Том 1 · Глава 1218. Некоторые ответы

От внезапно нахлынувшего головокружения и оглушительного грохота в голове Модир почувствовал, как его душа вдруг исторглась из тела и поплыла куда-то в некоем пустом и невесомом состоянии. Он не знал, сколько времени парил так, и лишь чувствовал, что стремительно пересёк какую-то непредставимую для смертных далёкую «дистанцию». А затем его искалеченная душа, словно грязная тряпка, была грубо втиснута обратно в телесную оболочку.

Мгновение спустя старый маг медленно пришёл в себя и в самый миг возвращения сознания рефлекторно принял защитную стойку. Одна рука нащупала боевой посох, другая — короткий зачарованный меч для самозащиты. А затем — целый ворох мгновенно наложенных защитных заклинаний… Он отчётливо помнил, что тот же самый порядок действий уже был проделан совсем недавно.

Однако на сей раз он пробудился не в том чёрно-бело-сером мире. Открыв глаза, он увидел знакомое одноместное общежитие авантюриста. Всё, что попадало в поле зрения, имело нормальные, ясные и яркие цвета. Снаружи доносились разнообразные звуки лагеря авантюристов, полные жизни и энергии, а сквозь оконные щели пробивался тусклый, присущий полярной ночи сумеречный свет.

—Вот уж и впрямь чертовщина… — пробормотал Модир, но дух его ничуть не расслабился. Он стремительно проверил все до единой мелочи в комнате, убедился, что всё совпадает с его памятью, а затем подошёл к окну и провёл пальцами по тонкому слою пыли на подоконнике.

В том чёрно-белом, выцветшем мире он касался того же самого места на подоконнике, но сейчас следов прикосновения на пыли не осталось.

Старый маг приблизился к окну и приоткрыл створку. В свете ближних фонарей и крайне тусклого небесного сияния он увидел, что в лагере авантюристов туда-сюда ходят люди. Казалось, ещё одна группа завершила зачистку или разведку окрестностей лагеря, и ликующие авантюристы гурьбой тянулись в бары, игорные дома и прочие увеселительные заведения. Какой-то дракон, сохранявший человеческий облик, но со множеством чешуек на лице и руках, проходил как раз мимо. Он взглянул в сторону Модира и дружески улыбнулся в знак приветствия.

Модир улыбнулся в ответ, а затем отступил обратно к стоявшему у кровати письменному столу. Лицо его быстро сделалось серьёзным. Усевшись на грубой, но прочной деревянной табуретке, он нахмурился и задумался о том, что случилось. Головокружение всё ещё волнами накатывало на него, мешая старому магу думать и вспоминать. Ему пришлось несколько раз применить к себе заклинания успокоения духа, чтобы голова немного прояснилась, и в этом процессе он с трудом привёл в порядок воспоминания о том «странном сне».

Затем он, будто вдруг о чём-то вспомнив, подозвал к себе взмахом руки одну вещь, и толстая тетрадь в пергаментном переплёте бесшумно подлетела к нему. Старый маг отложил короткий меч и раскрыл вторую половину тетради. Выражение его глаз сразу же слегка изменилось.

В тетради прибавились новые строки — те самые, что он оставил в том чёрно-белом, выцветшем мире. Записи, сделанные после пробуждения от того сна, — о бескрайней песчаной пустыне и о той подобной горе женской богине — ясно проступали на пергаменте. Присмотревшись, он заметил, что чернила на бумаге даже ещё не высохли.

—Сон воздействовал на реальность? Или я во сне бессознательно оставил эти записи? Или тот опыт был подлинным, а я тогда пребывал в некоем совмещённом состоянии реальности и иллюзии? Или это Мир Теней повлиял на реальный мир…

Модир вполголоса бормотал всевозможные догадки и медленно водил пальцами по этим строкам, пытаясь отыскать хоть какие-то следы в оставленных собой записях. Внезапно его пальцы замерли.

Он дошёл до того места, где та гигантская женская богиня и не явивший себя «великий авантюрист-рассказчик» говорили о её сне. Но там, где описывался сам сон женской богини, соответствующие слова неведомо когда превратились в хаотичную мешанину чернильных клякс и изогнутых линий. Словно бессвязный шёпот из сонного бреда, разобрать их было совершенно невозможно.

Модир немедленно начал перебирать в уме соответствующие воспоминания, и холодный пот понемногу выступил у него на лбу. Он обнаружил, что в его памяти тоже зияет пробел, и к тому же это воспоминание, казалось, опустело лишь в эту самую секунду. Он даже мог ясно ощутить то чувство «пустоты», что царило в голове и было таким неестественным. А затем, спустя ещё несколько секунд, и это чувство неестественности исчезло без следа. И он наконец окончательно позабыл, что же именно описывалось в том сне женской богини.

Старый маг легонько втянул воздух, сдерживая убыстряющееся биение сердца, и с какой-то отчаянной решимостью резко перевернул тетрадь на последние страницы. Он увидел, что та женская богиня поднялась навстречу некоему не поддающемуся описанию ужасающему чудовищу — эта запись ещё сохранилась. Увидел он и то, как в конце текста описывалось, что, когда женская богиня встала, на спинке трона проступила картина звёздного неба… На этом запись полностью оборвалась.

—Звёздное небо… звёздное небо… — Модир медленно закрыл тетрадь и начал легонько постукивать боевым посохом, что был в другой руке, по собственному лбу. — Я и впрямь видел, как на спинке того громадного трона проступила картина звёздного неба… Но как же я ни капли не помню, как она выглядела… Не должно такого быть. С памятью мага я должен был хотя бы что-то запомнить… Снова неполадки с памятью? Или какое-то могущественное ментальное запрещение?

Старый маг вдруг перестал постукивать по лбу и нахмурился:

—Нет, нельзя продолжать думать об этом. Есть опасность подвергнуться скверне. С этим делом нужно повременить.

Богатый опыт великого авантюриста в поиске смерти на свою голову — и в выживании после этого — начал приносить плоды. Модир остановился на опасном краю исследования, несколько раз глубоко вздохнул, давая сердцу и разуму постепенно прийти в норму, затем убрал свою тетрадь и приготовился сперва выйти подышать свежим воздухом, а потом отправиться в бар авантюристов и пропустить стаканчик.

Но едва он подошёл к двери, как в его восприятие проникла не то чтобы слишком незнакомая аура. Старый маг остановился у порога и тут же услышал вежливый стук в дверь и голос молодой женщины снаружи:

—Магистр Модир, вы уже проснулись?

Модир открыл дверь и увидел, что перед ним стоит молодая девушка с чёрными волосами и в чёрном платье.

Он знал эту девушку — они виделись однажды возле того холма, что был сложен из хрустальных сростков. Он знал, что эта с виду кроткая и хрупкая девушка на самом деле в истинном облике была чёрным драконом и, по всей видимости, личным гонцом драконьего вождя Герагора.

—Надеюсь, я не прервала ваш послеобеденный отдых, магистр Модир, — черноволосая девушка-дракон слегка поклонилась, и на её лице проступила улыбка. — Прошу простить, что осмеливаюсь нанести визит в ваш выходной день. У меня приглашение.

—Ничего страшного, я как раз уже проснулся, — Модир вскинул бровь и, судя по всему, не слишком удивился. — Его превосходительству Герагору опять что-то от меня понадобилось?

Девушка-дракон кивнула:

—Вождь приглашает вас на встречу в зал совещаний внутренней части города. Вам сейчас удобно?

—Да ничего неудобного, — невзначай ответил Модир и одновременно взмахом руки призвал с вешалки длинное одеяние, шляпу и прочие вещи, и те сами собой прилетели и как должно оделись на него. — У меня сегодня как раз нет никаких планов, да и сам я хотел кое о чём потолковать с вашим вождём. Он, должно быть, многоопытное существо… дракон.

Говоря это, он уже шагнул наружу, но тут же, будто вдруг что-то припомнив, с крайне странным выражением лица взглянул на стоявшую перед ним черноволосую девушку-дракона:

—Кстати, идти во внутреннюю часть города, наверное, уже не придётся лететь?.. В крайнем случае я и сам могу полететь…

Он вспомнил, как в прошлый раз она несла его в когтях на вершину горы, — это явно был не самый приятный способ передвижения.

—Конечно же нет, — девушка-дракон невольно засмеялась, явно тоже припомнив тот же случай. — Зал совещаний во внутренней части города отсюда недалеко, мы очень скоро дойдём.

.....

Во внутренней части Нового Агондора, в зале совещаний, что был перестроен и приспособлен из одного полуразрушенного старого заводского здания, в комнате для приёмов горел тёплый, мягкий свет. Модир под предводительством черноволосой девушки-дракона пришёл сюда, и тот драконий вождь, что прожил бесконечно долгие века и накопил невообразимые для людей познания, уже давно ждал его.

Войдя в комнату, черноволосая девушка-дракон с короткой стрижкой до ушей беззвучно удалилась. Модир же чуть поправил свою магическую мантию и зашагал к тому золотому дракону, что сохранял человеческий облик. Тот как раз поднял голову из-за стола, и его бледно-золотистые вертикальные зрачки обратились к великому авантюристу в чёрной мягкой шляпе.

—Господин Герагор, вы на сей раз искали меня…

Едва Модир произнёс половину фразы, как лицо Герагора вдруг переменилось. Этот драконий вождь резко встал и, подавшись вперёд, уставился на старого мага так, будто хотел сквозь телесную оболочку прозреть его душу:

—Магистр Модир, где только что побывала ваша душа?!

Слова замерли у Модира на языке. Его изумление продлилось не более полсекунды, и он тут же осознал, что этот могучий золотой дракон, должно быть, разглядел в нём какую-то странность. Да и сам он сразу же связал это с тем чудовищным переживанием в чёрно-белом пространстве, похожем на Мир Теней, что случилось с ним не так давно. Выражение его лица мгновенно сделалось серьёзным:

—Господин Герагор, вы что-то обнаружили?

—На вашей душе остался очень явный… след чужеродной сферы, — Герагор неотрывно смотрел Модиру в глаза, и в его драконьих золотых зрачках одновременно отражалась фигура старого мага и ещё какой-то бледный, размытый душевный образ. — Некая сила, что не принадлежит реальному миру, оставила в вашей душе глубокий отпечаток… Но эта сила стремительно угасает. Приди вы чуть позже, боюсь, и я бы не смог разглядеть этих следов.

—Правда? — Модир изумлённо вытаращил глаза и в то же время засомневался. — Не может быть… Как же я сам не заметил, что с моей душой неладно…

—Боюсь, этот отпечаток также повлиял и на ваше восприятие, либо сила, стоящая за ним, чересчур странна и угодила прямиком в вашу «душевную слепую зону», — лицо Герагора ничуть не расслабилось. — Магистр Модир, что всё-таки произошло?

—…Мне приснился сон. А может, и не сон. Как вы сказали, моя душа, возможно, ненадолго провалилась в некое иноприродное пространство, похожее на Мир Теней, — Модир на мгновение задумался и решил, что стоящему перед ним драконьему вождю нет смысла в этом деле злоумышлять против него. К тому же он и сам намеревался кое о чём разузнать из его уст, а потому не стал ничего скрывать и подробно, во всех деталях, поведал о том жутком «переживании во сне». — Это случилось несколько часов назад. Я проснулся ото сна и увидел бескрайнюю пустынную равнину, всю усыпанную серовато-белой пылью и расколотыми громадными камнями. И ещё — чёрные, разбитые руины города, до которых, казалось, никогда не добраться…

—Ещё я увидел фигуру, огромную, как гора. Она сидела на обветшалом, полуразрушенном троне. Трон был сделан из какого-то неизвестного серовато-белого материала, казалось, он одного состава с окружающей пылью. Нижняя часть трона была похожа на некий религиозный алтарь. Эта фигура выглядела как женщина, одетая в чёрное длинное платье неразличимого покроя и материала. По ней скользили серовато-белые трещины или линии, похожие на наложение света и тени. Я не мог разглядеть её лица, но слышал её голос…

—Ещё я слышал свой собственный голос, но не видел, откуда он исходит…

Стараясь получить как можно больше помощи, Модир чрезвычайно подробно описал всё, что помнил, и после этого ещё добавил о том коротком «погружении в сон» на корабле. Герагор слушал рядом с предельным вниманием и ни разу не прервал его. Лишь когда рассказ Модира наконец подошёл к концу, этот вождь драконов легонько выдохнул и с серьёзнейшим лицом спросил:

—До того как вы поднялись на борт того механического судна, что вышло из Северного порта, с вами никогда не случалось ничего подобного, не так ли?

—Верно, — Модир понял, что тот хочет сказать. — Можно считать, что это явление началось лишь после того, как я приблизился к Тар-Лонду.

—Чёрно-белое пространство, подобное Миру Теней… безграничная серовато-белая пустыня… гигантские камни… и чёрные городские руины, до которых, кажется, никогда не добраться… — Герагор нахмурился и заговорил тихо, будто сам с собой. — Громадный полуразрушенный трон, и под ним — нечто вроде алтаря…

—Вы знаете, что это за место? — не выдержал Модир. — Вы прожили почти два миллиона лет, и в этом мире, должно быть, нет ничего, что было бы вам неизвестно.

Герагор, однако, покачал головой:

—В этом мире нет истинно всеведущих. Даже глаза божеств имеют предел. То место, что вы описали, мне незнакомо. Ни в реальном мире, ни в Мире Теней, ни в тех диковинных стихийных и духовных планах нет среды, которая полностью бы ему соответствовала…

Модир не скрыл разочарования на лице:

—Вот, значит, как… Даже вы не знаете.

Герагор продолжал качать головой:

—Прошу прощения, в этом я ничем не могу вам помочь. Однако я согласен с вашим суждением: тамошняя среда очень близка к Миру Теней. Хотя в ней и остаётся много необъяснимых противоречий, она, без сомнения, имеет глубокую связь с Миром Теней, и к тому же…

Этот золотой дракон вдруг умолк, и выражение его лица сделалось крайне странным. В этом выражении были и некоторая настороженность, и тень подозрения, и ещё больше — напряжения и мрачной серьёзности.

Он поднял голову и с невиданной прежде вескостью уставился Модиру в глаза:

—Можете ли вы ещё раз описать, как выглядела та огромная «госпожа»?

—Конечно, — Модир тут же кивнул и вновь описал ту женщину, что в его «сне» походила на божество. В конце он вдруг что-то припомнил и добавил: — Да, ещё, я помню, что, когда Она в конце концов двинулась навстречу тому ужасному, кощунственному чудовищу, в Её руке появилось оружие. В него собрались те серовато-белые трещины, что скользили по Её телу, — и получился скипетр. Он был наполовину чёрный, наполовину белый, и ощущение его присутствия было столь чудовищно сильным, что я почти не мог оторвать от него взгляд…

—Наполовину чёрный, наполовину белый скипетр?! — Герагор мгновенно расширил глаза, будто его смутная догадка, что зародилась только что, вдруг нашла подтверждение. Драконий вождь резко вскочил на ноги и лишь несколько секунд спустя, казалось, осознал, что забылся, и медленно сел обратно.

—Судя по всему, вы знаете, кто такая эта «госпожа», — сделал вывод Модир по его реакции. — Так кто же это был, кого я видел…

—Как вы и предполагали, магистр Модир, — божество, — Герагор легонько выдохнул. — Однако не божество нынешней эпохи… Она пропала без вести миллион восемьсот семьдесят тысяч лет назад.

(Конец главы)