Том 1 · Глава 1361. Несоответствие условиям пересечения границы

Небольшую механическую десантную лодку спустили с «Зимнего Лютня». Миновав зеркально-спокойную, кристально чистую гладь моря, она плавно причалила у подножия той самой «колоссальной башни», которая, казалось, пронизывала атмосферу планеты насквозь. Проведшая полдня в разведке на стальном острове Кассандра вышла встречать. Закрепив лодку, Байрон, Ашалена и отряд верных морских пехотинцев сошли на этот древний памятник, простоявший на планете уже миллион восемьсот тысяч лет.

Слабый, ровный морской ветер дул издалека, донося необычайно чистый воздух. Гигантское солнце уже сместилось с высшей точки небосвода, и косые лучи больше не жгли смертоносным полуденным зноем. Золотисто-багряное сияние заливало стоящую перед ними колоссальную башню, отбрасывая от неё на далёкую морскую гладь грандиозную, великолепную тень. А на окраинных участках стального острова Байрон видел накопившиеся за долгую череду веков минеральные отложения, пласты слежавшихся водорослей и множество других признаков морской жизни.

Он задрал голову, изо всех сил вглядываясь в верхнюю часть башни. Разумеется, как и при всех прежних наблюдениях с любых углов, он не мог увидеть, где эта башня кончается. Перед ним лишь высился в лучах закатного солнца грандиозный серебристо-серый столп, уходящий прямо в облака и на краю зримого пространства постепенно превращавшийся в тонкую чёрную линию, чей конец терялся на границе небесного свода — точно мост, спущенный из горнего мира.

—Как эту штуковину вообще здесь поставили? — не выдержал и забормотал один из морпехов; голос под лицевой пластиной доспеха звучал глуховато. — Она точно не рухнет?

—Кто её знает? Наследие Вознёсшихся… — так же бормотал другой морпех. — Они ещё и корабли, патрулирующие меж Божественных Царств, строить умели. Говорят, та штуковина была в несколько раз больше «Зари Мира»…

Байрон слышал за спиной изумлённые переговоры солдат, но не обратил на них внимания. Он велел Кассандре указывать дорогу, и вскоре они пересекли уже разведанную безопасную зону и вышли к той самой просторной площади у основания башни.

—Подозреваю, это и есть вход в башню — поблизости найдена шлюзовая конструкция и что-то похожее на площадку для сбора машин и личного состава. Однако мы ещё не успели продолжить разведку вглубь, — с ослаблением солнечного света водяные пары, окутывавшие Кассандру, стали немного жиже, и теперь казалось, что опасность превратиться в вяленую рыбу ей уже не грозит. — Кроме того, пока мы дожидались вас, я с сёстрами обнаружила вокруг площади множество других «следов позднейших посетителей». Должно быть, их оставили те самые изначальные эльфы, что некогда бежали сюда. Следы эльфов не столь вечны, как постройки Вознёсшихся, простоявшие миллионы лет. Многие предметы уже выветрились и истёрлись до неузнаваемости.

Байрон с весьма серьёзным лицом кивнул, окидывая взглядом стоявшую с краю площади металлическую плиту, испещрённую древнеэльфийскими письменами. Хотя сам он не понимал ни слова, перед морскими пехотинцами он прекрасно сохранял сияющий образ «генерала, что многое повидал, генерала, что всё продумал, генерала, что спокоен до безобразия»:

—Оставить послание у самого входа, дабы предостеречь идущих следом… Мысль весьма разумная.

Ашалена, разумеется, понимала, что этот абсолютно не смыслящий в древнеэльфийском тип попросту пускает пыль в глаза, но разрушать эту иллюзию у неё не было ни малейшего желания. Вместо этого она подошла ближе и очень внимательно перечитала надпись на металлической плите. При повторном, уже вблизи, тщательном осмотре она заметила деталь, которую пропустила на дистанционном изображении.

—Материал этой плиты… он отличается от всего окружающего. Но и на распространённый у современных эльфов сплав на основе меди и мифрила не похож…

—Возможно, эльфы принесли это из своей прародины, — произнёс Байрон, почёсывая подбородок. — Изначальные эльфы владели технологиями куда более передовыми, чем нынешняя Серебряная Империя. Святилище Звёзд — их «родовое достояние», принесённое на континент Лорен. Должно быть, и этот сплав имеет схожее происхождение. После раскола и деградации они утратили множество технологий, да ещё и пережили жестокую коллективную очистку памяти. Ясное дело, выплавлять такие передовые материалы, вывезенные с родины, они уже не могли.

Произнеся это, он призадумался, разглядывая металлическую плиту, что стояла на площади подобно монументу.

—Эту штуку можно отпилить?

—Можно, — тут же кивнула Кассандра. — Сам этот «остров» сделан из материала чудовищной твёрдости, но с металлической плитой справиться нетрудно. Она влита в паз на поверхности. Инженерный резак ваших маготехников наверняка сможет выкорчевать её из основания… Ты хочешь её снять?

Не успела она договорить, как стоявшая рядом Ашалена удивлённо воззрилась на Байрона:

—Зачем тебе эта штуковина?

—Выкорчуем, — кивнул Байрон. — Пусть позже «Зимний Лютень» пришлёт ещё партию инженеров. — И он очертил рукой низ «монумента». — По самому основанию. Старайтесь пилить аккуратно, чтоб вышло попоряднее. Думаю, эту штуку можно упаковать и отослать в дар Серебряной Империи. Сунуть в какую-нибудь красивую шкатулку, ну и… как говорит наш государь, это как минимум поднимет репутацию на +100…

—А ну остынь! Какого хрена — выломать монумент, поставленный их пращурами, засунуть в ящик и вручить пострадавшей стороне, чтобы поднять репутацию?! — страшно изумилась Ашалена и, вытаращившись, громовым голосом пресекла гениальную выдумку Байрона. — Ты хоть понимаешь, что в тот самый миг, когда ступишь с этой штукой на землю Серебряной Империи, тебя схватят с поличным на месте преступления?!

Никто в имперском флоте не смел орать на адмирала. Но это не касалось драконихи, которая ещё десятки лет назад, в Южных Пределах, рубилась с ним плечом к плечу, пила вино и травила байки. От громового голоса Ашалены у Байрона аж зазвенело в мозгах, и тут до него наконец дошло, что его затея, кажется, и впрямь немного неуместна. Далеко не всякую «утерянную вещь» стоит выкапывать и возвращать владельцам. Стоящий перед ними «монумент» был не просто реликвией изначальных эльфов, но имел для целой цивилизации куда более весомое значение — как «свидетельство и память о том, что они здесь были». Возможно, в скором будущем, когда мир станет безопасным, серебряные эльфы, как сегодня «Зимний Лютень», придут сюда сами. И тогда этот монумент станет критически важной «точкой отсчёта» в их истории и культуре…

Если вдуматься, то это довольно просто. Представим, что есть в мире величайшая вершина, куда никому и никогда не удавалось взойти. Но однажды какой-то лихой муж совершает этот подвиг и вешает наверху знак своего рода, пусть даже и по чистой случайности. А потом ты идёшь и снимаешь эту историческую метку, и приносишь её потомкам того мужа со словами: «Прошу прощения, нашёл вот эту штуковину по дороге. Это вы, случаем, не теряли?»

Байрон поставил себя на их место и подумал, что с разворота всадил бы такому человеку удар в прыжке, под полной яростью, с пробиванием брони.

—Тогда отбой. Позже доложим об этом государю, пусть решает, как вести переговоры с Серебряной Империей, — почесал свои растрёпанные волосы Байрон и повернул голову в сторону той самой величественной дугообразной металлической стены неподалёку (которая на деле была лишь крошечным фрагментом внешней оболочки основания башни). — …А теперь зайдём-ка внутрь и посмотрим, что там.

—Ты уверен, что хочешь войти? — слегка нахмурилась Ашалена, поглядывая на далёкий, похожий на вход шлюз. — Мне всё время кажется, что эта хреновина какая-то чертовски зловещая…

—Я для того и прибыл, чтобы зайти и осмотреться, — судя по всему, Байрон уже принял решение. — Мы сбились с пути, и то, что мы нашли эту башню, — всецело удача. Наследие Вознёсшихся имеет для Империи колоссальное значение. Государь тоже уделяет этой теме очень и очень большое внимание. Мы обязаны доставить домой хоть сколько-то ценных сведений — это будет для Империи хоть каким-то итогом нашего похода. Разумеется, мы не станем задерживаться здесь надолго. Наги-лоцманы и оставшиеся на «Зимнем Лютне» морские девы сейчас заново калибруют курс. Как только они найдут направление на континент, мы двинемся обратно. Но перед тем как входить в эту «башню», и впрямь следует проявить осторожность, так что…

С этими словами он поднял голову и посмотрел на стоявшую рядом госпожу Кассандру, которая старательно завязывала собственный хвост бантиком:

—Госпожа Кассандра, не соблаговолите ли вы с вашими спутницами пройти в ту дверь и осмотреться первыми?

Кассандра тут же уронила хвост и расплылась в самоуверенной улыбке:

—Ну конечно, мы только этого и ждали! Сёстры, выступаем!

Три морские девы быстро отделились от отряда. Байрон и остальные провожали их взглядом, пока они пересекали обширную площадь и широкий пандус, ведущий в её конец. Массивный сплавной шлюз, сквозь который, казалось, могли бы в ряд проехать семь-восемь тяжёлых танков, стоял в конце пандуса. Створки его были немного раздвинуты, и три фигуры Кассандры и её спутниц исчезли в этой щели.

Миновав эту невероятно широкую дверь и пройдя по столь же широкому, но короткому соединительному коридору, три морские девы-разведчицы наконец увидели внутренность башни.

Всё здесь было залито светом, и не было ни пылинки. Какое-то древнее очистительное или изолирующее устройство, судя по всему, полностью преграждало путь любой пыли извне. Взору Кассандры предстал чистый, сияющий круглый зал — и было решительно невозможно представить, что здесь уже минуло миллион восемьсот тысяч лет.

В отличие от первого яруса тар-лондской башни, здесь не виднелось множества работающих устройств и не сновали бесчисленные центральные транспортные трубы. Огромный зал был почти полностью пуст. Лишь в самом его центре высилась одна-единственная серебристо-белая металлическая труба, пронзавшая пол и потолок. Диаметром она была, наверное, с крепостную башню. В воздухе вокруг этой металлической трубы висело несколько групп голографических изображений, но на них виднелись лишь шумовые помехи.

Ни опасностей, ни активированных древних устройств, ни внезапно засветившихся стен.

Кассандра и две её сестры обошли весь зал по кругу и в итоге утвердились в том, что здесь совершенно безопасно — как и было сказано на «монументе» на площади: первый ярус зала опасности не представляет.

Убедившись в безопасности, ожидавшие снаружи Байрон и его люди наконец вступили в это древнее место.

—…Сколько ни гляди, а всё, что оставили Вознёсшиеся, всё так же изумляет, — обводя взглядом это пережившее миллионы лет, а по виду всё такое же чистое, светлое и почти новое место, не удержался от восхищения Байрон. — Так здесь, значит, и собрались давние изначальные эльфы и сотворили великую глупость…

—Мы не обнаружили никаких проходов на верхние ярусы — ни лестниц, ни шлюзов, — проговорила стоявшая рядом Кассандра. — Всё осмотрено. Кроме вот той металлической трубы… точнее, металлического столба посреди зала. Он явно ещё работает. Мы не посмели его трогать, но я с сёстрами сделала вокруг него два круга, и никакой тревоги это не вызвало.

—Осторожность — дело хорошее, — кивая, сказал Байрон и сделал несколько шагов в сторону серебристо-белого металлического столба в центре зала. — Просто приблизиться можно без опаски, вер…

Он не успел договорить, как со всех сторон внезапно раздался звук «ду», от которого у каждого пробежал мороз по коже. Вслед за этим коротким, явственно предостерегающим сигналом в сердце у каждого человека в зале зазвучал синтезированный, механический голос, и звучал он так, словно информация впрыскивалась прямиком в разум:

«Предупреждение. Несоответствие условиям пересечения границы. Посетитель, отойдите назад».

Байрон оцепенел, мгновенно покрывшись холодным потом, и в следующую секунду быстро отступил.

Звук тревоги не повторился. Синтезированный голос в голове тоже не продолжал.

—Вы слышали только что эту тревогу? Или это только я слышал? — ошеломлённо обернулся Байрон к Кассандре. — Вы же говорили, что приближаться безопасно!

—Мы слышали. Но когда мы, сёстры, подходили, действительно ничего не случилось! — тоже выпучила глаза от изумления Кассандра. И затем, словно для проверки, немедленно, извивая хвостом, продвинулась на несколько шагов к центру зала и, убедившись, что здешняя система никак не реагирует, вернулась обратно. — Гляди, ничего же не случилось.

Ашалена, нахмурившись, наблюдала эту сцену и вдруг сказала:

—Я тоже попробую.

С этими словами она, не дожидаясь разрешения Байрона, зашагала туда же, где только что стоял он. И под множеством насторожённых, внимательных взглядов — ничего не произошло.

Предупреждение не прозвучало.

—…Меня, стало быть, дискриминируют? — нахмурился Байрон и оглянулся на приведённых с собой морских пехотинцев. — Остальные — по очереди испытайте это. Но не заходите слишком далеко. Услышав предупреждение, немедленно отступайте. А если предупреждения не будет, всё равно не стойте там слишком долго.

—…Надеюсь, это не сравнится с тем великим безрассудством, что сотворили изначальные эльфы? — с некоторым беспокойством спросила стоявшая рядом Кассандра у Ашалены.

—Думаю, нет, — негромко ответила Ашалена, глядя, как вперёд идёт один из морских пехотинцев. — Судя по посланию на том монументе, изначальные эльфы попали в беду, когда после предупреждения всё равно самонадеянно попытались взломать здешнюю систему и силой прорваться в запретную зону верхних ярусов. Нам же главное — не идти наперекор этому предупреждению…

«Предупреждение. Несоответствие условиям пересечения границы. Посетитель, отойдите назад».

Голос, зазвучавший в голове у всех, оборвал разговор Кассандры и Ашалéны. Осмелевший было морской пехотинец стремительно отступил.

В зале воцарилась тишина. Все переглядывались. После короткого замешательства одна из морских дев, приведённых Кассандрой, не выдержала и нарушила молчание:

—Что же это такое?

—…Похоже, это и есть тот самый «механизм идентификации», о котором говорили в своём послании изначальные эльфы, — сильно нахмурился Байрон. Хотя в обычное время он был человеком весьма грубым, сейчас со способностью к суждению у него было всё в порядке. — Тогдашних изначальных эльфов, судя по всему, этот механизм идентификации остановил всех до единого. Большинство из нас тоже не может пройти «критерии отбора» этой хреновины. Но вот что странно…

Его взгляд остановился на Кассандре, Ашалене и остальных.

—Почему у вас тревога не сработала?

Три морские девы и драконица озадаченно уставились друг на друга в полной растерянности.

Байрон сдвинул брови и, поразмыслив несколько мгновений, вдруг резко обернулся к своим морпехам:

—Всем личному составу — выйти вперёд и пройти проверку!

Проверка не заняла много времени. На нескольких десятков морских пехотинцев в общей сложности ушло не более десяти минут. И все эти десять минут предупреждение о «несоответствии условиям пересечения границы» звучало почти непрерывно.

Кроме Ашалéны и трёх морских дев, все, кто ни пробовал подойти к металлическому столбу в центре зала, получали предупреждение от системы Вознёсшихся!

(Конец главы)