Том 1. Глава 9

Говоря это, Линн подошел к женщине в маске.

Он не собирался обращаться с ней нежно и без обиняков прижал дуло пистолета к ее лбу.

После того как он изложил свои умозаключения, прежде заинтересованная женщина в маске погрузилась в полное молчание.

Она вовсе не казалась испуганной темным дулом пистолета, вместо этого обдумывая поразительные слова Линна.

Спустя долгое время она вдруг подняла руки и тихо захлопала в ладоши.

—Ты прав, этот глупец Рейн едва не упустил кого-то столь одаренного, как ты... Всего лишь немного умен? Какая нелепость.

—Линн Бартлион, ты нравишься мне все больше и больше, — в ее чистых и холодных прекрасных глазах мелькнул азартный блеск хищника. — Чем больше ты так себя ведешь, тем меньше мне хочется тебя отпускать.

—Не стоит так меня хвалить, мэм. Я ведь и влюбиться могу.

Линн, казалось, флиртовал с ней.

Хотя его слова звучали мягко, пистолет в его руке не дрогнул ни на миллиметр.

В конце концов, женщина перед ним заставила Рейна и семью Огаста склонить головы; даже если ее истинная сила была неизвестна, ее нельзя было недооценивать.

Даже если она была обычным человеком, у нее наверняка имелось на вооружении одно-два мощных Экстраординарных предмета для защиты жизни.

К тому же ее неизменное спокойствие с самого начала вызывало у Линна легкое беспокойство.

Но как бы то ни было, чтобы выбраться отсюда, пути назад у него уже не оставалось.

—Влюбиться в меня?

Услышав это, женщина в маске тихонько усмехнулась и промолчала.

«Невежественный глупец».

«Сказал бы ты такое, если бы увидел то, что скрывается под маской?»

Подумала она про себя.

Однако Линн не знал, о чем она думает, и утруждать себя догадками не стал.

Он слегка постучал дулом револьвера по лбу женщины в маске. — Мэм, позовите Рейна.

—Не спеши, у меня еще есть к тебе вопросы, — проигнорировав его угрозу, произнесла женщина в маске. — Меня кое-что очень интересует.

—Судя по твоим прежним словам, ты люто ненавидишь столичную аристократию, да и я пылаю к ней не большей любовью.

—В конце концов, наши цели совпадают.

—Что важнее: предаваться сиюминутному удовлетворению или объединить усилия и направить их вовне? Разве не очевидно, что имеет больший вес?

—Что до утверждения, будто мои люди — сброд, я этого не отрицаю, но уж точно не в этом истинная причина твоего отказа.

Сквозь прорези маски глаза Линна встретились с ее багровыми очами.

—Леди не стоит копать слишком глубоко.

Линн попытался сменить тему.

—Наставлять оружие на даму тоже не слишком джентльменски, — легко рассмеявшись, ответила женщина в маске.

Услышав это, Линн вздохнул: — Ладно-ладно, раз уж вам так хочется узнать причину, я скажу.

—Все дело во взгляде.

—Во взгляде?

Женщина в маске слегка нахмурилась, не до конца понимая.

—По-моему, ваш взгляд ничем не отличается от взглядов тех столичных аристократов, — с улыбкой произнес Линн. — Хотя вы и разговариваете со мной, ваш взор никогда по-настоящему не останавливался на мне.

—Будь то Моррис, Рейн или вы сами.

—Так что вы и те аристократы, которых презираете, в сущности, ничем не отличаетесь.

"..."

Женщина в маске инстинктивно хотела возразить.

Но, пытаясь заговорить, она обнаружила, что у нее нет слов.

—Ладно, время истекает.

Видя, что она погрузилась в задумчивость, Линн не пожелал тратить больше времени на эту пустяковую беседу и повторил свой жест.

Услышав его слова, женщина в маске на мгновение умолкла, а затем повысила голос: — Рейн, войди.

—Слушаюсь.

Снаружи донесся приглушенный ответ.

Затем в комнату вошел блондин.

Он думал, что Принцесса уже завершила переговоры со второй стороной и теперь ему нужно заняться последующими делами.

В тот момент он резко вскинул голову, но тут же остолбенел.

Принцесса сидела в кресле, скрестив руки, а пленный у ее ног каким-то образом выскользнул из наручников и теперь держал ее на мушке.

Увидев эту картину, Рейн почувствовал, что его мозг сейчас взорвется.

Его взгляд стал невероятно опасным, и он инстинктивно потянулся к кобуре.

Но, ощутив пустоту на поясе, он снова замер от изумления.

—Когда ты успел...—

—Тсс, ни звука, — Линн приложил правый указательный палец к губам. — Если я замечу хоть малейшую попытку подать сигнал, я без колебаний всажу сюда все шесть пуль.

—После этого, ну, я-то точно умру, но утащить тебя за собой в могилу за твою оплошность будет вполне честной платой.

Услышав это, Рейн покрылся холодным потом.

Его глаза яростно расширились, словно он хотел разорвать Линна на месте.

Но ведь в заложниках у этого парня находилась сама Принцесса.

Хотя он прекрасно знал, что благодаря способностям Принцессы ей не грозит никакой вред,

один лишь факт того, что какой-то головорез тычет в нее стволом, означал, что после случившегося ему как секретарю пришлось бы умереть десять тысяч раз, чтобы искупить вину!

—Опусти оружие, давай поговорим.

Даже крайне заносчивый Рейн в этот момент был вынужден смириться с суровой реальностью и заговорил мягче.

Встретившись взглядом с невозмутимым Линном, Рейн пожалел, что не может повернуть время вспять и отлупить самого себя.

Моррис был прав.

Как можно было назвать «просто немного умным» столь опасного безумца, способного перевернуть ситуацию вверх дном благодаря лишь мельчайшему шансу?

Заметив налившиеся гневом красные глаза противника, Линн с насмешкой произнес: — Ты наконец-то соизволил взглянуть на меня по-человечески?

—Только не делай глупостей, я согласен на любые условия, —

сквозь зубы процедил Рейн, сдерживая ярость.

—Согласен на любые условия?

Зловещая улыбка расползлась по лицу Линна.

У Рейна возникло дурное предчувствие, но он все же мрачно выдавил: — Конечно, клянусь честью семьи Огаста.

—Отлично, а теперь снимай всю одежду, выходи нагишом наружу и кричи каждому встречному: «Я гей!».

Услышав такое условие, лицо Рейна исказилось в дикой гримасе.

Разве он не понимал, что Линн намеренно унижает его, мстя за избиение, которое тот недавно приказал устроить?

Этот тип...

Видя его нерешительность, Линн саркастически протянул: — Похоже, безопасность леди и честь семьи Огаста для тебя пустой звук?

—Да ты знаешь, кто она на самом деле...—

Рейн собирался открыть Линну правду, чтобы тот осознал, сколь высокую и благородную особу он оскорбил.

Но прежде чем он успел договорить, его остановил холодный взгляд Принцессы.

Он словно говорил: заткнись и делай, как он велит.

Теперь Рейн окончательно лишился дар речи.

Он не понимал, почему Принцесса терпит то, что этот парень держит ее в заложниках, почему она не прикончила его на месте, а вместо этого подыгрывает его спектаклю.

И все же, будучи подчиненным, даже ничего не понимая, он не имел права ослушаться приказа начальства.

В конце концов Рейн, словно человек с переломанным позвоночником, в полном отчаянии опустил голову.

...

—У тебя поистине извращенное чувство юмора.

Когда она снова открыла глаза, женщина в маске увидела лишь груду одежды, разбросанную по полу, — Рейн исчез из комнаты.

Разумеется, у нее не было фетиша любоваться обнаженными подчиненными.

Мгновение спустя из-за пределов тюрьмы донеслись крики и вопли.

Начался хаос.

—Ну а теперь, прекрасная леди, пожалуйста, закройте глаза еще ненадолго.

Нацелив на нее пистолет, Линн начал торопливо срывать с себя одежду, переодеваясь в форму Рейна.

Теперь он выглядел точь-в-точь как ее личный телохранитель.

Закончив все приготовления, Линн сунул руку с пистолетом в карман, но продолжал удерживать прицел.

Затем он жестом велел женщине в маске подняться.

—Пошли.