Глава 73. Гомункул (2)
Долгожители одержимы мной после моего перерождения · Том 1 · 0% · ещё ~11 мин

Том 1 · Глава 73. Гомункул (2)

Шарлотта оказалась гомункулом. На мгновение мой разум словно опустел.

Не знай я об этом ничего, наверняка задался бы вопросом, что это вообще за существо.

Однако само понятие гомункула мне было хорошо знакомо.

«Искусственный человек».

Человечество во все времена искало тех, кто мог бы выполнять за него грязную и тяжелую работу.

Изначально эта роль отводилась рабам, но со временем, по мере угасания рабства, потребность в их замене становилась лишь острее.

Нужен был кто-то, кто пахал бы землю задарма. Кто-то, кто шел бы на войну и умирал за государство, не требуя платы за свою жизнь.

И дело касалось не только отдельных личностей — над этой задачей бились целые державы.

Существо, подобное человеку, но не требующее к себе человеческого отношения.

И ответом на этот запрос стал гомункул.

Не дитя, рожденное в любви по законам природы, а подделка, сотворенная людской магией.

Искусственный человек, которого легко заменить тысячами других, если сотни сгинут на поле боя, и который беспрекословно подчиняется воле хозяина.

«...Однако все это считалось лишь вымыслом из бульварных романов».

По иронии судьбы, об этих искусственных людях я впервые услышал от самой Шарлотты, любившей на досуге почитывать подобную литературу.

И вот теперь именно она оказалась гомункулом.

Более того: королевство Дрейлин овладело этой технологией, которую так страстно искало человечество, еще пятьсот лет назад.

Сопоставив титул «Последний король Дрейлина», «Наследие Дрейлина» и утерянное магитех-оружие «Колосс», которым управлял Алексей, я пришел к неизбежному выводу.

«Значит, пятьсот лет назад королевство Дрейлин обладало магитех-технологиями... Намного превосходящими все, чем мы располагаем сегодня!..»

Пока я переваривал услышанное, профессор Уинстон закончил объяснять Юстине суть гомункулов.

Искусственный человек, гомункул... Названий много, но случай Шарлотты ближе всего именно к классическому гомункулу, — произнес он.

Погодите, а как же та операция? — нахмурилась Юстина. — Если это была не модификация, то что и куда ей пересадили?

Сначала они с помощью магитеха сотворили совершенное тело. А затем поместили в него душу Шарлотты.

Значит, Шарлотта...

Да. Изначально ее душа, судя по всему, пребывала в ином сосуде. Они извлекли ее и перенесли в искусственно созданную плоть. И поскольку это называют Наследием Дрейлина, то наверняка...

Профессор Уинстон запнулся, не решившись закончить мысль. Я продолжил за него:

Должно быть, это дело рук магов и магитех-инженеров королевства Дрейлин. Но, судя по тому, с каким упорством Последний король Дрейлина охотится за Шарлоттой, сейчас технология создания гомункулов утеряна.

Скорее всего, — согласился Уинстон. — Дрейлин был сметен Империей. Секрет либо надежно спрятали, либо он сгорел в пламени войны. Дрейлинцы ни за что не оставили бы врагу столь опасное знание.

Верно, — подхватил я. — Если бы и без того могущественная Империя получила армию искусственных солдат, ее было бы уже не остановить.

Чем дольше мы размышляли, тем очевиднее становился замысел Последнего короля Дрейлина.

Причина, по которой он снова поднял этот стяг спустя пять веков после гибели государства.

Для меня ответ напрашивался сам собой.

«Он хочет возродить королевство Дрейлин».

Воскресить павшую державу можно только невообразимой силой.

Показанные им магитех-разработки выглядели грозно, но их все равно не хватило бы, чтобы сокрушить империю Кайтон.

Но что, если он наладит массовое производство гомункулов?

Что, если соберет непобедимое войско из существ, подобных Шарлотте — обладающих невероятной регенерацией и практически неуничтожимой плотью?

Тогда у него появится шанс восстановить Дрейлин.

И настоящая причина, по которой он так цеплялся за это имя...

«Разве я не вырезал их всех тогда?»

Ведь именно я когда-то зажег фитиль, уничтоживший Дрейлин.

За одну-единственную ночь я перебил всю венценосную династию прямо в их замке.

Прежде чем встретить собственную гибель, я обезглавил каждого королевского отпрыска из своего списка.

Но что, если одному из них все же удалось уцелеть?

«Что, если кто-то выжил и сбежал в Мир Демонов?»

Не только демоны-близнецы и Алексей, но и Катарина упоминала, что Последний король Дрейлина — полудемон.

«Полудемон...»

Если выживший беглец покинул имперские земли, сошелся с отродьями Мира Демонов и на протяжении пятисот лет плодил потомство, храня верность своей крови...

Если доживший до наших дней наследник веками грезил о возрождении отчизны...

Это объясняло и его полудемоническое происхождение, и то фанатичное упорство, с которым он цеплялся за давний титул.

Черт побери... — виски сжало тупой болью.

Неужели крошечная искра, брошенная мной в прошлом, спустя пять веков разгорелась в уничтожающий пожар?

Тлеющие угли моей давней мести королевству Дрейлин вернулись, чтобы ударить по мне самому?

Разумеется, Последний король Дрейлина и понятия не имел о моей реинкарнации. Но, попытавшись достать Шарлотту, он неизбежно стянул петлю и на моей шее.

Тем временем профессор Уинстон, движимый профессиональным интересом магитех-инженера, размышлял вовсе не о вражеских замыслах и не о потенциальной армии.

Его заворожила сама древняя технология.

Магитех подобного уровня требует владения двумя фундаментальными вещами, — задумчиво произнес Уинстон. — Во-первых, технологией конструирования живой плоти. Во-вторых, знанием того, как извлекать и переносить души. Судя по реакциям Шарлотты, ее душа вполне настоящая.

Насколько же развитым был Дрейлин... — пораженно прошептала Юстина. — Но постойте! Если они были способны на такое, почему не завоевали Империю еще тогда?

Вопрос Юстины был абсолютно логичен.

Будь у Дрейлина действующая армия гомункулов, я бы при всем желании не сумел учинить кровавую баню в их дворце.

В той войне силы королевства и рядом не стояли с мощью Империи.

Значит, они владели секретом, но не успели ввести его в строй.

Возможно, Шарлотта была... первым завершенным образцом, — предположил я.

Первым?

Должна быть веская причина, почему Последний король охотится именно за ней. Существуй другие готовые гомункулы, он не стал бы лезть в Академию Денберген, проникая в неприступную цитадель. Нашел бы цель получше.

В этом есть логика, — кивнула Юстина, и вдруг ее глаза широко распахнулись. — Погодите... Значит, если бы Дрейлин продержался чуть дольше, судьба всего континента сложилась бы иначе?..

Именно. Обрушься на Империю армия из сотен тысяч — или миллионов — бессмертных гомункулов, выстояла бы она?

В присутствии профессора Уинстона я держал с Юстиной подчеркнуто уважительный тон.

То, каким образом Последний король Дрейлина проведал о Шарлотте, сейчас не имело ключевого значения.

Наверняка это знание передавалось из поколения в поколение вместе с фанатичной мечтой о реванше.

Меня поражала подобная одержимость, но куда больше волновал иной вопрос.

Если Шарлотта действительно живет уже пять веков... когда именно она бежала из королевства?

Без доступа к ее памяти ответить невозможно... — озабоченно протянул Уинстон.

Если она являлась первым успешным гомункулом, ее должны были стеречь как зеницу ока, — настойчиво продолжил я. — Поверить в то, что она ускользнула сама, трудно. Ей кто-то помог?

Не исключено, — задумчиво ответил профессор. — Но выяснить это почти невозможно. Как правильно заметил Председатель, погружение в подсознание слишком рискованно даже для гомункула.

Спросить тоже некого, ведь памяти у нее нет...

Направляя беседу, я вдруг перехватил странный взгляд Юстины. Она смотрела на меня с сомнением и неловкостью.

Сначала я не понял причину, но мгновение спустя меня озарило.

«...Неужели... это сделал я?»

Гомункул был для Дрейлина ценнейшим сокровищем.

Его держали в самом уединенном и охраняемом месте — скорее всего, в недрах королевского дворца.

А пятьсот лет назад объявился безумный палач, в одиночку прорубивший себе путь в этот дворец и обезглавивший всю правящую династию.

Стража, бросившаяся на защиту монархов, оголила остальные посты.

Если Шарлотта сбежала в начавшемся хаосе, выходит... я сам, не подозревая о том, помог ей вырваться на свободу?

«Ну и ирония судьбы».

Догадка звучала дико, но выглядела пугающе правдоподобно.

И все же: если Шарлотта бежала в день падения Дрейлина, когда она лишилась памяти?

Сколько я себя помнил, она верой и правдой служила горничной в нашей семье.

Потеряла ли она воспоминания до того, как пришла к нам, или уже после?

«Нужно расспросить родных. В детстве моя реинкарнировавшая душа с трудом приживалась в новом теле, поэтому детство помнится смутно».

Утерев лицо ладонями, я тяжело вздохнул.

Вопросов по-прежнему хватало. Где Шарлотта скиталась целых пять веков? Случайной ли была наша встреча в этом перерождении?

Но хотя бы туман вокруг целей врага начал рассеиваться, и от этого становилось чуточку легче.

Теперь я хотя бы понимал, за чем именно охотится противник и от чего мне предстоит защищать Шарлотту.

То, что она оказалась гомункулом, а не человеком, меня ничуть не смущало.

Я уже десять лет жил под одной крышей с драконом, полудемоном и эльфом.

Появление в этой компании гомункула мало что меняло.

Я относился к этому спокойно, да и профессор Уинстон, Юстина и Эльфин не испытывали предрассудков.

Тревожило лишь одно.

«Если Шарлотта проведает правду...»

Рано или поздно она заметит, что не похожа на обычных людей.

Плоть, не ведающая старения и травм.

Шарлотта и раньше догадывалась о своей особенности. Но одно дело — считать себя обладательницей редкого дара или уникального тела, и совсем другое — узнать, что ты лишь фальшивка, искусственный продукт магитех-инженерии.

Гомункул или нет, душевно Шарлотта оставалась ранимой девушкой.

И эта правда могла сломать ее.

Давайте пока сохраним всё в тайне от Шарлотты, — произнес я.

Полностью поддерживаю, Председатель, — кивнул Уинстон. — Узнать такое о себе... слишком жестокий удар.

Юстина молча согласилась.

Правда не принесла бы Шарлотте ничего, кроме боли.

Если мы сокрушим Последнего короля Дрейлина или захватим его в плен, она сможет и дальше жить безмятежной жизнью.

Хорошо, — подвел итог я. — Со временем к ней могут вернуться воспоминания, тогда и поговорим.

Позже той же ночью ко мне пришла Эльфин.

Послышался стук, и, открыв дверь комнаты в общежитии, я замер, увидав на пороге девушку.

Э-э... это ведь мужское общежитие? — ляпнул я.

И что с того? — невозмутимо отозвалась она.

Действительно, ничего...

Впрочем, речь шла об Эльфин.

Даже останься мы наедине за закрытыми дверями, ничего лишнего не случилось бы.

Юстина, Эльфин и Ривин давно стали для меня роднее семьи.

Успокоившись, я впустил гостью и принялся заваривать чай. Но глухая полночь заставляла гадать о цели ее визита.

Я всё узнала, — тихо проговорила Эльфин. — О том, кто такая Шарлотта и почему за ней охотятся.

Вот как... Юстина рассказала?

Да.

Обычно шумная и эксцентричная, сейчас Эльфин вела себя непривычно сдержанно. Неужели тяжесть раскрытой тайны так на нее повлияла?

Я молча слушал, разливая кипяток по чашкам.

И про технологию гомункулов я тоже слышала, — продолжение последовало после паузы.

Удивительная вещь, — отозвался я. — Подумать только: пятьсот лет назад магитех превосходил наш современный...

Наверное... Но для создания гомункула нужны две составляющие. Технология сотворения совершенного тела и... — Эльфин запнулась. — И магия, способная извлечь душу из одного сосуда и перенести в другой.

∗Жур-р...∗

∗Кап.∗

Рука, державшая чайник, застыла.

Значит, перенос душ — это реальность, — тихо закончила она.

А... ну... выходит, что так, — выдавил я.

Разве это не потрясающе?

Я едва заметно прикусил губу и отвел взгляд.

«...Так вот к чему она ведет?»