Том 1 · Глава 1326. Расползание и тление

Как и предвидели верховный вождь и генерал, линия обороны на Волчьем Хребте всё же не смогла сдержать могучий прилив мутантов, хлынувший со стороны Пустоши. Когда всепоглощающий ливень разъедающих энергетических стрел и неисчислимые, вовсе не страшащиеся клинков мутировавшие твари обрушились на позиции со стороны горных проходов, даже самым доблестным и воинственным горным бойцам и чемпионским воинам оставалось лишь сражаться и отходить, уступая пядь за пядью обороняемую землю.

Племенным воинам не занимать было мужества и боевой смекалки, но им не хватало достаточно доброго оружия, не хватало солдат, не хватало должным образом подготовленных позиций — и, главное, не было подкреплений. Единственным их преимуществом был сам по себе неприступный рельеф Волчьего Хребта, но перед лицом не знающих устали и обладающих неисчерпаемой численностью врагов и это единственное преимущество очень скоро оказалось исчерпано до дна.

По правде говоря, не только Мораг и Камилла, но и многие командиры в племенных войсках давно уже знали, что положение сложится именно так: в Великой Стене зияло несколько брешей, давление из Пустоши нарастало беспрерывно, и племенные храбрецы не смогли остановить чудовищ у восточных предгорий Горного Барьера — а значит, им не удастся сдержать этих всё умножающихся врагов и в любом другом месте. Если только не заткнуть бреши в Великой Стене, исход этой войны был предрешён ещё в тот самый день, когда пал Горный Барьер.

Но даже так племенные воины всё равно продолжали сражаться и сражались бы, пока не полегли бы все до единого. Такое упрямство было вырезано на костях зверолюдов. Этот народ с первобытных времён не был из тех, кого можно сломить безвыходностью. Необоримый враг не заставлял их склонить головы — они просто выбирали умереть в атаке.

«Это ещё не конец…»

Холодный ветер нёс с собой едкий запах. Казалось, даже безмолвный Красный Яшмовый Лесной Океан ощутил эту бурлящую, тревожную ауру. Окрестные исполинские деревья гудели и стонали под ветром. Старый зверолюд Мораг с горсткой отборных воинов пробирался сквозь Лесной Океан. Он поднял голову и вгляделся в сумрачную тень чащи, ловя в порывах ветра всё ещё, казалось, смутно звучащие боевые кличи, и тихо пробормотал про себя.

Древняя чаща не отвечала на бормотание старого зверолюда. Лишь тонкий шелест листвы под ветром да шорох падающего снега разносились меж деревьев. В этот час утреннее солнце уже взошло, и рассветные лучи, пробиваясь сквозь просветы в кронах, падали на лесные поляны. В этом смутном, призрачном сиянии меж толстым снежным покровом и мягкой почвой незаметно для глаза начали собираться воедино некие воздушные вихри.

Воины ощутили исходящие из воздуха пристальные взгляды. Мораг легонько взмахнул рукой, и солдаты, шедшие за ним, тотчас остановились. Сам же он поднял взгляд к дальнему концу поляны, и его взор упал на огромный камень причудливой формы.

Этот камень одиноко высился в кругу камней поменьше. Его неровная поверхность была испещрена тёмно-красными прожилками. Несколько грубо огранённых природных кристаллов сидели на его вершине, точно какие-то диковинные глаза. Мораг не сводил глаз с этого камня, пока незримый ветер не взвихрил снег и сухие листья, застлавшие ему обзор. Затем ветер постепенно стих, и в «каменном кругу» проступило несколько фигур.

Они были укутаны в толстые плащи, полностью, вместе с лицами, скрывавшими их под собой. Поверхность плащей то и дело слегка вздувалась, будто под одеждой была не живая плоть, а клубы бесформенного дыма. В руках эти фигуры сжимали оружие, казавшееся трухлявым и хрупким, готовым рассыпаться от одного прикосновения. Трещины на поверхности оружия светились бледно-синим — оттуда струился леденящий холод смерти.

—Хранители Леса, — Мораг выступил вперёд из рядов безмолвных воинов и спокойно посмотрел на закутанные в плащи «человеческие» фигуры. — Я говорю с вами от имени Верховного Вождя.

—Мы знаем, зачем ты пришёл. Духовные шаманы рассказали нам о битвах, что идут на востоке, — произнёс один из этих силуэтов. Голос его совершенно не походил на голос живого существа, а звучал как искажённый резонанс, порождённый лишь колебанием воздуха. — Бесполезные… Никак не думали, что вы не продержитесь и этого срока.

Крылья носа Морага дрогнули, но лицо его осталось бесстрастным:

—Вы сами скоро поймёте, какова мощь этого «прилива».

—Возможно. Но нам до этого нет дела, — прошелестел голос, похожий на смех. Однако Мораг и воины услышали лишь свист пустого ветра. — Нас заботит лишь то условие, что обещала твоя «Верховный Вождь»… Мы поджигаем Красный Яшмовый Лесной Океан, а она дарует нам смерть. Это всё, в чём состоит сделка… Правильно ли я понял?

Мораг безмолвно глядел на несколько фигур в каменном кругу. Краем же зрения, в тенях лесной чащи, он различал ещё множество взоров и расплывчатых теней, что следили отсюда. То были «Хранители Леса» Красного Яшмового Лесного Океана — группа существ, в войне тысячелетней давности побеждённых зверолюдами, загнанных в этот магический лес и навечно заклятых пребывать в состоянии ни жизни, ни смерти. Внешнему миру почти неизвестных.

Они не были ни нежитью, ни живыми. Они были горемыками, которых эта земля и благословила, и покинула. Тысячу лет назад они были господами зверолюдов.

Но их власть тысячу лет назад была низвергнута их же рабами. И всё, что осталось от них ныне — лишь горстка «проклятых», почти позабывших минувшие века.

Земля Огуреи древняя и дикая. В нынешнюю эпоху она, возможно, не столь «передовая» и «цивилизованная», как другие страны мира. Но на этой таинственной земле всё ещё сокрыто множество древних тайн, какие чужеземцам и не вообразить. Всё происходящее в Красном Яшмовом Лесном Океане — лишь ничтожная рябь на поверхности бесконечно долгой истории этого края. И сегодня даже эта рябь должна была улечься навсегда.

Мораг достал из-за пазухи амулет из звериного клыка и показал его главе Хранителей Леса:

—Обещание Верховного Вождя незыблемо, как горы. Это — последний долг между вами и миром живых. Духовные шаманы уже вложили в него контракт. Я оставлю его здесь. Когда в Красном Яшмовом Лесном Океане заполыхает пламя, тысячелетняя карма завершится.

В сумрачной чащобе бессчётные взгляды мгновенно сосредоточились на амулете из клыка. Мораг почти физически ощущал жадность и жар, пылавшие в этих взорах. Давление было так велико, что даже у него, прошедшего через сотни битв, шерсть слегка встала дыбом. Однако он, сохраняя невозмутимый и неторопливый вид, спокойно шагнул вперёд и положил амулет на крайний камень «каменного круга».

Глава Хранителей Леса почти тотчас пришёл в движение. Словно клуб пыли, он скользнул на несколько метров и протянул свою конечность, сотканную из пепла и густого дыма, чтобы коснуться амулета. Но не успели его пальцы притронуться к поверхности, как из кончиков вспыхнуло бледно-синее пламя, заставив его поспешно отпрянуть и торопливо сбивать огонь.

—Контракт ещё не исполнен. Ты не можешь прикоснуться к нему, — Мораг, казалось, ожидал этого и с невозмутимым видом обратился к Хранителю Леса. — Тебе и не нужно его касаться. Как только Лесной Океан начнёт гореть, он сам обратится в прах.

Глава Хранителей Леса без единого слова «проплыл» обратно на своё место. Из тьмы под капюшоном, казалось, два ледяных луча вонзились в Морага. Лишь мгновение спустя из этой чёрной, глубокой тени капюшона раздался пустой голос:

—Надеюсь, вы и впрямь готовы… Когда Красный Яшмовый Лесной Океан обратится в пепел, у вас больше не останется путей к отступлению.

—Тысячу лет назад, когда наши предки решились поднять восстание, у них тоже не было путей к отступлению, — спокойно ответил Мораг. — Мы к этому привыкли.

.....

Армия запрудила все горы. Силы сопротивления цивилизованного мира, словно крохотные огоньки свечей под ураганным ливнем, покачавшись во тьме, гасли один за другим. Те смертные за пределами Пустоши, что так долго нежились в покое, и их смехотворные «горные линии обороны» перед лицом истинной армии были подобны замкам на песке: какими бы изящными и красивыми они ни казались, рушились они совершенно беззвучно.

В глубине бурлящего людского прилива мутантов Западного фронта множество высокоуровневых мутантов и синтетических «гигантских чудовищ» плотно окружали свои командные узлы. Один тёмный древесный друид с жёлтой, иссохшей корой и кроной, напоминавшей жуткое подобие мозга, взобрался корнями на горный утёс, дочерна разъеденный хаотической магией. Он расправил ветви на холодном ветру, и его тёмно-карие глаза засветились из-под напластований коры, уставившись на горный склон, постепенно освещаемый солнцем.

Там, наверху, держали оборону смертные. Они заняли господствующую высоту и пока ещё оказывали отчаянное сопротивление, но тот жалкий огонь, что они изливали с высоты, уже не имел почти никакого значения для оформившихся в легионы мутантов. Собравшаяся из Пустоши армада сейчас, подобно чёрному приливу, вспять поднимающемуся по склонам, неуклонно продвигалась вперёд и уже на обоих флангах, используя рельеф, организовала огневые позиции. А магия и пылающие валуны, которые метали до предела измотанные зверолюды и их союзники из народа луун, лишь вздымали на поверхности этого «прилива» считанные ничтожные буруны, притом слабевшие с каждым мгновением прямо на глазах.

А ещё севернее этой линии обороны, в горном дефиле, другой легион уже успешно прорвал слабые заслоны тамошнего гарнизона. Огромные массы мутантов скоро должны были обойти через эту брешь горную гряду и напрямую вторгнуться в так называемую «священную землю Лесного Океана».

—Бертрам бездарный дурак… но хотя бы его провал дал нам драгоценный опыт, — произнёс командующий Западной армией тёмный священник, обращаясь к другому такому же священнику рядом. — Теперь мы нашли самое уязвимое место в обороне смертных. Стоит лишь сокрушить это древнее хилое королевство, и их смехотворному «союзу» будет нанесён сокрушительный удар.

—Как вы и говорите, наставник Марцелл, — тотчас отозвался стоявший рядом низший священник, шелестя сухими ветвями. — Однако нам следует остерегаться, не выкинут ли эти коварные «горные племена» ещё какой-нибудь фортель. Они сопротивляются чрезвычайно упорно и, даже отступив сюда, не выказывают ни малейших признаков развала. Я опасаюсь, что у них ещё есть…

—Упорство духа — единственная их похвальная черта, но дух не обратит судьбу вспять. Мы и есть их судьба, — рассмеялся тёмный священник Марцелл сухим, режущим слух голосом. — Мы уже полностью отсекли весь Западный театр военных действий. От Великой Стены до этих гор перед нами наши легионы покрыли всю землю. Даже если у этих горцев и есть какие-то подкрепления, которые попытаются нанести удар с флангов, им ни за что не прорваться внутрь. Что же до подхода из внутренних районов Огуреи… Ха.

Он презрительно фыркнул.

—Это страна, перекрытая горами, чащобами и бурными потоками. Войска поддержки, посланные другими государствами Союза, — если только эти подкрепления вообще существуют, — никак не смогут добраться до фронта в короткое время. Разве что целая армия у них прилетит по небу!

Марцелл обернулся и посмотрел на стоявших позади низших священников и подчинённые им отряды крупных мутантов. В этой безмолвной колонне, однако, самым заметным был перевозимый ими «груз».

То были ровно расставленные на земле большие кубические объекты — ещё не активированные контрольные узлы Глубинной сети.

—Чем гадать, что предпримут эти дошедшие до последней черты дикие зверолюды, озаботимся лучше следующим шагом… Уничтожение слабого древнего королевства — не истинная наша миссия, — медленно проговорил Марцелл. — Где следующая точка сброса?

—В древнем городе под названием Рубиновый Город, если этот город до сих пор так называется, — немедленно ответил низший священник. — Глубоко под этим городом есть невидимая глазу трещина. Местные жители ничего не знают о ней и почитают активную магическую среду близ трещины как «дар предков». Нам нужно взорвать центр города и сбросить туда рунные камни.

—Отлично. Рубиновый Город. Затем — Город Святого Шлема и их «Пик Предков», — мрачный взгляд Марцелла скользнул по рядам рунных каменных блоков, пребывавших в спящем режиме. — Они, конечно же, будут до последней капли крови оборонять эту так называемую «Святую гору», но нам обязательно нужен этот узел. С тех пор как начал исполняться Великий План, мы уже практически завершили сброс во всех Глубинных Разломах, доступных в Пустоши. А общий прогресс едва достигает и половины… Будь прокляты эти морские девы.

—Да, будь прокляты эти морские девы… Если бы они не вмешались тогда, нам бы и вовсе не пришлось покушаться на Глубинный узел Пика Предков, — поддакнул низший священник. Потом он повернул свои корни и вновь уставился на горную линию обороны, где кипел жаркий бой. В лучах постепенно поднимающегося солнца флаги Огурейского Племенного Царства и Верховного Вождя Камиллы всё ещё гордо реяли в вышине, но крови и трупов вокруг этих знамён становилось всё больше и больше.

Сломить оборону этих горных племён было теперь лишь вопросом времени.

.....

Низкое, приятное гудение доносилось из недр этой стальной земли под ногами. Леденящий ураганный ветер на огромной высоте сдерживался и фильтровался энергетическим щитом, накрывавшим всю крепость, и в конце концов лишь ласковые дуновения овевали палубу. Горные хребты и речные долины медленно плыли по далёкой земле. Облака были так близко, что, казалось, до них можно дотянуться рукой, а порою и вовсе проходили насквозь. Подобного опыта у Ребекки в этой жизни ещё точно не было.

Конечно, драконьи всадники тоже умели летать по небу, но, за исключением тех драконорождённых пилотов, что были помешаны на экстремальных ощущениях, обычный человек, сидя в драконьем всаднике, такого «ощущения простора» не испытывал — открывать кабину на высоте было смертельно опасно.

Ребекка шагала по аномально широкой палубе «Зари Мира» и глубоко вдыхала свежий, пронизывающе-чистый воздух. В то же время, когда дух её взбодрился, из ближайшего громкоговорителя раздался голос главного мозга «Зари Мира»:

—Доброе утро, Создательница. Надеюсь, прошлой ночью вы хорошо спали.

—Да я почти не спала. Совсем не могла уснуть. Но это не проблема, — махнула рукой Ребекка и на ходу добавила, направляясь к большой платформе на краю палубы: — А ты как? Как ощущения от первого полёта?

—Состояние отличное. Все системы в норме, — немедленно ответил главный мозг. — Моя виртуальная личность оценивает это переживание как «приятное».

—Вот и славно. Так держать. А теперь — преподнесём этим чудовищам грандиозный сюрприз!

(Конец главы)