Том 1. Глава 123
То есть, если подытожить твои слова...
Выслушав мои оправдания, Дюран прищурил и без того узкие глаза и уставился на меня.
Твое прикосновение помогает унять головную боль моей сестры? А попросила она подержать ее за руку только потому, что сегодня перенапряглась, растратив кучу божественной силы?
Именно.
И ты всерьез думаешь, что я поверю в этот бред?
Это правда. Сам не знаю, почему так происходит. Если сомневаешься, можешь потом спросить у самой Святой.
Раз уж ты так уверенно говоришь, вряд ли это ложь... Но с какой стати?
Дюран озадаченно склонил голову набок и опустил взгляд на мою руку.
Сколько ни смотрю, ничего особенного не замечаю.
Не знаю. Но может, для начала отпустишь мою руку?
Зачем? Я всего лишь исполняю свой долг ее личного рыцаря-хранителя. Если ты врешь, я тебя под церковный суд...
Судя по атмосфере, нас обоих потащат под суд, и никого не будет волновать, вру я или нет.
Я кивнул в сторону, и Дюран наконец соизволил оглядеться.
Хмурые лица высокопоставленных священников; храмовники, зажмурившиеся так, словно увидели нечто непотребное; несколько человек, почему-то густо покрасневших; и, наконец, Лили, сверлящая Дюрана ледяным взглядом.
Кхм-кхм.
Почувствовав на себе укоризненные взоры, Дюран неловко кашлянул и наконец разжал пальцы.
Пожалуй, проще спросить у нее напрямую.
Вот и славно. Мудрое решение.
Но если... чисто гипотетически... ты не соврал...
Дюран как-то странно посмотрел на Лили, которая то и дело бросала на нас робкие взгляды, и протянул:
Я буду иногда устраивать вам встречи.
Встречи?
Ну да. Не можете же вы держаться за руки у всех на виду. Да и пробраться к ней в покои посреди ночи у тебя вряд ли выйдет.
«Вообще-то выйдет. Я там частый гость».
Так что ради блага любимой сестры мне, как заботливому брату, придется взять это на себя. Я ведь не просто ее кровный родственник, но еще и рыцарь-хранитель, так что организовать вам свидание без лишних глаз для меня пара пустяков.
Мне и без его сомнительной помощи ничего не стоило проникнуть в комнату Лили, но спорить я не стал.
Глядя на исполненное решимости лицо Дюрана, я лишь молча кивнул.
Но с одним условием.
Каким еще условием?
Держаться за руки вы будете только под моим личным присмотром.
«Ну уж нет, увольте».
Возражение сорвалось с моих губ само собой:
Это еще почему? Боишься, что такой благонравный юноша, как я, совершит святотатство? Мог бы и не переживать. Если хочешь знать, я со своей прошлой жизни ни разу ни с кем не свида...
Посреди пламенной речи меня вдруг уколола обида за собственное одиночество, и я осекся. Дюран же безжалостно перебил меня:
Нет. Я просто верю своему чутью.
И что же тебе подсказывает твое чутье?
По моему мнению, ты парень далеко не промах.
«Допустим. Но к чему клонит этот интриган?»
И что в твоем понимании значит «не промах»?
Я прикинулся дурачком и вопросительно приподнял бровь, хотя в душе был согласен с его оценкой. Дюран же посмотрел мне прямо в глаза и отрезал:
Ты из тех похотливых зверей, которым всегда мало одной женщины.
...Что за бред ты несешь?
Да ладно тебе. Окажись ты наедине с такой красавицей, как моя сестра, в пикантной обстановке
...
«А разве нормальный мужчина поступил бы иначе?»
Клянусь, тебе вообще плевать, моя сестра это или нет. Была бы девушка красивой, и ты с радостью разделишь с ней ложе, как последний кобель.
Каждый раз поражаюсь твоей способности нести чушь. Впрочем, спорить бесполезно, ты все равно останешься при своем мнении. Так что думай что хочешь. Но к твоему сведению, у меня и в мыслях не было ничего подобного. Клянусь Богом Небесным.
Я скорчил зверскую мину, всем видом демонстрируя крайнее раздражение. Заметив это, Дюран изобразил на лице мимолетное раскаяние, но все же согласно кивнул.
Было чертовски обидно. Мало того что меня выставили озабоченным самцом, так еще и приписали замашки гаремника. Злость никак не утихала, а лицо оставалось хмурым.
Подумать только, какой-то кандидат в Святые смеет вешать на меня подобные ярлыки!
«...Но как он, черт возьми, догадался?»
Да уж, проницательности этому паршивцу действительно не занимать.
Ладно, пойду спрошу у нее.
С этими словами Дюран оставил меня, подошел к Лили и что-то зашептал ей на ухо.
Лили густо покраснела, но согласно кивнула. Дюран тут же нашептал ей что-то еще.
Похоже, они пришли к согласию. Лицо Лили заметно посветлело, а довольный Дюран пожал плечами и зыркнул в мою сторону. Он выглядел точь-в-точь как преданный пес, ожидающий похвалы от хозяина.
«Его забота, конечно, трогает, но...»
Наверное, мне просто хотелось остаться с ней наедине, без лишних свидетелей. Я кивнул Дюрану в знак благодарности, но на душе скребли кошки.
Когда с утомительными делами было покончено, Лили, сидевшая на краю кровати в своих покоях, негромко произнесла:
Выйди.
А? Почему?
Я устала. Выйди, пожалуйста.
Понял. Камель, ты слышал? Идем.
...Его оставь.
Что?
Оставь господина Карамеля...
Лили пролепетала это едва слышно, едва ли не пища как комар. Дюран, чье лицо только что выражало глубокую обиду, мгновенно посерьезнел.
Ты предлагаешь мне оставить тебя, не просто беззащитную девушку, а саму Святую, наедине с посторонним мужчиной посреди ночи? И это ты говоришь мне, твоему рыцарю-хранителю? Ты сейчас серьезно? Откуда мне знать, чем вы тут займетесь?
И чем же мы, по-твоему, можем заняться?
Тем самым делом, которым обычно занимаются мужчины и женщины наедине.
Мы просто подержимся за руки! Что за непристойности ты несешь...
Нуна, ты что, забыла мамины вечные причитания из нашего детства? Она ведь без конца повторяла: «Эх, если бы я тогда не поверила его обещаниям просто подержаться за руки перед сном, не жила бы сейчас в такой нищете!»
...Господин Карамель не такой.
Залившись пунцовой краской, Лили украдкой взглянула на меня. Дюран же в бессильной досаде забарабанил себя кулаком по груди.
Тебе-то я верю, а вот этому типу
Это лишнее...
Вот и не упрямься. Хватит баюкать свою больную голову, решай быстрее. Либо вы беретесь за руки прямо при мне, либо я ухожу, но привожу сюда постороннего свидетеля.
У-у-у!..
Лили обиженно надула губы и надула щеки. Сжав кулачки, она мелко задрожала от досады, после чего уставилась на меня умоляющим взглядом, безмолвно прося о помощи.
Камель, а ты что думаешь?
«Что я думаю? Я думаю, как бы потихоньку вырубить твоего братца и выбросить его в окно».
Госпожа Лили, давайте сделаем так, как говорит Дюран.
Конечно, мне безумно хотелось отправить назойливого стража в глубокий нокаут, но последствия могли оказаться слишком непредсказуемыми. Пришлось подыграть Дюрану.
С этими словами я мягко, но уверенно взял Лили за руку.
Ах...
Тяжелый выдался день, верно? Вы сегодня без устали расходовали свои силы.
Я лишь исполнила долг Святой... Если подумать о страданиях, которые перенесли те люди, моя боль
Неправда. Вы же едва на ногах держитесь.
Вовсе нет. Со мной действительно все в порядке.
Раз так, может, мне отпустить вашу руку, и мы с Дюраном уйдем? Вы ведь очень устали...
А... нет, постойте...
Стоило мне это предложить, как Лили крепче сжала мои пальцы и стыдливо опустила голову.
На... на самом деле у меня раскалывается голова. Пожалуйста, не отпускайте...
О как? Нуна, знаешь, у меня только что родилась одна твердая уверенность.
К-какая еще уверенность?
Уверенность в том, что если вас оставить наедине хотя бы на час, мой лучший друг очень быстро превратится в моего зятя.
...
Я терплю это только потому, что тебе действительно становится легче. Но честно говоря, мне все это жутко не нравится. Ха-а...
Дюран раздраженно взъерошил волосы, тяжело вздохнул и уставился на меня колючим взглядом.
Дружище, я искренне надеюсь, что в твоей голове нет ни единой скверной мыслишки касательно моей сестры...
Его подозрительность слегка задевала, но, с другой стороны, его чувства как младшего брата были вполне понятны.
«Что ж, его можно понять».
Твоя родная сестра — невероятная красавица, да еще и Святая. И сейчас она держит за руку твоего привлекательного и одаренного друга. Да и пробежавшую между нами искру он явно уловил. Было бы странно, если бы Дюран не забил тревогу.
Полностью войдя в его положение, я решил поговорить с ним по-мужски.
Эй.
Я позвал его одними губами, беззвучно. Дюран удивленно округлил глаза и точно так же, беззвучно, переспросил: «Что?»
Благодаря своей хваленой проницательности он мгновенно понял, что я хочу сказать ему кое-что с глазу на глаз. И я, сохранив на лице самую теплую, доброжелательную улыбку, беззвучно артикулировал:
«Жить надоело?»