы.
«Чтобы не путаться, буду называть это маной. А то, что окутывает тело и оружие
Огромный опыт избавлял его от необходимости принимать особые позы. Лок просто закрыл глаза, сосредоточился на дыхании и начал пробуждать ману.
«Получилось... Погодите, что это?»
Почувствовав ману, Лок не остановился. Напротив, он продолжал поглощать энергию, едва не провалившись в глубокий транс.
Однако его новое, нетренированное тело не выдержало столь высокой концентрации.
Ха-а... ха-а... Черт, неужели я уже выдохся?
Локу было до безумия досадно. Ему хотелось развиваться быстрее, не теряя ни секунды.
Но что это, черт возьми, такое?
Он не верил собственным ощущениям. Мана накапливалась с невероятной скоростью. На Земле этот процесс шел так медленно, что уповать на медитации в обход врожденного уровня сил считалось уделом жалких неудачников.
Но здесь все было иначе. Обладай земные Охотники такой эффективностью, они бы медитировали круглые сутки, прерываясь лишь на сон и еду.
Сердце Лока бешено заколотилось.
Перед ним открылись безграничные возможности. Рост, о котором на Земле нельзя было и мечтать. Теперь он четко видел путь, ведущий к вершине.