Том 1 · Глава 1190. Следы

Успешно сразив могущественное элементальное существо, закрыв пространственный разлом, соединявшийся с владениями стихий, и разрешив кризис, нависший над отрядом, — по крайней мере, на вид он и впрямь был весьма грозен, — старый маг Модир пребывал в изрядном возбуждении. Этот могучий заклинатель, только что выпустивший полтора десятка легендарных заклинаний, каждое из которых мощностью не уступало корабельному орудию, всё так же цепко держал за руки мечника, который с самого начала так ничего и не понял, и радовался, словно дитя.

А сам мечник ещё долго не мог до конца удостовериться, что стоящий перед ним старый маг не насмехается над ним и что похвала в его словах не звучит издёвкой.

Этот старик говорил всерьёз… Он на полном серьёзе…

—Да я… — мечник, чьи руки всё ещё сжимал старик, невольно попытался высвободиться, но, напрягши все мышцы, так и не смог вырваться. Он лишь побагровел и, продолжая попытки вытащить руки, с неловкостью проговорил: — Я же вообще ничем не помог… Вы один уничтожили этого ужасного противника…

Говоря это, мечник заливался краской всё сильнее, и, вспоминая только что пережитое «сражение», этот здоровяк на мгновение даже не знал, как продолжать. Похоже, кроме того, что его в полном недоумении вытолкали наружу и он там постоял столбом, самым большим его достижением за весь бой было то, что взрывная волна подбросила его в воздух, чем он хоть немного добавил схватке зрелищности и занимательности. Если бы можно было повернуть время вспять, единственное, чего бы он хотел, — это приземлиться тогда на обе ноги… Но разве скажешь такое вслух?

Старый маг Модир, со своей стороны, совершенно не замечал неловкости мечника. Он продолжал весело сжимать его руки и с превеликой скромностью проговорил:

—Ты чересчур скромничаешь, юноша, это не подобает твоему возрасту и задору. Мы все знаем, как маг в бою нуждается в защите. Не стой ты впереди, я бы не смог проявить себя так хорошо…

Стоявшая в стороне Рора застыла с каменным лицом, и у неё даже не осталось сил закатывать глаза. Она лишь про себя невольно вздохнула: да нужна ли этому устрашающему старцу хоть какая-то «защита»? В прошедшей схватке любой, кто вообще был способен дышать, нуждался в ней куда больше, чем он! Даже тот неспособный дышать пламенный гигант выглядел жалким, слабым и беспомощным…

Однако сказать это вслух она не осмелилась. Поразмыслив немного над подбором слов, она лишь крайне осторожно произнесла:

—Господин Модир… никак не ожидала, что ваша сила столь огромна. Могучий заклинатель, подобный вам, прежде держался в такой тени…

Говоря это, молодая охотница пыталась по цепочке тех кошмарных заклинаний хотя бы приблизительно определить, каким же рангом обладает этот маг со странностями. Она полагала, что он, по меньшей мере, архимаг… а быть может, и легендарный. Но она, с её не слишком-то высоким положением и силой, в жизни не видела, как выглядит настоящий легендарный маг, и даже с обладателями высших рангов сталкивалась лишь несколько раз. Мощь Модира казалась ей бездной, глубину которой не измерить, и определить его уровень она была решительно не в силах.

А потому самым большим чувством в её душе остался один только трепет.

—Да? — Модир, услышав слова Роры, слегка опешил, а затем весело огладил подбородок (и заодно наконец отпустил руки мечника). — У меня и в мыслях не было как-то особенно таиться. Я просто занимаюсь тем, что мне по душе…

—Могучие вправе выбирать, каким путём идти, — не удержался от восхищённого вздоха друид из отряда, и на лице его тут же расцвела улыбка. — Как бы то ни было, величайшая удача для всех нас, что среди нас находится столь могучий заклинатель, как вы. Если вы и впредь пожелаете действовать в лагере авантюристов, то наша безопасность в Тар-Лонде будет обеспечена наилучшим образом…

Друид выразил общее мнение, и даже Рора, у которой в голове царил изрядный сумбур, услышав это, не могла не согласиться в душе. Однако Модира эти слова, казалось, задели какие-то смутные, разрозненные воспоминания. Старый маг нахмурился, в его глазах промелькнула растерянность, и он тихо пробормотал себе под нос:

—Нельзя так говорить… нельзя… нельзя слепо верить в свои силы только из-за собственной мощи… Бывает, что встречаешь противника, с которым не справиться, иногда и впрямь бывает, что не справиться…

—Господин… Модир? — заметив, что с Модиром творится неладное, Рора тут же осторожно сделала полшага вперёд и тихо спросила: — Вы опять что-то вспомнили? С вами всё в порядке?

—Я? А, всё хорошо, хорошо, — Модир разом очнулся от забытья. Он часто заморгал, а затем с оттенком благодарности улыбнулся Роре. — Прошу прощения, я опять впал в это оцепенение. Хорошо, что ты меня окликнула. Я в порядке. Просто только что в памяти смутно всплыли какие-то уроки прошлого. Кажется, я уже не раз крепко поплатился за излишнюю веру в свои силы, и грозные враги побеждали меня множество раз… Жаль только, подробностей я не помню.

—Даже такого могучего заклинателя, как вы, могут одолеть враги? — потрясённо расширила глаза Рора. — И к тому же… много раз?

Модир легонько покачал головой. Хотя его воспоминания пребывали в полном хаосе, уроки, накопленные за бесконечно долгую жизнь, глубоко врезались в его разум:

—В мире существует великое множество различных могущественных сил. Среди смертных есть те, кто далеко превосходит меня. Боевые корабли и боевые колесницы, работающие на маготехнике, стоит им собраться вместе, не под силу одолеть никому из традиционных мастеров. Не говоря уж о тех причудливых формах жизни, что обитают в иномерных пространствах, и о сущих над нами богах… Вечно хранить смирение и осторожность — вот залог долгой жизни. Великий первопроходец Гавейн Сесил некогда предостерёг потомков: слепая самоуверенность есть первая ступень к погибели. Это одно из изречений, которые я чту превыше всего в этой жизни.

Рора задумалась. Хотя она уже некоторое время провела рядом с Модиром, но теперь, увидев истинную силу этого старого мага и услышав от него столь смиренные и самоукоряющие речи, она не могла не проникнуться множеством новых переживаний.

Внимание же Модира быстро переключилось на другое. Этот увлечённый приключениями и открытиями старик поднял голову и устремил взгляд туда, где неподалёку воронка от взрыва всё ещё источала ужасающий жар и была переполнена разнородной отработанной энергией. На его лице быстро проступила радость:

—Ах, друзья мои, мы же ещё не осмотрели добычу! А я уж было подумал, что ненароком уничтожил все трофеи. Но, похоже, повелитель элементалей и пространственный разлом после своего разрушения кое-что нам оставили. Как думаете, этот кристаллический остаток представляет ценность?

Внимание авантюристов наконец вновь обратилось к их «основной работе». Рора и её спутники перевели взгляды туда, где земля всё ещё дышала жаром. Они увидели бесчисленные воронки от взрывов могущественных заклятий, сморщенные и искорёженные пласты породы, среди которых повсюду были разбросаны обломки и осколки останков повелителя элементалей. А среди неугасшего пламени и облаками клубящейся отработанной энергии на дне воронок, словно драгоценные камни, мерцали россыпи мелких кристаллов, так и притягивая взоры авантюристов.

В центре управления Нового Агондора, в громадной башне из тёмного камня, исполненной в грубых, массивных формах, вождь Герагор и председатель Андал сидели друг напротив друга за длинным столом. Перед обоими предводителями, опустив руки, стоял явившийся с докладом воин-дракон, а на столе между ними лежали уложенные в шкатулки мелкие кристаллы.

Долгое время спустя председатель Андал наконец нарушил молчание. Этот старый чёрный дракон с донельзя странным выражением лица перевёл взгляд на докладывавшего воина:

—Ты уверен? Легендарный маг? В лагере авантюристов?

—Да, это уже подтверждено. Хотя мы пока не имеем возможности подвергнуть этого человеческого мага прямой «проверке», группа обработки поля боя, ответственная за ликвидацию последствий, может с уверенностью утверждать, что это как минимум атака легендарного мага в полную силу, — серьёзно ответил воин-дракон. — И даже среди легендарных заклинателей сила этого мага, судя по всему, принадлежит к высшему разряду.

—Это дело крайне странное, — нахмурился Андал, поворачиваясь к стоящему рядом Герагору. — Легендарный мастер, да ещё маг, занимающий в человеческом мире исключительно высокое положение, — как он мог оказаться в лагере авантюристов… И ещё говорят, что он записался на борт в порту, как и прочие обычные авантюристы, а до сегодняшнего дня наравне со всеми занимался в лагере выравниванием рельефа и возведением городских щитов… Ты когда-нибудь с таким сталкивался?

—Я, как и ты, почти не соприкасался с человеческими племенами этой эпохи, все мои сведения — из «инспекционных записей», собранных в сети Омега, — покачал головой Герагор. — Но, как бы то ни было, это и впрямь не похоже на обычную манеру поведения легендарного мастера… Может, это какая-то «причуда» этого мага?

—Если и впрямь причуда, то объяснений может быть сколько угодно. Люди — невероятно удивительный народ, и от отдельных его представителей можно ожидать чего угодно, — со странным выражением лица покачал головой Андал. — Только вот тот маг сказал, что записался в эту группу авантюристов из любви к приключениям, и я… честно говоря, немного сомневаюсь в этом. Сейчас в Тар-Лонд можно попасть отнюдь не только через авантюристов. Заплатить чуть больше за туристический сбор и прибыть в качестве путешествующего учёного на экскурсию и осмотр — разве это не удобнее, чем вкалывать в лагере авантюристов?

—При случае нам стоило бы найти способ связаться с этим человеком-магом и выяснить, каковы его истинные цели, — кивнул Герагор. — Столь могучий заклинатель, как он, по идее, не должен пребывать в безвестности среди людей, и в старых архивах Мифриловой Сокровищницы наверняка должно было найтись его имя. Жаль только, что наша база данных нынче полностью уничтожена, а подавляющее большинство драконов совершенно не знакомо с делами континента Лорен…

—Понаблюдаем несколько дней. Нужно подготовиться, прежде чем входить с ним в контакт. В конце концов, это легендарный маг. По меркам человеческих народов, он — заслуживающий уважения мастер, да и по нынешним меркам Тар-Лонда это чрезвычайно ценная боевая единица высшего звена, — помолчав мгновение, медленно проговорил Андал. — Это дело можно пока отложить. Сейчас меня куда больше волнуют вот эти кристаллы.

Его взгляд упал на небольшие шкатулки на столе. В этих металлических ёмкостях мелкие кристаллы, подобно неким самоцветам, источали слабое сияние. Даже остыв за столь долгое время и находясь в металлической таре, обладающей свойством подавлять магию, заключённая в них сила стихий то и дело пробивалась наружу, достигая восприятия Андала и Герагора.

—Это «трофеи», присланные из центра управления авантюристами. Они извлечены из останков поверженного повелителя элементалей и разрушенного элементального разлома, — пояснил Андал. — Элементальное ядро высочайшего качества, чистое и стабильное. По меркам прежнего Тар-Лонда — весьма ценное промышленное сырьё… Однако суть не в этом. Суть в тех остаточных следах магической энергии, что сохранились в этих ядрах. Ты ощущаешь их, Герагор?

—Да, чрезвычайно слабые, но они определённо есть. Это качественное изменение, возникшее после магической эрозии… В чисто элементальных владениях такого быть не должно, — Герагор легонько кивнул, и выражение его лица тоже сделалось серьёзным. — И к тому же это уже не первый раз, когда мы обнаруживаем такие следы… Три дня назад один боевой отряд на севере, закрыв внезапно возникший элементальный разлом, тоже принёс небольшое количество таких ядер, и в тех ядрах были сходные следы изменений.

—Стало быть, это не могло быть последствием магии того легендарного мага, — глубоким голосом произнёс Андал и одновременно извлёк из контейнера одно элементальное ядро размером с ноготь. Этот тёмно-красный прозрачный кристалл тут же ожил в его руке, и на его поверхности заплясали призрачные языки пламени и едва уловимое тепло. Но когда старый председатель влил в него свою энергию, неспокойная сила внутри ядра мгновенно утихла и, мигнув несколько раз, полностью превратилась в чёрный камешек. — Изменение было принесено с той стороны разлома, со стороны элементальных владений. А там, как ты и сказал, подобной магической эрозии быть не должно.

—Значит, элементальные владения… — задумчиво протянул Герагор. — И не только эти ядра. В последнее время, по правде говоря, и частота появления элементальных разломов возросла…

Андал некоторое время не произносил ни слова, погрузившись в раздумья о том, что могут означать эти остаточные магические следы в ядрах. И лишь спустя полминуты он внезапно заговорил:

—Герагор, тебе не кажется, что аура, которую несёт эта магическая эрозия, отдалённо… знакома?

Во взгляде Герагора промелькнула серьёзность:

—Так ты тоже это почувствовал. Я уж было сперва подумал, что мне это только чудится — уж больно она слаба…

—Это характерно для мелких притоков и сети со второго по шестой ярус Глубинной Синевы, — медленно проговорил Андал. — Я… хорошо знаком с этой субстанцией. Знаешь, до того, как Тар-Лонд окончательно закрылся, я довольно долгое время был страстно увлечён отслеживанием пульсации Глубинной Синевы в недрах этой планеты и несколько столетий наблюдал за её сетью на разных ярусах.

—Что, по-твоему, это означает? — низким голосом спросил Герагор.

—…Не смею утверждать наверняка, — покачал головой Андал. — Пульсирующие токи Глубинной Синевы пронизывают всю планету, проходя сквозь многие грани бытия — от реального мира до Мира Теней и Глубинного Теневого мира. Даже в элементальные миры и к границам божественных царств проникают их проекции. Их масштаб далеко превосходит наше воображение. Драконы некогда изучали Глубинную Синеву, но до самого Финального Своеволия, случившегося миллион восемьсот семьдесят тысяч лет назад, мы так и не смогли полностью составить модель сети Глубинной Синевы… А потому я не знаю, что именно таится в самых глубоких участках этой гигантской системы магического потока, и уж тем более не знаю полных закономерностей её работы.

—Но одно мне известно: в нормальных условиях все токи Глубинной Синевы текут упорядоченно. Будучи частью изначальной структуры этой планеты, они никогда не меняют своих «путей» по собственной прихоти и уж тем более не дают внезапных утечек, оставляя столь обильные эрозионные следы в повелителях элементалей и элементальных разломах… По крайней мере, за прошедшие миллион восемьсот семьдесят тысяч лет такого не происходило ни разу.

—Всё же одно изменение было, — напомнил Герагор. — Согласно последним сведениям, полученным от Совета божественных полномочий, семьсот лет назад некое божество, оберегающее континент Лорен, нанесло удар и взорвало «выход» Глубинной Синевы в реальном мире, чтобы противостоять Магическому приливу. Тот чудовищный взрыв изменил пути тока Глубинной Синевы в реальном мире, и это, пожалуй, было единственным изменением за последний с лишним миллион лет.

Андал легонько кивнул и надолго задержал взгляд на тех мелких элементальных ядрах, что лежали в шкатулке.

—…Неужто снова рванёт?

(Конец главы)