Том 1. Глава 148
«Почему рядом с моей головой лежит булава?..»
Я снова закрыл глаза и решил спокойно все обдумать.
Во-первых, Лили, которая, судя по всему, и вылечила меня, вела себя совсем не так, как обычно — вместо того чтобы спокойно ждать, зажав в зубах сигарету, она крепко сжимала мою руку и безутешно рыдала. Словно героиня трагедии, оплакивающая своего возлюбленного, который вернулся с войны калекой.
Сама собой напрашивалась одна мысль: «В этот раз мне досталось куда сильнее обычного».
Раньше стоило мне потерять сознание или немного помучиться от боли, как одно прикосновение божественной силы Лили тут же возвращало меня к жизни. Сейчас все было иначе.
Во-вторых, на прикроватном столике лежала какая-то жуткая булава. И мне тут же вспомнилась шутка, которую когда-то обронила Лили:
...Я размозжу вам голову своей булавой, господин Карамель.
Она сказала это, предупреждая, чтобы я не смел обманывать Весы, иначе мой сосуд может расколоться.
«...»
Похоже, тогда Лили вовсе не шутила. Она говорила совершенно серьезно.
«Да уж, я явно перегнул палку».
Я обманул Весы. И обманул настолько дерзко, что они заподозрили неладное и тут же обрушили на мое тело сокрушительную отдачу.
Я вовсе не хотел их обманывать. Но у меня просто не было выбора.
Ведь Морт, завладевший телом первородного героя (или кем там был этот тип), оказался не просто сильнее меня — этот монстр в совершенстве владел Стилем Священного меча.
Если бы я не обманул Весы так сильно...
Если бы не применил седьмую форму Стиля Священного меча — «Возвращение»...
Мне бы ни за что не одолеть Морта.
«...Для начала нужно проверить прочность. Да и с Мортом встретиться тоже не мешало бы».
Понимая, что валяться в постели больше нельзя, я тихо приоткрыл глаза и попытался приподняться. Все тело заныло от жуткой боли — живого места на мне не осталось.
Г-господин Карамель!.. Вы... вы очнулись?!
Госпожа Лили...
Н-не вставайте, лежите!..
Шмяк.
Должно быть, она слишком сильно испугалась того, что я внезапно открыл глаза. Лили порывисто толкнула меня своими хрупкими ручками обратно на кровать.
Кха-а!..
Отдача еще не прошла, и от этого толчка меня пронзила такая дикая боль, словно по мне ударили секретной техникой Стиля Священного меча. Я невольно вскрикнул.
Ой! В-вы в порядке?!
Лили, только что нанесшая мне удар похлеще любой секретной техники, сама же испугалась до смерти. Она торопливо призвала божественную силу и прижала ладони к моей груди.
Все в поря...
Мягкое объятие.
Похоже, простого прикосновения рук ей показалось мало. Окутав себя божественной силой, Лили взобралась прямо на меня и крепко, до хруста в костях, обняла.
Уткнувшись лицом мне в грудь, она разрыдалась:
Хны-ы-ык!..
Ну надо же...
Ситуация была крайне неловкой. Больно было мне. И каждый раз, когда Лили содрогалась от рыданий, прижимаясь ко мне, боль испытывал тоже я.
Но почему-то именно я, израненный и измученный, сейчас осторожно похлопывал совершенно здоровую Лили по спине, пытаясь ее успокоить.
Горячие слезы пропитывали ткань на моей груди. Мое сердце билось в такт ее искренним всхлипам. От мысли, что кто-то так сильно за меня переживал, на душе становилось как-то непривычно тепло и даже немного неловко.
Госпожа Лили... Если кто-то зайдет, подумает, что ранили вас, а не меня.
Хнык... Я... я думала, вы умрете, господин Карамель! Какое счастье... Какое же это счастье!
Шмыгая носом, Лили медленно подняла заплаканное лицо и посмотрела мне прямо в глаза.
Ее лицо, испачканное слезами, все равно оставалось неописуемо прекрасным.
Но стоило ей приподняться, как некоторые округлости ее тела еще плотнее прижались ко мне.
Мой взгляд рефлекторно опустился ниже, и перед глазами предстала манящая ложбинка в вырезе ее платья.
Да как я...
Лишившись дара речи от столь сокрушительного зрелища, я ощутил необъяснимую тревогу. Мое лицо мгновенно вспыхнуло, и я поспешно отвернулся, пробормотав:
...Как я могу умереть и оставить вас, госпожа Лили?
Однако беспокоиться мне следовало не только о том, куда смотреть.
Тык.
Кое-что, внезапно пришедшее в полную боевую готовность, уперлось в мягкие изгибы Лили.
...Ой?
...
На мгновение в комнате воцарилась гробовая тишина.
На всякий случай, чтобы вы не подумали ничего дурного... У мужчин по утрам это происходит совершенно непроизвольно...
С-сейчас, вообще-то, вечер... Но судя по тому, что вы тверды как скала... Ой, нет! Судя по тому, насколько вы полны сил, вы точно не умрете так просто... Ах, под «не умрете» я имела в виду вас самого, господин Карамель, а не какую-то конкретную часть вашего тела!..
Конечно, этот малый не умрет, он крепок как сталь... Ой, нет, я имею в виду себя, а не его!..
Мы поспешно отпрянули друг от друга и еще долго бормотали всякую чепуху, боясь встретиться взглядами.
Интересно, сколько продолжался этот неловкий лепет?
...Господин Карамель. А если серьезно...
Лили, похоже, пришла в себя быстрее меня. Ее лицо посерьезнело, и она пристально посмотрела мне в глаза.
Скажите, мое состояние совсем плохое?
Понимая, что неизбежное настало, я постарался изобразить на лице крайнюю степень немощи — исключительно ради того, чтобы уберечь свою многострадальную голову от той жуткой булавы.
Впрочем, притворяться особо и не пришлось.
Ведь прямо перед моими глазами висело системное сообщение:
В случае полного разрушения сосуда наступает смерть. (Прочность: 24/100)
Показатель прочности упал до критической отметки, и смотреть на эти жалкие цифры было действительно больно.
Господин Карамель, вы знаете, почему я принесла сюда эту булаву?
Чтобы угрожать мне?..
Нет. Хотя, признаться, доля правды в этом есть...
Когда я осторожно озвучил свою догадку, Лили подняла на меня полные грусти глаза.
На всякий случай.
Я не знала, когда ваш сосуд расколется окончательно. Боялась, что господин Карамель перестанет быть господином Карамелем. Мне было так страшно...
Поэтому я и принесла ее... Прекрасно понимая, что никогда не смогу поднять ее на вас... И все же...
Голос Лили снова задрожал от подступающих слез.
Нет, если вы продолжите в том же духе, то лучше... лучше просто не ходите за мной. Не вмешивайтесь ни во что и возвращайтесь. Забудьте обо мне. Я действительно в порядке, так что, пожалуйста... умоляю вас...
Ее плечи мелко затряслись.
И вместе с ней дрогнуло мое сердце.
Мне стало невыносимо стыдно перед ней. Пока я спал, она каждую ночь проводила без сна, изводя себя тревогами и готовясь к самому худшему исходу.
И тогда я решился.
Госпожа Лили.
Я взял ее за руку.
Я больше не буду использовать эту силу.
Я произнес это твердо.
И я не умру.
Я пообещал ей.
Я всегда буду защищать вас. Так что...
Я принял решение.
Пожалуйста, не плачьте. И не говорите того, чего на самом деле не желаете.
Я попросил ее.
От этих слов мне только больнее.
Я открыл ей свое сердце.
Ах... Ну нельзя же так внезапно...
Мои слова достигли ее сердца. Она крепко сжала мою ладонь, словно боясь отпустить.
...Кстати, сколько дней прошло?
Мы с вами еще даже одного дня не... Ой, нет!..
...
Вы пролежали без сознания ровно неделю,
«Неделя, значит...»
Я провалялся в постели дольше, чем думал. Срок в семь дней заставил меня отчетливо осознать: по мере того как сосуд трескается, нагрузка на тело возрастает до пугающих масштабов.
А как же график Паломничества?
Мы отправляемся завтра. Если бы вы не очнулись сегодня, нам пришлось бы выступить без...
Что ж, значит, я пришел в себя как раз вовремя.
Я сказал это с улыбкой, но на самом деле очнулся я слишком поздно. Мне нужно было встретиться со многими людьми, а отправление уже завтра. Нельзя терять ни минуты.
К-куда вы?
Она с явным сожалением посмотрела на свою опустевшую ладонь, когда я поспешно поднялся и начал натягивать рубашку.
Мне нужно срочно увидеться с кое-кем перед отъездом. Я быстро улажу дела и вернусь.
С этими словами я направился к выходу, но у самой двери вдруг замер.
Ах да, госпожа Лили. Совсем забыл сказать.
Я повернулся к ней. Это нужно было прояснить прямо сейчас.
Я не насиловал своего фамильяра. Она еще совсем маленькая и просто ляпнула глупость, неправильно подобрав слова.
Чуть не забыл о самом важном!
...Я знаю,
Едва выйдя из лазарета, я нос к носу столкнулся с Дероном. Я искренне обрадовался встрече — он был первым, с кем я планировал поговорить.
Зятек.
Похоже, радовался только я. Дерон сощурился и вкрадчиво спросил:
Скажи-ка, у вас со Святой тоже шуры-муры?..
Вовсе нет, так что идемте. Нам нужно многое обсудить.
Я прекрасно знал, к чему клонит этот шутник, а потому безжалостно пресек его расспросы на корню.
Ну и славно. Тогда поспешим. Его Величество император ждет тебя.
Дерон, как и следовало ожидать, широко улыбнулся и жестом пригласил меня следовать за ним к императорским покоям.
«Что ж, расспросить императора о том, что произошло за ту неделю, пока я был в отключке, действительно лучший вариант...»
Погодите-ка.
...Его Величество император?
Я-то думал, мы идем к Святому Мечу и Эвилю. С чего вдруг всплыл император?
Ну да. А разве не логично?
И что же тут логичного?
Ты исполнил волю Его Величества, причем с лихвой. Разумеется, ты должен лично отчитаться перед ним.
Я?..
Сам ведь говорил, что он разрешил тебе разгуляться на полную. Ну, ты и разгулялся.
Но это же безу...
Осознав, что спорить бесполезно и доля истины в его словах есть, я обреченно вздохнул и поплелся следом за Дероном.
Минут через пять мы подошли к императорской резиденции. Пройдя несложные формальности, мы вошли внутрь.
Охо-хо, спаситель империи! Оставь церемонии, проходи и присаживайся. Я с нетерпением ждал твоего пробуждения.
Должно быть, избавившись от тяжкого бремени забот, император выглядел куда свежее и бодрее, чем раньше. Он сидел за круглым столом и не спеша потягивал чай. Стоявший за его спиной Святой Меч, неизменно сопровождавший правителя, тоже казался вполне отдохнувшим.
«...»
Я вежливо поклонился, но уже в следующий миг в недоумении склонил голову набок.
Кое-кого здесь явно не хватало.
Прошу прощения... А где верховный консул Эвиль?
Человек, который обязан был находиться здесь, бесследно исчез.