Том 1. Глава 24
Вступительный экзамен
Наступило утро.
Тёплые солнечные лучи ласкали лицо. С улицы доносилось весёлое щебетание птиц, а мягкое одеяло уютно окутывало меня своим теплом.
М-м-м...
У меня был выбор: встать или продолжить нежиться в постели. Я без колебаний выбрал второе.
Свернувшись калачиком, я натянул сползшее одеяло до самого подбородка. Глаза я, разумеется, даже не думал открывать.
«И никто не пытается меня разбудить».
Этот гостиничный номер, за который я заплатил честно заработанные деньги, был просто идеальным местом для сна — не чета нашей скромной бревенчатой хижине.
Писк! Писк!
Если бы только не этот назойливый звук прямо над ухом.
Писк! Писк!
Я слышал от взрослых, что младенцы постоянно просыпаются среди ночи и не дают покоя своим родителям.
Но кто же знал, что это правило распространяется не только на млекопитающих, но и на пернатых? К тому же я этой птице даже не отец.
Писк!
Я, конечно, слышал поговорку о том, что ранняя птичка ловит червячка...
Но ни разу не слышал, чтобы ранняя птичка клевала своего хозяина прямо в глаз.
Ладно-ладно, встаю я.
Массаж клювом оказался на редкость эффективным средством пробуждения. Потирая зудящее веко, я нехотя поднялся с постели.
Твит, а ты знаешь кое-что?
Писк?
Я лениво натягивал одежду, а Твит, сидевший на прикроватной тумбочке, забавно склонил голову набок.
Глядя на эту умилительную, но в то же время слегка раздражающую картину, я почувствовал непреодолимое желание поворчать. Всё равно ведь ничего не поймёт.
Писатели, когда сочиняют романы, никогда не должны бросать созданных ими героинь. Почему? Потому что тогда их ждёт полный провал. Но...
Писк?
Подумать только, этот мелкий комок перьев смотрел на меня с таким видом, будто пытался спросить: «Что за бред ты несешь?».
Его дерзкая мордашка заставила мои брови невольно дрогнуть, но я проигнорировал это и, протянув ему кусочек хлеба, продолжил:
Но вот таких плоскогрудых пернатых, как ты, бросать можно сколько угодно. Почему? Да потому что никто ничего выдающегося от обычной птицы не ждёт.
Писк!
Он что, действительно меня понимает? В ответ на мою колкость Твит возмущённо заверещал.
Но я не собирался уступать какому-то птенцу. Бросив перед ним хлебные крошки, я продолжил разглагольствовать:
Вот представь себя на месте читателя. Что бы ты выбрал? Завести роман с красивой, знатной и фигуристой героиней? Или связать жизнь с плоскогрудой птицей?
Писк...
Твит, я спас тебя исключительно из гуманных соображений, так что не жду от тебя никаких великих свершений. Поэтому, пожалуйста...
То ли хлеб пришёлся ему не по вкусу, то ли он действительно обиделся, но Твит издал жалобный звук и уныло опустился на брюшко.
Расти послушным и не хулигань. Тогда я буду знать, что спас тебя не зря.
С довольной улыбкой я ласково погладил приунывшего птенца по крошечной головке.
Эх, и о чём я вообще рассуждаю с птицей...
Внезапно мне стало немного неловко.
Каким бы вредным ни был этот птенец, превзошедший мой сладкий сон, читать нотации и давить сухими фактами неокрепшего малыша было как-то глупо.
Писк!
Похоже, Твит тоже счёл моё поведение нелепым, потому что снова недовольно пискнул.
Ладно-ладно, больше не буду нести чушь. Просто расти большим и сильным.
Почувствовав укол совести, я аккуратно погладил его пальцем по спинке.
На самом деле, я лукавил. Кое-какие надежды на Твита я всё же возлагал.
Сейчас он выглядел как обычный, безобидный синий птенец. Но в игре всё было иначе.
Там он вырастал в исполинское чудовище размером с дом, которое парило в небесах и извергало тёмную ману.
Более того, он служил верховым животным для Семи Смертных Грехов, безраздельно властвуя в воздухе.
Но теперь...
«Эта птичка принадлежит мне».
Всё изменилось. Я спас Твита и теперь выращу его сам.
А значит, парить в небесах и править миром будут не Семь Смертных Грехов на чудовищной птице, а Камель и Твит.
От этих мыслей меня захлестнула волна пафоса. Я живо представил, как в будущем буду стоять на спине исполинского ворона, сжимая в руках два меча.
Хе-хе-хе.
Писк...?
Заметив мою предвкушающую, зловещую ухмылку, Твит испуганно склонил голову.
Так, я оставил тебе побольше крошек, сиди тихо и жди меня.
Не обращая внимания на его реакцию, я высыпал на стол щедрую порцию хлебных крошек и принялся собираться.
Сегодня был важный день — день вступительных экзаменов.
Экзамен, значит...
Чувство было странным. Подумать только, я стану студентом Академии Аден.
Конечно, я понимал, что лёгкой жизни ждать не стоит.
Но сердце всё равно приятно трепетало от предвкушения.
Фух, я ушёл.
Сделав глубокий вдох, чтобы унять бешено колотящееся сердце, я открыл дверь и вышел на улицу.
У ворот Академии Аден яблоку негде было упасть.
Бесконечная вереница роскошных экипажей и карет растянулась от самого входа до горизонта, а толпы людей всех возрастов оживлённо переговаривались между собой.
Внутри Академии, куда пускали только действующих студентов и абитуриентов, царила похожая суета.
Не думал, что желающих поступить окажется так много. Сотни юношей и девушек с самыми разными выражениями лиц стекались к месту проведения экзамена по бескрайней территории кампуса.
В такой огромной толпе можно было встретить кого угодно.
Одни дрожали от волнения.
Другие излучали абсолютную уверенность в своих силах.
Третьи радостно приветствовали старых знакомых.
А некоторые уже вовсю принялись обсуждать окружающих за их спинами.
Это ещё кто? Припёрся сюда пешком и в одиночку.
Да простолюдин какой-то, сто процентов. Ты посмотри на него
Сразу видно, дешёвый понторез.
Обожаю ставить на место таких выскочек.
Но симпатичный, зараза... Хоть бы он провалился.
Возможно, дело было в моих редких чёрных волосах, а возможно — в весьма недурной внешности.
Совершенно незнакомые мне парни провожали меня косыми взглядами и шептались за спиной.
Впрочем, мне было плевать. Большинство из этих умников всё равно отсеются на первом же испытании.
К тому же, среди их ворчания проскользнул комплимент моей внешности, так что настроение у меня даже улучшилось.
С этими мыслыми я вошёл в огромный лекционный зал.
О-о...
Зрелище действительно впечатляло. Зал больше напоминал древний Колизей.
Его размеры поражали воображение — здесь без труда могли разместиться более тысячи человек.
В самом центре располагалась просторная арена, размерами не уступающая спортивному стадиону, а вокруг неё амфитеатром возвышались ряды кресел.
Но больше всего внимания привлекала...
«Магия
Прямо над ареной в воздухе парил огромный прямоугольный голографический экран, созданный с помощью заклинания.
«Лучше бы его тут не было».
Я опустился на первое попавшееся свободное место, мысленно сокрушаясь.
Зная, для чего предназначен этот экран, я понимал, что у меня намечаются серьёзные проблемы.
«Интересно, как они отреагируют?»
С другой стороны, мне было даже любопытно.
Ведь благодаря этому экрану каждый присутствующий в зале мог в реальном времени наблюдать за тем, что происходит с экзаменуемым.
Вступительное испытание проводилось с помощью «магии иллюзий», и суть его была весьма оригинальной.
Абитуриент должен был подняться на арену и положить руку на кристальный шар, после чего активировалось заклинание.
На парящем экране транслировалось то, что происходило в подсознании испытуемого.
А видел он иллюзию существа, которое считал самым сильным или которого боялся больше всего на свете.
Иными словами, человек сталкивался лицом к лицу со стеной, которую не мог преодолеть.
При этом экзаменаторы оценивали не победу или поражение, а волю и навыки, которые демонстрировал абитуриент в бою с этим фантомом.
Насколько хорошо он владеет оружием?
Достаточно ли сильна его решимость?
А транслировали это на весь зал для того, чтобы подстегнуть остальных.
Показать им непреодолимую преграду, чтобы разжечь жажду знаний.
Продемонстрировать чужие страхи и триумфы, чтобы пробудить дух соперничества.
Академия Аден уже много веков проводила экзамены именно по такой методике.
Проблема лишь в том...
Что я заранее знал, кто появится передо мной, когда настанет моя очередь.
Тут и гадать нечего — это будет наставница. Я в жизни не встречал никого сильнее и страшнее её.
И ведь поддаться не получится.
Если я буду драться в полсилы, фантом Дафны мгновенно размажет меня по арене, и я с треском провалю экзамен.
Так что придётся выложиться если не на полную, то как минимум показать достойный бой.
И всё это на глазах у этих сосунков.
Я оглядел заполнившую зал толпу.
Народу собралось прилично, но, увы, по-настоящему сильных бойцов среди них можно было пересчитать по пальцам одной руки.
И вот в такой обстановке...
Что произойдет, если на экране появится Дафна?
И если я покажу бой на равных с этой грозной воительницей?
Да они же все с ума сойдут от страха.
Вот почему я так переживал. Я просто не представлял, как эти дети отреагируют, осознав мой реальный уровень.
Пока я предавался этим мыслям, рядом раздался недовольный голос:
Ты чего там сам со собой бормочешь? У тебя с головой всё в порядке?
Ой, кажется, я слишком увлёкся своими рассуждениями вслух.
Повернувшись, я увидел светловолосого паренька, который приложил указательный палец к губам и сердито хмурился.
...
Смутившись, я неловко улыбнулся и примирительно приподнял ладони, безмолвно извиняясь за беспокойство.
«Надо же, сел прямо рядом с ним».
Это было одно из немногих мужских лиц, которые я помнил по игре. На мгновение я даже обрадовался встрече, но тут же решил помалкивать.
Потому что...
«Лень связываться».
Он, конечно, ключевой персонаж и в будущем неизбежно окажется втянут в основные события, но точно не сейчас.
Да и к тому же, он парень.
Внимание! Мы начинаем вступительный экзамен!
Громкий, усиленный маной голос эхом разнёсся по залу, прервав мои мысли.
Испытание будет проходить следующим образом...
Я повернулся на звук. На трибуне стоял бодрый ведущий, который принялся разъяснять абитуриентам правила.
Ух...
Мой светловолосый сосед шумно выдохнул. Похоже, парень не на шутку разнервничался.
Итак, мы начинаем! Прошу абитуриентов, чьи имена будут названы, подниматься на арену. Первый участник...
Экзамен начался, и события развивались стремительно.
«А это действительно забавно».
Поскольку у каждого за плечами был свой уникальный жизненный путь, фантомы на экране сменяли друг друга один за другим.
От вполне обычных противников, вроде строгих отцов или лесных монстров, до легендарных личностей — Святых, Мастеров Меча, Героев и Императоров, к которым обычным смертным было страшно даже приблизиться.
Наблюдать за тем, как молодые люди отчаянно пытаются сокрушить преграду, стоявшую на их пути, оказалось на удивление захватывающе.
Роза ван Дармиан!
Пока я увлечённо наблюдал за боями, раздалось знакомое имя.
Я опустил взгляд на арену и увидел Розу. Она уверенно шла вперёд, её ярко-красные волосы красиво развевались на ходу.
«Интересно, кто появится перед ней?»
Я никогда не спрашивал её об этом напрямую, но мне было безумно любопытно.
«Кейден? Жети? Дюнкель?»
Каждый из них был тем ещё мерзавцем. Хотелось узнать, кто из них оставил самый глубокий след в её кошмарах, чтобы потом вместе над этим посмеяться.
В этот момент Роза положила ладонь на кристальный шар.
И на парящем экране возник силуэт, которого я никак не ожидал увидеть.
...!
...!
Почувствовав невероятную мощь, исходившую от фантома, экзаменаторы на трибунах судорожно вздохнули, а их лица побледнели от шока.
Чего-о?..
Я в недоумении протёр глаза, отказываясь верить увиденному.
«Почему ты-то здесь появилась?!»
Фантом с длинными, струящимися до самой талии платиновыми волосами изящно приоткрыл губы и произнёс:
Глупая девчонка... Разве я не говорила тебе держаться подальше от этого места?
Это была моя наставница.